Холизм и когнитивные системы - Вклад [ru]

Холизм и системный подход

2025-01-27T19:26:50Z

Wiki-admin:

'''Холизм и системный подход'''

Метод, который я использую в концепции социальных идеоматериальных полисистем, основан на системном подходе. Я предпочитаю говорить о системном подходе, а не о теории систем, потому что предложенная Л. Берталанфи теория так и не сложилась за прошедшие десятилетия. Не удалось создать каких-то общих для всех видов систем уравнений, законов, принципов, более конкретных, чем «целое больше суммы частей» или «система – это комплекс элементов, находящихся во взаимодействии, за счет которых она обладает принципиально новыми свойствами».

Ничего странного в этом нет, поскольку системы очень разнообразны; и атом – система, и бактерия, и слон, и город, и самолет, и страна. Непостоянная атмосфера со своими ураганами и засухами тоже система. И океан с течениями. И русская или мировая литература – это тоже системы. И теория систем тоже должна быть системой, но при этом описывать саму себя среди прочих, а здесь возникают проблемы рекурсии.

Можно, на мой взгляд, найти теорию для любых систем – это математика. Математика – это конструктор идеальных систем. Она имеет такое множество разделов, что можно найти подходящий для моделирования любой системы, а если нет – она легко создаст новый раздел, как было создано вариационное исчисление, когда появились задачи механики, термодинамики и гидродинамики. Проблема в том, что для каждого класса систем нужно «копаться» в необозримых кладовых математики, чтобы найти подходящий раздел, и часто его нужно «допиливать» под эти системы. Плюс к тому, в математике уже имеется куча разделов, для которых в обозримой реальности систем просто нет. Или ''пока'' не найдено, а эти системы все еще не попали в наше поле зрения. Беда в том, что нет способа узнать: существуют они или нет.

Системный подход имеет двух (наверное, можно назвать и других) заметных предшественников, это А.А. Богданов <ref name="ftn1">Богданов А.А. {{anchor|Hlk176389104}} Тектология: (Всеобщая организационная наука). В 2-х кн. М.: Экономика, 1989. 304 с.</ref> и Я. Смэтс <ref name="ftn25">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. 398 p.</ref>. Интересно, что их книги были изданы с небольшим разрывом во времени: «Тектология» Богданова (полная версия) в 1922 году, а «Холизм и эволюция» Смэтса в 1927; однако неизданный черновик Смэтса был написан в 1910 году, а немецкое издание Богданова вышло в 1913-м (следовательно, написано ранее).

Однако обе эти книги не были широко известны; по крайней мере, в книге Берталанфи <ref name="ftn26">Bertalanffy, L. von, General System Theory. Foundations, Development, Applications. New York: George Braziller, 1969. 289 p.</ref> они не упоминаются (при библиографии, занимающей 21 страницу), хотя слово «холический» в ней встречается (правда, всего пять раз).

С обзора этих книг я и начну.

'''А.А. Богданов. Тектология: (Всеобщая организационная наука)'''

Текст Богданова и Смэтса выделен цветом. Черный - мои комментарии.

Во «Введении» Богданов писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">«…в понятии «задачи» скрыто гораздо больше, чем принимается обыденным мышлением. Всякая задача может и должна рассматриваться как организационная; таков именно их всеобщий и постоянный смысл. Раскроем его в основных чертах. Какова бы ни была </span><span style="color:#833c0b;">задача - практическая, познавательная, эстетическая, она слагается из определенной суммы элементов, ее «данных»; самая же ее постановка зависит от того, что наличная комбинация этих элементов не удовлетворяет то лицо или коллектив, который выступает как действенный субъект в этом случае. «Решение» сводится к новому сочетанию элементов, которое «соответствует потребности» решающего, его «целям», принимается им как «целесообразное». … Это относится безусловно ко всем, действительным и возможным, задачам. Надо ли построить дом - это осуществимо только потому, что имеются налицо необходимые элементы, т. е. дерево, камень, известь, стекло, топоры, пилы, молотки и другие орудия, рабочая сила плотников, каменщиков и проч.; и осуществимо только таким путем, что элементы соединяются и разъединяются, приводятся в новые сочетания; а конечный результат - здание - характеризуется такой связью и соответствием своих элементов, что заключает в себе нечто большее, чем то, что было в них первоначально дано, именно повышение гармонии между людьми и их физической средой, - представляет, следовательно, с точки зрения людей, «организованную» систему. Надо ли организовать предприятие, отряд, учреждение - налицо должны быть необходимые человеческие, технические, идеологические элементы, и дело сводится к последовательным их комбинированиям, пока не получится новое организованное целое. Выступает ли потребность создать научное объяснение непонятного ряда фактов или художественное выражение и освещение волнующих моментов жизни - опять избирательные сочетания элементов, данных в наблюдении действительности, в прежней оформляющей работе мысли, в живых образах воспоминания и фантазии, в эмоциональных колебаниях творческой души, а также элементов материально-технических, как бумага, краски, мрамор, перо, кисть, резец; и результат - опять организованность, которая обозначается как «стройность», «истина», «эстетическая гармония» и проч. (Т.1., стр. 48-49)</span>

В общем и целом, эти определения близки к теории ИМС (ТИМС), и к ОТС Берталанфи.

В приведенных отрывках он рассматривает как целостную систему не только комплекс взаимодействующих элементов, но и ''действие'', ведущее к созданию дома. Во втором и третьем выделенном отрывке он среди материальных элементов организаций называет идеологические элементы, а среди научных объяснений и художественных выражений – бумагу, краски, мрамор и т.д., то есть, то, что я здесь называю идеоматериальными системами.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Во всяком продукте заключены атомы труда миллионов людей, соединенные вместе, как бы слившиеся в один кристалл. В куске бумажной ткани заключен труд не только тех работников, которые ткали его на станке, но и тех, которые пряли для него пряжу, тех, которые возделывали хлопок для производства пряжи, тех, которые делали станки, и тех, которые добывали металлы для приготовления станков и других машин, и тех, которые делали машины, послужившие орудиями приготовления этих станков; далее, всех транспортных рабочих, перемещавших эти орудия и материалы, и всех рабочих, строивших пути сообщения для этого транспорта; затем рабочих, производивших и доставлявших жизненные средства для всех этих участников производства ткани, и т. д., без конца. И все эти атомы труда не сталкиваются в дезингрессиях, а сплавляются в одно организованное целое. (Т.2., стр.71-72)</span>

Здесь Богданов ищет разнообразные связи, взаимодействия внутри социального холоса, которые реально и делают его холосом: людей и артефакты, переделы сырья и артефактов на пути к сборке продукта, инфраструктуру, поддерживающую связность, передвижение сырья и артефактов внутри социального организма. Это тоже согласуется с ТИМС.

<span style="color:#833c0b;">В термине «производство» скрыто понятие организующего действия. И мы сделаем формулу точнее: организация внешних сил природы, организация человеческих сил, организация опыта. Что же оказалось? ''У человечества нет иной деятельности, кроме организационной, нет иных задач, кроме организационных. Итак, все интересы человечества - организационные. А отсюда следует: не может и не должно быть иной точки зрения на жизнь и мир, кроме организационной.'' И если это еще не сознается, то только потому, что мышление людей до сих пор не выбилось вполне из оболочек фетишизма, окутавших его на пути развития. (Т.1., стр.71)</span>

Здесь Богданов обосновывает права тектологии на всеобщность. Я на всеобщность ТИМС не претендую, да и на авторство тоже очень частично. Я просто собрал в систему (идеальную, в основном – зафиксированную в состояниях электронных элементов этого сервера, хотя можно и распечатать) множество разнородных идей, выдвинутых различными людьми за много лет.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Здесь главная и огромная трудность не только для индивидуума, - о чем мы уже говорили, - но и для коллектива, даже такого, как могучий общественный класс. Казалось бы, члены коллектива, специализируясь на отдельных задачах - частях задачи интегральной, могут справляться с ними; но решения в целом и этим путем еще не получается. Дело в том, что сама специализация тогда подрывает однородность коллектива, порождает разрозненность, взаимное непонимание, а затем и противоречия между его дифференцированными элементами; тогда он сам не един в своей жизни и строительстве и не способен выработать едино-целостную структуру для всего общества. (стр.50)</span>

Да, разделение труда создает «разделение мышления» (distributed cognition), но тут есть одна интересная штука: люди способны достаточно хорошо понимать деятельность других людей даже если сами почти не понимают, что те делают. Например, некоторые парикмахеры совсем не понимают, как работает мотор их машины (наверно, слышали, что там есть какие-то «поршни» и «цилиндры»), но этого достаточно, чтобы они понимали, что сломанную машину нужно тащить к «механикам». Опять же, многие ли их пользователей смартфонов знают, что у них внутри? Но прекрасно ими пользуются.

Но системный (и даже полисистемный) образ мышления Богданова вполне очевиден.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Принцип «отбора» (Selection) приобретает шаг за шагом столь же универсальный характер, из области биологии переходя в физико-химию, с одной стороны, и в науки общественные - с другой. И все решительнее прокладывает себе дорогу мысль об единстве механизмов в самых разнородных группах явлений, даже в различных «царствах природы». (стр. 51)</span>

Тут опять же соглашусь с Богдановым. И уточню: все существующее существует потому что его устройство, его организованность или передается из прошлого в будущее вместе с материей (атом, молекула, кирпич), или передается способом самовоспроизводства или его воспроизводства аутопойетической системой, элементом которой он является (каменный топор, автомобиль, томик Пушкина). Если в процессе воспроизводства происходят отклонения (усовершенствования, или нарушения технологии, например) то затем в действие вступает отбор.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Полная неорганизованность - понятие без смысла. Это в сущности то же, что голое небытие. В ней надо принять отсутствие всякой связи; но то, в чем нет никакой связи, не может представлять никакого сопротивления нашему усилию, а только в сопротивлении мы узнаем о бытии вещей; следовательно, для нас тут нет никакого бытия. И мыслить абсолютную бессвязность можно только словесно, никакого реального, живого представления в эти слова вложить нельзя, потому что абсолютно бессвязное представление вовсе не есть представление и вообще ничто. (стр. 72-73)</span>

Возможно, Богданов имел в виду «чистое ничто» Гегеля. И тут я тоже согласен, потому как нет ничего, абсолютно неорганизованного. Даже свойства газа, в котором атомы движутся якобы хаотически, вполне определены и задаются тем, из каких атомов он состоит (это его главная организованность). Кроме того, имеются измеримые параметры, такие, как температура и давление, распределение атомов по энергии. Допустим, есть нечто абсолютно неорганизованное. Значит, у него нет границ? Тогда оно должно занимать всю Вселенную…

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Возьмем другой метод - пространственное измерение и соизмерение; такова сущность отвлеченной науки геометрии. Эти приемы применял уже в первобытную эпоху истории человечества бродячий охотник, рассчитывая расстояния при своих передвижениях, выбирая кратчайшие пути, находя полусознательным расчетом угол, под которым надо бежать наперерез преследуемому зверю, и т. п. С переходом к оседлому земледелию стало необходимым более систематичное и точное применение тех же методов, именно, как приемов землемерия (буквальное значение слова «геометрия»): мир и вся судьба земледельческих общин зависели от правильного распределения земли между ними и внутри их между соседями. Особенно важным являлось усовершенствование этих приемов в странах древнейших цивилизаций, в заливных долинах великих рек Нила, Евфрата и Тигра, Янцзы, Ганга и др. Там при разливах все материальные границы участков то и дело сглаживались, смывались, и надо было восстанавливать их на основании строгих измерений. Еще дальше геометрические приемы необходимо должны были развиваться в строительном и инженерном деле: в постройке домов, дворцов, храмов, пирамид, плотин, бассейнов для регулирования уровня рек и пр. Затем те же методы нашли применение при топографических съемках - в военном деле, торговых путешествиях и т. д. (стр. 86)</span>

Это о роли знания в жизни холоса, о необходимости сохранять это знание для поддержания его собственной организованности.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">В этом житейском опыте - не полном, но разностороннем, не научно-оформленном, но практически-жизненном - продолжает удерживаться наивное единство организационной точки зрения, стихийная, но глубокая тенденция к единству организационных методов. Основным его хранилищем служит общенародный язык. Правда, и в его области на почве специализации обособляются, как ветви от одного дерева, отдельные частичные отрасли - технический язык той или иной профессии, терминология той или иной науки; а классовое расчленение общества порождает и более обширное расхождение диалекта господствующих классов и диалекта подчиненных масс. Но остается значительное общее ядро языка - необходимая связь социальных групп и классов, условие их достаточного взаимного понимания при их практическом общении. В нем-то и кристаллизованы, элементарно оформлены традиции прошлого, опыт тысячелетий. (стр.91)

Коллективный гений языка в этом случае, как и во многих других, оказался выше индивидуальных усилий ученых-специалистов, детей разрозненного, анархичного общества. (стр.93)</span>

И еще раз соглашусь. Язык – несущая основа культуры, идеального слоя ИМС холоса. Язык связывает общество в целое; мы же не держимся постоянно за руки или не связываемся какими-то веревками или сетями. Даже на работе люди чаще всего координируют свою деятельность с помощью языка, отдавая или получая команды, указания, или просто согласуют свою работу с коллегами (к пинкам прибегают только в крайнем случае).

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Легко видеть, насколько новая задача несоизмерима со всеми, какие до сих пор ставились и разрешались. Всю сумму рабочих сил общества - десятки и сотни миллионов разнообразно дифференцированных единиц - придется стройно связать в один коллектив и точно координировать со всей наличной суммой средств производства - совокупностью вещей, находящихся в распоряжении общества; причем в соответствии с этой исполинской системой должна находиться и сумма идей, господствующих в социальной среде, иначе целое оказалось бы неустойчивым, механическое единение перешло бы во внутреннюю борьбу. Эта триединая организация - вещей, людей и идей - очевидно, не может быть построена иначе, как на основе строгой научной планомерности, а именно всего организационного опыта, накопленного человечеством. Но ясно также, что в своем нынешнем виде, раздробленном, разорванном на специальные науки, он недостаточен для этого. Необходимо, чтобы сам он был организован целостно и стройно, иначе его применение не способно выйти за пределы дробных, частичных задач. Необходима, следовательно, универсальная организационная наука. (стр. 106)

Как же следует приступить к решению этой задачи, беспримерной и по масштабу, и по своим трудностям? Принципы решения могут быть установлены лишь с научно-организационной точки зрения. Сущность ее может быть сведена к следующим двум положениям:

1) Всякое организованное целое есть система активностей, развертывающихся в определенной среде в непрерывном взаимодействии с нею. Так, общество представляет систему человеческих активностей в природной среде в борьбе с ее сопротивлениями .

2) Каждая часть организованной системы находится в определенном функциональном отношении к целому. Так, в обществе каждая отрасль его хозяйства, каждое предприятие, каждый работник выполняют свою определенную функцию.

Таковы два основных момента научно-организационной точки зрения, из которых надо обязательно исходить во всяком исследовании, во всяком построении, относящемся к вопросам организационного равновесия и развития. (стр. 274)</span>

'''Далее:'''

'''Тектология:(Всеобщая организационная наука) Т.2.'''

<span style="color:#833c0b;">Живой организм характеризуют как машину, которая не только сама себя регулирует, но и сама себя ремонтирует. По мере того как элементы тканей организма изнашиваются, он заменяет их материалом, взятым из окружающей среды и «ассимилированным», т. е. приведенным к химическому составу этих самых тканей. «Мертвую», взятую извне материю протоплазма превращает в свою живую материю, не какую-нибудь вообще, а вполне определенную, химически тождественную с молекулами этой именно протоплазмы. Между тем из сотен тысяч видов растений и животных каждый отличается своим особым химизмом, иным составом белков, чем все прочие, и в процессе своей ассимиляции образует именно эти белки из такого же питательного материала, из какого другие виды образуют другие белки. В этом и заключается основная загадка.

Если пищей для организма служат воспринятые извне чужие белки, например, когда человек ест мясо других животных или плоды, стебли, корни растений, то организм сначала при «переваривании» разрушает эти белки, разлагает их на составные части, различные аминокислоты. Затем в тканях из аминокислот он воссоздает уже свои собственные их комбинации, свои специфические белковые вещества. Что же касается растений, то большинство из них сами образуют сначала углеводы, а затем аминокислоты из углекислоты воздуха и воды почвы с ее солями и кислотами. (Т.2., 95-96)</span>

Здесь Богданов предвосхищает Ф. Варелу и У. Матурану с их аутопоэзисом. Он обращает внимание на то, что организму приходится «разбирать на части» неподходящие для них органические молекулы и создавать свои комбинации. ДНК и клеточные механизмы молекулярного синтеза в то время были еще совершенно неизвестны.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Если мы сравним, как организуются эти течения в их борьбе, то найдем для двух случаев определенное различие форм группировки: для первого является религиозная секта, для второго политическая партия. Это подходящая иллюстрация для условий подбора в связи с изменчивостью среды.

Оба типа организаций во многом сходны, они создаются, как и все другие организации людей, путем подбора. Объектом подбора являются человеческие личности, деятелем подбора - организационная функция секты или партии; основа же для подбора в одном случае - требования догмы, в другом — требования программы, понимая то и другое в достаточно широком смысле, чтобы охватить совокупность условий, предъявляемых организацией каждому ее члену.

Объективно догма секты гораздо более родственна программе партии, чем это может казаться при недостаточном исследовании. Действительным базисом для секты являются, как и для партии, практические жизненные потребности; догма есть лишь определенная, исторически сложившаяся форма их воплощения, специально свойственная эпохам господства «религиозных», т. е. по существу авторитарных мировоззрений. В тех случаях, когда частное положение догмы представляется не имеющим ничего общего с живой социальной практикой, анализ обнаруживает его тесную связь с ней; обыкновенно эта связь такого рода, что догмат служит организационным символом общественных тенденций, требований, задач того класса или группы, которыми порождена данная секта. (158-159)</span>

Здесь Богданов рассматривает случай создания идеоматериальных социальных систем, идейным каркасом которых является некая когнитивная система, объясняющая окружающий мир и задающая образ действий. Люди являются элементами этих систем, и для того, чтобы инкорпорировать нового члена, необходимо «загрузить» в него основные положения этих идей и принципов.

'''Том 3. (Т. 2 указанного издания, стр. 208) '''

'''§ 1. Тектологический акт'''

<span style="color:#833c0b;">''Тектология, подобно всякой частной науке, и своим исходным, и своим конечным пунктом имеет живую практику человечества''. Организационная деятельность, взятая как опыт, есть материал тектологии; взятая как задача — ее цель, ее жизненный смысл. ''Элементом организационной деятельности является организационный акт, образование новой тектологической формы, переход от одной такой формы к другой.'' При анализе этот акт оказывается в свою очередь весьма сложным процессом.

Организационный акт может протекать стихийно или планомерно. ''Иллюстрацией нам послужит именно такой, который может выполняться обоими путями: образование новой социальной группировки, политической или идейной. ''Начнем со случая стихийного, самопроизвольного хода процесса. (стр.258)

Настоящее завершение достигается через устранение тех противоречий, которые присущи, как мы знаем, системному расхождению вообще. ''Пусть в результате ряда политических обсуждений и выступлений участников данного клуба выяснилось, что при их переменных группировках у значительного большинства главные задачи, основные тенденции остаются общими; а расхождения каждый раз касаются лишь частностей в практических способах; и расхождения эти самим участникам кажутся настолько маловажными, что они ради общих целей готовы подчиняться большинству, лишь бы сохранять связь.'' Тогда из этих политически солидарных элементов конституируется партийная организация с единою программой, с общепризнаваемыми основами тактики, с общим уставом, т. е. сплоченная некоторой суммой политических принципов. Чем шире и глубже этот конъюгационный базис, тем меньше дезорганизующая роль частичных расхождений, тем больше они сводятся к дополнительным связям, укрепляющим целое. Это - фаза системной консолидации.

Каким же именно путем консолидация достигается? Мы видели: путем обсуждения совместных действий, т. е. путем общения жизненной конъюгации, проходящей через возникающие системные расхождения, путем, следовательно, контр-дифференциации.

''В ее процессе механизм подбора усиливает и закрепляет устойчивые, повторяющиеся соотношения, ослабляет и разрушает неустойчивые, случайные; элементы и группировки, стоящие в противоречии со связью целого, отрываются, выделяются из него; целое «консолидируется». ''(стр.260)</span>

Здесь мне интересен дискурс-процесс согласования, дополнений, коррекций понятий, принципов, целей, моделей желательного будущего внутри организаций. В самом деле это когнитивный процесс, идущий в коллективном сознании. За счет этого процесса организация становится коллективным субъектом.
Обзор книги Я. Смэтса "Холизм и эволюция"

'''Обзор книги Я. Смэтса "Холизм и эволюция"'''

'''Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.'''

Ян Смэтс был весьма необычный человек. Он занимал пост премьер-министра Южно-Африканского Союза с 3 сентября 1919 по 30 июня 1924 и с 5 сентября 1939 по 4 июня 1948 года, имел звание фельдмаршала.

Однако при этом интересовался науками, философией, и имел собственное мнение по фундаментальным вопросам. Издал книгу «Холизм и эволюция» <ref name="ftn27">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.</ref>, где изложил идеи, явно предвосхищающие общую теорию систем (ОТС).

Сам он очень емко изложил суть холизма в одной фразе: Холизм, как следует из самой его идеи, - это тенденция к объединению, слиянию и упорядочению множества элементов в новые единства. (здесь и далее в скобках номера страниц - 241)

В предисловии к своей книге Смэтс писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">''СРЕДИ огромных пробелов в знаниях по-прежнему остаются нераскрытыми те, которые разделяют явления материи, жизни и разума. Материя, жизнь и разум остаются совершенно непохожими друг на друга. Очевидно, что их различия действительно огромны, и нигде не видно моста для мысли от одного к другому. И их абсолютное различие и диспропорциональность приводят к большим разрывам в знании и разделению знания на три разных царства или, скорее, мира. И все же все они являются тремя в опыте и, следовательно, не могут быть такими уж непохожими и чуждыми друг другу. Более того, они на самом деле переплетаются и сосуществуют в человеке, который состоит из материи, жизни и разума. Если бы у материи, жизни и разума действительно не было общей основы, их соединение в человеческом индивидууме было бы величайшей тайной из всех.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>

<span style="color:#833c0b;">''Эволюция. Отсюда возникают три серии явлений в реальном мире: физическое, биологическое и психическое, или ментальное мышление. Эти связи между ними, основанные не на мышлении, а на фактах существования и опыта, как правило, показывают, что они не могут быть принципиально чуждыми и непримиримыми и что между ними должен быть возможен какой-то мост, если только мы не хотим предположить, что наш человеческий опыт действительно является простым хаотическим нагромождением разрозненных элементов.''</span>

С тех пор мы далеко продвинулись в понимании того, как развивалась Вселенная, как устроена живая материя, как работаем мозг и особенно что такое «информация» (достаточно сказать, что слово «информация» встречается в книге Смэтса всего два раза).

Но переходы от неживой материи к живой, от животных к разуму, все еще остаются непонятными. Смэтс указывал путь к пониманию через понятие холизма (целостности).

Действительно, объединение элементарных частиц в атом создает целое с новыми свойствами: энергетическими состояниями, возможными за счет электронных оболочек, с валентностью; живая клетка состоит из молекул, и притом умеет сама производить нужные ей молекулы, разлагая молекулы пищи, общество состоит из организмов, которые (среди прочего) объединены языком и поэтому обладают разумом.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Но именно это объединение должно предупредить нас о том, что кажущаяся раздельность этих трех фундаментальных концепций на самом деле не имеет под собой веских оснований, и что более широкие знания и более глубокое понимание могли бы прояснить тайну, по крайней мере, до некоторой степени, и привести к какому-то объединению или гармония этих, казалось бы, несвязанных или независимых элементов в нашем реальном мире</span><span style="color:#833c0b;">''. Требуется больше знаний. Наша физическая наука должна сделать более пластичным наше представление о твердой непроницаемой инертной материи, и в третьей главе я задам вопрос, насколько уже существуют материалы для такого смягчения. Опять же, наша биологическая наука должна развеять расплывчатость концепции жизни и заменить ее более определенной, осмысленной концепцией, которая, однако, не будет зависеть от чисто материальных или физических элементов. В настоящее время концепция жизни настолько неопределенна и расплывчата, что, хотя царство жизни полностью признано, его управление осуществляется с помощью физической силы или механизма.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>(3-4)

Ну, что тут сказать? Весь XX век мировая наука старательно выполняла проект Смэтса. Биология разбиралась в том, каким образом атомы и молекулы работают внутри живой клетки, обеспечивая питание, ремонт повреждений, регенерацию. Археологи и палеоэтнологи (между прочим, используя новейшие технические средства) изучали эволюцию хомо сапиенс и его предшественников, собирая и сравнивая находки со всех континентов Земли. Хотя некоторые неопределенности все же остались.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;"> Выражаясь языком Платона, для них материя была лирой, а душа - музыкой этой лиры; лира была субстанциальной и неизменной реальностью, а музыка - всего лишь преходящим продуктом. И, таким образом, приоритет и господство материи превратили жизнь и душу в преходящие и смущающие фантомы на сцене существования. Этот материализм вызывал самое горячее негодование и оспаривание со стороны тех, кто придерживался духовных ценностей и реалий. Они отрицали не только первенство материи, но и ее приоритет, а также то, что жизнь или разум возникают из нее и зависят от нее в каком-либо реальном смысле. Фактически они отрицали принцип эволюции как подрывающий все духовные и нравственные ценности жизни. Обе стороны, как материалисты, так и спиритуалисты, находились под влиянием жестких физических концепций причины и следствия, которые играли такую большую роль в науке и философии девятнадцатого века. В следствии не могло быть ничего большего, чем уже было заложено в причине; и если материя вызвала душу, то в душе не могло быть ничего большего, чем уже было в материи. Другими словами, душа была лишь кажущимся, а не реальным достижением материи. Общая обоснованность этого аргумента никогда не подвергалась сомнению, и в него искренне верили обе стороны. ''Следовательно, те, кто придерживался теории эволюции, логически были склонны к материализму, а те, кто придерживался спиритуализма, логически были вынуждены отрицать эволюцию.''</span>

В этом отрывке Смэтс затрагивает старую философскую проблему взаимосвязи мышления (идеального) и материи. Отличная аллегория о лире и музыке: материальный мозг, существование которого поддерживается пищей, создает нематериальную мысль, которая улетает в эфир… Психофизическая проблема: как нематериальная мысль заставляет наше тело действовать? Однако древние не приметили, что музыка распространяется не в безвоздушном пространстве, а в виде звуковых волн в воздухе. Конечно, смысл музыки не в колебаниях; потом ее научилось записывать на грампластинках, магнитных лентах, в виде mp3 файлов; все это материальные организованности, несущие смысл, но без них смысл тоже не существует. В конечном счете, эти упорядоченности попадают в мозг человека, где этот смысл и проявляется снова; но как? Не во взаимодействии с бесплотными мыслями, а во взаимодействии с движением живой материи нейронов, которые соотносят эту организованность с какими-то образами, воспоминаниями и так далее, также существующими в виде организованного движения материи. И дело здесь не в конкретной материи, а в тех образах, которые она несет. Как образ человека, воплощенный в мраморе статуи. Примерно об этом писал К. Поппер в своих размышлениях о «третьем мире» <ref name="ftn28">Поппер К.Р. Знание и психофизическая проблема: В защиту взаимодействия. М.: Издательство ЛКИ, 2008. 256 с.</ref>.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Мы верим в эволюцию, но это уже не механическая эволюция, произошедшая одно или два поколения назад, а творческая эволюция. Мы верим в рост, который действительно является таковым и становится все более и более активным в процессе. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы верим в Генезис, который по самой своей природе является эпигенезом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для нас не существует такой вещи, как статичная эволюция, становление, которое не становится, но в своих кажущихся изменениях всегда остается неизменным. Абсолютное уравнение причины и следствия, в которое безоговорочно верили люди того времени, не применимо к нам, как я объясню в свое время. Ситуация изменилась, изменилась точка зрения, и сегодня вдумчивые мужчины и женщины являются искренними и убежденными эволюционистами, не беспокоясь о мертвой и забытой проблеме противостояния материализма и спиритуализма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы принимаем теорию происхождения жизни из материи, а разума - из того и другого.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для современных образованных мужчин и женщин эволюция является такой же неотъемлемой частью их общего мировоззрения, так сказать, интеллектуальной атмосферы, как и теория Коперника. (8-10)</span>

На странице 43 Смэтс приводит пример распада урана через торий в радий с излучением альфа-частиц, и указывает, что эта реакция была использована для определения возраста Земли (тогда был рассчитан исходя из измеренного периода полураспада урана 1400 миллионов лет, позже был уточнен); это говорит о том, что Смэтс с пониманием следил за новейшими исследованиями в области физики. Ведь только в 1912 году Артур Холмс определил возраст древнейших известных пород уран-свинцовым методом.

<span style="color:#833c0b;">Атом и клетка - это две фундаментальные структуры во Вселенной, которые мы в настоящее время знаем: атом является единицей мира материи, а клетка - единицей мира жизни. </span>(62)

Остается только согласиться

<span style="color:#833c0b;">''Все растения и животные состоят из клеток, причем эти клетки, как правило, состоят из различных химических веществ, некоторые из которых имеют очень сложное </span><span style="color:#833c0b;">строение. Количество клеток в организме варьируется в зависимости от его размера и сложности, некоторые из низших, наиболее примитивных организмов являются одноклеточными или состоят из сравнительно небольшого числа клеток, в то время как, с другой стороны, высшие растения и животные могут содержать неисчислимые миллионы клеток.''</span><span style="color:#833c0b;"> По оценкам, только в человеческом мозге насчитывается около 9000 миллионов клеток! Эти клетки также имеют самый разнообразный характер, поскольку клетки, из которых состоят различные части и органы тела, отличаются друг от друга. Таким образом, клетки нервов, костей и мышц, да и вообще всех частей животного организма заметно отличаются друг от друга, и количество различных видов клеток, из которых состоит тело, может быть бесконечно большим. </span>(64)

На сегодня количество нейронов в мозге человека оценивается примерно в 90 миллиардов, но во времена Смэтса не было такого количества исследований как сегодня; и сегодня никто не считал точно количество клеток мозга или тела – а как вы себе это представляете? Пересчитать миллиарды клеток, видных только под микроскопом и расположенных тончайшими слоями? На самом деле делаются микроскопические исследования образцов разных тканей очень небольшого размера, а затем из этих средних величин экстраполируют на весь организм.

<span style="color:#833c0b;">''Сама природа клеток такова, что они функционируют как части единого целого, и когда это целое разрушается, перед ними автоматически встает необычная дополнительная задача - восстановить брешь, и их дремлющие силы пробуждаются к действию. И это происходит, насколько мы можем судить, просто в силу внутренней экономии и внутреннего регулирования в самом организме и без предварительной подготовки к новой роли. Взаимодействие между организмом и его клетками действительно является самым тонким и интимным; оба они, по-видимому, являются активными факторами в поддержании целого и в восстановлении любых частей, которые могут отсутствовать и которые необходимы для целого. Их взаимодействие настолько тесно, что почти невозможно сказать, где заканчивается влияние одного и начинается другое. ''</span>

<span style="color:#833c0b;">Аспект координации или подчинения частей целому также наиболее наглядно иллюстрируется феноменом воспроизведения, о котором я уже упоминал в другой связи. Размножение возвращает нас не только к прошлому и его загадкам, но и к будущему, и именно репродуктивную систему организмов мы должны изучать наиболее внимательно, если хотим понять этот аспект органической деятельности. </span><span style="color:#833c0b;">''Ибо при размножении клетка или организм явно выходит за пределы самих себя, их функции становятся трансцендентными в том, что касается их самих; его слепые стремления и энергия охватывают объекты и ситуации, находящиеся за пределами его самого.''</span><span style="color:#833c0b;"> На самом деле, при размножении клетка или организм ясно демонстрируют тот факт, что они не одиноки и что они являются частью более масштабного целого жизни, на выполнение которого направлены их самые фундаментальные функции. Таким образом, в качестве иллюстрации согласованных взаимосвязей частей и целого в организме ничто не может быть более значимым и важным, чем факты органического размножения. Здесь больше, чем где-либо еще, проявляется важность целого как действующего фактора, не только непосредственного целого или индивидуального организма, но и трансцендентного целого или типа, который должен воспроизводиться и поддерживаться любой ценой. Во всем многообразии органической природы поражает присущая ей самоотверженность, пренебрежение к себе и выход за пределы себя в процессе воспроизводства, который подчиняет индивидуума потребностям расы, истощает ее запасы сил и часто стоит ей </span><span style="color:#833c0b;">жизни. В этом процессе, как в самом сердце природы, заложен принцип жертвенности, подчинения части целому, индивидуума расе или типу людей. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Предыдущий анализ позволил нам понять, что растение или животное - это единое целое, состоящее из миллионов частей в виде клеток всех видов, в то время как клетки, в свою очередь, представляют собой более мелкие образования неопределенной сложности и удивительной активности. Все эти части скоординированы и расположены вплоть до мельчайших деталей и функционируют в самом тесном сотрудничестве, поддерживая друг друга и весь организм в целом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Организм - это действительно маленький живой мирок, в котором царят закон и порядок, и в котором каждая часть сотрудничает со всеми другими частями и служит общим целям целого, как правило, с самой совершенной регулярностью. Именно эта совершенная общность функций и единство действий в системе, состоящей из бесчисленных частей и сложнейших структурных образований, делает организм таким поразительным типом целого. Мы рассмотрели структурный порядок как характеристику неорганической материи; теперь мы видим активное сотрудничество и единство действий в дополнение к этому как характеристику организма. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Мы восхищаемся порядком и сотрудничеством в пчелином улье или сообществе муравьев; в организме мы видим более совершенный порядок и более замечательное сотрудничество в ситуации, которая, возможно, ненамного менее сложна, чем любая из них. И точно так же, как отдельная пчела или муравей живет своей собственной жизнью и не теряется в общей деятельности улья или гнезда, так и отдельная клетка живет своей собственной жизнью, специализируясь и совершенствуясь в соответствии со своей ролью в организме, которую она помогает формировать и которой служит, не теряя и не жертвуя своей идентичностью. Организм включает в себя бесчисленное множество более мелких органических единиц, чья индивидуальность не поглощается им, выражается и не подавляется им. Большой организм означает не только объединение и совместную гармонию своих меньших единиц, но и, как правило, более совершенную индивидуализацию и специализированное развитие этих единиц в гармонии целого. Организм растения или животного - это социальная общность, но общность, которая обеспечивает существенное развитие своим отдельным членам. А ее природа и структура таковы, что она может совершенствоваться только через дифференциацию и развитие составляющих ее членов.''</span>

<span style="color:#833c0b;"> Но хотя это так, хотя (как мы более ясно увидим в дальнейшем) индивидуализация фундаментальна по своей природе, мы должны признать, что интенсивное сотрудничество играет не менее важную и фундаментальную роль. Организм - это, по сути, общество, в котором бесчисленное множество членов сотрудничают в целях взаимопомощи в духе наиболее эффективного бескорыстного служения и верности друг другу. Сотрудничество и взаимопомощь написаны на лице Природы. Более того, если структура и функции клеток могут нас чему-то научить, то они глубоко запечатлены в природе Вселенной, они являются самим смыслом и душой Природы. Мы можем пройти долгий путь по сферам Эволюции, но нигде мы не найдем более совершенного сотрудничества или более прекрасной иллюстрации взаимопомощи одной части для другой и всех частей для целого, а также целого для всех его частей, чем в маленькой незначительной клетке, который, кажется, хранит в себе саму тайну Вселенной. Предвосхищая формулировки более поздних разработок, мы можем сказать, что в клетке подразумевается идеал гармоничного сотрудничества, бескорыстного взаимного служения, верности и долга каждого по отношению ко всем, к чему в наших более поздних, более высокоразвитых человеческих объединениях мы можем только стремиться. Когда в атоме было достигнуто удивительное и таинственное стабильное сочетание электрических единиц, произошло чудо, которое спасло материальный мир от полного хаоса и </span>

<span style="color:#833c0b;">случайности. Но гораздо большее чудо было совершено, когда из атомного и молекулярного порядка развился еще более глубокий и утонченный порядок внутренней совместной гармонии клетки. Эти две фундаментальные структуры являются великими достижениями в ходе эволюции, до появления Разума, и хотя многие другие эксперименты, вероятно, проводились до и в промежутках между этими успехами, они оказались нестабильными и были отброшены, а теперь тщетно разыскиваются. Мы должны внимательно изучить эти неизменные вершины достижений, если хотим понять истинную природу эволюционного процесса и если хотим составить представление о природе фундамента между этими постоянными структурами, который был размыт с бесконечным течением времени. И когда мы обнаружим, что эти два явления не являются совершенно разными, а являются выражением в чем-то сходной внутренней прогрессивной тенденции Природы, и когда позже, на ментальном и духовном уровнях развития, мы обнаружим еще более четкие проявления подобной тенденции, мы будем вправе заключить, что столкнулись лицом к лицу с чем-то реальный и причинный в форме естественного действующего фактора фундаментального и универсального характера. </span>(стр. 82-86)

Привожу этот длинный отрывок без сокращений и комментариев. Он показывает ход мысли Смэтса, где не только организм рассматривается как клеточный холос, но эта целостность рассматривается в движении элементов в процессах обмена веществ и самовоспроизведения организма.

<span style="color:#833c0b;">''На протяжении всей истории человеческой мысли существовали две предельные отправные точки в объяснении Вселенной, две противоположные ментальные установки или точки зрения, с которых рассматривалась и объяснялась Вселенная. Согласно одной точке зрения, все, так или иначе, задано в начале; согласно другой, в начале предполагается минимум, и Вселенная является постепенным творением или эволюцией, начиная с этой минимальной начальной точки. На первый взгляд, не имеет значения, было ли первоначальное творение завершено во всех деталях или же была завершена только его логическая или метафизическая схема, в то время как содержание было дано лишь косвенно. В любом случае в ходе последующей истории мира не может быть ничего нового. Если первоначальное творение было полным и абсолютным, то все последующие события и изменения могут быть только перестановками, перетасовками первоначальных группировок: как материальные элементы, так и их принципы или формы расположения присутствуют в качестве исходных данных и определяют все последующие события и расположения. Если, опять же, метафизическую схему или структуру Вселенной принимать как данность, то эволюция Вселенной - это просто логическое развитие в соответствии с этой схемой; или, другими словами, логическое развитие схемы даст нам в результате материальную вселенную''</span>

<span style="color:#833c0b;">Развитие идеи Гегеля является именно такой попыткой логического раскрытия вселенной. В обоих случаях объяснение Вселенной находится в прошлом, в начале: это начало управляет всем и предопределяет все. Прошлое является действенной причиной будущего, и никакое новое творение, ничего принципиально нового в будущем возникнуть не может. Реальность в полном объеме существовала с самого начала и продолжает существовать, меняя свои формы и проявления, но не внося ничего нового в первоначальный поток. Всякая реальная новизна и инициатива, всякая реальная свобода выбора и развития исчезают из вселенной. Мировой процесс становится в лучшем случае объяснением, развертыванием того, что было дано неявно, а не творческой эволюцией новых форм. Эта точка зрения была доминирующей в западной науке и философии с момента ее зарождения в XVI и XVII </span><span style="color:#833c0b;">веках и до недавнего времени. В физике она естественным образом согласуется с ортодоксальными законами сохранения, которые исключают создание или разрушение энергии, массы или импульса. И по мере того, как в науке и философии преобладали механистические идеи, все изменения стали означать просто механические перестановки без какого-либо существенного дополнения или вычитания из общей картины реальности. Опять же, те мыслители, которые (подобно Лейбницу) не придерживались механистической формулы, руководствовались своими теологическими взглядами и идеями, предшествовавшими формированию, и рассматривали реальность как завершенную в прошлом, оставляя будущему лишь второстепенную роль в раскрытии, эволюции, экспликации того, что фактически существовало. содержащийся в этом прошлом. Таким образом, это очень ограниченный смысл, в котором следует понимать используемые ими термины "развитие" или эволюция. Когда они верили в динамичную прогрессивную вселенную, они имели в виду просто вселенную, которая постепенно раскрывает то, что неявно содержалось в прошлом. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Точка зрения на эволюцию как на созидательное явление, на реальное прогрессивное творение, которое все еще продолжается во Вселенной, а не завершилось в прошлом, на совокупность реальности, которая не является постоянной, а постепенно увеличивается в ходе эволюции, - это новое веяние нашего времени, и, возможно, это одно из самых значительных изменений во всем спектре человеческой мысли. ''</span><span style="color:#833c0b;">Старый статичный взгляд на реальность с его неизменными элементами и видами не только исчез, но и новый динамичный взгляд на эволюцию не просто отрицает старый статичный взгляд, он зашел гораздо дальше. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Эволюция - это не просто процесс изменений, перегруппировки старого в новые формы; она творческая, ее новые формы не просто создаются из старых материалов; она создает как новые материалы, так и новые формы из синтеза нового со старыми материалами. Творческая способность материи, как мы видели, ограничивается аспектом структуры и преобразованием новых структур из ранее существовавших материальных единиц: в этом смысле материя обладает лишь ограниченной, хотя и реальной творческой способностью. Когда мы переходим к организмам, мы обнаруживаем гораздо большую степень креативности в эволюции.''</span>

<span style="color:#833c0b;"> Ибо, как будет показано в главе VIII, новые качества или признаки, которые приводят к появлению новых разновидностей или видов, действительно являются новыми в том смысле, что их не было раньше, и это не просто изменение признаков, которые были раньше. Создаются новые знаки (characters), и на их основе возникают новые разновидности или специфические формы стабильного вида. Еще большая степень креативности присуща разуму как в его интеллектуальном, так и в этическом аспектах; мысль созидательна во всех своих проявлениях, от простейших ощущений до самых сложных суждений; а этический или практический разум создает ценности, моральные, духовные и религиозные ценности в самом полном смысле этого слова. Отсюда возникает взгляд на эволюцию как на созидание нового, как на эпигенез, а не на объяснение, как на проявление новизны и инициативы, как на открытие новых путей и предоставление возможности нового выбора в продвижении вперед, как на создание свободы для будущего и, в самом реальном смысле, на разрыв оков прошлого и будущего от его фиксированных предопределений. </span>(стр. 90-92)

<span style="color:#833c0b;">''Творческая эволюция, которую понимают и ученые, и философы, работает как общий принцип или тенденция в конкретных формах и посредством них. Таким образом, эволюция - это структура и принцип, взаимопроникающие друг в друга, </span><span style="color:#833c0b;">взаимодействующие и оживляющие друг друга.''

<span style="color:#833c0b;"> … </span><span style="color:#833c0b;">''Универсальное реализует себя не в праздном самосозерцании, не в отрыве от действительного, а в отдельных телах, в конкретных вещах и фактах и через них. ''</span><span style="color:#833c0b;">Храм Духа - это структура материи; универсальное заключено в конкретном, частном; ни одно из них не является реальным или истинным отдельно от другого. Все это звучит как прописные истины и банальности. Но, тем не менее, это самое важное, поскольку означает, что следование разными путями науки и философии не приведет нас к нашей цели. Их пути должны сойтись. Необходимо разработать концепции, которые будут включать в себя материал и точки зрения как науки, так и философии. Путь реального - это не абстрактные общие принципы и не пустыня деталей; и если мы хотим понять эволюцию, мы должны разработать концепции, адекватные ее реальному процессу, концепции, которые будут отражать ее реальные черты - конкретность и универсальность. Другими словами, мы должны сформировать концептуальную модель, которая будет как можно точнее воспроизводить то, что на самом деле происходит в процессе космической эволюции, и наша главная задача состоит в том, чтобы сделать наше объяснение природных процессов как можно более точным в соответствии с реальными наблюдаемыми фактами. </span>(стр. 93-94)

<span style="color:#833c0b;">И материя, и жизнь в атоме и клетке состоят из единичных структур, упорядоченная группировка которых создает естественные целостности, которые мы называем телами или организмами. Этот характер или черта "целостности", которые мы обнаружили в случае материи и жизни, имеют гораздо более общее применение и указывают на нечто фундаментальное во Вселенной, фундаментальное в том смысле, что оно практически универсально, что оно является реальным действующим фактором и что его формирующее влияние ощущается все более глубоко и широко по мере продвижения эволюции. Холизм - это введенный здесь термин (от холос = целое) для обозначения этой направленной на достижение целостности тенденции в природе, этого фундаментального фактора, действующего на создание целостностей во Вселенной. Давайте сначала попытаемся получить некоторое общее представление о том, что такое холизм и что такое "целые"; после этого я попытаюсь дать более точное определение этим терминам.

В области жизни мы все знакомы с тем, что здесь называется целостностями. Каждый организм, каждое растение или животное - это единое целое, обладающее определенной внутренней организацией и способностью к самоуправлению, а также своими собственными индивидуальными особенностями. Это справедливо как для низшего микроорганизма, так и для наиболее высокоразвитой и сложной человеческой личности. Что не является общепризнанным, так это то, что концепция целостности охватывает гораздо более широкую область, чем концепция жизни, что ее истоки прослеживаются уже в неорганическом порядке природы и что за пределами обычной области биологии она в некотором смысле применима к человеческим объединениям, таким как государство, и к творениям человеческого духа во всех его величайших и наиболее значимых проявлениях. Не только растения и животные являются целостностями, но и в определенном ограниченном смысле естественные сочетания материи во Вселенной являются целостностями; атомы, молекулы и химические соединения являются ограниченными целостностями; в то время как в другом, тесно связанном смысле человеческие характеры, произведения искусства и великие идеалы высшей жизни являются целостностями или разделяют их. В обиходе слово "целостный" часто используется для обозначения некоторых из этих высших творений. Например, стихотворение или картину хвалят за то, что они представляют собой "целое", потому что это не просто искусственная конструкция, а органичное целое, в котором все части проявляются тонким, неуловимым образом, чтобы служить главной цели или идее, вносить в нее свой вклад. На самом деле художественные произведения в основном оцениваются по степени, в которой они осознают характер целостности. Но термин "целостность" содержит гораздо больше, чем подразумевается в его общепринятом употреблении. С точки зрения, представленной здесь, "целостности" являются основой характера Вселенной, а холизм, как действующий фактор в эволюции целостностей, является высшим принципом Вселенной.

''Создание целостностей, причем все более высокоорганизованных, и целостности вообще как характеристики существования - неотъемлемая черта Вселенной. В мире действует не просто неопределенная творческая энергия или тенденция. Эта энергия или тенденция имеет специфические свойства, наиболее фундаментальным из которых является создание целого. И постепенное развитие возникающих в результате целостностей на всех стадиях - от самых зачаточных, несовершенных, неорганических до наиболее высокоразвитых и организованных - это то, что мы называем эволюцией. Стремление к созданию целого, холистическая тенденция, или холизм, действующий в конкретных целостностях и через них, проявляется на всех этапах существования и никоим образом не ограничивается биологической областью, которой наука до сих пор ограничивала понятие целого. Уходя корнями в неорганическую среду, эта универсальная тенденция находит ясное выражение в органическом биологическом мире и достигает своих высших проявлений и результатов на ментальном и духовном планах существования. Подлинными единицами Природы являются целостности различного уровня. Целостность - это наиболее характерное выражение природы Вселенной в ее поступательном движении во времени. Она отмечает линию эволюционного прогресса. И холизм является внутренней движущей силой этого прогресса. ''

Очевидно, что если эта точка зрения верна, то должны последовать очень важные результаты для наших представлений о знании и жизни. ''Целостности - это не просто искусственные конструкции мысли, они указывают на нечто реальное во Вселенной; и холизм как творческий принцип в них является реальной причиной. Это движущая сила эволюции. Таким образом, за эволюцией стоит не просто смутный и неопределимый творческий импульс или жизненная сила, голая идея прохождения или продолжительности, не имеющая никакого качества или характера, кроме равномерного течения, и которой нельзя придать никакого значения или характера, но нечто вполне определенное. Холизм - это специфическая тенденция, имеющая определенный характер, творческая по отношению ко всем персонажам во Вселенной и, следовательно, приносящая результаты и объяснения в отношении всего хода космического развития.'' (100-102)

<span style="color:#833c0b;"> ''Целое как действующий фактор требует тщательного изучения. То, что в природе существуют целые, представляется мне неоспоримым. Представленная здесь точка зрения заключается в том, что они охватывают гораздо более широкую область, чем принято считать, и имеют фундаментальное значение. Но идея целого - это один из вопросов, которым наука, а в значительной степени и философия, пренебрегает. Любопытно, что, хотя общая точка зрения философии по необходимости в значительной степени холистична, она никогда по-настоящему не использовала идею целого. Эта идея действительно проходит красной нитью через всю философию, но в основном в расплывчатом, неосязаемом виде.'' Единственное определенное применение этой идеи было сделано абсолютистами, которые применили выражение "целое" ко всему существующему, к космическому целому, ко всему ансамблю Вселенной, рассматриваемому как единство или бытие. Такое конкретное использование этой идеи нас не интересует на данном этапе нашего исследования. Великое целое может быть конечной точкой, но это не та линия, которой мы следуем. Мы собираемся изучать маленькие естественные центры целостности и принцип, выражением которого они являются. И я думал, что этот вопрос будет представлять глубокий интерес как для философов, так и для ученых. Но даже философы не смогли по-настоящему использовать эту великую концепцию, в то время как ученые постоянно пренебрегали ею или игнорировали ее под железным гнетом механистического режима. И все же камень, отвергнутый строителями, может стать краеугольным камнем здания. </span>(103)

<span style="color:#833c0b;">''Давайте теперь рассмотрим идею целого более подробно; и давайте снова начнем с естественных биологических целостностей, таких как растения или животные. Организм, как растение или животное, является естественным целым. Он самодействующий и самодвижущийся. Принцип его движения или действия не внешний по отношению к нему самому, а внутренний. Он не приводится в действие каким-либо внешним принципом или силой, например, машиной или искусственным сооружением. Источник его активности является внутренним и неразрывно связан с ним самим, он действительно является им самим. Она состоит из частей, но ее части не просто собраны вместе. Их единство не является механическим, а основывается на другом принципе. Организм состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, и если эти части разобрать на части, организм разрушается и не может быть восстановлен путем повторного соединения разъединенных частей. Эти части находятся в активных отношениях друг к другу, которые меняются в зависимости от частей и организмов; но ни в коем случае нет ничего бездеятельного или инертного в отношениях этих частей друг к другу или ко всему организму в целом. Кроме того, организм способен поддерживать себя за счет поглощения других компонентов, таких как пища, но, опять же, как мы видели в предыдущей главе, он делает это не путем простого механического добавления, а путем полного преобразования, ассимиляции и использования в своей собственной системе взятого таким образом материала. Более того, организм является творческим в том смысле, что он способен при определенных условиях обновлять себя и воспроизводить себя в очень похожих целостностях.''

Этого приблизительного изложения достаточно, чтобы обозначить основные общие характеристики биологических целостностей. Когда мы достигаем более высоких уровней развития высших животных и человека, мы сталкиваемся с дополнительными признаками психологической природы, такими как интеллект, воля, сознание, центральный контроль и руководство более или менее добровольного и обдуманного характера. Для нашей нынешней цели предварительного обзора в этой главе нам нет необходимости рассматривать этих персонажей более подробно. Но необходимо, чтобы мы сформировали более четкое представление о различиях, которые отличают целое в вышеуказанном смысле от чего-то, что целым не является.

Прежде всего, я хотел бы подчеркнуть, что целое, согласно представленной здесь точке зрения, не простое, а сложное и состоит из частей. Природные целостности, такие как организмы, являются не простыми, а сложными или составными, состоящими из множества частей, находящихся в активной взаимосвязи и взаимодействии того или иного рода, и сами части могут быть меньшими целыми, такими как клетки организма. Целые - это составные части, а не простые элементы. Идея целого как простой уникальной индивидуальной сущности - это метафизический взгляд, от которого мы должны остерегаться. Философия разработала концепцию уникального целого, которое на самом деле является абсолютным, неразрушимым и неизменяемым. Например, Платон в "Федоне" представил человеческую душу как такое целое и из ее неделимости вывел аргумент в пользу ее бессмертия. То, что просто, неделимо и окончательно, обязательно должно быть и неразрушимым. Однако, с моей точки зрения, природные целостности - это не такие простые неделимые сущности, которые на самом деле являются философскими абстракциями. (103-104)

<span style="color:#833c0b;">С другой стороны, философская концепция не оставляет места для изменений, движения или развития целого. Философское целое, или абсолют, неизбежно статично. Простое, уникальное, конечное целое не может изменяться или развиваться. Оно неизменно остается тем, что оно есть. Это отрицает идею эволюции, которая необходима для концепции целостностей, представленной здесь. Взгляд на Вселенную как на целое или абсолют в философском смысле не оставляет места для прогресса или развития и вступает в противоречие со всеми практическими учениями и всеми наиболее значимыми результатами науки. Части (если таковые имеются) действительно могут перемещаться и изменяться, их взаимоотношения между собой могут демонстрировать текучесть, которую можно назвать развитием. Но это не будет настоящим творческим развитием. Абсолютная целостность философии неизменна, замкнута в себе и не похожа ни на что, с чем мы сталкиваемся в этом мире. Идея эволюции как созидания является полной противоположностью этой статичной абсолютности. И эта идея должна быть для нас решающей. Все, что противоречит идее Вселенной как прогрессивной и созидательной, должно быть отвергнуто нами. Творческое целое, или холизм, не следует путать с философским целым, или абсолютом.

Предостерегая от философского заблуждения, позвольте мне перейти к предостережению от еще более опасного научного заблуждения. Механический взгляд на вселенную, который был и в значительной степени остается доминирующим в науке, в той или иной степени противоречит изложенной здесь концепции.

Целое - это не просто механическая система, то есть система частей, внешне связанных друг с другом. Оно действительно состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, которой обязательно является чисто механическая система. Сущность механической системы - это чистая внешняя сторона или отсутствие какой-либо внутренней сущности, всех внутренних тенденций, отношений и видов деятельности системы или ее частей. Любое действие в механической системе является внешним, являясь либо внешним воздействием механического тела на какое-либо другое тело, либо внешним воздействием последнего на первое. И точно так же, когда рассматриваются части тела или системы, единственное действие, на которое они способны, - это их внешнее воздействие друг на друга или на организм в целом. Ни у части тела, ни у его частей нет внутреннего действия или функции. Таково механическое тело, и только такие тела предполагались существующими в соответствии с механистической гипотезой. Целое, которое является чем-то большим, чем сумма его частей, обладает чем-то внутренним, какой-то внутренней структурой и функцией, какими-то особыми внутренними отношениями, каким-то внутренним характером или природой, которые составляют это нечто большее. И в этом исследовании мы должны попытаться выяснить, что же это такое. На данном этапе следует уяснить, что, в то время как механическая теория предполагает только внешнее действие как единственно поддающееся измерению и математической обработке и исключает всякое внутреннее действие, связь или функцию, теория целого, напротив, основана на предположении, что в дополнение к внешнему действию между телами существует также дополнительный внутренний элемент или действие тел, которые являются целыми, и что этот элемент или действие имеет определенный определяемый характер. (105-106)

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, целые - это составные элементы, обладающие внутренней структурой, функцией или характером, которые четко отличают их от простых механических дополнений, агрегатов или конструкций, как это предполагает наука в соответствии с механической гипотезой. И этот внутренний элемент, который превращает простое механическое сложение или сумму частей в целое, свидетельствует о прогрессивном развитии Природы. Целостности динамичны, органичны, эволюционны, созидательны. Характера творчества должно быть (если это так) достаточно, чтобы опровергнуть чисто механическую концепцию Вселенной. </span>

<span style="color:#833c0b;">Очень важно понимать, что целое не является чем-то дополнительным к частям: именно части, находящиеся в определенном структурном расположении и взаимодействующие друг с другом, образуют единое целое. Структура и виды деятельности различаются по характеру в зависимости от стадии развития целого; но целое - это всего лишь специфическая структура частей с соответствующими им видами деятельности и функциями. Таким образом, вода как химическое соединение, как мы уже видели, является целым в ограниченном смысле, зарождающимся целым, качественно отличающимся от своих несоставных элементов водорода и кислорода в простом смешанном состоянии; это новая специфическая структура с новыми физическими и химическими свойствами. Целое как биологический организм представляет собой гораздо более сложную структуру с гораздо более сложными видами деятельности и функциями, чем простое химическое соединение. Но его не следует воспринимать как нечто, выходящее за рамки его частей в их структурном синтезе, включая уникальные виды деятельности и функции, которые сопровождают этот синтез. Сама суть концепции целого заключается в том, что части находятся вместе в уникальном специфическом сочетании, в особой внутренней взаимосвязи, в творческом синтезе, который отличает его от всех других форм сочетания или единения. ''Сочетание элементов в этой структуре является в некотором смысле творческим, то есть создает новую структуру, новые свойства и функции. Как мы увидим в дальнейшем, эти свойства и функции сами по себе обладают творческим или целостным характером. ''Вначале факт наличия структуры имеет первостепенное значение для целых, но по мере того, как мы поднимаемся по шкале целых, мы видим, что структура становится вторичной по отношению к функции, мы видим, что функция становится доминирующей чертой целых, мы рассматриваем ее как корреляцию всех видов деятельности структуры и осуществление новых синтезов, которые являются все больше и больше проявляю творческий характер. ''Части целого также подвержены влиянию структуры, они отличаются друг от друга и ведут себя не так, как они вели бы себя без такого целого. Сама суть целого заключается в том, что, хотя оно состоит из своих частей, оно, в свою очередь, влияет на части и их взаимосвязи и функции. Это взаимное влияние составляет внутреннюю сущность или внутренний характер целого. ''

Существует творческая активность, прогресс и развитие целых, и последовательные фазы этой творческой эволюции отмечены появлением все более сложных и значительных целых. Таким образом, возникает прогрессивная шкала целостностей, простирающаяся от материальных тел неорганической природы через растительное и животное царства к человеку и великим идеалам и художественным творениям духовного мира. Как бы ни увеличивались сложность и плодотворное значение целого по мере нашего продвижения вверх, фундаментальная деятельность, которая приводит к этим результатам, на протяжении всего процесса сохраняет свой специфический целостный характер. Сначала, согласно нашим современным знаниям, она проявляется только как определенная материальная структура энергетических единиц, как специфический синтез или расположение материальных частей, например, в химическом соединении, кристалле или коллоиде. Мы уже видели, как эта структура в некоторых отношениях приближается к более целостным проявлениям жизни, и вполне возможно, что будущий прогресс науки значительно расширит наши знания по этому вопросу. Но даже в том виде, в каком это известно сейчас, специфическая структура и характер химического соединения делают его своего рода целым, совершенно отличным от простых физических или механических смесей. По мере того, как мы продвигаемся вперед в развитии природы, мы видим на примере растений, как эта специфическая структура, этот синтез и расположение частей и признаков приобретают новый кооперативный характер - характер групп взаимосвязанных действий, которые тесно взаимосвязаны и функционируют таким образом, чтобы сохранить растение и поддерживать свою деятельность в целом. Когда мы переходим к животным, мы обнаруживаем не только этот тесный структурный синтез частей и признаков на основе сотрудничества и скоординированных функций, но и в появлении центральной нервной системы и головного мозга мы видим новый элемент контроля и управления, который преобразует всю систему, делает ее взаимосвязанной - работа становится более сложной и эффективной и приобретает совершенно новый смысл и активность. ''Когда мы приходим к человеческой стадии, мы обнаруживаем наивысший расцвет этого центрального контроля в человеческой личности. Мы обнаруживаем целый ряд ценностей и видов деятельности, о которых и не мечтали на более ранних стадиях. И мы обнаруживаем, что сами эти ценности и виды деятельности стремятся стать целостными на более высоких уровнях духовного и художественного производства. Целостность, которая была лишь структурной, зачаточной, частичной в начале развития Природы, здесь становится в значительной степени доминирующей и всепроникающей.'' Целостный подход, который на более низких уровнях преодолевал почти непреодолимые препятствия и трудности, здесь в некотором смысле одерживает победу. Пока это лишь очень частичная победа. Даже самая совершенная человеческая личность и самое совершенное художественное произведение все еще полны несовершенств и являются лишь приближением к идеальной целостности. Холизму предстоит пройти еще долгий путь. С высокого человеческого уровня это указывает путь в будущее и показывает, что в целостности, в создании все более совершенных и значимых целостностей, заключается внутренний смысл и тенденция Вселенной. Это как если бы Великий Созидательный Дух сказал: "Смотри, Я создаю все сущее целым". </span>

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, восходящий порядок целостностей, или этапы, на которых холизм проявляет себя в прогрессивных фазах реальности, можно в общих чертах и в предварительном порядке резюмировать следующим образом:

<div style="margin-left:1.249cm;">1. Определенная материальная структура или синтез частей в естественных телах, но внутренняя активность которых в настоящее время известна не более, чем в виде простых физических или химических сил или энергий: например, в химическом соединении. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">2. Функциональная структура в живых организмах, где части в этом специфическом синтезе активно взаимодействуют и функционируют совместно для поддержания организма: например, в растениях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">3. Эта специфическая совместная деятельность координируется или регулируется каким-то выраженным центральным контролем, который все еще в основном неявный и бессознательный: например, у животных. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">4. Центральный контроль становится осознанным и формирует личность; в то же время он проявляется в более сложных, целостных группах общества. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">5. В человеческих сообществах этот центральный контроль становится сверхиндивидуальным, в государстве и подобных групповых организациях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">6. Наконец, возникают идеальные целостности, или холистические идеалы, или абсолютные ценности, отделенные от человеческой личности и действующие сами по себе как созидательные факторы в построении духовного мира. Таковы Идеалы Истины, Красоты и Добра, которые закладывают основы нового порядка во Вселенной. </div>

На протяжении всех этих этапов мы видим постоянно углубляющуюся природу Целого как специфического структурного синтеза частей с собственной внутренней активностью, которые взаимодействуют и функционируют в гармонии, естественно, инстинктивно или сознательно. (106-110)

<span style="color:#833c0b;">''Позвольте мне в заключение сказать несколько слов о терминологии, чтобы избежать двусмысленности и неправильного понимания в дальнейшем. Согласно представлениям, изложенным в этой главе, целое в каждом отдельном случае является центром и творческим источником реальности. Это реальный фактор, из которого вытекает все остальное в каждом конкретном случае. Но существует бесконечное множество таких целостностей, охватывающих все уровни существования во Вселенной; и возникает необходимость в общем термине, который включал бы и охватывал все целостности как таковые в рамках одной концепции. Для этого был придуман термин холизм; таким образом, холизм охватывает все целостности во Вселенной. Таким образом, это одновременно и концепция, и фактор: концепция, обозначающая все целостности, фактор, потому что целые, которые она обозначает, являются реальными факторами во Вселенной. Мы говорим о материи, включающей в себя все частицы материи во Вселенной: точно так же мы будем говорить о холизме, включающем в себя все целостности, которые являются высшими творческими центрами реальности в мире.'' (120)

''Позвольте мне повторить то, что было сказано в предыдущей главе: целое - это не общий принцип или тенденция, это структура или схема.'' Естественное тело или организм можно разделить на два фактора: форму, структуру или схему и конкретные признаки или качества, которые наполняют эту форму или структуру. Что касается этих конкретных признаков или качеств, то в каждом конкретном случае мы должны полагаться на опыт; цвет, ощущение или запах предмета или характер животного можно узнать только из наблюдений или опыта в каждом конкретном случае. Но форма или структура включает в себя особенности, которые наиболее удобно обобщить в виде концепций, и если эти концепции ясны и определены, из них снова можно вывести результаты, которые делают их наиболее полезными в качестве аргументов для размышлений и объяснений. Обобщенные концепции пространства и времени, разработанные не столько философами, сколько математиками, обладают теми качествами ясности и определенности, которые делают их особенно полезными для изучения структуры физического мира, как мы видели при обсуждении теории относительности. И точно так же концепция целого, если ее ясно понимать и твердо придерживаться, может стать мощным средством изучения сложных явлений жизни и разума. Концепция целого - это обобщенная структура или схема, каркас, который необходимо заполнить в каждом конкретном случае; и именно этот структурный или схематический характер приближает его к тому конкретному характеру, который отличает все природные объекты в мире опыта. Для большей ясности давайте перейдем к анализу фундаментальных характеристик целого, как мы видим, на примере, скажем, простого организма. (129)

Во-первых, единство действия, характерное для целого, проявляется в заметной способности регулировать и соотносить, которой целое, по-видимому, обладает по отношению к своим частям. Это, пожалуй, самая поразительная особенность органических целостностей; какими бы сложными они ни были, в них сохраняется определенное сбалансированное соотношение функций. Если между частями возникает какое-либо нарушение, нарушающее распорядок дня в целом, то либо это нарушение устраняется совместными усилиями многих или всех частей, либо функции других частей перестраиваются таким образом, что устанавливается новый баланс и распорядок дня. Синтетическое единство целого порождает синтетическое или холистическое действие во всем целом; деятельность и функции частей также становятся целостными, так что в дополнение к их обычной рутине у них появляется аспект или тенденция, направленная на целое, которая активизируется всякий раз, когда нарушается равновесие целого. Именно этот целостный характер, отличающий деятельность и функции не только целого, но и его частей, лежит в основе замечательного феномена сотрудничества между клетками, на который было обращено внимание в четвертой главе. ''Сотрудничество - это не столько взаимодействие независимых единиц, сколько, по сути, давление целого на части. На самом деле, вся функция или система организма целостна; синтетическое единство целого настолько глубоко запечатлено в частях и отражается в деятельности частей, что все они, по-видимому, "подыгрывают" друг другу и сотрудничают в поддержании или, в случае нарушения, восстановлении равновесия в деятельности, характерного для конкретное целое. Из синтетического единства целого вытекает целостное действие всех его частей, а также характерная способность соотносить и регулировать, которую целое, по-видимому, проявляет по отношению к частям. Все эти свойства на самом деле вытекают из идеи и природы целого; как только эта идея будет четко осознана, будет найден истинный принцип органического объяснения, и применение идей и методов механицизма или витализма станет излишним, как мы увидим позже.'' (131)

Это создание новой разновидности или вида (новой структуры); это создание новых единичных признаков (частей структуры), которые оправдывают появление нового вида или разновидности; и за новыми единичными признаками стоит не просто перестановка элементов старых единичных признаков, а новый подход. интеграция новых материалов или качественных элементов со старыми элементами для формирования новой разновидности объекта. Этот процесс является творческим по отношению к новому на каждом шагу и на каждой стадии, причем в мельчайших элементах качество не ниже, чем в крупных или целостных структурах. Начиная с воображаемых элементов a, b, c, d, мы обнаруживаем в органическом продвижении ни в коем случае не простую структурную перегруппировку только этих элементов, но везде элемент качественной новизны, x, включенный наряду со старыми элементами в новую структуру. В каждом прогрессе мы обнаруживаем не только новую структуру, но и результат в той или иной форме. Я использовал концепцию единиц или элементов в целях иллюстрации; но на самом деле творческий процесс эволюции целостен и, в конечном счете, не поддается анализу в виде определенных единиц; сочетание унаследованных структур и характеров с новыми настолько тесно, что невозможно отделить их друг от друга, и невозможно сказать, где заканчиваются старые элементы и начинаются новые. Но, вне всякого сомнения, в продвижении вперед новое присутствует наряду со старым таким образом, что мы можем понять этот процесс, как во всей его полноте, так и в мельчайших деталях, только как по-настоящему творческий. (138)

<nowiki>*</nowiki> тут Смэтс немного путается, но в начале главы было написано, что все это предварительные размышления. Что я заметил: некоторые холосы не нуждаются в конструировании; достаточно свалить все элементы в кучу, и они сами выстроятся, как положено. Атом, например. Но есть другой тип, где «буквы» нужно расставлять в нужном порядке; таковы, например, органические молекулы. Клеточные машины считывают код с ДНК и синтезируют нужное из четырех атомов: углерода, водорода, кислорода и азота. Их соединение в разных порядках создает молекулы с очень разными функциями. *

Я изложу это с холистической точки зрения следующим образом: я собираюсь показать, что отбор и направление, присущие жизни и разуму, являются всеобъемлющими холистическими свойствами, которые уже проявляются в материи, развиваются из нее и достигают зрелости в жизни и разуме. Эти персонажи не проявляют оппозиции или антагонизма по отношению к системе материи, но сосуществуют с ней и взаимопроникают в нее, так сказать, как высшие фазы самой материи. Они терпимо относятся к законам материи и выполняют свои функции, не нарушая эти законы. Другими словами, действие жизни и разума согласуется с принципами энергии. Теперь перейдем к моим аргументам.

"Избирательность", как указывалось в главе III, представляется неотъемлемым и фундаментальным свойством материи. Ярким примером этого явления является электромагнетизм; так же как и само строение материи, конечные формы структуры которой зависят от присущего ей сродства и селективности еще более мелких структур или единиц. Таково же поведение материи в коллоидном состоянии. В избирательности материи мы, по-видимому, сталкиваемся с предельным свойством, объяснение которого на более фундаментальных основаниях невозможно.

''Избирательность также является фундаментальным свойством любого организма; это действительно самое примитивное свойство жизни. Возможно, это тот самый момент, когда органическое и неорганическое все еще были единым целым и начали расходиться. Клетка проявляет избирательность во всех своих процессах, таких как усвоение пищи и отторжение того, что не подходит для ее питания. Организм проявляет эту избирательность во всех своих движениях, а также в своем питании. Существует выбор целей и корректировка его движений для достижения этих целей.'' При неправильной настройке, при ошибочных или неудачных движениях эксперимент повторяется до тех пор, пока цель не будет достигнута - пища не будет получена, опасность не будет устранена или враг не будет разгромлен. Эта примитивная способность к отбору или избирательности еще не является выбором или волей, как это наблюдается на высших стадиях органического развития, но она является стержневым элементом выбора или воли. ''Одной из форм этой способности к отбору является самонаправление, которое в равной степени характерно для организмов. Жизнь обладает способностью к самонаправлению, к выбору движения в одном направлении, а не в другом, к выбору пути, ведущего к достижению неосознаваемой или осознаваемо осознаваемой цели. Очевидно, что эта способность к самонаправлению является лишь частной формой или разновидностью более общей способности к избирательности. ''

Нетрудно заметить, что эта избирательность является неотъемлемым атрибутом или качеством целостности. Природное целое как небольшой ограниченный центр единства имеет определенную структуру, которая неизбежно ограничивает его функционирование определенными способами или модальностями и никакими другими. Перед ним открыты не все возможности; у него есть лишь более или менее ограниченные степени свободы для своей деятельности; он вынужден ограничиваться ими и неявно отвергать все остальные. Предвосхищая более поздние стадии развития, можно сказать, что его выбор ограничен; другими словами, для него необходимы избирательные действия. То, что совершенно ясно на более поздних, более зрелых стадиях эволюции, уже существует в неразвитой незрелой форме у самых примитивных организмов. Существует примитивная стадия органического функционирования, когда такие понятия, как воля, выбор или цель, явно еще неприменимы, но их корень уже существует в своего рода органической избирательности или способности к самонаправлению и самоориентации. Эта примитивная органическая способность к отбору, вероятно, недалеко ушла от неорганического свойства, которое я назвал тем же именем. (169-170)

<span style="color:#833c0b;">Позвольте мне сначала сформулировать закон Дарвина, который был таким же простым, как закон Ньютона, и гораздо более понятным. Живые существа имеют тенденцию изменяться и чрезмерно размножаться; как следствие, борьба за выживание становится неизбежной, и в этой борьбе за существование выживают наиболее приспособленные. Это объясняет происхождение видов и все органические различия в мире. Тенденция к вариациям очевидна для всех, как и чрезмерное размножение особей в благоприятных условиях и при отсутствии внешних ограничений; результирующая борьба, которую Дарвин называет Естественным отбором, хорошо известна каждому, кто имеет хоть какое-то представление о живой природе. Таковы простые факты, из которых построена теория Дарвина. Случай с яйцом Колумба, несомненно, самый поразительный из всех, которые когда-либо приводились. Гениальность Мастера проявилась в обширности конструкции, которую он создал из этих простых материалов, основанных на здравом смысле и обычном опыте. Исходя из этих простых банальных фактов, он объяснил бесконечное разнообразие форм жизни, населяющих землю, их географическое распространение как в прошлом, так и в настоящем по всему земному шару, а также удивительную степень их адаптации к физическим и другим условиям, среди которых они живут. Адаптация к суше и морю, пресная и соленая вода, почвенные и климатические условия, охватывающие крайности жары и холода, широчайший спектр влажных, засушливых и пустынных условий, а также все бесчисленные факты и ситуации, которые приводят к взаимодействию- плетение таинственной паутины жизни.</span>

Вся теория Дарвина кратко изложена в последних предложениях "Происхождения видов" с простотой и красотой изложения, достойными простого, но глубокого гения Мастера, и они в нескольких словах раскрывают перед нами великое дарвиновское видение. Их часто цитировали, но здесь они будут процитированы повторно, причем на все времена:

<div style="margin-left:1.249cm;">"Интересно созерцать заросший кустарником берег, покрытый множеством разнообразных растений, с поющими на кустах птицами, с порхающими вокруг различными насекомыми и ползающими по влажной земле червями, и размышлять о том, что эти искусно сконструированные формы, столь непохожие друг на друга, зависят друг от друга столь сложным образом все это было создано законами, действующими вокруг нас. Эти законы, взятые в самом широком смысле, представляют собой рост с воспроизводством; Наследование, которое почти подразумевается под воспроизводством; Изменчивость, обусловленная косвенным и прямым воздействием условий жизни, а также использованием и неиспользованием; степень увеличения настолько высока, что приводит к борьбе за жизнь и, как следствие, к естественному отбору, влекущему за собой расхождение признаков и вымирание менее совершенных форм. Таким образом, из войны в природе, из голода и смерти непосредственно вытекает самая возвышенная цель, которую мы способны себе представить, а именно создание высших животных. Есть величие в этом взгляде на жизнь, с ее разнообразными силами, изначально вдохнутыми Творцом в несколько форм или в одну; и, в то время как эта планета движется по кругу в соответствии с неизменным законом всемирного тяготения, из такого простого начала возникли бесконечные формы, самые красивые и удивительные. были и находятся в процессе эволюции". </div>

Я готов признаться, что в великой мировой литературе есть несколько отрывков, которые затрагивают меня сильнее, чем эти заключительные слова великой книги Дарвина. Они обладают силой и красотой, несоизмеримыми с их простыми, ничем не приукрашенными формулировками. Они являются выражением великой бескорыстной души, которая беззаветно и бесстрашно искала истину и в конце концов удостоилась видения единства жизни, которое, возможно, никогда не было превзойдено в своей полноте и величии. (194-195)

Дарвин предполагал наличие двух действующих факторов в органическом мире: (1) Вариативность в размножении и наследственности живых существ и (2) Естественный отбор, или выживание наиболее приспособленных, как называл это Герберт Спенсер. (195-196)

<span style="color:#833c0b;"> В этой области было много выдающихся ученых, но имя Вейсмана навсегда останется в памяти как выдающегося биолога, который, несмотря на свои ошибки в деталях, инициировал и развивал исследование зародышевой клетки как источника вариативности в эволюции. Вейсман перевел взгляд эволюционистов с внешней стороны на внутреннюю сторону процесса, с очевидного механизма внешнего взаимодействия и столкновения на тайну внутреннего процесса. И то, чему он учил, было не только самым удивительным, но и остается одной из самых значимых истин во всей биологии. Я остановлюсь на этом вопросе прямо сейчас. Но прежде, чем сделать это, я хотел бы отметить, что Вайсману и его коллегам по работе мешал механический взгляд на эволюцию, который уже стал незыблемой догмой на ранней стадии дарвинизма. Если уж на то пошло, то механистическая концепция должна была получить свое завершение в области вариаций, в исследовании внутреннего процесса или фактора эволюции. К сожалению, Вейсман и несколько наиболее выдающихся биологов, разработавших эту вторую фазу дарвинизма, подошли к своей задаче не только как убежденные дарвинисты, но и как механисты. (198)

<span style="color:#833c0b;">Индивидуальный сознающий себя и имеющий волю Разум справедливо подчеркивается психологией как Субъект опыта или Самости. В универсальной системе порядка этот индивид проявляется как беспокоящее влияние, как бунтарь против этого порядка. Но бунтарь пробивается на пути к победе, достигает пластичности и свободы и освобождается от прежней обычной рутины Холизма. ''Таким образом, разум через свою силу опыта и знаний приходит к тому, чтобы овладеть собственными жизненными условиями, обеспечить свободу и контролировать регулирующую систему, в которой он родился. Свобода, пластичность, креативность становятся лейтмотивами нового порядка разума. Это, однако, только одна сторона психической эволюции. Pari passu с этим индивидуальным развитием быстро развивается универсализирующая концептуально-рациональная сторона Ума; его регулирующий Разум делает Разум частью универсального порядка, а индивидуальные и универсальные аспекты Разума взаимно обогащают и оплодотворяют друг друга, а на уровне человеческой Личности приводят к созданию нового идеального мира духовной свободы. Этот союз "индивидуального" субъективного Разума с универсальным или рациональным Разумом возможен, потому что индивидуальный Разум сам возник в холическом регулирующем лоне. Чистый индивидуализм - вводящая в заблуждение абстракция; индивид осознает себя только в обществе и узнавая других, подобных ему; Сама его способность к концептуальному опыту проистекает главным образом из использования социального инструмента языка. Индивидуум проистекает из универсального холизма, и весь его опыт и знания в конечном итоге стремятся к характеру регулирующего порядка и универсальности.'' Таким образом, знание принимает в первую очередь форму эмпирического порядка, как систему здравого смысла. Постепенно несоответствия этой системы устраняются, а знания приближаются к науке, к научному концептуальному порядку, в котором концепции и принципы, выходящие за рамки эмпирического опыта, лежат в основе мира опыта. Научная концепция мира знаменует собой торжество универсального элемента в Разуме, но только на основе свободы и контроля, которых достиг в основном индивидуальный разум.</span> (234)

<span style="color:#833c0b;">Легко понять, что проблема психики стоит перед нами не так остро, как перед психологами. Психология рассматривает психику человека и высших животных как самостоятельный феномен, который она анализирует и исследует в его различных элементах и который она изучает как отдельный отдел или, скорее, ячейку в общей области науки. Таким образом, для психолога вопрос о границах является существенным; он должен отграничить свою область мышления от других областей в общем мире знаний.
Природа разума делает эту трудность неизбежной и неустранимой, и психологии как отдельной науке всегда придется довольствоваться интенсивным освоением только своей центральной области и разделением внешних границ и отдаленных территорий с естественными и биологическими науками.
Для психологии Разум - это особый феномен, который должен изучаться сам по себе. ''Для теории холизма Разум - это всего лишь фаза, хотя и кульминационная фаза, универсального процесса. Вопрос о границах, столь важный для психолога, для нас не существует. С нашей точки зрения, это всего лишь узкоспециализированный вопрос; для нас Разум - это не просто феномен психологии человека и животных. Мы должны проследить связи Разума с более ранними фазами развития материи и жизни; мы должны, так сказать, раскрыть основы Разума в устройстве Вселенной. Разум как выражение холизма, Разум как орган холизма - вот в чем наша проблема. ''

Мы уже видели, что атом и клетка были двумя великими отправными точками в построении Вселенной, двумя великими непреходящими вершинами достижений на пути творческого холизма, которые, в свою очередь, стали основой и фундаментальными единицами всего сущего. Теперь мы подходим к третьему вопросу, который, возможно, является не менее важным с точки зрения устройства Вселенной, а с нашей, человеческой, точки зрения, даже более важным, чем два предыдущих. В уме мы подходим к самому важному фактору во Вселенной, верховному органу, управляющему всеми остальными структурами и механизмами. (236-238)

<span style="color:#833c0b;">Мы видели, что и материя, и жизнь являются структурами, и что прогресс эволюции заключается в появлении все более сложных и интенсивных структур, все более сложно и высокоорганизованных целостностей. В структурах материи количество взаимодействующих элементов меньше, а их взаимодействия проще, так что до некоторой степени все еще возможно проследить элементарные эффекты до их отдельных причин и источников в самой структуре. Структура является доминирующей, и ее функции могут быть вычислены как элементы структуры. Однако по мере того, как мы переходим от физических структур к химическим, слияние и унификация элементов и функций становятся более заметными, а структуры в то же время становятся более сложными. Когда мы переходим к структурам жизни, мы обнаруживаем не только гораздо более многочисленные структурные элементы и гораздо более сложные структуры, но и гораздо более интенсивную и унифицированную организацию, а также функции, гораздо более единичные и унифицированные, индивидуальные и не поддающиеся анализу. Например, в дереве или животном мы находим бесконечное множество клеток и клеточных структур всех степеней специализации, взаимно адаптированных и взаимодействующих друг с другом для поддержания единого индивидуального целого самым удивительным образом. Мы не приписываем это сотрудничество и единство действий какому-то высшему разуму, присущему дереву или животному. В организме как таковом нет психического контроля; и все же контроль настолько прост, настолько автоматичен и эффективен, что ставит в тупик наше понимание. Внутренняя координация и саморегуляция организмов, которые являются органической фазой холизма, действительно являются чем-то удивительным, почти чудесным. И в своем роде и на своем собственном плане эволюция Вселенной не достигла ничего более удивительного или совершенного.</span> (239-240)

<span style="color:#833c0b;">''Я бы никогда не осознал себя и не осознавал свою отдельную индивидуальность, если бы я не осознавал других, таких как я: сознание других «я» необходимо для осознания себя или самосознания. Следовательно, индивид возникает в социальном опыте. Более того, благодаря использованию исключительно социального инструмента - языка я поднимаюсь над простой непосредственностью опыта и погружением в свой текущий момент. Язык дает названия элементам моего опыта, и, таким образом, посредством языка они сначала изолируются и абстрагируются от непрерывности моего опыта.'' Через способность языка к именованию, опять же, несколько предметов опыта могут быть сгруппированы под одним именем, что становится отличительным их общего сходства, несмотря на их незначительные различия. ''Другими словами, сила формирования общих понятий становится возможной только благодаря социальному инструменту языка. Таким образом, весь развитый мыслительный аппарат, с помощью которого я измеряю вселенную и собираю неисчислимое богатство личного опыта - это не моя индивидуальная собственность и орудие, а социально развитый инструмент, которым я делюсь с остальными своими собратьями. Нет, я сам, настолько уникальный по видимости, как я уже говорил, в значительной степени являюсь социальной конструкцией и произведен от социального общения и психического взаимодействия с моими собратьями.'' ''Индивидуальное Я или Личность опирается не на свои индивидуальные основы, а на всю вселенную.'' Психология убедительно доказывает это, и Холизм подчеркивает это, прослеживая человека к его источникам в целом. Индивидуальное Я не является единичным, так сказать, происходит из одного корня. Он сочетает в себе бесконечное количество элементов, вытекающих из индивидуальных способностей и опыта, с одной стороны, и социальных традиций и опыта, с другой. Все эти элементы слиты и метаболизированы в целостное единство, которое становится уникальным центром во вселенной и, в реальном смысле, во вселенной. Нигде в мире мы не находим большей интенсивности производимого целостного эффекта, чем в индивидуальном Я или Личности. И все же, даже там она ни в коем случае не завершена, поскольку индивидуальная Личность, как мы увидим, все еще демонстрирует несоответствие элементов, которое приводит к большинству великих проблем мышления и поведения. ''Однако я хочу подчеркнуть, что, по-видимому, индивидуалистический Разум в действительности глубоко и жизненно подвержен влиянию универсального Разума; и что индивидуальное я становится собой только через рациональное и социальное я, которое органически связывает его с остальной частью вселенной. Оно укоренено в большом целом и зависит от него, и лишь в незначительной степени восстает против его контролирующего влияния. Огромная сила Разума проявляется в том, как из простых данных элементарного Я и его переживаний он поднимает благородную надстройку человеческой Личности. Ум здесь предстает великим творческим художником.'' Но более того; его работа - не просто картина реальности, а сама реальность. Это великий архетип художника, и он обладает этой чистой творческой силой, потому что это всего лишь форма, фаза высшей творческой активности во вселенной. Когда Разум начинает применять свою концептуальную систему к своему мировому опыту, мы видим ту же синтетическую целостную деятельность в действии. Сначала грубый, наивный опыт просто берется за его внешнее значение, и из него строится грубый эмпирический порядок, который достаточно корректен для всех обычных целей и может справедливо называться миром здравого смысла. Конечно, даже этот эмпирический порядок здравого смысла будет широко варьироваться на разных уровнях культуры. Но в каждом случае это первое грубое приближение и группировка, упорядочение и организация опыта в соответствии со стандартами и потребностями обычного человека на этом уровне ментальной культуры. Это более или менее верное прочтение обычного опыта, и хотя оно содержит много расхождений и противоречий, в целом это более или менее связное, связное мировоззрение, которое справедливо соответствует фактам прямого наблюдения. (254-255)

Мы можем начать эту главу с приблизительного определения человеческой личности на том языке, который мы использовали в ходе предыдущего обсуждения. Таким образом, личность - это новое целое, наивысшее и совершеннейшее из всех целостностей, это самая последняя заметная мутация в эволюции холизма, это творческий синтез, в котором более ранние серии материальных, органических и психических целостностей объединяются с новым появлением холизма и, таким образом, создается новая уникальная личность. возникает целое более высокого порядка, чем любое из его предшественников. В личности мы достигаем последней и наивысшей фазы холизма и, следовательно, кульминационной проблемы, к которой подводили все предшествующие обсуждения. Личность является высшим воплощением холизма как в его индивидуальных, так и в универсальных тенденциях. Это окончательный синтез всех действующих факторов во Вселенной в единое целое, и как в своем единстве, так и в своей сложности он составляет великую загадку Вселенной. Самый известный из всех предметов знания и опыта, самый близкий к нам во всех отношениях, наша основа и конституция, наша самость, и все же это великая тайна, самый неуловимый фантом во всем диапазоне знаний. Неудивительно, что некоторые доходят до того, что отрицают его существование и считают его настоящим фантазмом разума. И все же это самая реальная из всех реальностей, последнее и наиболее полное выражение высшей реальности, которая придает реальность всем остальным реальностям. Его уникальность и несравнимость делают его очень трудным для понимания обычными научными методами, и поэтому наука полностью избегает его, а психология и философия в значительной степени избегают. Возможно, наш подход к нему более обнадеживающий. Во всяком случае, наша процедура устранит впечатление, что это уникальное и изолированное явление, нечто обособленное, своего рода Мелхиседек вселенной, без каких-либо генетических связей или контактов с остальной Вселенной. Мы подходим к нему как к одному из серии, как к кульминационной фазе постепенного движения, предыдущие этапы которого уже были изучены. Таким образом, она занимает подобающее ей место в огромном сообществе Вселенной, и ее больше не следует рассматривать как изолированную и неприступную сингулярность.

Давайте сначала рассмотрим составляющие Личности. Человеческая личность вбирает в себя все, что было достигнуто ранее в космической эволюции холизма. Она не только ментальна или духовна, но также органична и материальна. Это новое целое прежних целостностей; структуры материи, жизни и разума неразрывно слиты в нем, и оно больше, чем любая из них или все вместе. Что это такое, мы рассмотрим прямо сейчас; а пока давайте рассмотрим его составляющие и их взаимоотношения в Личности.

Наиболее характерной и, безусловно, наиболее важной составляющей личности является Разум. Без сознательного разума на человеческом уровне Личность не могла бы существовать. И личность должна была ожидать появления Разума, развития органа Разума, прежде чем она смогла бы начать свой уникальный путь. Разум был тем крылом, на котором человеческая личность возносилась в эмпиреи. (272-273)

Человеческое тело является органическим, но его нельзя считать независимым организмом, живущим в своего рода симбиозе с другой субстанцией, называемой разумом. (277)

<span style="color:#833c0b;">''Если предположить, что тело и разум не являются независимыми реальностями и имеют значение и реальность только как элементы единого реального субстанционального целого Личности, возникает вопрос, как мы должны понимать их взаимоотношения как элементов этого целого. Как разум влияет на тело и наоборот в человеческой личности?'' Любой язык подразумевает такое влияние; любой опыт подразумевает и предполагает, что разум оказывает влияние на тело, а тело - на разум. В главе VII я попытался показать, что такое влияние, с одной стороны, не подразумевает нарушения законов физической энергии, а с другой - не требует вмешательства бога из машины, подобного Энтелехии. Ситуация полностью целостна, и холизм здесь, как и везде, дает основу для требуемого объяснения. Давайте сначала рассмотрим альтернативные точки зрения, которые были высказаны по этому вопросу.

(а) Популярной и, как я полагаю, до сих пор распространенной среди философов является точка зрения о "взаимодействии", то есть о том, что тело и разум взаимно и непосредственно воздействуют друг на друга. Эта точка зрения, если ее правильно понять, как я уже сказал, не вступает в противоречие с законами природы. Но она наталкивается на другое очень серьезное возражение. Как можно представить прямое воздействие физического или материального на ментальное или духовное и наоборот? Эти два предполагаемых взаимодействующих фактора совсем не одного порядка; каким образом одно может "воздействовать" на другое, кажется не только непонятным, но и абсолютно непостижимым.

(б) Ввиду этого очень серьезного возражения, а также других возражений, многие мыслители просто придерживаются точки зрения, что физическое и ментальное - это два параллельных ряда, которые не воздействуют друг на друга, но идут параллельно друг другу, без какой-либо попытки объяснить основы этого психо-физического параллелизма. Возражение против этого состоит в том, что один ряд, по-видимому, влияет на другой, а не просто идет параллельно ему. Например, наше сознание в произвольных действиях, по-видимому, наиболее четко показывает, что наше психическое состояние может влиять на внешние действия в определенном направлении.

(в) Другие, опять же, признавая трудность понимания того, как физическое и ментальное могут воздействовать друг на друга, вводят посредническую концепцию или средство, помогающее преодолеть эту трудность. Таким образом, точно так же, как трудность понимания действия на расстоянии была обусловлена представлением о пространственном эфире как средстве для такого действия, предполагалось, что сверхъестественное средство делает возможным взаимодействие таких несоизмеримых вещей, как разум и тело. Лейбниц предположил, что между ними и в других отношениях во Вселенной существует предустановленная гармония; Беркли и некоторые картезианцы предполагали, что все взаимодействия происходят в Боге, божественном посреднике и причине всего происходящего во Вселенной.

(d) наконец, существует точка зрения, за образец которой можно принять точку зрения Спинозы, согласно которой Вселенная - это всего лишь единая субстанция, в которой как физический, так и ментальный уровни являются особыми и взаимосвязанными видами деятельности; следовательно, можно предположить, что причинно-следственная связь, связывающая их, находится в основополагающая субстанция, объединяющая их обоих. Эта точка зрения не так уж сильно отличается от непосредственно предшествующей, поскольку Бог Беркли и других авторов может быть понят как соответствующий божественной Сущности вселенной Спинозы.

Таковы основные взгляды, которых придерживались по этому, возможно, самому сложному вопросу во всей философии; и мне кажется, что все они содержат какие-то элементы истины и ценности. Целостная концепция не только поможет нам взглянуть на этот вопрос с новой точки зрения, но и воздаст должное усилиям тех, кто ранее работал над этой проблемой. (277-279)

''Но можно возразить'', что Персонология представляет собой греко-латинский гибрид и неприемлема как таковая. Однако можно отметить, что есть особая причина для термина, который не является чисто греческим, но также использует ресурсы латинского языка. ''Любопытен тот факт, что греческая философия, несмотря на свои блестящие достижения и вдохновенное создание большей части современной философской монеты, так и не смогла прийти к ясному пониманию идеи личности. Таким образом, в греческом языке нет термина, выражающего понятие Личности.'' ''Персона'' - это латинский термин и римская идея, возникшая, как и многие другие юридические идеи, благодаря юридическому гению римлян, который был по-своему столь же замечателен, как и философский гений греков. ''Персона'' в римском праве обозначала правовой статус индивида, который по закону был облечен правами и обязанностями сам по себе; индивид как носитель прав и обязанностей сам по себе был персоной; из простого физического ничтожества он превратился в юридическую личность и приобрел правосубъектность, таким образом, в классическом римском праве раб, не имеющий юридических прав, был человеком без ''личности (persona)''. Развитое римское право распространило понятие личности не только на физических лиц, но и на нематериальные компании и общества, которые по закону имели статус юридического лица и могли иметь права и обязанности. Таким образом, личность была вопросом правового статуса и означала юридическое достоинство и важность отдельного человека или группы. Четкая юридическая концепция ''личности'' была очень хорошей основой для построенной на ней надстройки психо-этической личности. (291-291)

<span style="color:#833c0b;">''Действие в пространстве-Времени обязательно структурно; действительно, Пространство-Время задает координаты, структуру Действия, которое является основой мира. Пространство-время - это структура; следовательно, действие в пространстве-времени на первой стадии холизма является чисто структурным и механистическим'', как мы видели в главе VII. Признание фундаментального структурного характера не только материи, но и всей Вселенной является вкладом теории относительности в новое мировоззрение. Таким образом, физический мир, по сути, становится структурным действием, активностью, структурированной в телах, вещах, событиях. Так возникает видимая материальная вселенная, которая окружает нас и в наших телах составляет часть нас самих.

Каков следующий шаг? ''Действие не останавливается в своих структурах, оно остается действием, оно остается в действии. Другими словами, в телах, вещах и событиях содержится больше, чем в их структурах или материальных формах. Все вещи выходят за пределы своих собственных структурных границ, внутреннее действие выходит за пределы внешней структуры, и, таким образом, в вещах существует тенденция выходить за пределы самих себя. ''Эта внутренняя тенденция в вещах проистекает из самой их сущности как локализованного, замкнутого действия. Отсюда следуют два важных вывода. Первое - это представление о вещах как о чем-то большем, чем их кажущиеся структуры, и их "полях", дополняющих их полное функционирование и понимание. Вещь не останавливается на своих границах или ограничивающих поверхностях. Это всеобъемлющее действие, оно выходит за свои пределы, и поэтому окружающее его "поле" важно не только для правильной оценки его как вещи, но и для правильного понимания вещей в целом и особенно того, как они влияют друг на друга. В ходе предшествующего обсуждения я неоднократно пытался подчеркнуть огромную важность концепции "полей" не только для физики, но и для биологии и философии.

Второй и более важный вывод - это великий факт и концепция эволюции. ''Внутренний характер Вселенной как Действия выражает себя в действительности как переход, процесс, выход за пределы существующих форм и структур, и, таким образом, открывается путь для эволюции. ''Действительный характер эволюции, конечно, может быть определен только на основании фактов, а не на основе логического вывода, выводимого из природы Вселенной как Действия. Но если сущность вселенной - это активность, то нам легче понять, почему вселенная эволюционна и исторична, а не статична и неизменна. Существует некий переход, процесс, прогресс, но его характер можно определить только путем изучения фактов, описанных в этом переходе. Это может оказаться просто движением комбинаций и группировок; или это может оказаться развертыванием, объяснением и наполнением, эволюцией в более строгом смысле этого слова; или это может оказаться настоящей творческой эволюцией, такой, какой мы ее видели. Реальная эволюция требует других концепций, помимо концепций действия и структуры; и эти концепции могут быть получены только из опыта. Таким образом, фактический творческий характер эволюции является выводом не столько из теории, сколько из эмпирических фактов. И точная природа этого творчества в некоторых отношениях неизвестна и остается проблемой, которую предстоит решить в будущем. 1 Еще более широкий обзор и пристальное изучение фактов приводят к концепции холизма, которая объясняет не только структурные комбинации тел, вещей и событий, но и все прогрессивные серии единств и синтезов, возникших в космическом процессе.

Предполагая, что холизм и природа целостностей во Вселенной были достаточно объяснены в предыдущих главах, я теперь перехожу к сравнению мировоззрения, к которому ведет холизм, с теми, которые напоминают его или соприкасаются с ним в различных аспектах и все же существенно отличаются от него. (336-337)

Рассматривать идеальный или духовный элемент во Вселенной как доминирующий фактор - значит игнорировать тот факт, что Вселенная существовала еще до того, как идеал или духовное появилось на горизонте; что идеальное или духовное - это новое и действительно недавнее творение в порядке вещей во Вселенной, что оно не подразумевалось в истоков и не был достигнут в процессе развития; но что из реального ранее существовавшего порядка вещей он был творчески развит как новый фактор; и что его важность в 4 часа дня не следует ретроспективно относить ко времени, когда мир существовал без него. Где был Дух, когда теплые силурийские моря покрывали поверхность земли, а низшие виды рыб и морских обитателей все еще находились на гребне эволюционной волны? Или, возвращаясь еще дальше в прошлое, где был Дух, когда в докембрийской системе земного шара первые конвульсивные движения подняли древние горы, которые теперь полностью исчезли с лица земли, и когда живые формы, если таковые и существовали, были настолько низкого типа, что ни одна из них не могла быть уничтожена. были ли они уже расшифрованы в геологической летописи? Где был Дух, когда сама Солнечная система была еще рассеянной огненной туманностью? Научные эволюционные факты неоспоримы, и они подтверждают точку зрения о том, что Земля существовала за миллионы лет до возникновения психического или духовного порядка; и то, что верно для земли, может быть точно так же верно для Вселенной в целом. В связи с творческой эволюцией мы должны твердо усвоить тот факт, что, хотя духовный или психический фактор является реальным элементом Вселенной, он сравнительно недавно появился в эволюционном порядке вещей; что Вселенная существовала неисчислимые миллионы лет до его появления; и что идеализм так же ошибочен, отрицая существование мира до появления Духа, как и натурализм, отрицающий Дух, когда он в конце концов появился в мире. (339-340)

<span style="color:#833c0b;">Удивительно то, что мыслители нашего времени, которые не только знакомы с идеей творческой эволюции, но и убежденные ее приверженцы, не в состоянии приспособить к ней свои взгляды. Так, покойный профессор Джеймс Уорд, который отстаивал взгляд на эволюцию как на эпигенез, или творческий синтез, и чей плюрализм тесно связан с монадологией, по-видимому, так и не смог осознать, что его взгляд на эволюцию как на творческий процесс противоречил его духовному плюрализму или панпсихизму. Его плюралистическая вселенная также полностью состоит из духовных монад, или сущностей, и это подразумевает наличие духовных или психических свойств не только у высших монад, таких как личности, но и у самых элементарных монад, таких как атомы и химические соединения. Спиноза, который в остальном сильно отличался от Лейбница, также предполагал, что все вещи в определенной степени одушевлены, но у него было оправдание в том, что он, как и Лейбниц, не был знаком с идеей творческой эволюции. Но Уорд, несмотря на свои более полные знания, спокойно следует за Лейбницем и Спинозой в их заблуждении. Очевидным фактом, конечно, является то, что психизм или спиритуализм ни в коем случае не могут быть приписаны простым частицам материи, энергии или физическим сущностям, таким как атомы или химические соединения, без малейшей путаницы. Сама идея творческой эволюции, или эпигенеза, заключается в том, что и жизнь, и разум являются более поздними явлениями в эволюционном ряду и никак не могут предшествовать чисто физическому уровню эволюции. Во Вселенной нет такого великого Сообщества Духов, членами которого были бы Люди и Предметы, Души и Атомы, находящиеся на одном духовном уровне. Когда термин "Духовный" растягивается настолько далеко и размывается настолько широко, он теряет всякую реальную ценность и становится просто пустой фразой. На самом деле, во всей Вселенной нет такого духовного общества, но есть целостный порядок, который является чем-то гораздо большим и простирается от начала до конца, через все ступени и градации целостной самореализации. Холизм, а не спиритуализм, является ключом к пониманию Вселенной. Разум находится не в начале, а в конце, но холизм присутствует везде и все во всем. Если бы Вселенная была великим духовным сообществом, состоящим из низших и высших душ, эволюция как творческая деятельность стала бы бессмысленной; это был бы просто процесс проявления скрытой духовности (если таковая имеется), присущей Вселенной. Таким образом, холистический взгляд не только отрицает далеко идущие духовные предпосылки монадологии или панпсихизма, но и находится в твердом согласии с научными учениями и опытом. На самом деле, он не умаляет ценности или важности Вселенной. Это лишь подчеркивает необходимость того великого урока смирения, который является этическим посланием Эволюции. Это показывает, что ценности не следует путать с истоками и что из истоков могут вырасти самые низкие ценности, которые являются самыми возвышенными и духовными во Вселенной. Великое общество Вселенной оставляет место для самой скромной неодушевленной неорганической структуры не в меньшей степени, чем для венца великой души. Представлять вселенную иначе - значит предаваться антропоморфизму, который может быть приятен нашему тщеславию, но на самом деле умаляет богатство и разнообразие Вселенной. Целостная вселенная охватывает все реальные структуры, от низших до высших, такими, какие они есть, без облачения их в духовные одеяния, чуждые их истинной природе. Этот мир, выражаясь благородным языком Китса, действительно является долиной созидания душ; но этого не могло бы быть, если бы сама долина состояла только из душ. (343-344)

Таким образом, мы говорим об атмосфере идей, о духе класса или о душе народа. Социальные индивиды как таковые остаются неизменными, но социальная среда или поле претерпевает полное изменение. Благодаря этому взаимному проникновению объединенных полей в обществе или группе происходит умножение силы, что создает видимость и большую часть реальности нового организма. Поэтому мы говорим о социальных, групповых или национальных организмах. Но на самом деле нового организма нет; общество или группа органичны, но не являются организмом; целостный, не являющийся целым. Менталитет толпы, отличающийся от числа составляющих ее индивидуумов, является хорошей иллюстрацией измененного и усиленного ментального поля, возникающего в результате встречи многих индивидуумов и слияния и усиления их объединенных полей. И чем более они психически, чем более они находятся под влиянием сильных страстей или увлечены какой-либо заразительной идеей, тем более подавляющим становится общее поле. Сила группового поля вообще несоизмерима с силой идеи или страстей в отдельных единицах, составляющих группу. Групповое поле — это, так сказать, произведение всех индивидуальных полей. Этот предмет относится к сфере изучения социальной психологии и упоминается здесь только в целях иллюстрации. В таких случаях мы имеем органическую ситуацию, но не организм. Группы, семьи, церкви, общества, нации органичны, но не организмы. (348)

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, когда мы говорим о Природе или Вселенной в целом, мы просто имеем в виду Природу или Вселенную, рассматриваемую как органическую, или в ее органических, или холистических аспектах. Мы не имеем в виду, что они являются реальным целым в том смысле, который определен в этой работе. Мы видели, что творческое Поле Природы, состоящее из всех физических, органических и личностных целостностей в их тесном взаимодействии и взаимовлиянии, само по себе имеет органический или холистический характер. Это Поле является источником великой экологии Вселенной. Это окружающая среда, общество, которое является жизненно важным, дружественным, образовательным, созидательным для всех холосов и всех душ. Это не просто фигура речи или плод воображения, а реальность, оказывающая глубокое влияние на все целые и их судьбу. Это οἶκος, Дом всей семьи вселенной, в атмосфере которого есть что-то глубоко интимное и дружественное. В этом Доме Целостностей и Душ воплощаются творческие задачи холизма. Не идеализируя его чрезмерно, мы все же чувствуем, что он очень близок и дорог нам, и, несмотря на все противоречия и неприятности, в конце концов мы приходим к пониманию того, что это дружественная вселенная. Его глубочайшие тенденции помогают тому лучшему, что есть в нас, и наши самые высокие устремления - это не что иное, как его вдохновение. Таким образом, за нашим стремлением к совершенствованию, в конечном счете, стоит весь вес и импульс, а также сокровенная природа и тенденция Вселенной. (352)

Стенания и страдания Вселенной никогда не бывают бесцельными или безрезультатными. Ее глубокие труды означают новое созидание, медленное, болезненное рождение целостностей, новых и высших целостностей, и медленное, но неуклонное осуществление Блага, к которому смутно стремятся все целостности Вселенной на их различных уровнях. Природа Вселенной такова, что она стремится к тому, чтобы медленно, но во все возрастающей мере достигать целостности, наполненности, блаженства. Настоящим поражением для людей, как и для других слоев Вселенной, было бы облегчение боли прекращением усилий, прекращением стремления к Добру. Целостный нисус<ref name="ftn29">Нисус – восхождение, взлет (лат.)</ref>, бьющий подобно живому фонтану из самых глубин Вселенной, является гарантией того, что неудачи нас не ждут, что идеалы Благополучия, Истины, Красоты и Добродетели прочно укоренены в природе вещей и в конечном итоге не будут подвергнуты опасности или утрачены. Целостность, исцеление, святость - все выражения и идеи, происходящие из одного корня как в языке, так и в опыте, лежат на труднопроходимом восходящем пути Вселенной и могут быть достигнуты частично здесь и сейчас, а со временем - более полно и истинно. Возникновение и самосовершенствование целостностей в Целом - это медленный, но безошибочный процесс и цель этой Целостной вселенной. (353)

Очень интересное замечание, очевидное, но не замечаемое другими учеными. И, если соединение жизни и материи осознавалось как «живая материя» (особый вид материи, подобно «жидкое тело» - «твердое тело», то разум как бы просто жил в этом теле, неведомым образом управляя им (психофизическая проблема).

Смэтс же просто заявил: человек состоит из материи, жизни и разума. То есть, является идеоматериальной системой, в терминах ТИМС.

'''Далее используется текст написанной мной главы из книги «Регион, как социально-экономическая система»)''' <ref name="ftn30">Морозова Т.В., Козырева Г.Б., Сухарев М.В. Регион как социально-экономическая система. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2009. 308 с.</ref>

Я предпочитаю говорить о «системном подходе», а не о «теории систем», поскольку теория систем, как мне кажется, все еще не сложилась, как четкая логическая конструкция, подобно физике, математике или биологии. Даже один из основателей теории систем Анатоль Рапопорт писал: «''Сам термин «General System Theory» также страдает многозначностью. Его многозначность стала очевидной для меня, когда в связи с переводом настоящего доклада меня попросили разъяснить грамматическую структуру выражения «General System Theory». … Я всегда думал о предмете этого доклада как о какой-то совокупности рассуждений, имеющих в основе некоторую ориентацию, а не как о теории в строгом значении этого слова, т. е. не как о совокупности теоретически полученных предложений''» <ref name="ftn31"> Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c.</ref> (стр. 55).

Целую подборку высказываний известных в системном движении исследователей, говоривших о сложности определения понятия «система» приводит В.А. Карташов <ref name="ftn32"> Карташев В.А.. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с.</ref>: (стр. 18-19, ссылки на произведения авторов определений см. в цитируемом источнике)

«''Несмотря на широкое распространение понятия «система», до настоящего времени не существует общепринятого его определения. В литературе, особенно философской, можно встретить различные толкования этого понятия, отражающие различные его аспекты. Трудность задачи объясняется в значительной мере фундаментальным, предельным характером того обобщения, которое скрывается за словом «система». Вероятно, лучшим решением была бы хорошо составленная аксиоматика, но математическая теория систем делает только первые шаги''» (М.Г. Гаазе-Рапопорт, Г.Н. Поваров)

«…''любая попытка обобщить все или, по крайней мере, все основные значения термина «система» с неизменностью приводит к тому, что под системой начинают понимать все, что угодно''» (И.В. Блауберг, В.И. Садовский, Э.Г. Юдин)

«… ''при всякой попытке сформулировать само понятие системы, то есть дать принципиальное кредо этому новому интересному направлению, положительно все исследователи попадают в заколдованный круг традиционных понятий. Здесь непрерывно цитируются «целостность», «организменность», «взаимодействия», «организованная сложность», «упорядоченное множество» и другие подобные термины, которые становятся даже центральными критериями понятия системы. Ясно, что все эти термины являются лишь вариациями того же самого понятия целостности. Именно поэтому, не покидая понятийного поля целостности, все эти определения не делают какого-либо существенного скачка как в понимании системы, так и в конкретной разработке ее''». (П.К.Анохин).

В то же время, несмотря на существующие проблемы, в рамках «системного течения» сложилось множество методологических подходов и приемов, которые могут быть продуктивно использованы для анализа социально-экономических систем. Но именно в силу широты и некоторой неопределенности границ того научного направления, которое именуется «системным подходом», требуется несколько уточнить «набор инструментов», который мы будем использовать для исследования региона.

В упомянутой работе А. Рапопорта он выделяет три подхода к построению теории систем – биологический, технический и математический. Для исследования регионов из перечисленных Рапопортом наиболее близок подход, сформулированный Р. Жераром: «''В концептуальной схеме Жерара центральным является понятие живой системы. Живой системе он приписывает три отдельных и вместе с тем взаимно связанных между собой аспекта, а именно: '''структуру, функцию и историю'''. … Структура системы – это совокупность отношений между ее частями. Следовательно, анатомия организма определяется его структурой. Функция (точнее, может быть, функционирование) системы – это совокупность ее реакций на условия внешней и внутренней среды. Понятие функции охватывает, таким образом, физиологические функции и кратковременные акты поведения организма. Характерной чертой таких реакций является некоторая степень обратимости. Например, реакция на стимул, как правило, ведет к восстановлению равновесия, нарушенного стимулом. Наконец, история организма – это длительные, как правило, необратимые изменения. Примеры таких необратимых изменений – рост и развитие, а затем деградация в процессе старения''» <ref name="ftn33">Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c. </ref>, с.64-65.

Для уточнения применимости понятия «система» к региону приведем ряд определений, собранных в уже цитированной книге В.А. Карташева<ref name="ftn34">Карташев. В.А. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с. </ref>: * «… все, состоящее из связанных друг с другом частей, мы будем называть системой» (Ст. Бир);
* «Система – это комплекс взаимодействующих компонентов» (Л. Берталанфи)
* «Система – это не просто совокупность единиц… а совокупность отношений между этими единицами» (А. Рапопорт);
* «И хотя понятие системы определяется по-разному, обычно все-таки имеется в виду, что система представляет собой определенное множество взаимосвязанных элементов, образующих устойчивое единство и целостность, обладающее интегральными свойствами и закономерностями» (В.П. Кузьмин);
* «Применяя термин «система», мы выражаем не только сущность, но и наше отношение к сущности объекта, подчеркивая класс свойств, которые представляются интересными, точку зрения…» (В.В Дружинин, Д.С. Конторов);
* «Системой можно назвать только такой комплекс избирательно вовлеченных компонентов, у которых взаимодействие и взаимоотношение приобретают характер взаимосодействия компонентов на получение фокусированного полезного результата» (П.К. Анохин).

Суммируем эти определения. Исходя из них, система это: * Комплекс взаимодействующих элементов
* За счет взаимодействия элементов система образует целостность, имеющую новые (интегральные) свойства и функции, которыми не обладают отдельные части
* Принципиальное значение имеет структура взаимодействий, отношений между элементами; одни и те же элементы, соединенные разным способом, могут образовывать системы с разными свойствами
* Взаимодействие элементов имеет характер взаимоСОдействия (то, что названо сейчас синергией и изучается новой наукой – синергетикой)
* В системном анализе в определенной мере выражаются цели исследователя. Само исследование выделяет некую подсистему из того множества накладывающихся друг на друга систем, которыми является мир.

Еще одно важное различие между многообразными типами существующих в природе систем, позволяющее разделить их на два больших класса, вытекает из термодинамики. Все системы можно условно разделить на два вида – закрытые и открытые. Закрытые системы в термодинамическом смысле изолированы от внешнего мира и не обмениваются с ним веществом и энергией. Открытые системы (в том числе, живые существа и сообщества) постоянно обмениваются с окружающим миром и веществом, и энергией.

Изменение энтропии в таких системах описывается уравнением <ref name="ftn35">''Николис, Г. Пригожин, И.'' Самоорганизация в неравновесных системах. М. «Мир» 1979. 512 с. </ref>:

dS = d<sub>e</sub>S + d<sub>i</sub>S

где d<sub>e</sub>S – поток энтропии, обусловленный обменом с окружающей средой, а d<sub>i</sub>S – производство энтропии внутри системы, обусловленное необратимыми процессами (стр. 33). Общественный холос обменивается (потребляет и выводит) с окружающей природной средой самыми различными видами вещества, потребляет и рассеивает энергию. Холос обменивается не только с природной средой, но и с другими социальными системами вокруг себя, как в рамках государства, к которому принадлежит, так и с регионами других государств.

Холос складывается из разнородных «частей» (элементов). Это поселения, как небольшие (деревни, поселки), так и крупные – города. Это созданная людьми инфраструктура – дороги, линии электропередач, плотины, поля. Все эти элементы объединены разнообразными связями, взаимодействиями.

Важную для системного анализа общественных холосов идею высказал В. Лефевр, а именно, о «системах, нарисованных на системах» <ref name="ftn36">''Лефевр В.А.'' Конфликтующие структуры. Издание второе, переработанное и дополненное. М. “Советское радио”, 1973. 158 с. </ref>, с. 82. Действительно, в реальности мы часто имеем дело с подобными явлениями. Например, картина, нарисованная маслом на холсте. Холст представляет собой совершенно определенную структуру, без которой была бы невозможной целостность картины. Но это еще не все; холст натянут на раму и покрыт грунтом. Эта конструкция целиком представляет собой систему, несущую на себе другую систему – саму картину, сочетание цветов и контуров которой создает образы, которые она удерживает от разрушения и искажений.

Социальные явления и процессы всегда являются результатом суперпозиции, наложения множества относительно самостоятельных систем. Всякое общество является социальной системой, надстроенной над биологической системой – популяцией людей как живых существ. В наше время всепроникающей глобализации ни одна страна, ни один регион не могут быть выделены в замкнутую экономическую систему, поскольку включены в цепи всемирных технологических и торговых циклов.

В еще большей степени отдельные сообщества включены в мировую культурную мегасистему. Ни одна страна, ни один регион (если не считать затерянные в джунглях реликтовые племена) не может сегодня изолироваться от мировой культуры, не использовать созданные на других территориях знания (хотя бы, например, физику и математику), фильмы, книги, музыку.

Но культура является важной частью социально-экономической системы, хотя бы потому, что включает в себя научные и технические знания, на которых основана вся современная экономика, следовательно, и через свою культуру регионы связаны, взаимодействуют со всем миром. Если мы пользуемся электричеством, значит, зависим от знаний, добытых Фарадеем, Кулоном, Эрстедом и так далее.

Регион страны является системой, «нарисованной» на системе большего размера; в нашем случае, регионы России – это зоны, «нарисованные» на большой социально-экономической системе, которой является страна. В принципе, они могли бы быть «нарисованы» существенно иным образом, от чего функционирование системы в целом сильно не изменилось бы. Но, созданное таким, как есть, региональное деление глубоко врезается в социальную структуру и не может быть изменено без значительных усилий и затрат.

Проблему выделения «натуральных» границ у исследуемых систем рассматривает К. Ричардсон <ref name="ftn37">''Richardson, K.A.'' On the Status of Natural Boundaries: A Complex Systems Perspective // Proceedings of the Systems in Management – 7th Annual ANZSYS conference November 27-28, 2001, pp. 229-238. </ref>. Он справедливо доказывает, что Вселенная в целом представляет собой единую систему, и выделение в ней каких либо подсистем, таким образом, условно. Все остальные системы, будь это планета, организм или региональное сообщество, связаны с окружающим миром множеством различных взаимодействий. Поэтому возникает вопрос: почему ряд элементов, связанных друг с другом взаимодействиями, мы включаем в состав исследуемой системы, а другие, взаимодействия с которыми также существуют, не включаем? Например, предприятия, входящие в экономическую подсистему региона, зачастую имеют более тесные связи с поставщиками и потребителями вне региона, нежели внутри него. На каком основании мы выделяем тогда экономику региона из окружающего мира?

Ричардсон считает, что это связано с ограничениями человеческого разума, который вынужден ограничивать область исследования, абстрагируясь от уходящих в бесконечность цепочек взаимодействий и зависимостей. Он указывает на существование двух крайних точек зрения на проблему естественных границ – наивный реализм, предполагающий, что реальность полностью совпадает с нашим представлением о ней, в том числе в том, что касается границ, по которым различные системы выделяются из остального мира, и конструктивизм, полагающий эти границы существующими только в нашем сознании. В отличие от этих крайних позиций, Ричардсон полагает, что с помощью «квазикритического плюрализма» (quasi-critical pluralism) мы в состоянии обоснованно находить границы исследуемых систем, хотя с развитием науки эти границы могут уточняться.

Для анализа социально-экономических систем важна концепция идеоматериальных систем, выдвинутая одним из авторов этой книги <ref name="ftn38">''Сухарев М.В.'' Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. – 2008 – 258 с.</ref>. Идеоматериальными являются системы, часть элементов которых имеет материальную природу, а часть – идеальную. Понятным примером является компьютер. Его работа принципиально связана с теми программами, которые загружены в его память. При абсолютно той же самой материальной основе (hardware, «железо») его поведение будет принципиально разным в зависимости от того, какая операционная система и программы (software, ПО) в него загружены. Без базовых (BIOS) программ персональный компьютер вообще не может работать.

В социальных системах роль идеальных компонентов очень велика. Они образуют целые подсистемы интегральной системы общества. К идеальным подсистемам холоса следует отнести культуру, включая знания, интеллектуальный капитал общества, весь комплекс формальных и неформальных социальных институтов – законы, нормы поведения, обычаи, традиции, навыки населения и организаций, формы социальной организации.

Перейдем к анализу основных структур общественного холоса. Имеется один простой принцип анализа систем: нужно выяснить, без каких элементов система может продолжать существование, не очень изменяя свои качества, и без каких ее качество сильно изменяется. Можно несколько модифицировать этот подход, а именно, представить, что будет, если некий элемент заменить на другой.

Например, автомобиль может ехать, если оторвать молдинги и прочие украшения. Но не может ехать без двигателя, трансмиссии, колес, рулевого управления и кузова (или рамы), на которых все это держится. Без стекол ездить можно, пока хорошая погода; но в мороз или сильный дождь езда становится почти невозможной. Если колеса заменить гусеницами, получится трактор. А если заменить колеса на крылья и винт, получится самолет.

Никому неизвестно, что будет, если заменить русский язык у проживающего в России населения на английский, например. Оставив даже все остальное так, как есть. Но ясно, что, лишенное знания физики и вытекающих из нее инженерных дисциплин, это население уже через несколько дней лишиться электричества, отопления, а далее – всей промышленности и оружия. Скорее всего, эту территорию оккупируют более разумные народы. В то же время, если полностью перекрыть границы и торговый обмен с остальным миром, падение экономики будет очень значительным, но не смертельным. Через несколько лет, пусть ценой огромных усилий, будет восстановлено производство тракторов, электроники и прочего необходимого, что поступало за счет импорта. Часть «украшений» будет конечно, потеряна, но общество, как самовоспроизводящаяся система, продолжит свое существование. Знания – важнейшие элементы социальных систем.

В регионах имеется множество подсистем, работа которых необходима для нормального существования всего региона. В первую очередь, это экономика, сама включающая в себя ряд крупных подсистем, таких, как транспорт и энергетика. Это системы здравоохранения, образования, органов безопасности, судебные, жилищно-коммунальные и так далее. Анализируя эти подсистемы, мы можем заметить, что ряд из них достаточно четко выделен из остальной России, а ряд практически не имеет заметных границ.

Перечислим подсистемы, составляющие регион:

<nowiki>*</nowiki> '''Общество включает:'''

* биологическую популяцию людей
* системы воспроизводства людей, как людей, включающую биологические механизмы и структуры социализации (образование, воспитание)
* культуру
* социальные институты
* структуры регионального и муниципального управления, региональные отделения федеральной администрации
* организованное региональное сообщество в целом
* поселения
* общественные и экономические организации, как социальные системы

Население, как биологическая популяция, не связано механически со своей страной. Люди имеют возможность свободно приезжать и уезжать, вступать в браки с людьми из других регионов и даже стран. То же можно сказать о культуре региона, хотя культура уже имеет некоторые особенности. Хотя культурная база населения Карелии почти не отличается от остальной России (те же школьные программы, круг чтения, кино и так далее), но есть и особенности – например, эпос «Калевала», особенности северного быта, природы.

На территории Карелии действуют общие федеральные законы России, но их дополняют законы республики.

Достаточно четко выделяют регион от государства в целом ''региональные органы управления'', которые полностью имеют локальный тип, включая отделения федеральных структур, структурно отделенных от федеральных, которые имеют выделенные региональные подразделения.

<nowiki>*</nowiki> '''Экономика включает: '''

* производственные организации
* финансовые организации
* транспортную, энергетическую, информационную инфраструктуру, водоснабжение
* капитальные сооружения (строения, сооружения)
* сельское хозяйство с его инфраструктурой (поля, стада и пр.)
* торговые организации

Внутри региона можно также выделить такие подсистемы: * Территорию, как «ограниченную часть твердой поверхности земли, характеризующаяся определенной площадью, географическим положением и другими признаками» <ref name="ftn39">''Тургель И.Д.'' Курс лекций "Региональная экономика и управление". Электронный документ: режим доступа: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/46660 </ref>
* Систему расселения (относительно упорядоченно расположенные на территории региона поселения)
* Транспортную подсистему
* Энергетическую подсистему, объединяющую электрические, тепловые и другие сети
* Информационную подсистему, включающую различные системы связи
* Культурную подсистему, обеспечивающую хранение, передачу, поиск знаний и традиций, обучение людей
* Финансовую подсистему, включающую коммерческие и государственные банки, структуры распределения финансов.

Можно было бы выделить много различных подсистем, взаимопроникающих и накладывающихся друг на друга в целостной социально-экономической системе, образующей движущийся по своей исторической траектории регион. Все невозможно перечислить в тексте ограниченного объема. Это лишний раз подтверждает тезис системного подхода том, что сама гносеологическая, когнитивная природа исследования простых и сверхсложных систем различается. Исследуя простые системы, такие, как атомы, молекулы, несложные механизмы, человеческое познание стремится получить их полное, исчерпывающее описание.

Системное исследование региона должно включать в себя изучение всех компонент СЭС, которые оказывают существенное влияние на будущее устойчивое развитие региона. Таким образом, оно не может ограничиваться рассмотрением только экономических аспектов, но должно учитывать необходимость поддержания численности населения (демографическая политика), сохранения и улучшения качества населения (здоровье и образование), сохранения среды и возобновляемых ресурсов (экология) и других аспектов жизни региона.

В наше время стало общепризнанным представление, что общество существует на своей территории, образуя социально-экономическую систему. Широко известна аналогия, которую Т. Гоббс провел между государством и организмом<ref name="ftn40">''Гоббс Т.'' Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / М.: Мысль, 2001. – 478 с.</ref>. Понимание того, что существенные свойства многих объектов и процессов реального мира определяются их системной природой, было углублено и уточнено в рамках созданной в XX веке '''''теории систем'''''<ref name="ftn41">''Афанасьев В.Г. ''Системность и общество / М.: Политиздат, 1980. – 308 с.</ref>,<ref name="ftn42">''Богданов А.А. ''Тектология. Всеобщая организационная наука. Книга 1 / М.: Экономика, 1989. – 304 с.</ref>,<ref name="ftn43">''Кастлер Г. ''Возникновение биологической организации / М.: Мир, 1967. – 90 с.</ref>.

Система, как мы уже отмечали, это «''множество элементов, объединенных отношениями и связями''»<ref name="ftn44">''Берталанфи Л., фон. ''Общая теория систем – обзор проблем и результатов // Системные исследования. Наука, Москва, 1976 г. – С. 29 – 54.</ref>.<sup> </sup>Для систем характерно иерархическое строение, то есть, определенная последовательность включения систем более низкого уровня в системы более высокого уровня. В сложноорганизованных системах в качестве специфического признака выделяются процессы ''управления'' [там же]. Очевидно, региональная СЭС соответствует всем этим признакам. Люди и организации, жизнедеятельность которых протекает в регионе, взаимодействуют (пусть не всегда напрямую) самыми разнообразными способами. Они взаимодействуют через рынок (или иные системы распределения – например, карточки «военного коммунизма»), обмениваясь товарами и услугами. Они взаимодействуют культурно, обмениваясь сообщениями и идеями. Они взаимодействуют в рамках сетей подчинения различных организаций. Они взаимодействуют в рамках семьи и родственных связей. Все эти взаимодействия в конечном счете оказывают влияние на экономику региона.

Региональные СЭС включают в себя множество различных иерархий – территориального управления, иерархий внутри организаций, культурных и семейных иерархий. Каждый человек включен как объект и как субъект одновременно во множество социально-экономических процессов.

Прослеживая историческую эволюцию территориальных СЭС, мы видим огромный рост '''''сложности''''' этих систем за последние столетия. Рост сложности лидирующих систем вообще можно считать универсальным законом природы<ref name="ftn45">''Сухарев М. В.'' Взрыв сложности // Компьютерра, – 1998. – №. 43, – C. 40 – 43.</ref>,<ref name="ftn46">''Coren R. L.'' Empirical Evidence for a Law of Information Growth // Entropy, – 2001. – V. 3, – P. 259 – 272.</ref>. Если в 17 веке на территории современной Карелии имелось простейшее хозяйство (земледелие, животноводство, охота, рыболовство, ремесла), то в настоящее время существуют десятки крупных производств и технических систем, таких, как машиностроительные и бумагоделательные заводы, железная дорога, магистрали связи, коммунальные сети, сети автомобильных дорог.

Помимо экономических подсистем общества, в нем действуют социальные подсистемы, предназначенные для удовлетворения многочисленных общих, коммунальных проблем. Это образование, здравоохранение, органы общественной безопасности, коммунальные службы.

Почти все эти системы не существовали в Карелии в XVI веке, начали оформляться во второй половине века XIX и достигли современного уровня в конце XX. Их сложность выражается, в первую очередь, в сложности и разнообразии организаций, их составляющих – больниц, школ, университетов, милиции, ЖКХ и так далее. Очевидна связь усложнения органов управления и самого объекта управления.

Оценить сложность объектов, принадлежащих социальной сфере, непросто. Как оценить, например, сложность человека? Сложность завода? Или сложность канцелярии губернатора? Несмотря на то, что данный вопрос малоисследован, вполне возможно сделать оценку сложности СЭС в некотором приближении. Одной из целей данного исследования была задача грубой оценки сложности социальных объектов, с точностью до порядка величины. По сравнению с чисто качественными оценками, которые используются в настоящее время, даже такая полуколичественная оценка является определенным прогрессом.

Ключом к определению сложности систем является определение «алгоритмического количества информации», данное А.И. Колмогоровым<ref name="ftn47">''Колмогоров А.И.'' К логическим основам теории информации и теории вероятностей // Проблемы передачи информации, – 1969. – Т. 5, №. 3, – C. 3 – 7.</ref> . Согласно этому определению, количество информации пропорционально минимальной длине алгоритма, записанного двоичными единицами, позволяющего построить объект X, имея в своем распоряжении объекты Y. «Объекты Y» – это элементы системы, с точки зрения системного подхода – атомы в молекуле, кирпичи в стене дома, люди и машины в организациях.

Использование алгоритмической меры позволяет нам '''''сравнивать''''' сложность объектов, состоящих из элементов с неизвестным информационным содержанием, например, из людей. Предполагая сложность людей примерно одинаковой, мы можем сравнивать друг с другом сложность человеческих организаций, структуры которых нам известны, даже не зная количества информации, содержащейся в отдельном человеке.

Сложность системы равна сумме сложностей всех различных элементов в ней, плюс сложность структуры связей между этими элементами в системе, которая, собственно, и создает систему.

Из теории информации известно, что повторение одинаковых информационных посылок не увеличивает количества информации, содержащейся в сообщении. То есть, принимающий сообщение не узнает больше, прочитав дважды одно и то же предложение. Система из двух крестьянских хозяйств, выращивающих картофель, не является в два раза более сложной, чем одно. Но система (поселение), в котором один крестьянин выращивает картофель, а другой – поросят, будет примерно вдвое сложнее. Добавим кузнеца и строителя – сложность удвоится еще раз. Наибольшей сложностью будут обладать организации, состоящие из людей, сознание которых содержит разную информацию (специалистов), то есть, где разделение труда максимально диверсифицировано.

----
<references/>

Холизм и системный подход

2025-01-27T19:16:35Z

Wiki-admin:

'''Холизм и системный подход'''

Метод, который я использую в концепции социальных идеоматериальных полисистем, основан на системном подходе. Я предпочитаю говорить о системном подходе, а не о теории систем, потому что предложенная Л. Берталанфи теория так и не сложилась за прошедшие десятилетия. Не удалось создать каких-то общих для всех видов систем уравнений, законов, принципов, более конкретных, чем «целое больше суммы частей» или «система – это комплекс элементов, находящихся во взаимодействии, за счет которых она обладает принципиально новыми свойствами».

Ничего странного в этом нет, поскольку системы очень разнообразны; и атом – система, и бактерия, и слон, и город, и самолет, и страна. Непостоянная атмосфера со своими ураганами и засухами тоже система. И океан с течениями. И русская или мировая литература – это тоже системы. И теория систем тоже должна быть системой, но при этом описывать саму себя среди прочих, а здесь возникают проблемы рекурсии.

Можно, на мой взгляд, найти теорию для любых систем – это математика. Математика – это конструктор идеальных систем. Она имеет такое множество разделов, что можно найти подходящий для моделирования любой системы, а если нет – она легко создаст новый раздел, как было создано вариационное исчисление, когда появились задачи механики, термодинамики и гидродинамики. Проблема в том, что для каждого класса систем нужно «копаться» в необозримых кладовых математики, чтобы найти подходящий раздел, и часто его нужно «допиливать» под эти системы. Плюс к тому, в математике уже имеется куча разделов, для которых в обозримой реальности систем просто нет. Или ''пока'' не найдено, а эти системы все еще не попали в наше поле зрения. Беда в том, что нет способа узнать: существуют они или нет.

Системный подход имеет двух (наверное, можно назвать и других) заметных предшественников, это А.А. Богданов <ref name="ftn1">Богданов А.А. {{anchor|Hlk176389104}} Тектология: (Всеобщая организационная наука). В 2-х кн. М.: Экономика, 1989. 304 с.</ref> и Я. Смэтс <ref name="ftn25">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. 398 p.</ref>. Интересно, что их книги были изданы с небольшим разрывом во времени: «Тектология» Богданова (полная версия) в 1922 году, а «Холизм и эволюция» Смэтса в 1927; однако неизданный черновик Смэтса был написан в 1910 году, а немецкое издание Богданова вышло в 1913-м (следовательно, написано ранее).

Однако обе эти книги не были широко известны; по крайней мере, в книге Берталанфи <ref name="ftn26">Bertalanffy, L. von, General System Theory. Foundations, Development, Applications. New York: George Braziller, 1969. 289 p.</ref> они не упоминаются (при библиографии, занимающей 21 страницу), хотя слово «холический» в ней встречается (правда, всего пять раз).

С обзора этих книг я и начну.

Текст Богданова и Смэтса выделен цветом. Черный - мои комментарии.

'''А.А. Богданов. Тектология: (Всеобщая организационная наука)'''

Во «Введении» Богданов писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">«…в понятии «задачи» скрыто гораздо больше, чем принимается обыденным мышлением. Всякая задача может и должна рассматриваться как организационная; таков именно их всеобщий и постоянный смысл. Раскроем его в основных чертах. Какова бы ни была </span><span style="color:#833c0b;">задача - практическая, познавательная, эстетическая, она слагается из определенной суммы элементов, ее «данных»; самая же ее постановка зависит от того, что наличная комбинация этих элементов не удовлетворяет то лицо или коллектив, который выступает как действенный субъект в этом случае. «Решение» сводится к новому сочетанию элементов, которое «соответствует потребности» решающего, его «целям», принимается им как «целесообразное». … Это относится безусловно ко всем, действительным и возможным, задачам. Надо ли построить дом - это осуществимо только потому, что имеются налицо необходимые элементы, т. е. дерево, камень, известь, стекло, топоры, пилы, молотки и другие орудия, рабочая сила плотников, каменщиков и проч.; и осуществимо только таким путем, что элементы соединяются и разъединяются, приводятся в новые сочетания; а конечный результат - здание - характеризуется такой связью и соответствием своих элементов, что заключает в себе нечто большее, чем то, что было в них первоначально дано, именно повышение гармонии между людьми и их физической средой, - представляет, следовательно, с точки зрения людей, «организованную» систему. Надо ли организовать предприятие, отряд, учреждение - налицо должны быть необходимые человеческие, технические, идеологические элементы, и дело сводится к последовательным их комбинированиям, пока не получится новое организованное целое. Выступает ли потребность создать научное объяснение непонятного ряда фактов или художественное выражение и освещение волнующих моментов жизни - опять избирательные сочетания элементов, данных в наблюдении действительности, в прежней оформляющей работе мысли, в живых образах воспоминания и фантазии, в эмоциональных колебаниях творческой души, а также элементов материально-технических, как бумага, краски, мрамор, перо, кисть, резец; и результат - опять организованность, которая обозначается как «стройность», «истина», «эстетическая гармония» и проч. (Т.1., стр. 48-49)</span>

В общем и целом, эти определения близки к теории ИМС (ТИМС), и к ОТС Берталанфи.

В приведенных отрывках он рассматривает как целостную систему не только комплекс взаимодействующих элементов, но и ''действие'', ведущее к созданию дома. Во втором и третьем выделенном отрывке он среди материальных элементов организаций называет идеологические элементы, а среди научных объяснений и художественных выражений – бумагу, краски, мрамор и т.д., то есть, то, что я здесь называю идеоматериальными системами.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Во всяком продукте заключены атомы труда миллионов людей, соединенные вместе, как бы слившиеся в один кристалл. В куске бумажной ткани заключен труд не только тех работников, которые ткали его на станке, но и тех, которые пряли для него пряжу, тех, которые возделывали хлопок для производства пряжи, тех, которые делали станки, и тех, которые добывали металлы для приготовления станков и других машин, и тех, которые делали машины, послужившие орудиями приготовления этих станков; далее, всех транспортных рабочих, перемещавших эти орудия и материалы, и всех рабочих, строивших пути сообщения для этого транспорта; затем рабочих, производивших и доставлявших жизненные средства для всех этих участников производства ткани, и т. д., без конца. И все эти атомы труда не сталкиваются в дезингрессиях, а сплавляются в одно организованное целое. (Т.2., стр.71-72)</span>

Здесь Богданов ищет разнообразные связи, взаимодействия внутри социального холоса, которые реально и делают его холосом: людей и артефакты, переделы сырья и артефактов на пути к сборке продукта, инфраструктуру, поддерживающую связность, передвижение сырья и артефактов внутри социального организма. Это тоже согласуется с ТИМС.

<span style="color:#833c0b;">В термине «производство» скрыто понятие организующего действия. И мы сделаем формулу точнее: организация внешних сил природы, организация человеческих сил, организация опыта. Что же оказалось? ''У человечества нет иной деятельности, кроме организационной, нет иных задач, кроме организационных. Итак, все интересы человечества - организационные. А отсюда следует: не может и не должно быть иной точки зрения на жизнь и мир, кроме организационной.'' И если это еще не сознается, то только потому, что мышление людей до сих пор не выбилось вполне из оболочек фетишизма, окутавших его на пути развития. (Т.1., стр.71)</span>

Здесь Богданов обосновывает права тектологии на всеобщность. Я на всеобщность ТИМС не претендую, да и на авторство тоже очень частично. Я просто собрал в систему (идеальную, в основном – зафиксированную в состояниях электронных элементов, хотя можно и распечатать) множество разнородных идей, выдвинутых различными людьми за много лет.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Здесь главная и огромная трудность не только для индивидуума, - о чем мы уже говорили, - но и для коллектива, даже такого, как могучий общественный класс. Казалось бы, члены коллектива, специализируясь на отдельных задачах - частях задачи интегральной, могут справляться с ними; но решения в целом и этим путем еще не получается. Дело в том, что сама специализация тогда подрывает однородность коллектива, порождает разрозненность, взаимное непонимание, а затем и противоречия между его дифференцированными элементами; тогда он сам не един в своей жизни и строительстве и не способен выработать едино-целостную структуру для всего общества. (стр.50)</span>

Да, разделение труда создает «разделение мышления» (distributed cognition), но тут есть одна интересная штука: люди способны достаточно хорошо понимать деятельность других людей даже если сами почти не понимают, что те делают. Например, некоторые парикмахеры совсем не понимают, как работает мотор их машины (наверно, слышали, что там есть какие-то «поршни» и «цилиндры»), но этого достаточно, чтобы они понимали, что сломанную машину нужно тащить к «механикам». Опять же, многие ли их пользователей смартфонов знают, что у них внутри? Но прекрасно ими пользуются.

Но системный (и даже полисистемный) образ мышления Богданова вполне очевиден.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Принцип «отбора» (Selection) приобретает шаг за шагом столь же универсальный характер, из области биологии переходя в физико-химию, с одной стороны, и в науки общественные - с другой. И все решительнее прокладывает себе дорогу мысль об единстве механизмов в самых разнородных группах явлений, даже в различных «царствах природы». (стр. 51)</span>

Тут опять же соглашусь с Богдановым. И уточню: все существующее существует потому что его устройство, его организованность или передается из прошлого в будущее вместе с материей (атом, молекула, кирпич), или передается способом самовоспроизводства или его воспроизводства аутопойетической системой, элементом которой он является (каменный топор, автомобиль, томик Пушкина). Если в процессе воспроизводства происходят отклонения (усовершенствования, или нарушения технологии, например) то затем в действие вступает отбор.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Полная неорганизованность - понятие без смысла. Это в сущности то же, что голое небытие. В ней надо принять отсутствие всякой связи; но то, в чем нет никакой связи, не может представлять никакого сопротивления нашему усилию, а только в сопротивлении мы узнаем о бытии вещей; следовательно, для нас тут нет никакого бытия. И мыслить абсолютную бессвязность можно только словесно, никакого реального, живого представления в эти слова вложить нельзя, потому что абсолютно бессвязное представление вовсе не есть представление и вообще ничто. (стр. 72-73)</span>

Возможно, Богданов имел в виду «чистое ничто» Гегеля. И тут я тоже согласен, потому как нет ничего, абсолютно неорганизованного. Даже свойства газа, в котором атомы движутся якобы хаотически, вполне определены и задаются тем, из каких атомов он состоит (это его главная организованность). Кроме того, имеются измеримые параметры, такие, как температура и давление, распределение атомов по энергии. Допустим, есть нечто абсолютно неорганизованное. Значит, у него нет границ? Тогда оно должно занимать всю Вселенную…

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Возьмем другой метод - пространственное измерение и соизмерение; такова сущность отвлеченной науки геометрии. Эти приемы применял уже в первобытную эпоху истории человечества бродячий охотник, рассчитывая расстояния при своих передвижениях, выбирая кратчайшие пути, находя полусознательным расчетом угол, под которым надо бежать наперерез преследуемому зверю, и т. п. С переходом к оседлому земледелию стало необходимым более систематичное и точное применение тех же методов, именно, как приемов землемерия (буквальное значение слова «геометрия»): мир и вся судьба земледельческих общин зависели от правильного распределения земли между ними и внутри их между соседями. Особенно важным являлось усовершенствование этих приемов в странах древнейших цивилизаций, в заливных долинах великих рек Нила, Евфрата и Тигра, Янцзы, Ганга и др. Там при разливах все материальные границы участков то и дело сглаживались, смывались, и надо было восстанавливать их на основании строгих измерений. Еще дальше геометрические приемы необходимо должны были развиваться в строительном и инженерном деле: в постройке домов, дворцов, храмов, пирамид, плотин, бассейнов для регулирования уровня рек и пр. Затем те же методы нашли применение при топографических съемках - в военном деле, торговых путешествиях и т. д. (стр. 86)</span>

Это о роли знания в жизни холоса, о необходимости сохранять это знание для поддержания его собственной организованности.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">В этом житейском опыте - не полном, но разностороннем, не научно-оформленном, но практически-жизненном - продолжает удерживаться наивное единство организационной точки зрения, стихийная, но глубокая тенденция к единству организационных методов. Основным его хранилищем служит общенародный язык. Правда, и в его области на почве специализации обособляются, как ветви от одного дерева, отдельные частичные отрасли - технический язык той или иной профессии, терминология той или иной науки; а классовое расчленение общества порождает и более обширное расхождение диалекта господствующих классов и диалекта подчиненных масс. Но остается значительное общее ядро языка - необходимая связь социальных групп и классов, условие их достаточного взаимного понимания при их практическом общении. В нем-то и кристаллизованы, элементарно оформлены традиции прошлого, опыт тысячелетий. (стр.91)

Коллективный гений языка в этом случае, как и во многих других, оказался выше индивидуальных усилий ученых-специалистов, детей разрозненного, анархичного общества. (стр.93)</span>

И еще раз соглашусь. Язык – несущая основа культуры, идеального слоя ИМС холоса. Язык связывает общество в целое; мы же не держимся постоянно за руки или не связываемся какими-то веревками или сетями. Даже на работе люди чаще всего координируют свою деятельность с помощью языка, отдавая или получая команды, указания, или просто согласуют свою работу с коллегами (к пинкам прибегают только в крайнем случае).

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Легко видеть, насколько новая задача несоизмерима со всеми, какие до сих пор ставились и разрешались. Всю сумму рабочих сил общества - десятки и сотни миллионов разнообразно дифференцированных единиц - придется стройно связать в один коллектив и точно координировать со всей наличной суммой средств производства - совокупностью вещей, находящихся в распоряжении общества; причем в соответствии с этой исполинской системой должна находиться и сумма идей, господствующих в социальной среде, иначе целое оказалось бы неустойчивым, механическое единение перешло бы во внутреннюю борьбу. Эта триединая организация - вещей, людей и идей - очевидно, не может быть построена иначе, как на основе строгой научной планомерности, а именно всего организационного опыта, накопленного человечеством. Но ясно также, что в своем нынешнем виде, раздробленном, разорванном на специальные науки, он недостаточен для этого. Необходимо, чтобы сам он был организован целостно и стройно, иначе его применение не способно выйти за пределы дробных, частичных задач. Необходима, следовательно, универсальная организационная наука. (стр. 106)

Как же следует приступить к решению этой задачи, беспримерной и по масштабу, и по своим трудностям? Принципы решения могут быть установлены лишь с научно-организационной точки зрения. Сущность ее может быть сведена к следующим двум положениям:

1) Всякое организованное целое есть система активностей, развертывающихся в определенной среде в непрерывном взаимодействии с нею. Так, общество представляет систему человеческих активностей в природной среде в борьбе с ее сопротивлениями .

2) Каждая часть организованной системы находится в определенном функциональном отношении к целому. Так, в обществе каждая отрасль его хозяйства, каждое предприятие, каждый работник выполняют свою определенную функцию.

Таковы два основных момента научно-организационной точки зрения, из которых надо обязательно исходить во всяком исследовании, во всяком построении, относящемся к вопросам организационного равновесия и развития. (стр. 274)</span>

'''Далее:'''

'''Тектология:(Всеобщая организационная наука) Т.2.'''

<span style="color:#833c0b;">Живой организм характеризуют как машину, которая не только сама себя регулирует, но и сама себя ремонтирует. По мере того как элементы тканей организма изнашиваются, он заменяет их материалом, взятым из окружающей среды и «ассимилированным», т. е. приведенным к химическому составу этих самых тканей. «Мертвую», взятую извне материю протоплазма превращает в свою живую материю, не какую-нибудь вообще, а вполне определенную, химически тождественную с молекулами этой именно протоплазмы. Между тем из сотен тысяч видов растений и животных каждый отличается своим особым химизмом, иным составом белков, чем все прочие, и в процессе своей ассимиляции образует именно эти белки из такого же питательного материала, из какого другие виды образуют другие белки. В этом и заключается основная загадка.

Если пищей для организма служат воспринятые извне чужие белки, например, когда человек ест мясо других животных или плоды, стебли, корни растений, то организм сначала при «переваривании» разрушает эти белки, разлагает их на составные части, различные аминокислоты. Затем в тканях из аминокислот он воссоздает уже свои собственные их комбинации, свои специфические белковые вещества. Что же касается растений, то большинство из них сами образуют сначала углеводы, а затем аминокислоты из углекислоты воздуха и воды почвы с ее солями и кислотами. (Т.2., 95-96)</span>

Здесь Богданов предвосхищает Ф. Варелу и У. Матурану с их аутопоэзисом. Он обращает внимание на то, что организму приходится «разбирать на части» неподходящие для них органические молекулы и создавать свои комбинации. ДНК и клеточные механизмы молекулярного синтеза в то время были еще совершенно неизвестны.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Если мы сравним, как организуются эти течения в их борьбе, то найдем для двух случаев определенное различие форм группировки: для первого является религиозная секта, для второго политическая партия. Это подходящая иллюстрация для условий подбора в связи с изменчивостью среды.

Оба типа организаций во многом сходны, они создаются, как и все другие организации людей, путем подбора. Объектом подбора являются человеческие личности, деятелем подбора - организационная функция секты или партии; основа же для подбора в одном случае - требования догмы, в другом — требования программы, понимая то и другое в достаточно широком смысле, чтобы охватить совокупность условий, предъявляемых организацией каждому ее члену.

Объективно догма секты гораздо более родственна программе партии, чем это может казаться при недостаточном исследовании. Действительным базисом для секты являются, как и для партии, практические жизненные потребности; догма есть лишь определенная, исторически сложившаяся форма их воплощения, специально свойственная эпохам господства «религиозных», т. е. по существу авторитарных мировоззрений. В тех случаях, когда частное положение догмы представляется не имеющим ничего общего с живой социальной практикой, анализ обнаруживает его тесную связь с ней; обыкновенно эта связь такого рода, что догмат служит организационным символом общественных тенденций, требований, задач того класса или группы, которыми порождена данная секта. (158-159)</span>

Здесь Богданов рассматривает случай создания идеоматериальных социальных систем, идейным каркасом которых является некая когнитивная система, объясняющая окружающий мир и задающая образ действий. Люди являются элементами этих систем, и для того, чтобы инкорпорировать нового члена, необходимо «загрузить» в него основные положения этих идей и принципов.

'''Том 3. (Т. 2 указанного издания, стр. 208) '''

'''§ 1. Тектологический акт'''

<span style="color:#833c0b;">''Тектология, подобно всякой частной науке, и своим исходным, и своим конечным пунктом имеет живую практику человечества''. Организационная деятельность, взятая как опыт, есть материал тектологии; взятая как задача — ее цель, ее жизненный смысл. ''Элементом организационной деятельности является организационный акт, образование новой тектологической формы, переход от одной такой формы к другой.'' При анализе этот акт оказывается в свою очередь весьма сложным процессом.

Организационный акт может протекать стихийно или планомерно. ''Иллюстрацией нам послужит именно такой, который может выполняться обоими путями: образование новой социальной группировки, политической или идейной. ''Начнем со случая стихийного, самопроизвольного хода процесса. (стр.258)

Настоящее завершение достигается через устранение тех противоречий, которые присущи, как мы знаем, системному расхождению вообще. ''Пусть в результате ряда политических обсуждений и выступлений участников данного клуба выяснилось, что при их переменных группировках у значительного большинства главные задачи, основные тенденции остаются общими; а расхождения каждый раз касаются лишь частностей в практических способах; и расхождения эти самим участникам кажутся настолько маловажными, что они ради общих целей готовы подчиняться большинству, лишь бы сохранять связь.'' Тогда из этих политически солидарных элементов конституируется партийная организация с единою программой, с общепризнаваемыми основами тактики, с общим уставом, т. е. сплоченная некоторой суммой политических принципов. Чем шире и глубже этот конъюгационный базис, тем меньше дезорганизующая роль частичных расхождений, тем больше они сводятся к дополнительным связям, укрепляющим целое. Это - фаза системной консолидации.

Каким же именно путем консолидация достигается? Мы видели: путем обсуждения совместных действий, т. е. путем общения жизненной конъюгации, проходящей через возникающие системные расхождения, путем, следовательно, контр-дифференциации.

''В ее процессе механизм подбора усиливает и закрепляет устойчивые, повторяющиеся соотношения, ослабляет и разрушает неустойчивые, случайные; элементы и группировки, стоящие в противоречии со связью целого, отрываются, выделяются из него; целое «консолидируется». ''(стр.260)</span>

Здесь мне интересен дискурс-процесс согласования, дополнений, коррекций понятий, принципов, целей, моделей желательного будущего внутри организаций. В самом деле это когнитивный процесс, идущий в коллективном сознании. За счет этого процесса организация становится коллективным субъектом.

Обзор книги Я. Смэтса "Холизм и эволюция"

'''Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.'''

Ян Смэтс был весьма необычный человек. Он занимал пост премьер-министра Южно-Африканского Союза с 3 сентября 1919 по 30 июня 1924 и с 5 сентября 1939 по 4 июня 1948 года, имел звание фельдмаршала.

Однако при этом интересовался науками, философией, и имел собственное мнение по фундаментальным вопросам. Издал книгу «Холизм и эволюция» <ref name="ftn27">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.</ref>, где изложил идеи, явно предвосхищающие общую теорию систем (ОТС).

Сам он очень емко изложил суть холизма в одной фразе: Холизм, как следует из самой его идеи, - это тенденция к объединению, слиянию и упорядочению множества элементов в новые единства. (здесь и далее в скобках номера страниц - 241)

В предисловии к своей книге Смэтс писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">''СРЕДИ огромных пробелов в знаниях по-прежнему остаются нераскрытыми те, которые разделяют явления материи, жизни и разума. Материя, жизнь и разум остаются совершенно непохожими друг на друга. Очевидно, что их различия действительно огромны, и нигде не видно моста для мысли от одного к другому. И их абсолютное различие и диспропорциональность приводят к большим разрывам в знании и разделению знания на три разных царства или, скорее, мира. И все же все они являются тремя в опыте и, следовательно, не могут быть такими уж непохожими и чуждыми друг другу. Более того, они на самом деле переплетаются и сосуществуют в человеке, который состоит из материи, жизни и разума. Если бы у материи, жизни и разума действительно не было общей основы, их соединение в человеческом индивидууме было бы величайшей тайной из всех.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>

<span style="color:#833c0b;">''Эволюция. Отсюда возникают три серии явлений в реальном мире: физическое, биологическое и психическое, или ментальное мышление. Эти связи между ними, основанные не на мышлении, а на фактах существования и опыта, как правило, показывают, что они не могут быть принципиально чуждыми и непримиримыми и что между ними должен быть возможен какой-то мост, если только мы не хотим предположить, что наш человеческий опыт действительно является простым хаотическим нагромождением разрозненных элементов.''</span>

С тех пор мы далеко продвинулись в понимании того, как развивалась Вселенная, как устроена живая материя, как работаем мозг и особенно что такое «информация» (достаточно сказать, что слово «информация» встречается в книге Смэтса всего два раза).

Но переходы от неживой материи к живой, от животных к разуму, все еще остаются непонятными. Смэтс указывал путь к пониманию через понятие холизма (целостности).

Действительно, объединение элементарных частиц в атом создает целое с новыми свойствами: энергетическими состояниями, возможными за счет электронных оболочек, с валентностью; живая клетка состоит из молекул, и притом умеет сама производить нужные ей молекулы, разлагая молекулы пищи, общество состоит из организмов, которые (среди прочего) объединены языком и поэтому обладают разумом.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Но именно это объединение должно предупредить нас о том, что кажущаяся раздельность этих трех фундаментальных концепций на самом деле не имеет под собой веских оснований, и что более широкие знания и более глубокое понимание могли бы прояснить тайну, по крайней мере, до некоторой степени, и привести к какому-то объединению или гармония этих, казалось бы, несвязанных или независимых элементов в нашем реальном мире</span><span style="color:#833c0b;">''. Требуется больше знаний. Наша физическая наука должна сделать более пластичным наше представление о твердой непроницаемой инертной материи, и в третьей главе я задам вопрос, насколько уже существуют материалы для такого смягчения. Опять же, наша биологическая наука должна развеять расплывчатость концепции жизни и заменить ее более определенной, осмысленной концепцией, которая, однако, не будет зависеть от чисто материальных или физических элементов. В настоящее время концепция жизни настолько неопределенна и расплывчата, что, хотя царство жизни полностью признано, его управление осуществляется с помощью физической силы или механизма.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>(3-4)

Ну, что тут сказать? Весь XX век мировая наука старательно выполняла проект Смэтса. Биология разбиралась в том, каким образом атомы и молекулы работают внутри живой клетки, обеспечивая питание, ремонт повреждений, регенерацию. Археологи и палеоэтнологи (между прочим, используя новейшие технические средства) изучали эволюцию хомо сапиенс и его предшественников, собирая и сравнивая находки со всех континентов Земли. Хотя некоторые неопределенности все же остались.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;"> Выражаясь языком Платона, для них материя была лирой, а душа - музыкой этой лиры; лира была субстанциальной и неизменной реальностью, а музыка - всего лишь преходящим продуктом. И, таким образом, приоритет и господство материи превратили жизнь и душу в преходящие и смущающие фантомы на сцене существования. Этот материализм вызывал самое горячее негодование и оспаривание со стороны тех, кто придерживался духовных ценностей и реалий. Они отрицали не только первенство материи, но и ее приоритет, а также то, что жизнь или разум возникают из нее и зависят от нее в каком-либо реальном смысле. Фактически они отрицали принцип эволюции как подрывающий все духовные и нравственные ценности жизни. Обе стороны, как материалисты, так и спиритуалисты, находились под влиянием жестких физических концепций причины и следствия, которые играли такую большую роль в науке и философии девятнадцатого века. В следствии не могло быть ничего большего, чем уже было заложено в причине; и если материя вызвала душу, то в душе не могло быть ничего большего, чем уже было в материи. Другими словами, душа была лишь кажущимся, а не реальным достижением материи. Общая обоснованность этого аргумента никогда не подвергалась сомнению, и в него искренне верили обе стороны. ''Следовательно, те, кто придерживался теории эволюции, логически были склонны к материализму, а те, кто придерживался спиритуализма, логически были вынуждены отрицать эволюцию.''</span>

В этом отрывке Смэтс затрагивает старую философскую проблему взаимосвязи мышления (идеального) и материи. Отличная аллегория о лире и музыке: материальный мозг, существование которого поддерживается пищей, создает нематериальную мысль, которая улетает в эфир… Психофизическая проблема: как нематериальная мысль заставляет наше тело действовать? Однако древние не приметили, что музыка распространяется не в безвоздушном пространстве, а в виде звуковых волн в воздухе. Конечно, смысл музыки не в колебаниях; потом ее научилось записывать на грампластинках, магнитных лентах, в виде mp3 файлов; все это материальные организованности, несущие смысл, но без них смысл тоже не существует. В конечном счете, эти упорядоченности попадают в мозг человека, где этот смысл и проявляется снова; но как? Не во взаимодействии с бесплотными мыслями, а во взаимодействии с движением живой материи нейронов, которые соотносят эту организованность с какими-то образами, воспоминаниями и так далее, также существующими в виде организованного движения материи. И дело здесь не в конкретной материи, а в тех образах, которые она несет. Как образ человека, воплощенный в мраморе статуи. Примерно об этом писал К. Поппер в своих размышлениях о «третьем мире» <ref name="ftn28">Поппер К.Р. Знание и психофизическая проблема: В защиту взаимодействия. М.: Издательство ЛКИ, 2008. 256 с.</ref>.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Мы верим в эволюцию, но это уже не механическая эволюция, произошедшая одно или два поколения назад, а творческая эволюция. Мы верим в рост, который действительно является таковым и становится все более и более активным в процессе. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы верим в Генезис, который по самой своей природе является эпигенезом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для нас не существует такой вещи, как статичная эволюция, становление, которое не становится, но в своих кажущихся изменениях всегда остается неизменным. Абсолютное уравнение причины и следствия, в которое безоговорочно верили люди того времени, не применимо к нам, как я объясню в свое время. Ситуация изменилась, изменилась точка зрения, и сегодня вдумчивые мужчины и женщины являются искренними и убежденными эволюционистами, не беспокоясь о мертвой и забытой проблеме противостояния материализма и спиритуализма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы принимаем теорию происхождения жизни из материи, а разума - из того и другого.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для современных образованных мужчин и женщин эволюция является такой же неотъемлемой частью их общего мировоззрения, так сказать, интеллектуальной атмосферы, как и теория Коперника. (8-10)</span>

На странице 43 Смэтс приводит пример распада урана через торий в радий с излучением альфа-частиц, и указывает, что эта реакция была использована для определения возраста Земли (тогда был рассчитан исходя из измеренного периода полураспада урана 1400 миллионов лет, позже был уточнен); это говорит о том, что Смэтс с пониманием следил за новейшими исследованиями в области физики. Ведь только в 1912 году Артур Холмс определил возраст древнейших известных пород уран-свинцовым методом.

<span style="color:#833c0b;">Атом и клетка - это две фундаментальные структуры во Вселенной, которые мы в настоящее время знаем: атом является единицей мира материи, а клетка - единицей мира жизни. </span>(62)

Остается только согласиться

<span style="color:#833c0b;">''Все растения и животные состоят из клеток, причем эти клетки, как правило, состоят из различных химических веществ, некоторые из которых имеют очень сложное </span><span style="color:#833c0b;">строение. Количество клеток в организме варьируется в зависимости от его размера и сложности, некоторые из низших, наиболее примитивных организмов являются одноклеточными или состоят из сравнительно небольшого числа клеток, в то время как, с другой стороны, высшие растения и животные могут содержать неисчислимые миллионы клеток.''</span><span style="color:#833c0b;"> По оценкам, только в человеческом мозге насчитывается около 9000 миллионов клеток! Эти клетки также имеют самый разнообразный характер, поскольку клетки, из которых состоят различные части и органы тела, отличаются друг от друга. Таким образом, клетки нервов, костей и мышц, да и вообще всех частей животного организма заметно отличаются друг от друга, и количество различных видов клеток, из которых состоит тело, может быть бесконечно большим. </span>(64)

На сегодня количество нейронов в мозге человека оценивается примерно в 90 миллиардов, но во времена Смэтса не было такого количества исследований как сегодня; и сегодня никто не считал точно количество клеток мозга или тела – а как вы себе это представляете? Пересчитать миллиарды клеток, видных только под микроскопом и расположенных тончайшими слоями? На самом деле делаются микроскопические исследования образцов разных тканей очень небольшого размера, а затем из этих средних величин экстраполируют на весь организм.

<span style="color:#833c0b;">''Сама природа клеток такова, что они функционируют как части единого целого, и когда это целое разрушается, перед ними автоматически встает необычная дополнительная задача - восстановить брешь, и их дремлющие силы пробуждаются к действию. И это происходит, насколько мы можем судить, просто в силу внутренней экономии и внутреннего регулирования в самом организме и без предварительной подготовки к новой роли. Взаимодействие между организмом и его клетками действительно является самым тонким и интимным; оба они, по-видимому, являются активными факторами в поддержании целого и в восстановлении любых частей, которые могут отсутствовать и которые необходимы для целого. Их взаимодействие настолько тесно, что почти невозможно сказать, где заканчивается влияние одного и начинается другое. ''</span>

<span style="color:#833c0b;">Аспект координации или подчинения частей целому также наиболее наглядно иллюстрируется феноменом воспроизведения, о котором я уже упоминал в другой связи. Размножение возвращает нас не только к прошлому и его загадкам, но и к будущему, и именно репродуктивную систему организмов мы должны изучать наиболее внимательно, если хотим понять этот аспект органической деятельности. </span><span style="color:#833c0b;">''Ибо при размножении клетка или организм явно выходит за пределы самих себя, их функции становятся трансцендентными в том, что касается их самих; его слепые стремления и энергия охватывают объекты и ситуации, находящиеся за пределами его самого.''</span><span style="color:#833c0b;"> На самом деле, при размножении клетка или организм ясно демонстрируют тот факт, что они не одиноки и что они являются частью более масштабного целого жизни, на выполнение которого направлены их самые фундаментальные функции. Таким образом, в качестве иллюстрации согласованных взаимосвязей частей и целого в организме ничто не может быть более значимым и важным, чем факты органического размножения. Здесь больше, чем где-либо еще, проявляется важность целого как действующего фактора, не только непосредственного целого или индивидуального организма, но и трансцендентного целого или типа, который должен воспроизводиться и поддерживаться любой ценой. Во всем многообразии органической природы поражает присущая ей самоотверженность, пренебрежение к себе и выход за пределы себя в процессе воспроизводства, который подчиняет индивидуума потребностям расы, истощает ее запасы сил и часто стоит ей </span><span style="color:#833c0b;">жизни. В этом процессе, как в самом сердце природы, заложен принцип жертвенности, подчинения части целому, индивидуума расе или типу людей. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Предыдущий анализ позволил нам понять, что растение или животное - это единое целое, состоящее из миллионов частей в виде клеток всех видов, в то время как клетки, в свою очередь, представляют собой более мелкие образования неопределенной сложности и удивительной активности. Все эти части скоординированы и расположены вплоть до мельчайших деталей и функционируют в самом тесном сотрудничестве, поддерживая друг друга и весь организм в целом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Организм - это действительно маленький живой мирок, в котором царят закон и порядок, и в котором каждая часть сотрудничает со всеми другими частями и служит общим целям целого, как правило, с самой совершенной регулярностью. Именно эта совершенная общность функций и единство действий в системе, состоящей из бесчисленных частей и сложнейших структурных образований, делает организм таким поразительным типом целого. Мы рассмотрели структурный порядок как характеристику неорганической материи; теперь мы видим активное сотрудничество и единство действий в дополнение к этому как характеристику организма. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Мы восхищаемся порядком и сотрудничеством в пчелином улье или сообществе муравьев; в организме мы видим более совершенный порядок и более замечательное сотрудничество в ситуации, которая, возможно, ненамного менее сложна, чем любая из них. И точно так же, как отдельная пчела или муравей живет своей собственной жизнью и не теряется в общей деятельности улья или гнезда, так и отдельная клетка живет своей собственной жизнью, специализируясь и совершенствуясь в соответствии со своей ролью в организме, которую она помогает формировать и которой служит, не теряя и не жертвуя своей идентичностью. Организм включает в себя бесчисленное множество более мелких органических единиц, чья индивидуальность не поглощается им, выражается и не подавляется им. Большой организм означает не только объединение и совместную гармонию своих меньших единиц, но и, как правило, более совершенную индивидуализацию и специализированное развитие этих единиц в гармонии целого. Организм растения или животного - это социальная общность, но общность, которая обеспечивает существенное развитие своим отдельным членам. А ее природа и структура таковы, что она может совершенствоваться только через дифференциацию и развитие составляющих ее членов.''</span>

<span style="color:#833c0b;"> Но хотя это так, хотя (как мы более ясно увидим в дальнейшем) индивидуализация фундаментальна по своей природе, мы должны признать, что интенсивное сотрудничество играет не менее важную и фундаментальную роль. Организм - это, по сути, общество, в котором бесчисленное множество членов сотрудничают в целях взаимопомощи в духе наиболее эффективного бескорыстного служения и верности друг другу. Сотрудничество и взаимопомощь написаны на лице Природы. Более того, если структура и функции клеток могут нас чему-то научить, то они глубоко запечатлены в природе Вселенной, они являются самим смыслом и душой Природы. Мы можем пройти долгий путь по сферам Эволюции, но нигде мы не найдем более совершенного сотрудничества или более прекрасной иллюстрации взаимопомощи одной части для другой и всех частей для целого, а также целого для всех его частей, чем в маленькой незначительной клетке, который, кажется, хранит в себе саму тайну Вселенной. Предвосхищая формулировки более поздних разработок, мы можем сказать, что в клетке подразумевается идеал гармоничного сотрудничества, бескорыстного взаимного служения, верности и долга каждого по отношению ко всем, к чему в наших более поздних, более высокоразвитых человеческих объединениях мы можем только стремиться. Когда в атоме было достигнуто удивительное и таинственное стабильное сочетание электрических единиц, произошло чудо, которое спасло материальный мир от полного хаоса и </span>

<span style="color:#833c0b;">случайности. Но гораздо большее чудо было совершено, когда из атомного и молекулярного порядка развился еще более глубокий и утонченный порядок внутренней совместной гармонии клетки. Эти две фундаментальные структуры являются великими достижениями в ходе эволюции, до появления Разума, и хотя многие другие эксперименты, вероятно, проводились до и в промежутках между этими успехами, они оказались нестабильными и были отброшены, а теперь тщетно разыскиваются. Мы должны внимательно изучить эти неизменные вершины достижений, если хотим понять истинную природу эволюционного процесса и если хотим составить представление о природе фундамента между этими постоянными структурами, который был размыт с бесконечным течением времени. И когда мы обнаружим, что эти два явления не являются совершенно разными, а являются выражением в чем-то сходной внутренней прогрессивной тенденции Природы, и когда позже, на ментальном и духовном уровнях развития, мы обнаружим еще более четкие проявления подобной тенденции, мы будем вправе заключить, что столкнулись лицом к лицу с чем-то реальный и причинный в форме естественного действующего фактора фундаментального и универсального характера. </span>(стр. 82-86)

Привожу этот длинный отрывок без сокращений и комментариев. Он показывает ход мысли Смэтса, где не только организм рассматривается как клеточный холос, но эта целостность рассматривается в движении элементов в процессах обмена веществ и самовоспроизведения организма.

<span style="color:#833c0b;">''На протяжении всей истории человеческой мысли существовали две предельные отправные точки в объяснении Вселенной, две противоположные ментальные установки или точки зрения, с которых рассматривалась и объяснялась Вселенная. Согласно одной точке зрения, все, так или иначе, задано в начале; согласно другой, в начале предполагается минимум, и Вселенная является постепенным творением или эволюцией, начиная с этой минимальной начальной точки. На первый взгляд, не имеет значения, было ли первоначальное творение завершено во всех деталях или же была завершена только его логическая или метафизическая схема, в то время как содержание было дано лишь косвенно. В любом случае в ходе последующей истории мира не может быть ничего нового. Если первоначальное творение было полным и абсолютным, то все последующие события и изменения могут быть только перестановками, перетасовками первоначальных группировок: как материальные элементы, так и их принципы или формы расположения присутствуют в качестве исходных данных и определяют все последующие события и расположения. Если, опять же, метафизическую схему или структуру Вселенной принимать как данность, то эволюция Вселенной - это просто логическое развитие в соответствии с этой схемой; или, другими словами, логическое развитие схемы даст нам в результате материальную вселенную''</span>

<span style="color:#833c0b;">. Развитие идеи Гегеля является именно такой попыткой логического раскрытия вселенной. В обоих случаях объяснение Вселенной находится в прошлом, в начале: это начало управляет всем и предопределяет все. Прошлое является действенной причиной будущего, и никакое новое творение, ничего принципиально нового в будущем возникнуть не может. Реальность в полном объеме существовала с самого начала и продолжает существовать, меняя свои формы и проявления, но не внося ничего нового в первоначальный поток. Всякая реальная новизна и инициатива, всякая реальная свобода выбора и развития исчезают из вселенной. Мировой процесс становится в лучшем случае объяснением, развертыванием того, что было дано неявно, а не творческой эволюцией новых форм. Эта точка зрения была доминирующей в западной науке и философии с момента ее зарождения в XVI и XVII </span>

<span style="color:#833c0b;">веках и до недавнего времени. В физике она естественным образом согласуется с ортодоксальными законами сохранения, которые исключают создание или разрушение энергии, массы или импульса. И по мере того, как в науке и философии преобладали механистические идеи, все изменения стали означать просто механические перестановки без какого-либо существенного дополнения или вычитания из общей картины реальности. Опять же, те мыслители, которые (подобно Лейбницу) не придерживались механистической формулы, руководствовались своими теологическими взглядами и идеями, предшествовавшими формированию, и рассматривали реальность как завершенную в прошлом, оставляя будущему лишь второстепенную роль в раскрытии, эволюции, экспликации того, что фактически существовало. содержащийся в этом прошлом. Таким образом, это очень ограниченный смысл, в котором следует понимать используемые ими термины "развитие" или эволюция. Когда они верили в динамичную прогрессивную вселенную, они имели в виду просто вселенную, которая постепенно раскрывает то, что неявно содержалось в прошлом. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Точка зрения на эволюцию как на созидательное явление, на реальное прогрессивное творение, которое все еще продолжается во Вселенной, а не завершилось в прошлом, на совокупность реальности, которая не является постоянной, а постепенно увеличивается в ходе эволюции, - это новое веяние нашего времени, и, возможно, это одно из самых значительных изменений во всем спектре человеческой мысли. ''</span><span style="color:#833c0b;">Старый статичный взгляд на реальность с его неизменными элементами и видами не только исчез, но и новый динамичный взгляд на эволюцию не просто отрицает старый статичный взгляд, он зашел гораздо дальше. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Эволюция - это не просто процесс изменений, перегруппировки старого в новые формы; она творческая, ее новые формы не просто создаются из старых материалов; она создает как новые материалы, так и новые формы из синтеза нового со старыми материалами. Творческая способность материи, как мы видели, ограничивается аспектом структуры и преобразованием новых структур из ранее существовавших материальных единиц: в этом смысле материя обладает лишь ограниченной, хотя и реальной творческой способностью. Когда мы переходим к организмам, мы обнаруживаем гораздо большую степень креативности в эволюции.''</span>

<span style="color:#833c0b;"> Ибо, как будет показано в главе VIII, новые качества или признаки, которые приводят к появлению новых разновидностей или видов, действительно являются новыми в том смысле, что их не было раньше, и это не просто изменение признаков, которые были раньше. Создаются новые знаки (characters), и на их основе возникают новые разновидности или специфические формы стабильного вида. Еще большая степень креативности присуща разуму как в его интеллектуальном, так и в этическом аспектах; мысль созидательна во всех своих проявлениях, от простейших ощущений до самых сложных суждений; а этический или практический разум создает ценности, моральные, духовные и религиозные ценности в самом полном смысле этого слова. Отсюда возникает взгляд на эволюцию как на созидание нового, как на эпигенез, а не на объяснение, как на проявление новизны и инициативы, как на открытие новых путей и предоставление возможности нового выбора в продвижении вперед, как на создание свободы для будущего и, в самом реальном смысле, на разрыв оков прошлого и будущего от его фиксированных предопределений. </span>(стр. 90-92)

<span style="color:#833c0b;">''Творческая эволюция, которую понимают и ученые, и философы, работает как общий принцип или тенденция в конкретных формах и посредством них. Таким образом, эволюция - это структура и принцип, взаимопроникающие друг в друга, </span><span style="color:#833c0b;">взаимодействующие и оживляющие друг друга.''</span>

<span style="color:#833c0b;"> … </span><span style="color:#833c0b;">''Универсальное реализует себя не в праздном самосозерцании, не в отрыве от действительного, а в отдельных телах, в конкретных вещах и фактах и через них. ''</span><span style="color:#833c0b;">Храм Духа - это структура материи; универсальное заключено в конкретном, частном; ни одно из них не является реальным или истинным отдельно от другого. Все это звучит как прописные истины и банальности. Но, тем не менее, это самое важное, поскольку означает, что следование разными путями науки и философии не приведет нас к нашей цели. Их пути должны сойтись. Необходимо разработать концепции, которые будут включать в себя материал и точки зрения как науки, так и философии. Путь реального - это не абстрактные общие принципы и не пустыня деталей; и если мы хотим понять эволюцию, мы должны разработать концепции, адекватные ее реальному процессу, концепции, которые будут отражать ее реальные черты - конкретность и универсальность. Другими словами, мы должны сформировать концептуальную модель, которая будет как можно точнее воспроизводить то, что на самом деле происходит в процессе космической эволюции, и наша главная задача состоит в том, чтобы сделать наше объяснение природных процессов как можно более точным в соответствии с реальными наблюдаемыми фактами. </span>(стр. 93-94)

<span style="color:#833c0b;">И материя, и жизнь в атоме и клетке состоят из единичных структур, упорядоченная группировка которых создает естественные целостности, которые мы называем телами или организмами. Этот характер или черта "целостности", которые мы обнаружили в случае материи и жизни, имеют гораздо более общее применение и указывают на нечто фундаментальное во Вселенной, фундаментальное в том смысле, что оно практически универсально, что оно является реальным действующим фактором и что его формирующее влияние ощущается все более глубоко и широко по мере продвижения эволюции. Холизм - это введенный здесь термин (от холос = целое) для обозначения этой направленной на достижение целостности тенденции в природе, этого фундаментального фактора, действующего на создание целостностей во Вселенной. Давайте сначала попытаемся получить некоторое общее представление о том, что такое холизм и что такое "целые"; после этого я попытаюсь дать более точное определение этим терминам.

В области жизни мы все знакомы с тем, что здесь называется целостностями. Каждый организм, каждое растение или животное - это единое целое, обладающее определенной внутренней организацией и способностью к самоуправлению, а также своими собственными индивидуальными особенностями. Это справедливо как для низшего микроорганизма, так и для наиболее высокоразвитой и сложной человеческой личности. Что не является общепризнанным, так это то, что концепция целостности охватывает гораздо более широкую область, чем концепция жизни, что ее истоки прослеживаются уже в неорганическом порядке природы и что за пределами обычной области биологии она в некотором смысле применима к человеческим объединениям, таким как государство, и к творениям человеческого духа во всех его величайших и наиболее значимых проявлениях. Не только растения и животные являются целостностями, но и в определенном ограниченном смысле естественные сочетания материи во Вселенной являются целостностями; атомы, молекулы и химические соединения являются ограниченными целостностями; в то время как в другом, тесно связанном смысле человеческие характеры, произведения искусства и великие идеалы высшей жизни являются целостностями или разделяют их. В обиходе слово "целостный" часто используется для обозначения некоторых из этих высших творений. Например, стихотворение или картину хвалят за то, что они представляют собой "целое", потому что это не просто искусственная конструкция, а органичное целое, в котором все части проявляются тонким, неуловимым образом, чтобы служить главной цели или идее, вносить в нее свой вклад. На самом деле художественные произведения в основном оцениваются по степени, в которой они осознают характер целостности. Но термин "целостность" содержит гораздо больше, чем подразумевается в его общепринятом употреблении. С точки зрения, представленной здесь, "целостности" являются основой характера Вселенной, а холизм, как действующий фактор в эволюции целостностей, является высшим принципом Вселенной.

''Создание целостностей, причем все более высокоорганизованных, и целостности вообще как характеристики существования - неотъемлемая черта Вселенной. В мире действует не просто неопределенная творческая энергия или тенденция. Эта энергия или тенденция имеет специфические свойства, наиболее фундаментальным из которых является создание целого. И постепенное развитие возникающих в результате целостностей на всех стадиях - от самых зачаточных, несовершенных, неорганических до наиболее высокоразвитых и организованных - это то, что мы называем эволюцией. Стремление к созданию целого, холистическая тенденция, или холизм, действующий в конкретных целостностях и через них, проявляется на всех этапах существования и никоим образом не ограничивается биологической областью, которой наука до сих пор ограничивала понятие целого. Уходя корнями в неорганическую среду, эта универсальная тенденция находит ясное выражение в органическом биологическом мире и достигает своих высших проявлений и результатов на ментальном и духовном планах существования. Подлинными единицами Природы являются целостности различного уровня. Целостность - это наиболее характерное выражение природы Вселенной в ее поступательном движении во времени. Она отмечает линию эволюционного прогресса. И холизм является внутренней движущей силой этого прогресса. ''

Очевидно, что если эта точка зрения верна, то должны последовать очень важные результаты для наших представлений о знании и жизни. ''Целостности - это не просто искусственные конструкции мысли, они указывают на нечто реальное во Вселенной; и холизм как творческий принцип в них является реальной причиной. Это движущая сила эволюции. Таким образом, за эволюцией стоит не просто смутный и неопределимый творческий импульс или жизненная сила, голая идея прохождения или продолжительности, не имеющая никакого качества или характера, кроме равномерного течения, и которой нельзя придать никакого значения или характера, но нечто вполне определенное. Холизм - это специфическая тенденция, имеющая определенный характер, творческая по отношению ко всем персонажам во Вселенной и, следовательно, приносящая результаты и объяснения в отношении всего хода космического развития.'' </span> (100-102)

<span style="color:#833c0b;"> ''Целое как действующий фактор требует тщательного изучения. То, что в природе существуют целые, представляется мне неоспоримым. Представленная здесь точка зрения заключается в том, что они охватывают гораздо более широкую область, чем принято считать, и имеют фундаментальное значение. Но идея целого - это один из вопросов, которым наука, а в значительной степени и философия, пренебрегает. Любопытно, что, хотя общая точка зрения философии по необходимости в значительной степени холистична, она никогда по-настоящему не использовала идею целого. Эта идея действительно проходит красной нитью через всю философию, но в основном в расплывчатом, неосязаемом виде.'' Единственное определенное применение этой идеи было сделано абсолютистами, которые применили выражение "целое" ко всему существующему, к космическому целому, ко всему ансамблю Вселенной, рассматриваемому как единство или бытие. Такое конкретное использование этой идеи нас не интересует на данном этапе нашего исследования. Великое целое может быть конечной точкой, но это не та линия, которой мы следуем. Мы собираемся изучать маленькие естественные центры целостности и принцип, выражением которого они являются. И я думал, что этот вопрос будет представлять глубокий интерес как для философов, так и для ученых. Но даже философы не смогли по-настоящему использовать эту великую концепцию, в то время как ученые постоянно пренебрегали ею или игнорировали ее под железным гнетом механистического режима. И все же камень, отвергнутый строителями, может стать краеугольным камнем здания. </span>(103)

<span style="color:#833c0b;">''Давайте теперь рассмотрим идею целого более подробно; и давайте снова начнем с естественных биологических целостностей, таких как растения или животные. Организм, как растение или животное, является естественным целым. Он самодействующий и самодвижущийся. Принцип его движения или действия не внешний по отношению к нему самому, а внутренний. Он не приводится в действие каким-либо внешним принципом или силой, например, машиной или искусственным сооружением. Источник его активности является внутренним и неразрывно связан с ним самим, он действительно является им самим. Она состоит из частей, но ее части не просто собраны вместе. Их единство не является механическим, а основывается на другом принципе. Организм состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, и если эти части разобрать на части, организм разрушается и не может быть восстановлен путем повторного соединения разъединенных частей. Эти части находятся в активных отношениях друг к другу, которые меняются в зависимости от частей и организмов; но ни в коем случае нет ничего бездеятельного или инертного в отношениях этих частей друг к другу или ко всему организму в целом. Кроме того, организм способен поддерживать себя за счет поглощения других компонентов, таких как пища, но, опять же, как мы видели в предыдущей главе, он делает это не путем простого механического добавления, а путем полного преобразования, ассимиляции и использования в своей собственной системе взятого таким образом материала. Более того, организм является творческим в том смысле, что он способен при определенных условиях обновлять себя и воспроизводить себя в очень похожих целостностях.''

Этого приблизительного изложения достаточно, чтобы обозначить основные общие характеристики биологических целостностей. Когда мы достигаем более высоких уровней развития высших животных и человека, мы сталкиваемся с дополнительными признаками психологической природы, такими как интеллект, воля, сознание, центральный контроль и руководство более или менее добровольного и обдуманного характера. Для нашей нынешней цели предварительного обзора в этой главе нам нет необходимости рассматривать этих персонажей более подробно. Но необходимо, чтобы мы сформировали более четкое представление о различиях, которые отличают целое в вышеуказанном смысле от чего-то, что целым не является.

Прежде всего, я хотел бы подчеркнуть, что целое, согласно представленной здесь точке зрения, не простое, а сложное и состоит из частей. Природные целостности, такие как организмы, являются не простыми, а сложными или составными, состоящими из множества частей, находящихся в активной взаимосвязи и взаимодействии того или иного рода, и сами части могут быть меньшими целыми, такими как клетки организма. Целые - это составные части, а не простые элементы. Идея целого как простой уникальной индивидуальной сущности - это метафизический взгляд, от которого мы должны остерегаться. Философия разработала концепцию уникального целого, которое на самом деле является абсолютным, неразрушимым и неизменяемым. Например, Платон в "Федоне" представил человеческую душу как такое целое и из ее неделимости вывел аргумент в пользу ее бессмертия. То, что просто, неделимо и окончательно, обязательно должно быть и неразрушимым. Однако, с моей точки зрения, природные целостности - это не такие простые неделимые сущности, которые на самом деле являются философскими абстракциями. </span>(103-104)

<span style="color:#833c0b;">С другой стороны, философская концепция не оставляет места для изменений, движения или развития целого. Философское целое, или абсолют, неизбежно статично. Простое, уникальное, конечное целое не может изменяться или развиваться. Оно неизменно остается тем, что оно есть. Это отрицает идею эволюции, которая необходима для концепции целостностей, представленной здесь. Взгляд на Вселенную как на целое или абсолют в философском смысле не оставляет места для прогресса или развития и вступает в противоречие со всеми практическими учениями и всеми наиболее значимыми результатами науки. Части (если таковые имеются) действительно могут перемещаться и изменяться, их взаимоотношения между собой могут демонстрировать текучесть, которую можно назвать развитием. Но это не будет настоящим творческим развитием. Абсолютная целостность философии неизменна, замкнута в себе и не похожа ни на что, с чем мы сталкиваемся в этом мире. Идея эволюции как созидания является полной противоположностью этой статичной абсолютности. И эта идея должна быть для нас решающей. Все, что противоречит идее Вселенной как прогрессивной и созидательной, должно быть отвергнуто нами. Творческое целое, или холизм, не следует путать с философским целым, или абсолютом.

Предостерегая от философского заблуждения, позвольте мне перейти к предостережению от еще более опасного научного заблуждения. Механический взгляд на вселенную, который был и в значительной степени остается доминирующим в науке, в той или иной степени противоречит изложенной здесь концепции.

Целое - это не просто механическая система, то есть система частей, внешне связанных друг с другом. Оно действительно состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, которой обязательно является чисто механическая система. Сущность механической системы - это чистая внешняя сторона или отсутствие какой-либо внутренней сущности, всех внутренних тенденций, отношений и видов деятельности системы или ее частей. Любое действие в механической системе является внешним, являясь либо внешним воздействием механического тела на какое-либо другое тело, либо внешним воздействием последнего на первое. И точно так же, когда рассматриваются части тела или системы, единственное действие, на которое они способны, - это их внешнее воздействие друг на друга или на организм в целом. Ни у части тела, ни у его частей нет внутреннего действия или функции. Таково механическое тело, и только такие тела предполагались существующими в соответствии с механистической гипотезой. Целое, которое является чем-то большим, чем сумма его частей, обладает чем-то внутренним, какой-то внутренней структурой и функцией, какими-то особыми внутренними отношениями, каким-то внутренним характером или природой, которые составляют это нечто большее. И в этом исследовании мы должны попытаться выяснить, что же это такое. На данном этапе следует уяснить, что, в то время как механическая теория предполагает только внешнее действие как единственно поддающееся измерению и математической обработке и исключает всякое внутреннее действие, связь или функцию, теория целого, напротив, основана на предположении, что в дополнение к внешнему действию между телами существует также дополнительный внутренний элемент или действие тел, которые являются целыми, и что этот элемент или действие имеет определенный определяемый характер.</span> (105-106)

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, целые - это составные элементы, обладающие внутренней структурой, функцией или характером, которые четко отличают их от простых механических дополнений, агрегатов или конструкций, как это предполагает наука в соответствии с механической гипотезой. И этот внутренний элемент, который превращает простое механическое сложение или сумму частей в целое, свидетельствует о прогрессивном развитии Природы. Целостности динамичны, органичны, эволюционны, созидательны. Характера творчества должно быть (если это так) достаточно, чтобы опровергнуть чисто механическую концепцию Вселенной. </span>

<span style="color:#833c0b;">Очень важно понимать, что целое не является чем-то дополнительным к частям: именно части, находящиеся в определенном структурном расположении и взаимодействующие друг с другом, образуют единое целое. Структура и виды деятельности различаются по характеру в зависимости от стадии развития целого; но целое - это всего лишь специфическая структура частей с соответствующими им видами деятельности и функциями. Таким образом, вода как химическое соединение, как мы уже видели, является целым в ограниченном смысле, зарождающимся целым, качественно отличающимся от своих несоставных элементов водорода и кислорода в простом смешанном состоянии; это новая специфическая структура с новыми физическими и химическими свойствами. Целое как биологический организм представляет собой гораздо более сложную структуру с гораздо более сложными видами деятельности и функциями, чем простое химическое соединение. Но его не следует воспринимать как нечто, выходящее за рамки его частей в их структурном синтезе, включая уникальные виды деятельности и функции, которые сопровождают этот синтез. Сама суть концепции целого заключается в том, что части находятся вместе в уникальном специфическом сочетании, в особой внутренней взаимосвязи, в творческом синтезе, который отличает его от всех других форм сочетания или единения. ''Сочетание элементов в этой структуре является в некотором смысле творческим, то есть создает новую структуру, новые свойства и функции. Как мы увидим в дальнейшем, эти свойства и функции сами по себе обладают творческим или целостным характером. ''Вначале факт наличия структуры имеет первостепенное значение для целых, но по мере того, как мы поднимаемся по шкале целых, мы видим, что структура становится вторичной по отношению к функции, мы видим, что функция становится доминирующей чертой целых, мы рассматриваем ее как корреляцию всех видов деятельности структуры и осуществление новых синтезов, которые являются все больше и больше проявляю творческий характер. ''Части целого также подвержены влиянию структуры, они отличаются друг от друга и ведут себя не так, как они вели бы себя без такого целого. Сама суть целого заключается в том, что, хотя оно состоит из своих частей, оно, в свою очередь, влияет на части и их взаимосвязи и функции. Это взаимное влияние составляет внутреннюю сущность или внутренний характер целого. ''

Существует творческая активность, прогресс и развитие целых, и последовательные фазы этой творческой эволюции отмечены появлением все более сложных и значительных целых. Таким образом, возникает прогрессивная шкала целостностей, простирающаяся от материальных тел неорганической природы через растительное и животное царства к человеку и великим идеалам и художественным творениям духовного мира. Как бы ни увеличивались сложность и плодотворное значение целого по мере нашего продвижения вверх, фундаментальная деятельность, которая приводит к этим результатам, на протяжении всего процесса сохраняет свой специфический целостный характер. Сначала, согласно нашим современным знаниям, она проявляется только как определенная материальная структура энергетических единиц, как специфический синтез или расположение материальных частей, например, в химическом соединении, кристалле или коллоиде. Мы уже видели, как эта структура в некоторых отношениях приближается к более целостным проявлениям жизни, и вполне возможно, что будущий прогресс науки значительно расширит наши знания по этому вопросу. Но даже в том виде, в каком это известно сейчас, специфическая структура и характер химического соединения делают его своего рода целым, совершенно отличным от простых физических или механических смесей. По мере того, как мы продвигаемся вперед в развитии природы, мы видим на примере растений, как эта специфическая структура, этот синтез и расположение частей и признаков приобретают новый кооперативный характер - характер групп взаимосвязанных действий, которые тесно взаимосвязаны и функционируют таким образом, чтобы сохранить растение и поддерживать свою деятельность в целом. Когда мы переходим к животным, мы обнаруживаем не только этот тесный структурный синтез частей и признаков на основе сотрудничества и скоординированных функций, но и в появлении центральной нервной системы и головного мозга мы видим новый элемент контроля и управления, который преобразует всю систему, делает ее взаимосвязанной - работа становится более сложной и эффективной и приобретает совершенно новый смысл и активность. ''Когда мы приходим к человеческой стадии, мы обнаруживаем наивысший расцвет этого центрального контроля в человеческой личности. Мы обнаруживаем целый ряд ценностей и видов деятельности, о которых и не мечтали на более ранних стадиях. И мы обнаруживаем, что сами эти ценности и виды деятельности стремятся стать целостными на более высоких уровнях духовного и художественного производства. Целостность, которая была лишь структурной, зачаточной, частичной в начале развития Природы, здесь становится в значительной степени доминирующей и всепроникающей.'' Целостный подход, который на более низких уровнях преодолевал почти непреодолимые препятствия и трудности, здесь в некотором смысле одерживает победу. Пока это лишь очень частичная победа. Даже самая совершенная человеческая личность и самое совершенное художественное произведение все еще полны несовершенств и являются лишь приближением к идеальной целостности. Холизму предстоит пройти еще долгий путь. С высокого человеческого уровня это указывает путь в будущее и показывает, что в целостности, в создании все более совершенных и значимых целостностей, заключается внутренний смысл и тенденция Вселенной. Это как если бы Великий Созидательный Дух сказал: "Смотри, Я создаю все сущее целым". </span>

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, восходящий порядок целостностей, или этапы, на которых холизм проявляет себя в прогрессивных фазах реальности, можно в общих чертах и в предварительном порядке резюмировать следующим образом:

<div style="margin-left:1.249cm;">1. Определенная материальная структура или синтез частей в естественных телах, но внутренняя активность которых в настоящее время известна не более, чем в виде простых физических или химических сил или энергий: например, в химическом соединении. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">2. Функциональная структура в живых организмах, где части в этом специфическом синтезе активно взаимодействуют и функционируют совместно для поддержания организма: например, в растениях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">3. Эта специфическая совместная деятельность координируется или регулируется каким-то выраженным центральным контролем, который все еще в основном неявный и бессознательный: например, у животных. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">4. Центральный контроль становится осознанным и формирует личность; в то же время он проявляется в более сложных, целостных группах общества. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">5. В человеческих сообществах этот центральный контроль становится сверхиндивидуальным, в государстве и подобных групповых организациях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">6. Наконец, возникают идеальные целостности, или холистические идеалы, или абсолютные ценности, отделенные от человеческой личности и действующие сами по себе как созидательные факторы в построении духовного мира. Таковы Идеалы Истины, Красоты и Добра, которые закладывают основы нового порядка во Вселенной. </div>

На протяжении всех этих этапов мы видим постоянно углубляющуюся природу Целого как специфического структурного синтеза частей с собственной внутренней активностью, которые взаимодействуют и функционируют в гармонии, естественно, инстинктивно или сознательно. </span> (106-110)

<span style="color:#833c0b;">''Позвольте мне в заключение сказать несколько слов о терминологии, чтобы избежать двусмысленности и неправильного понимания в дальнейшем. Согласно представлениям, изложенным в этой главе, целое в каждом отдельном случае является центром и творческим источником реальности. Это реальный фактор, из которого вытекает все остальное в каждом конкретном случае. Но существует бесконечное множество таких целостностей, охватывающих все уровни существования во Вселенной; и возникает необходимость в общем термине, который включал бы и охватывал все целостности как таковые в рамках одной концепции. Для этого был придуман термин холизм; таким образом, холизм охватывает все целостности во Вселенной. Таким образом, это одновременно и концепция, и фактор: концепция, обозначающая все целостности, фактор, потому что целые, которые она обозначает, являются реальными факторами во Вселенной. Мы говорим о материи, включающей в себя все частицы материи во Вселенной: точно так же мы будем говорить о холизме, включающем в себя все целостности, которые являются высшими творческими центрами реальности в мире.'' (120)

''Позвольте мне повторить то, что было сказано в предыдущей главе: целое - это не общий принцип или тенденция, это структура или схема.'' Естественное тело или организм можно разделить на два фактора: форму, структуру или схему и конкретные признаки или качества, которые наполняют эту форму или структуру. Что касается этих конкретных признаков или качеств, то в каждом конкретном случае мы должны полагаться на опыт; цвет, ощущение или запах предмета или характер животного можно узнать только из наблюдений или опыта в каждом конкретном случае. Но форма или структура включает в себя особенности, которые наиболее удобно обобщить в виде концепций, и если эти концепции ясны и определены, из них снова можно вывести результаты, которые делают их наиболее полезными в качестве аргументов для размышлений и объяснений. Обобщенные концепции пространства и времени, разработанные не столько философами, сколько математиками, обладают теми качествами ясности и определенности, которые делают их особенно полезными для изучения структуры физического мира, как мы видели при обсуждении теории относительности. И точно так же концепция целого, если ее ясно понимать и твердо придерживаться, может стать мощным средством изучения сложных явлений жизни и разума. Концепция целого - это обобщенная структура или схема, каркас, который необходимо заполнить в каждом конкретном случае; и именно этот структурный или схематический характер приближает его к тому конкретному характеру, который отличает все природные объекты в мире опыта. Для большей ясности давайте перейдем к анализу фундаментальных характеристик целого, как мы видим, на примере, скажем, простого организма. (129)

Во-первых, единство действия, характерное для целого, проявляется в заметной способности регулировать и соотносить, которой целое, по-видимому, обладает по отношению к своим частям. Это, пожалуй, самая поразительная особенность органических целостностей; какими бы сложными они ни были, в них сохраняется определенное сбалансированное соотношение функций. Если между частями возникает какое-либо нарушение, нарушающее распорядок дня в целом, то либо это нарушение устраняется совместными усилиями многих или всех частей, либо функции других частей перестраиваются таким образом, что устанавливается новый баланс и распорядок дня. Синтетическое единство целого порождает синтетическое или холистическое действие во всем целом; деятельность и функции частей также становятся целостными, так что в дополнение к их обычной рутине у них появляется аспект или тенденция, направленная на целое, которая активизируется всякий раз, когда нарушается равновесие целого. Именно этот целостный характер, отличающий деятельность и функции не только целого, но и его частей, лежит в основе замечательного феномена сотрудничества между клетками, на который было обращено внимание в четвертой главе. ''Сотрудничество - это не столько взаимодействие независимых единиц, сколько, по сути, давление целого на части. На самом деле, вся функция или система организма целостна; синтетическое единство целого настолько глубоко запечатлено в частях и отражается в деятельности частей, что все они, по-видимому, "подыгрывают" друг другу и сотрудничают в поддержании или, в случае нарушения, восстановлении равновесия в деятельности, характерного для конкретное целое. Из синтетического единства целого вытекает целостное действие всех его частей, а также характерная способность соотносить и регулировать, которую целое, по-видимому, проявляет по отношению к частям. Все эти свойства на самом деле вытекают из идеи и природы целого; как только эта идея будет четко осознана, будет найден истинный принцип органического объяснения, и применение идей и методов механицизма или витализма станет излишним, как мы увидим позже.'' (131)

Это создание новой разновидности или вида (новой структуры); это создание новых единичных признаков (частей структуры), которые оправдывают появление нового вида или разновидности; и за новыми единичными признаками стоит не просто перестановка элементов старых единичных признаков, а новый подход. интеграция новых материалов или качественных элементов со старыми элементами для формирования новой разновидности объекта. Этот процесс является творческим по отношению к новому на каждом шагу и на каждой стадии, причем в мельчайших элементах качество не ниже, чем в крупных или целостных структурах. Начиная с воображаемых элементов a, b, c, d, мы обнаруживаем в органическом продвижении ни в коем случае не простую структурную перегруппировку только этих элементов, но везде элемент качественной новизны, x, включенный наряду со старыми элементами в новую структуру. В каждом прогрессе мы обнаруживаем не только новую структуру, но и результат в той или иной форме. Я использовал концепцию единиц или элементов в целях иллюстрации; но на самом деле творческий процесс эволюции целостен и, в конечном счете, не поддается анализу в виде определенных единиц; сочетание унаследованных структур и характеров с новыми настолько тесно, что невозможно отделить их друг от друга, и невозможно сказать, где заканчиваются старые элементы и начинаются новые. Но, вне всякого сомнения, в продвижении вперед новое присутствует наряду со старым таким образом, что мы можем понять этот процесс, как во всей его полноте, так и в мельчайших деталях, только как по-настоящему творческий. (138) * тут он путается, но в начале главы было написано, что все это предварительные размышления. Что я заметил: некоторые холосы не нуждаются в конструировании; достаточно свалить все элементы в кучу, и они сами выстроятся, как положено. Атом, например. Но есть другой тип, где «буквы» нужно расставлять в нужном порядке; таковы, например, органические молекулы. Клеточные машины считывают код с ДНК и синтезируют нужное из четырех атомов: углерода, водорода, кислорода и азота. Их соединение в разных порядках создает молекулы с очень разными функциями. *

Я изложу это с холистической точки зрения следующим образом: я собираюсь показать, что отбор и направление, присущие жизни и разуму, являются всеобъемлющими холистическими свойствами, которые уже проявляются в материи, развиваются из нее и достигают зрелости в жизни и разуме. Эти персонажи не проявляют оппозиции или антагонизма по отношению к системе материи, но сосуществуют с ней и взаимопроникают в нее, так сказать, как высшие фазы самой материи. Они терпимо относятся к законам материи и выполняют свои функции, не нарушая эти законы. Другими словами, действие жизни и разума согласуется с принципами энергии. Теперь перейдем к моим аргументам.

"Избирательность", как указывалось в главе III, представляется неотъемлемым и фундаментальным свойством материи. Ярким примером этого явления является электромагнетизм; так же как и само строение материи, конечные формы структуры которой зависят от присущего ей сродства и селективности еще более мелких структур или единиц. Таково же поведение материи в коллоидном состоянии. В избирательности материи мы, по-видимому, сталкиваемся с предельным свойством, объяснение которого на более фундаментальных основаниях невозможно.

''Избирательность также является фундаментальным свойством любого организма; это действительно самое примитивное свойство жизни. Возможно, это тот самый момент, когда органическое и неорганическое все еще были единым целым и начали расходиться. Клетка проявляет избирательность во всех своих процессах, таких как усвоение пищи и отторжение того, что не подходит для ее питания. Организм проявляет эту избирательность во всех своих движениях, а также в своем питании. Существует выбор целей и корректировка его движений для достижения этих целей.'' При неправильной настройке, при ошибочных или неудачных движениях эксперимент повторяется до тех пор, пока цель не будет достигнута - пища не будет получена, опасность не будет устранена или враг не будет разгромлен. Эта примитивная способность к отбору или избирательности еще не является выбором или волей, как это наблюдается на высших стадиях органического развития, но она является стержневым элементом выбора или воли. ''Одной из форм этой способности к отбору является самонаправление, которое в равной степени характерно для организмов. Жизнь обладает способностью к самонаправлению, к выбору движения в одном направлении, а не в другом, к выбору пути, ведущего к достижению неосознаваемой или осознаваемо осознаваемой цели. Очевидно, что эта способность к самонаправлению является лишь частной формой или разновидностью более общей способности к избирательности. ''

Нетрудно заметить, что эта избирательность является неотъемлемым атрибутом или качеством целостности. Природное целое как небольшой ограниченный центр единства имеет определенную структуру, которая неизбежно ограничивает его функционирование определенными способами или модальностями и никакими другими. Перед ним открыты не все возможности; у него есть лишь более или менее ограниченные степени свободы для своей деятельности; он вынужден ограничиваться ими и неявно отвергать все остальные. Предвосхищая более поздние стадии развития, можно сказать, что его выбор ограничен; другими словами, для него необходимы избирательные действия. То, что совершенно ясно на более поздних, более зрелых стадиях эволюции, уже существует в неразвитой незрелой форме у самых примитивных организмов. Существует примитивная стадия органического функционирования, когда такие понятия, как воля, выбор или цель, явно еще неприменимы, но их корень уже существует в своего рода органической избирательности или способности к самонаправлению и самоориентации. Эта примитивная органическая способность к отбору, вероятно, недалеко ушла от неорганического свойства, которое я назвал тем же именем. </span>(169-170)

<span style="color:#833c0b;">Позвольте мне сначала сформулировать закон Дарвина, который был таким же простым, как закон Ньютона, и гораздо более понятным. Живые существа имеют тенденцию изменяться и чрезмерно размножаться; как следствие, борьба за выживание становится неизбежной, и в этой борьбе за существование выживают наиболее приспособленные. Это объясняет происхождение видов и все органические различия в мире. Тенденция к вариациям очевидна для всех, как и чрезмерное размножение особей в благоприятных условиях и при отсутствии внешних ограничений; результирующая борьба, которую Дарвин называет Естественным отбором, хорошо известна каждому, кто имеет хоть какое-то представление о живой природе. Таковы простые факты, из которых построена теория Дарвина. Случай с яйцом Колумба, несомненно, самый поразительный из всех, которые когда-либо приводились. Гениальность Мастера проявилась в обширности конструкции, которую он создал из этих простых материалов, основанных на здравом смысле и обычном опыте. Исходя из этих простых банальных фактов, он объяснил бесконечное разнообразие форм жизни, населяющих землю, их географическое распространение как в прошлом, так и в настоящем по всему земному шару, а также удивительную степень их адаптации к физическим и другим условиям, среди которых они живут. Адаптация к суше и морю, пресная и соленая вода, почвенные и климатические условия, охватывающие крайности жары и холода, широчайший спектр влажных, засушливых и пустынных условий, а также все бесчисленные факты и ситуации, которые приводят к взаимодействию- плетение таинственной паутины жизни.</span>

Вся теория Дарвина кратко изложена в последних предложениях "Происхождения видов" с простотой и красотой изложения, достойными простого, но глубокого гения Мастера, и они в нескольких словах раскрывают перед нами великое дарвиновское видение. Их часто цитировали, но здесь они будут процитированы повторно, причем на все времена:

<div style="margin-left:1.249cm;">"Интересно созерцать заросший кустарником берег, покрытый множеством разнообразных растений, с поющими на кустах птицами, с порхающими вокруг различными насекомыми и ползающими по влажной земле червями, и размышлять о том, что эти искусно сконструированные формы, столь непохожие друг на друга, зависят друг от друга столь сложным образом все это было создано законами, действующими вокруг нас. Эти законы, взятые в самом широком смысле, представляют собой рост с воспроизводством; Наследование, которое почти подразумевается под воспроизводством; Изменчивость, обусловленная косвенным и прямым воздействием условий жизни, а также использованием и неиспользованием; степень увеличения настолько высока, что приводит к борьбе за жизнь и, как следствие, к естественному отбору, влекущему за собой расхождение признаков и вымирание менее совершенных форм. Таким образом, из войны в природе, из голода и смерти непосредственно вытекает самая возвышенная цель, которую мы способны себе представить, а именно создание высших животных. Есть величие в этом взгляде на жизнь, с ее разнообразными силами, изначально вдохнутыми Творцом в несколько форм или в одну; и, в то время как эта планета движется по кругу в соответствии с неизменным законом всемирного тяготения, из такого простого начала возникли бесконечные формы, самые красивые и удивительные. были и находятся в процессе эволюции". </div>

Я готов признаться, что в великой мировой литературе есть несколько отрывков, которые затрагивают меня сильнее, чем эти заключительные слова великой книги Дарвина. Они обладают силой и красотой, несоизмеримыми с их простыми, ничем не приукрашенными формулировками. Они являются выражением великой бескорыстной души, которая беззаветно и бесстрашно искала истину и в конце концов удостоилась видения единства жизни, которое, возможно, никогда не было превзойдено в своей полноте и величии. (194-195)

Дарвин предполагал наличие двух действующих факторов в органическом мире: (1) Вариативность в размножении и наследственности живых существ и (2) Естественный отбор, или выживание наиболее приспособленных, как называл это Герберт Спенсер. (195-196)

<span style="color:#833c0b;"> В этой области было много выдающихся ученых, но имя Вейсмана навсегда останется в памяти как выдающегося биолога, который, несмотря на свои ошибки в деталях, инициировал и развивал исследование зародышевой клетки как источника вариативности в эволюции. Вейсман перевел взгляд эволюционистов с внешней стороны на внутреннюю сторону процесса, с очевидного механизма внешнего взаимодействия и столкновения на тайну внутреннего процесса. И то, чему он учил, было не только самым удивительным, но и остается одной из самых значимых истин во всей биологии. Я остановлюсь на этом вопросе прямо сейчас. Но прежде, чем сделать это, я хотел бы отметить, что Вайсману и его коллегам по работе мешал механический взгляд на эволюцию, который уже стал незыблемой догмой на ранней стадии дарвинизма. Если уж на то пошло, то механистическая концепция должна была получить свое завершение в области вариаций, в исследовании внутреннего процесса или фактора эволюции. К сожалению, Вейсман и несколько наиболее выдающихся биологов, разработавших эту вторую фазу дарвинизма, подошли к своей задаче не только как убежденные дарвинисты, но и как механисты. (198)

<span style="color:#833c0b;">Индивидуальный сознающий себя и имеющий волю Разум справедливо подчеркивается психологией как Субъект опыта или Самости. В универсальной системе порядка этот индивид проявляется как беспокоящее влияние, как бунтарь против этого порядка. Но бунтарь пробивается на пути к победе, достигает пластичности и свободы и освобождается от прежней обычной рутины Холизма. ''Таким образом, разум через свою силу опыта и знаний приходит к тому, чтобы овладеть собственными жизненными условиями, обеспечить свободу и контролировать регулирующую систему, в которой он родился. Свобода, пластичность, креативность становятся лейтмотивами нового порядка разума. Это, однако, только одна сторона психической эволюции. Pari passu с этим индивидуальным развитием быстро развивается универсализирующая концептуально-рациональная сторона Ума; его регулирующий Разум делает Разум частью универсального порядка, а индивидуальные и универсальные аспекты Разума взаимно обогащают и оплодотворяют друг друга, а на уровне человеческой Личности приводят к созданию нового идеального мира духовной свободы. Этот союз "индивидуального" субъективного Разума с универсальным или рациональным Разумом возможен, потому что индивидуальный Разум сам возник в холическом регулирующем лоне. Чистый индивидуализм - вводящая в заблуждение абстракция; индивид осознает себя только в обществе и узнавая других, подобных ему; Сама его способность к концептуальному опыту проистекает главным образом из использования социального инструмента языка. Индивидуум проистекает из универсального холизма, и весь его опыт и знания в конечном итоге стремятся к характеру регулирующего порядка и универсальности.'' Таким образом, знание принимает в первую очередь форму эмпирического порядка, как систему здравого смысла. Постепенно несоответствия этой системы устраняются, а знания приближаются к науке, к научному концептуальному порядку, в котором концепции и принципы, выходящие за рамки эмпирического опыта, лежат в основе мира опыта. Научная концепция мира знаменует собой торжество универсального элемента в Разуме, но только на основе свободы и контроля, которых достиг в основном индивидуальный разум.</span> (234)

<span style="color:#833c0b;">Легко понять, что проблема психики стоит перед нами не так остро, как перед психологами. Психология рассматривает психику человека и высших животных как самостоятельный феномен, который она анализирует и исследует в его различных элементах и который она изучает как отдельный отдел или, скорее, ячейку в общей области науки. Таким образом, для психолога вопрос о границах является существенным; он должен отграничить свою область мышления от других областей в общем мире знаний.
Природа разума делает эту трудность неизбежной и неустранимой, и психологии как отдельной науке всегда придется довольствоваться интенсивным освоением только своей центральной области и разделением внешних границ и отдаленных территорий с естественными и биологическими науками.
Для психологии Разум - это особый феномен, который должен изучаться сам по себе. ''Для теории холизма Разум - это всего лишь фаза, хотя и кульминационная фаза, универсального процесса. Вопрос о границах, столь важный для психолога, для нас не существует. С нашей точки зрения, это всего лишь узкоспециализированный вопрос; для нас Разум - это не просто феномен психологии человека и животных. Мы должны проследить связи Разума с более ранними фазами развития материи и жизни; мы должны, так сказать, раскрыть основы Разума в устройстве Вселенной. Разум как выражение холизма, Разум как орган холизма - вот в чем наша проблема. ''

Мы уже видели, что атом и клетка были двумя великими отправными точками в построении Вселенной, двумя великими непреходящими вершинами достижений на пути творческого холизма, которые, в свою очередь, стали основой и фундаментальными единицами всего сущего. Теперь мы подходим к третьему вопросу, который, возможно, является не менее важным с точки зрения устройства Вселенной, а с нашей, человеческой, точки зрения, даже более важным, чем два предыдущих. В уме мы подходим к самому важному фактору во Вселенной, верховному органу, управляющему всеми остальными структурами и механизмами. </span>(236-238)

<span style="color:#833c0b;"> Мы видели, что и материя, и жизнь являются структурами, и что прогресс эволюции заключается в появлении все более сложных и интенсивных структур, все более сложно и высокоорганизованных целостностей. В структурах материи количество взаимодействующих элементов меньше, а их взаимодействия проще, так что до некоторой степени все еще возможно проследить элементарные эффекты до их отдельных причин и источников в самой структуре. Структура является доминирующей, и ее функции могут быть вычислены как элементы структуры. Однако по мере того, как мы переходим от физических структур к химическим, слияние и унификация элементов и функций становятся более заметными, а структуры в то же время становятся более сложными. Когда мы переходим к структурам жизни, мы обнаруживаем не только гораздо более многочисленные структурные элементы и гораздо более сложные структуры, но и гораздо более интенсивную и унифицированную организацию, а также функции, гораздо более единичные и унифицированные, индивидуальные и не поддающиеся анализу. Например, в дереве или животном мы находим бесконечное множество клеток и клеточных структур всех степеней специализации, взаимно адаптированных и взаимодействующих друг с другом для поддержания единого индивидуального целого самым удивительным образом. Мы не приписываем это сотрудничество и единство действий какому-то высшему разуму, присущему дереву или животному. В организме как таковом нет психического контроля; и все же контроль настолько прост, настолько автоматичен и эффективен, что ставит в тупик наше понимание. Внутренняя координация и саморегуляция организмов, которые являются органической фазой холизма, действительно являются чем-то удивительным, почти чудесным. И в своем роде и на своем собственном плане эволюция Вселенной не достигла ничего более удивительного или совершенного.</span> (239-240)

<span style="color:#833c0b;">''Я бы никогда не осознал себя и не осознавал свою отдельную индивидуальность, если бы я не осознавал других, таких как я: сознание других «я» необходимо для осознания себя или самосознания. Следовательно, индивид возникает в социальном опыте. Более того, благодаря использованию исключительно социального инструмента - языка я поднимаюсь над простой непосредственностью опыта и погружением в свой текущий момент. Язык дает названия элементам моего опыта, и, таким образом, посредством языка они сначала изолируются и абстрагируются от непрерывности моего опыта.'' Через способность языка к именованию, опять же, несколько предметов опыта могут быть сгруппированы под одним именем, что становится отличительным их общего сходства, несмотря на их незначительные различия. ''Другими словами, сила формирования общих понятий становится возможной только благодаря социальному инструменту языка. Таким образом, весь развитый мыслительный аппарат, с помощью которого я измеряю вселенную и собираю неисчислимое богатство личного опыта - это не моя индивидуальная собственность и орудие, а социально развитый инструмент, которым я делюсь с остальными своими собратьями. Нет, я сам, настолько уникальный по видимости, как я уже говорил, в значительной степени являюсь социальной конструкцией и произведен от социального общения и психического взаимодействия с моими собратьями.'' ''Индивидуальное Я или Личность опирается не на свои индивидуальные основы, а на всю вселенную.'' Психология убедительно доказывает это, и Холизм подчеркивает это, прослеживая человека к его источникам в целом. Индивидуальное Я не является единичным, так сказать, происходит из одного корня. Он сочетает в себе бесконечное количество элементов, вытекающих из индивидуальных способностей и опыта, с одной стороны, и социальных традиций и опыта, с другой. Все эти элементы слиты и метаболизированы в целостное единство, которое становится уникальным центром во вселенной и, в реальном смысле, во вселенной. Нигде в мире мы не находим большей интенсивности производимого целостного эффекта, чем в индивидуальном Я или Личности. И все же, даже там она ни в коем случае не завершена, поскольку индивидуальная Личность, как мы увидим, все еще демонстрирует несоответствие элементов, которое приводит к большинству великих проблем мышления и поведения. ''Однако я хочу подчеркнуть, что, по-видимому, индивидуалистический Разум в действительности глубоко и жизненно подвержен влиянию универсального Разума; и что индивидуальное я становится собой только через рациональное и социальное я, которое органически связывает его с остальной частью вселенной. Оно укоренено в большом целом и зависит от него, и лишь в незначительной степени восстает против его контролирующего влияния. Огромная сила Разума проявляется в том, как из простых данных элементарного Я и его переживаний он поднимает благородную надстройку человеческой Личности. Ум здесь предстает великим творческим художником.'' Но более того; его работа - не просто картина реальности, а сама реальность. Это великий архетип художника, и он обладает этой чистой творческой силой, потому что это всего лишь форма, фаза высшей творческой активности во вселенной. Когда Разум начинает применять свою концептуальную систему к своему мировому опыту, мы видим ту же синтетическую целостную деятельность в действии. Сначала грубый, наивный опыт просто берется за его внешнее значение, и из него строится грубый эмпирический порядок, который достаточно корректен для всех обычных целей и может справедливо называться миром здравого смысла. Конечно, даже этот эмпирический порядок здравого смысла будет широко варьироваться на разных уровнях культуры. Но в каждом случае это первое грубое приближение и группировка, упорядочение и организация опыта в соответствии со стандартами и потребностями обычного человека на этом уровне ментальной культуры. Это более или менее верное прочтение обычного опыта, и хотя оно содержит много расхождений и противоречий, в целом это более или менее связное, связное мировоззрение, которое справедливо соответствует фактам прямого наблюдения. (254-255)

Мы можем начать эту главу с приблизительного определения человеческой личности на том языке, который мы использовали в ходе предыдущего обсуждения. Таким образом, личность - это новое целое, наивысшее и совершеннейшее из всех целостностей, это самая последняя заметная мутация в эволюции холизма, это творческий синтез, в котором более ранние серии материальных, органических и психических целостностей объединяются с новым появлением холизма и, таким образом, создается новая уникальная личность. возникает целое более высокого порядка, чем любое из его предшественников. В личности мы достигаем последней и наивысшей фазы холизма и, следовательно, кульминационной проблемы, к которой подводили все предшествующие обсуждения. Личность является высшим воплощением холизма как в его индивидуальных, так и в универсальных тенденциях. Это окончательный синтез всех действующих факторов во Вселенной в единое целое, и как в своем единстве, так и в своей сложности он составляет великую загадку Вселенной. Самый известный из всех предметов знания и опыта, самый близкий к нам во всех отношениях, наша основа и конституция, наша самость, и все же это великая тайна, самый неуловимый фантом во всем диапазоне знаний. Неудивительно, что некоторые доходят до того, что отрицают его существование и считают его настоящим фантазмом разума. И все же это самая реальная из всех реальностей, последнее и наиболее полное выражение высшей реальности, которая придает реальность всем остальным реальностям. Его уникальность и несравнимость делают его очень трудным для понимания обычными научными методами, и поэтому наука полностью избегает его, а психология и философия в значительной степени избегают. Возможно, наш подход к нему более обнадеживающий. Во всяком случае, наша процедура устранит впечатление, что это уникальное и изолированное явление, нечто обособленное, своего рода Мелхиседек вселенной, без каких-либо генетических связей или контактов с остальной Вселенной. Мы подходим к нему как к одному из серии, как к кульминационной фазе постепенного движения, предыдущие этапы которого уже были изучены. Таким образом, она занимает подобающее ей место в огромном сообществе Вселенной, и ее больше не следует рассматривать как изолированную и неприступную сингулярность.

Давайте сначала рассмотрим составляющие Личности. Человеческая личность вбирает в себя все, что было достигнуто ранее в космической эволюции холизма. Она не только ментальна или духовна, но также органична и материальна. Это новое целое прежних целостностей; структуры материи, жизни и разума неразрывно слиты в нем, и оно больше, чем любая из них или все вместе. Что это такое, мы рассмотрим прямо сейчас; а пока давайте рассмотрим его составляющие и их взаимоотношения в Личности.

Наиболее характерной и, безусловно, наиболее важной составляющей личности является Разум. Без сознательного разума на человеческом уровне Личность не могла бы существовать. И личность должна была ожидать появления Разума, развития органа Разума, прежде чем она смогла бы начать свой уникальный путь. Разум был тем крылом, на котором человеческая личность возносилась в эмпиреи. (272-273)

Человеческое тело является органическим, но его нельзя считать независимым организмом, живущим в своего рода симбиозе с другой субстанцией, называемой разумом. </span>(277)

<span style="color:#833c0b;">''Если предположить, что тело и разум не являются независимыми реальностями и имеют значение и реальность только как элементы единого реального субстанционального целого Личности, возникает вопрос, как мы должны понимать их взаимоотношения как элементов этого целого. Как разум влияет на тело и наоборот в человеческой личности?'' Любой язык подразумевает такое влияние; любой опыт подразумевает и предполагает, что разум оказывает влияние на тело, а тело - на разум. В главе VII я попытался показать, что такое влияние, с одной стороны, не подразумевает нарушения законов физической энергии, а с другой - не требует вмешательства бога из машины, подобного Энтелехии. Ситуация полностью целостна, и холизм здесь, как и везде, дает основу для требуемого объяснения. Давайте сначала рассмотрим альтернативные точки зрения, которые были высказаны по этому вопросу.

(а) Популярной и, как я полагаю, до сих пор распространенной среди философов является точка зрения о "взаимодействии", то есть о том, что тело и разум взаимно и непосредственно воздействуют друг на друга. Эта точка зрения, если ее правильно понять, как я уже сказал, не вступает в противоречие с законами природы. Но она наталкивается на другое очень серьезное возражение. Как можно представить прямое воздействие физического или материального на ментальное или духовное и наоборот? Эти два предполагаемых взаимодействующих фактора совсем не одного порядка; каким образом одно может "воздействовать" на другое, кажется не только непонятным, но и абсолютно непостижимым.

(б) Ввиду этого очень серьезного возражения, а также других возражений, многие мыслители просто придерживаются точки зрения, что физическое и ментальное - это два параллельных ряда, которые не воздействуют друг на друга, но идут параллельно друг другу, без какой-либо попытки объяснить основы этого психо-физического параллелизма. Возражение против этого состоит в том, что один ряд, по-видимому, влияет на другой, а не просто идет параллельно ему. Например, наше сознание в произвольных действиях, по-видимому, наиболее четко показывает, что наше психическое состояние может влиять на внешние действия в определенном направлении.

(в) Другие, опять же, признавая трудность понимания того, как физическое и ментальное могут воздействовать друг на друга, вводят посредническую концепцию или средство, помогающее преодолеть эту трудность. Таким образом, точно так же, как трудность понимания действия на расстоянии была обусловлена представлением о пространственном эфире как средстве для такого действия, предполагалось, что сверхъестественное средство делает возможным взаимодействие таких несоизмеримых вещей, как разум и тело. Лейбниц предположил, что между ними и в других отношениях во Вселенной существует предустановленная гармония; Беркли и некоторые картезианцы предполагали, что все взаимодействия происходят в Боге, божественном посреднике и причине всего происходящего во Вселенной.

(d) наконец, существует точка зрения, за образец которой можно принять точку зрения Спинозы, согласно которой Вселенная - это всего лишь единая субстанция, в которой как физический, так и ментальный уровни являются особыми и взаимосвязанными видами деятельности; следовательно, можно предположить, что причинно-следственная связь, связывающая их, находится в основополагающая субстанция, объединяющая их обоих. Эта точка зрения не так уж сильно отличается от непосредственно предшествующей, поскольку Бог Беркли и других авторов может быть понят как соответствующий божественной Сущности вселенной Спинозы.

Таковы основные взгляды, которых придерживались по этому, возможно, самому сложному вопросу во всей философии; и мне кажется, что все они содержат какие-то элементы истины и ценности. Целостная концепция не только поможет нам взглянуть на этот вопрос с новой точки зрения, но и воздаст должное усилиям тех, кто ранее работал над этой проблемой. (277-279)

''Но можно возразить'', что Персонология представляет собой греко-латинский гибрид и неприемлема как таковая. Однако можно отметить, что есть особая причина для термина, который не является чисто греческим, но также использует ресурсы латинского языка. ''Любопытен тот факт, что греческая философия, несмотря на свои блестящие достижения и вдохновенное создание большей части современной философской монеты, так и не смогла прийти к ясному пониманию идеи личности. Таким образом, в греческом языке нет термина, выражающего понятие Личности.'' ''Персона'' - это латинский термин и римская идея, возникшая, как и многие другие юридические идеи, благодаря юридическому гению римлян, который был по-своему столь же замечателен, как и философский гений греков. ''Персона'' в римском праве обозначала правовой статус индивида, который по закону был облечен правами и обязанностями сам по себе; индивид как носитель прав и обязанностей сам по себе был персоной; из простого физического ничтожества он превратился в юридическую личность и приобрел правосубъектность, таким образом, в классическом римском праве раб, не имеющий юридических прав, был человеком без ''личности (persona)''. Развитое римское право распространило понятие личности не только на физических лиц, но и на нематериальные компании и общества, которые по закону имели статус юридического лица и могли иметь права и обязанности. Таким образом, личность была вопросом правового статуса и означала юридическое достоинство и важность отдельного человека или группы. Четкая юридическая концепция ''личности'' была очень хорошей основой для построенной на ней надстройки психо-этической личности. </span>(291-291)

<span style="color:#833c0b;">''Действие в пространстве-Времени обязательно структурно; действительно, Пространство-Время задает координаты, структуру Действия, которое является основой мира. Пространство-время - это структура; следовательно, действие в пространстве-времени на первой стадии холизма является чисто структурным и механистическим'', как мы видели в главе VII. Признание фундаментального структурного характера не только материи, но и всей Вселенной является вкладом теории относительности в новое мировоззрение. Таким образом, физический мир, по сути, становится структурным действием, активностью, структурированной в телах, вещах, событиях. Так возникает видимая материальная вселенная, которая окружает нас и в наших телах составляет часть нас самих.

Каков следующий шаг? ''Действие не останавливается в своих структурах, оно остается действием, оно остается в действии. Другими словами, в телах, вещах и событиях содержится больше, чем в их структурах или материальных формах. Все вещи выходят за пределы своих собственных структурных границ, внутреннее действие выходит за пределы внешней структуры, и, таким образом, в вещах существует тенденция выходить за пределы самих себя. ''Эта внутренняя тенденция в вещах проистекает из самой их сущности как локализованного, замкнутого действия. Отсюда следуют два важных вывода. Первое - это представление о вещах как о чем-то большем, чем их кажущиеся структуры, и их "полях", дополняющих их полное функционирование и понимание. Вещь не останавливается на своих границах или ограничивающих поверхностях. Это всеобъемлющее действие, оно выходит за свои пределы, и поэтому окружающее его "поле" важно не только для правильной оценки его как вещи, но и для правильного понимания вещей в целом и особенно того, как они влияют друг на друга. В ходе предшествующего обсуждения я неоднократно пытался подчеркнуть огромную важность концепции "полей" не только для физики, но и для биологии и философии.

Второй и более важный вывод - это великий факт и концепция эволюции. ''Внутренний характер Вселенной как Действия выражает себя в действительности как переход, процесс, выход за пределы существующих форм и структур, и, таким образом, открывается путь для эволюции. ''Действительный характер эволюции, конечно, может быть определен только на основании фактов, а не на основе логического вывода, выводимого из природы Вселенной как Действия. Но если сущность вселенной - это активность, то нам легче понять, почему вселенная эволюционна и исторична, а не статична и неизменна. Существует некий переход, процесс, прогресс, но его характер можно определить только путем изучения фактов, описанных в этом переходе. Это может оказаться просто движением комбинаций и группировок; или это может оказаться развертыванием, объяснением и наполнением, эволюцией в более строгом смысле этого слова; или это может оказаться настоящей творческой эволюцией, такой, какой мы ее видели. Реальная эволюция требует других концепций, помимо концепций действия и структуры; и эти концепции могут быть получены только из опыта. Таким образом, фактический творческий характер эволюции является выводом не столько из теории, сколько из эмпирических фактов. И точная природа этого творчества в некоторых отношениях неизвестна и остается проблемой, которую предстоит решить в будущем. 1 Еще более широкий обзор и пристальное изучение фактов приводят к концепции холизма, которая объясняет не только структурные комбинации тел, вещей и событий, но и все прогрессивные серии единств и синтезов, возникших в космическом процессе.

Предполагая, что холизм и природа целостностей во Вселенной были достаточно объяснены в предыдущих главах, я теперь перехожу к сравнению мировоззрения, к которому ведет холизм, с теми, которые напоминают его или соприкасаются с ним в различных аспектах и все же существенно отличаются от него. (336-337)

Рассматривать идеальный или духовный элемент во Вселенной как доминирующий фактор - значит игнорировать тот факт, что Вселенная существовала еще до того, как идеал или духовное появилось на горизонте; что идеальное или духовное - это новое и действительно недавнее творение в порядке вещей во Вселенной, что оно не подразумевалось в истоков и не был достигнут в процессе развития; но что из реального ранее существовавшего порядка вещей он был творчески развит как новый фактор; и что его важность в 4 часа дня не следует ретроспективно относить ко времени, когда мир существовал без него. Где был Дух, когда теплые силурийские моря покрывали поверхность земли, а низшие виды рыб и морских обитателей все еще находились на гребне эволюционной волны? Или, возвращаясь еще дальше в прошлое, где был Дух, когда в докембрийской системе земного шара первые конвульсивные движения подняли древние горы, которые теперь полностью исчезли с лица земли, и когда живые формы, если таковые и существовали, были настолько низкого типа, что ни одна из них не могла быть уничтожена. были ли они уже расшифрованы в геологической летописи? Где был Дух, когда сама Солнечная система была еще рассеянной огненной туманностью? Научные эволюционные факты неоспоримы, и они подтверждают точку зрения о том, что Земля существовала за миллионы лет до возникновения психического или духовного порядка; и то, что верно для земли, может быть точно так же верно для Вселенной в целом. В связи с творческой эволюцией мы должны твердо усвоить тот факт, что, хотя духовный или психический фактор является реальным элементом Вселенной, он сравнительно недавно появился в эволюционном порядке вещей; что Вселенная существовала неисчислимые миллионы лет до его появления; и что идеализм так же ошибочен, отрицая существование мира до появления Духа, как и натурализм, отрицающий Дух, когда он в конце концов появился в мире. </span> (339-340)

<span style="color:#833c0b;">Удивительно то, что мыслители нашего времени, которые не только знакомы с идеей творческой эволюции, но и убежденные ее приверженцы, не в состоянии приспособить к ней свои взгляды. Так, покойный профессор Джеймс Уорд, который отстаивал взгляд на эволюцию как на эпигенез, или творческий синтез, и чей плюрализм тесно связан с монадологией, по-видимому, так и не смог осознать, что его взгляд на эволюцию как на творческий процесс противоречил его духовному плюрализму или панпсихизму. Его плюралистическая вселенная также полностью состоит из духовных монад, или сущностей, и это подразумевает наличие духовных или психических свойств не только у высших монад, таких как личности, но и у самых элементарных монад, таких как атомы и химические соединения. Спиноза, который в остальном сильно отличался от Лейбница, также предполагал, что все вещи в определенной степени одушевлены, но у него было оправдание в том, что он, как и Лейбниц, не был знаком с идеей творческой эволюции. Но Уорд, несмотря на свои более полные знания, спокойно следует за Лейбницем и Спинозой в их заблуждении. Очевидным фактом, конечно, является то, что психизм или спиритуализм ни в коем случае не могут быть приписаны простым частицам материи, энергии или физическим сущностям, таким как атомы или химические соединения, без малейшей путаницы. Сама идея творческой эволюции, или эпигенеза, заключается в том, что и жизнь, и разум являются более поздними явлениями в эволюционном ряду и никак не могут предшествовать чисто физическому уровню эволюции. Во Вселенной нет такого великого Сообщества Духов, членами которого были бы Люди и Предметы, Души и Атомы, находящиеся на одном духовном уровне. Когда термин "Духовный" растягивается настолько далеко и размывается настолько широко, он теряет всякую реальную ценность и становится просто пустой фразой. На самом деле, во всей Вселенной нет такого духовного общества, но есть целостный порядок, который является чем-то гораздо большим и простирается от начала до конца, через все ступени и градации целостной самореализации. Холизм, а не спиритуализм, является ключом к пониманию Вселенной. Разум находится не в начале, а в конце, но холизм присутствует везде и все во всем. Если бы Вселенная была великим духовным сообществом, состоящим из низших и высших душ, эволюция как творческая деятельность стала бы бессмысленной; это был бы просто процесс проявления скрытой духовности (если таковая имеется), присущей Вселенной. Таким образом, холистический взгляд не только отрицает далеко идущие духовные предпосылки монадологии или панпсихизма, но и находится в твердом согласии с научными учениями и опытом. На самом деле, он не умаляет ценности или важности Вселенной. Это лишь подчеркивает необходимость того великого урока смирения, который является этическим посланием Эволюции. Это показывает, что ценности не следует путать с истоками и что из истоков могут вырасти самые низкие ценности, которые являются самыми возвышенными и духовными во Вселенной. Великое общество Вселенной оставляет место для самой скромной неодушевленной неорганической структуры не в меньшей степени, чем для венца великой души. Представлять вселенную иначе - значит предаваться антропоморфизму, который может быть приятен нашему тщеславию, но на самом деле умаляет богатство и разнообразие Вселенной. Целостная вселенная охватывает все реальные структуры, от низших до высших, такими, какие они есть, без облачения их в духовные одеяния, чуждые их истинной природе. Этот мир, выражаясь благородным языком Китса, действительно является долиной созидания душ; но этого не могло бы быть, если бы сама долина состояла только из душ. (343-344)

Таким образом, мы говорим об атмосфере идей, о духе класса или о душе народа. Социальные индивиды как таковые остаются неизменными, но социальная среда или поле претерпевает полное изменение. Благодаря этому взаимному проникновению объединенных полей в обществе или группе происходит умножение силы, что создает видимость и большую часть реальности нового организма. Поэтому мы говорим о социальных, групповых или национальных организмах. Но на самом деле нового организма нет; общество или группа органичны, но не являются организмом; целостный, не являющийся целым. Менталитет толпы, отличающийся от числа составляющих ее индивидуумов, является хорошей иллюстрацией измененного и усиленного ментального поля, возникающего в результате встречи многих индивидуумов и слияния и усиления их объединенных полей. И чем более они психически, чем более они находятся под влиянием сильных страстей или увлечены какой-либо заразительной идеей, тем более подавляющим становится общее поле. Сила группового поля вообще несоизмерима с силой идеи или страстей в отдельных единицах, составляющих группу. Групповое поле — это, так сказать, произведение всех индивидуальных полей. Этот предмет относится к сфере изучения социальной психологии и упоминается здесь только в целях иллюстрации. В таких случаях мы имеем органическую ситуацию, но не организм. Группы, семьи, церкви, общества, нации органичны, но не организмы. </span> (348)

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, когда мы говорим о Природе или Вселенной в целом, мы просто имеем в виду Природу или Вселенную, рассматриваемую как органическую, или в ее органических, или холистических аспектах. Мы не имеем в виду, что они являются реальным целым в том смысле, который определен в этой работе. Мы видели, что творческое Поле Природы, состоящее из всех физических, органических и личностных целостностей в их тесном взаимодействии и взаимовлиянии, само по себе имеет органический или холистический характер. Это Поле является источником великой экологии Вселенной. Это окружающая среда, общество, которое является жизненно важным, дружественным, образовательным, созидательным для всех холосов и всех душ. Это не просто фигура речи или плод воображения, а реальность, оказывающая глубокое влияние на все целые и их судьбу. Это οἶκος, Дом всей семьи вселенной, в атмосфере которого есть что-то глубоко интимное и дружественное. В этом Доме Целостностей и Душ воплощаются творческие задачи холизма. Не идеализируя его чрезмерно, мы все же чувствуем, что он очень близок и дорог нам, и, несмотря на все противоречия и неприятности, в конце концов мы приходим к пониманию того, что это дружественная вселенная. Его глубочайшие тенденции помогают тому лучшему, что есть в нас, и наши самые высокие устремления - это не что иное, как его вдохновение. Таким образом, за нашим стремлением к совершенствованию, в конечном счете, стоит весь вес и импульс, а также сокровенная природа и тенденция Вселенной. (352)

Стенания и страдания Вселенной никогда не бывают бесцельными или безрезультатными. Ее глубокие труды означают новое созидание, медленное, болезненное рождение целостностей, новых и высших целостностей, и медленное, но неуклонное осуществление Блага, к которому смутно стремятся все целостности Вселенной на их различных уровнях. Природа Вселенной такова, что она стремится к тому, чтобы медленно, но во все возрастающей мере достигать целостности, наполненности, блаженства. Настоящим поражением для людей, как и для других слоев Вселенной, было бы облегчение боли прекращением усилий, прекращением стремления к Добру. Целостный нисус<ref name="ftn29">Нисус – восхождение, взлет (лат.)</ref>, бьющий подобно живому фонтану из самых глубин Вселенной, является гарантией того, что неудачи нас не ждут, что идеалы Благополучия, Истины, Красоты и Добродетели прочно укоренены в природе вещей и в конечном итоге не будут подвергнуты опасности или утрачены. Целостность, исцеление, святость - все выражения и идеи, происходящие из одного корня как в языке, так и в опыте, лежат на труднопроходимом восходящем пути Вселенной и могут быть достигнуты частично здесь и сейчас, а со временем - более полно и истинно. Возникновение и самосовершенствование целостностей в Целом - это медленный, но безошибочный процесс и цель этой Целостной вселенной. </span>(353)

Очень интересное замечание, очевидное, но не замечаемое другими учеными. И, если соединение жизни и материи осознавалось как «живая материя» (особый вид материи, подобно «жидкое тело» - «твердое тело», то разум как бы просто жил в этом теле, неведомым образом управляя им (психофизическая проблема).

Смэтс же просто заявил: человек состоит из материи, жизни и разума. То есть, является идеоматериальной системой, в терминах ТИМС.

Далее используется текст написанной мной главы из книги «Регион, как социально-экономическая система») <ref name="ftn30">Морозова Т.В., Козырева Г.Б., Сухарев М.В. Регион как социально-экономическая система. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2009. 308 с.</ref>

Я предпочитаю говорить о «системном подходе», а не о «теории систем», поскольку теория систем, как мне кажется, все еще не сложилась, как четкая логическая конструкция, подобно физике, математике или биологии. Даже один из основателей теории систем Анатоль Рапопорт писал: «''Сам термин «General System Theory» также страдает многозначностью. Его многозначность стала очевидной для меня, когда в связи с переводом настоящего доклада меня попросили разъяснить грамматическую структуру выражения «General System Theory». … Я всегда думал о предмете этого доклада как о какой-то совокупности рассуждений, имеющих в основе некоторую ориентацию, а не как о теории в строгом значении этого слова, т. е. не как о совокупности теоретически полученных предложений''» <ref name="ftn31"> Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c.</ref> (стр. 55).

Целую подборку высказываний известных в системном движении исследователей, говоривших о сложности определения понятия «система» приводит В.А. Карташов{{anchor|Ref236540465}} <ref name="ftn32"> Карташев В.А.. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с.</ref>: (стр. 18-19, ссылки на произведения авторов определений см. в цитируемом источнике)

«''Несмотря на широкое распространение понятия «система», до настоящего времени не существует общепринятого его определения. В литературе, особенно философской, можно встретить различные толкования этого понятия, отражающие различные его аспекты. Трудность задачи объясняется в значительной мере фундаментальным, предельным характером того обобщения, которое скрывается за словом «система». Вероятно, лучшим решением была бы хорошо составленная аксиоматика, но математическая теория систем делает только первые шаги''» (М.Г. Гаазе-Рапопорт, Г.Н. Поваров)

«…''любая попытка обобщить все или, по крайней мере, все основные значения термина «система» с неизменностью приводит к тому, что под системой начинают понимать все, что угодно''» (И.В. Блауберг, В.И. Садовский, Э.Г. Юдин)

«… ''при всякой попытке сформулировать само понятие системы, то есть дать принципиальное кредо этому новому интересному направлению, положительно все исследователи попадают в заколдованный круг традиционных понятий. Здесь непрерывно цитируются «целостность», «организменность», «взаимодействия», «организованная сложность», «упорядоченное множество» и другие подобные термины, которые становятся даже центральными критериями понятия системы. Ясно, что все эти термины являются лишь вариациями того же самого понятия целостности. Именно поэтому, не покидая понятийного поля целостности, все эти определения не делают какого-либо существенного скачка как в понимании системы, так и в конкретной разработке ее''». (П.К.Анохин).

В то же время, несмотря на существующие проблемы, в рамках «системного течения» сложилось множество методологических подходов и приемов, которые могут быть продуктивно использованы для анализа социально-экономических систем. Но именно в силу широты и некоторой неопределенности границ того научного направления, которое именуется «системным подходом», требуется несколько уточнить «набор инструментов», который мы будем использовать для исследования региона.

В упомянутой работе А. Рапопорта он выделяет три подхода к построению теории систем – биологический, технический и математический. Для исследования регионов из перечисленных Рапопортом наиболее близок подход, сформулированный Р. Жераром: «''В концептуальной схеме Жерара центральным является понятие живой системы. Живой системе он приписывает три отдельных и вместе с тем взаимно связанных между собой аспекта, а именно: '''структуру, функцию и историю'''. … Структура системы – это совокупность отношений между ее частями. Следовательно, анатомия организма определяется его структурой. Функция (точнее, может быть, функционирование) системы – это совокупность ее реакций на условия внешней и внутренней среды. Понятие функции охватывает, таким образом, физиологические функции и кратковременные акты поведения организма. Характерной чертой таких реакций является некоторая степень обратимости. Например, реакция на стимул, как правило, ведет к восстановлению равновесия, нарушенного стимулом. Наконец, история организма – это длительные, как правило, необратимые изменения. Примеры таких необратимых изменений – рост и развитие, а затем деградация в процессе старения''» <ref name="ftn33">Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c. </ref>, с.64-65.

Для уточнения применимости понятия «система» к региону приведем ряд определений, собранных в уже цитированной книге В.А. Карташева<ref name="ftn34">Карташев. В.А. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с. </ref>: * «… все, состоящее из связанных друг с другом частей, мы будем называть системой» (Ст. Бир);
* «Система – это комплекс взаимодействующих компонентов» (Л. Берталанфи)
* «Система – это не просто совокупность единиц… а совокупность отношений между этими единицами» (А. Рапопорт);
* «И хотя понятие системы определяется по-разному, обычно все-таки имеется в виду, что система представляет собой определенное множество взаимосвязанных элементов, образующих устойчивое единство и целостность, обладающее интегральными свойствами и закономерностями» (В.П. Кузьмин);
* «Применяя термин «система», мы выражаем не только сущность, но и наше отношение к сущности объекта, подчеркивая класс свойств, которые представляются интересными, точку зрения…» (В.В Дружинин, Д.С. Конторов);
* «Системой можно назвать только такой комплекс избирательно вовлеченных компонентов, у которых взаимодействие и взаимоотношение приобретают характер взаимосодействия компонентов на получение фокусированного полезного результата» (П.К. Анохин).

Суммируем эти определения. Исходя из них, система это: * Комплекс взаимодействующих элементов
* За счет взаимодействия элементов система образует целостность, имеющую новые (интегральные) свойства и функции, которыми не обладают отдельные части
* Принципиальное значение имеет структура взаимодействий, отношений между элементами; одни и те же элементы, соединенные разным способом, могут образовывать системы с разными свойствами
* Взаимодействие элементов имеет характер взаимоСОдействия (то, что названо сейчас синергией и изучается новой наукой – синергетикой)
* В системном анализе в определенной мере выражаются цели исследователя. Само исследование выделяет некую подсистему из того множества накладывающихся друг на друга систем, которыми является мир.

Еще одно важное различие между многообразными типами существующих в природе систем, позволяющее разделить их на два больших класса, вытекает из термодинамики. Все системы можно условно разделить на два вида – закрытые и открытые. Закрытые системы в термодинамическом смысле изолированы от внешнего мира и не обмениваются с ним веществом и энергией. Открытые системы (в том числе, живые существа и сообщества) постоянно обмениваются с окружающим миром и веществом, и энергией.

Изменение энтропии в таких системах описывается уравнением <ref name="ftn35">''Николис, Г. Пригожин, И.'' Самоорганизация в неравновесных системах. М. «Мир» 1979. 512 с. </ref>:

dS = d<sub>e</sub>S + d<sub>i</sub>S

где d<sub>e</sub>S – поток энтропии, обусловленный обменом с окружающей средой, а d<sub>i</sub>S – производство энтропии внутри системы, обусловленное необратимыми процессами (стр. 33). Общественный холос обменивается (потребляет и выводит) с окружающей природной средой самыми различными видами вещества, потребляет и рассеивает энергию. Холос обменивается не только с природной средой, но и с другими социальными системами вокруг себя, как в рамках государства, к которому принадлежит, так и с регионами других государств.

Холос складывается из разнородных «частей» (элементов). Это поселения, как небольшие (деревни, поселки), так и крупные – города. Это созданная людьми инфраструктура – дороги, линии электропередач, плотины, поля. Все эти элементы объединены разнообразными связями, взаимодействиями.

Важную для системного анализа общественных холосов идею высказал В. Лефевр, а именно, о «системах, нарисованных на системах» <ref name="ftn36">''Лефевр В.А.'' Конфликтующие структуры. Издание второе, переработанное и дополненное. М. “Советское радио”, 1973. 158 с. </ref>, с. 82. Действительно, в реальности мы часто имеем дело с подобными явлениями. Например, картина, нарисованная маслом на холсте. Холст представляет собой совершенно определенную структуру, без которой была бы невозможной целостность картины. Но это еще не все; холст натянут на раму и покрыт грунтом. Эта конструкция целиком представляет собой систему, несущую на себе другую систему – саму картину, сочетание цветов и контуров которой создает образы, которые она удерживает от разрушения и искажений.

Социальные явления и процессы всегда являются результатом суперпозиции, наложения множества относительно самостоятельных систем. Всякое общество является социальной системой, надстроенной над биологической системой – популяцией людей как живых существ. В наше время всепроникающей глобализации ни одна страна, ни один регион не могут быть выделены в замкнутую экономическую систему, поскольку включены в цепи всемирных технологических и торговых циклов.

В еще большей степени отдельные сообщества включены в мировую культурную мегасистему. Ни одна страна, ни один регион (если не считать затерянные в джунглях реликтовые племена) не может сегодня изолироваться от мировой культуры, не использовать созданные на других территориях знания (хотя бы, например, физику и математику), фильмы, книги, музыку.

Но культура является важной частью социально-экономической системы, хотя бы потому, что включает в себя научные и технические знания, на которых основана вся современная экономика, следовательно, и через свою культуру регионы связаны, взаимодействуют со всем миром. Если мы пользуемся электричеством, значит, зависим от знаний, добытых Фарадеем, Кулоном, Эрстедом и так далее.

Регион страны является системой, «нарисованной» на системе большего размера; в нашем случае, регионы России – это зоны, «нарисованные» на большой социально-экономической системе, которой является страна. В принципе, они могли бы быть «нарисованы» существенно иным образом, от чего функционирование системы в целом сильно не изменилось бы. Но, созданное таким, как есть, региональное деление глубоко врезается в социальную структуру и не может быть изменено без значительных усилий и затрат.

Проблему выделения «натуральных» границ у исследуемых систем рассматривает К. Ричардсон <ref name="ftn37">''Richardson, K.A.'' On the Status of Natural Boundaries: A Complex Systems Perspective // Proceedings of the Systems in Management – 7th Annual ANZSYS conference November 27-28, 2001, pp. 229-238. </ref>. Он справедливо доказывает, что Вселенная в целом представляет собой единую систему, и выделение в ней каких либо подсистем, таким образом, условно. Все остальные системы, будь это планета, организм или региональное сообщество, связаны с окружающим миром множеством различных взаимодействий. Поэтому возникает вопрос: почему ряд элементов, связанных друг с другом взаимодействиями, мы включаем в состав исследуемой системы, а другие, взаимодействия с которыми также существуют, не включаем? Например, предприятия, входящие в экономическую подсистему региона, зачастую имеют более тесные связи с поставщиками и потребителями вне региона, нежели внутри него. На каком основании мы выделяем тогда экономику региона из окружающего мира?

Ричардсон считает, что это связано с ограничениями человеческого разума, который вынужден ограничивать область исследования, абстрагируясь от уходящих в бесконечность цепочек взаимодействий и зависимостей. Он указывает на существование двух крайних точек зрения на проблему естественных границ – наивный реализм, предполагающий, что реальность полностью совпадает с нашим представлением о ней, в том числе в том, что касается границ, по которым различные системы выделяются из остального мира, и конструктивизм, полагающий эти границы существующими только в нашем сознании. В отличие от этих крайних позиций, Ричардсон полагает, что с помощью «квазикритического плюрализма» (quasi-critical pluralism) мы в состоянии обоснованно находить границы исследуемых систем, хотя с развитием науки эти границы могут уточняться.

Для анализа социально-экономических систем важна концепция идеоматериальных систем, выдвинутая одним из авторов этой книги <ref name="ftn38">''Сухарев М.В.'' Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. – 2008 – 258 с.</ref>. Идеоматериальными являются системы, часть элементов которых имеет материальную природу, а часть – идеальную. Понятным примером является компьютер. Его работа принципиально связана с теми программами, которые загружены в его память. При абсолютно той же самой материальной основе (hardware, «железо») его поведение будет принципиально разным в зависимости от того, какая операционная система и программы (software, ПО) в него загружены. Без базовых (BIOS) программ персональный компьютер вообще не может работать.

В социальных системах роль идеальных компонентов очень велика. Они образуют целые подсистемы интегральной системы общества. К идеальным подсистемам холоса следует отнести культуру, включая знания, интеллектуальный капитал общества, весь комплекс формальных и неформальных социальных институтов – законы, нормы поведения, обычаи, традиции, навыки населения и организаций, формы социальной организации.

Перейдем к анализу основных структур общественного холоса. Имеется один простой принцип анализа систем: нужно выяснить, без каких элементов система может продолжать существование, не очень изменяя свои качества, и без каких ее качество сильно изменяется. Можно несколько модифицировать этот подход, а именно, представить, что будет, если некий элемент заменить на другой.

Например, автомобиль может ехать, если оторвать молдинги и прочие украшения. Но не может ехать без двигателя, трансмиссии, колес, рулевого управления и кузова (или рамы), на которых все это держится. Без стекол ездить можно, пока хорошая погода; но в мороз или сильный дождь езда становится почти невозможной. Если колеса заменить гусеницами, получится трактор. А если заменить колеса на крылья и винт, получится самолет.

Никому неизвестно, что будет, если заменить русский язык у проживающего в России населения на английский, например. Оставив даже все остальное так, как есть. Но ясно, что, лишенное знания физики и вытекающих из нее инженерных дисциплин, это население уже через несколько дней лишиться электричества, отопления, а далее – всей промышленности и оружия. Скорее всего, эту территорию оккупируют более разумные народы. В то же время, если полностью перекрыть границы и торговый обмен с остальным миром, падение экономики будет очень значительным, но не смертельным. Через несколько лет, пусть ценой огромных усилий, будет восстановлено производство тракторов, электроники и прочего необходимого, что поступало за счет импорта. Часть «украшений» будет конечно, потеряна, но общество, как самовоспроизводящаяся система, продолжит свое существование. Знания – важнейшие элементы социальных систем.

В регионах имеется множество подсистем, работа которых необходима для нормального существования всего региона. В первую очередь, это экономика, сама включающая в себя ряд крупных подсистем, таких, как транспорт и энергетика. Это системы здравоохранения, образования, органов безопасности, судебные, жилищно-коммунальные и так далее. Анализируя эти подсистемы, мы можем заметить, что ряд из них достаточно четко выделен из остальной России, а ряд практически не имеет заметных границ.

Перечислим подсистемы, составляющие регион:

<nowiki>*</nowiki> '''Общество включает:'''

* биологическую популяцию людей
* системы воспроизводства людей, как людей, включающую биологические механизмы и структуры социализации (образование, воспитание)
* культуру
* социальные институты
* структуры регионального и муниципального управления, региональные отделения федеральной администрации
* организованное региональное сообщество в целом
* поселения
* общественные и экономические организации, как социальные системы

Население, как биологическая популяция, не связано механически со своей страной. Люди имеют возможность свободно приезжать и уезжать, вступать в браки с людьми из других регионов и даже стран. То же можно сказать о культуре региона, хотя культура уже имеет некоторые особенности. Хотя культурная база населения Карелии почти не отличается от остальной России (те же школьные программы, круг чтения, кино и так далее), но есть и особенности – например, эпос «Калевала», особенности северного быта, природы.

На территории Карелии действуют общие федеральные законы России, но их дополняют законы республики.

Достаточно четко выделяют регион от государства в целом ''региональные органы управления'', которые полностью имеют локальный тип, включая отделения федеральных структур, структурно отделенных от федеральных, которые имеют выделенные региональные подразделения.

<nowiki>*</nowiki> '''Экономика включает: '''

* производственные организации
* финансовые организации
* транспортную, энергетическую, информационную инфраструктуру, водоснабжение
* капитальные сооружения (строения, сооружения)
* сельское хозяйство с его инфраструктурой (поля, стада и пр.)
* торговые организации

Внутри региона можно также выделить такие подсистемы: * Территорию, как «ограниченную часть твердой поверхности земли, характеризующаяся определенной площадью, географическим положением и другими признаками» <ref name="ftn39">''Тургель И.Д.'' Курс лекций "Региональная экономика и управление". Электронный документ: режим доступа: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/46660 </ref>
* Систему расселения (относительно упорядоченно расположенные на территории региона поселения)
* Транспортную подсистему
* Энергетическую подсистему, объединяющую электрические, тепловые и другие сети
* Информационную подсистему, включающую различные системы связи
* Культурную подсистему, обеспечивающую хранение, передачу, поиск знаний и традиций, обучение людей
* Финансовую подсистему, включающую коммерческие и государственные банки, структуры распределения финансов.

Можно было бы выделить много различных подсистем, взаимопроникающих и накладывающихся друг на друга в целостной социально-экономической системе, образующей движущийся по своей исторической траектории регион. Все невозможно перечислить в тексте ограниченного объема. Это лишний раз подтверждает тезис системного подхода том, что сама гносеологическая, когнитивная природа исследования простых и сверхсложных систем различается. Исследуя простые системы, такие, как атомы, молекулы, несложные механизмы, человеческое познание стремится получить их полное, исчерпывающее описание.

Системное исследование региона должно включать в себя изучение всех компонент СЭС, которые оказывают существенное влияние на будущее устойчивое развитие региона. Таким образом, оно не может ограничиваться рассмотрением только экономических аспектов, но должно учитывать необходимость поддержания численности населения (демографическая политика), сохранения и улучшения качества населения (здоровье и образование), сохранения среды и возобновляемых ресурсов (экология) и других аспектов жизни региона.

В наше время стало общепризнанным представление, что общество существует на своей территории, образуя социально-экономическую систему. Широко известна аналогия, которую Т. Гоббс провел между государством и организмом<ref name="ftn40">''Гоббс Т.'' Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / М.: Мысль, 2001. – 478 с.</ref>. Понимание того, что существенные свойства многих объектов и процессов реального мира определяются их системной природой, было углублено и уточнено в рамках созданной в XX веке '''''теории систем'''''<ref name="ftn41">''Афанасьев В.Г. ''Системность и общество / М.: Политиздат, 1980. – 308 с.</ref>,<ref name="ftn42">''Богданов А.А. ''Тектология. Всеобщая организационная наука. Книга 1 / М.: Экономика, 1989. – 304 с.</ref>,<ref name="ftn43">''Кастлер Г. ''Возникновение биологической организации / М.: Мир, 1967. – 90 с.</ref>.

Система, как мы уже отмечали, это «''множество элементов, объединенных отношениями и связями''»<ref name="ftn44">''Берталанфи Л., фон. ''Общая теория систем – обзор проблем и результатов // Системные исследования. Наука, Москва, 1976 г. – С. 29 – 54.</ref>.<sup> </sup>Для систем характерно иерархическое строение, то есть, определенная последовательность включения систем более низкого уровня в системы более высокого уровня. В сложноорганизованных системах в качестве специфического признака выделяются процессы ''управления'' [там же]. Очевидно, региональная СЭС соответствует всем этим признакам. Люди и организации, жизнедеятельность которых протекает в регионе, взаимодействуют (пусть не всегда напрямую) самыми разнообразными способами. Они взаимодействуют через рынок (или иные системы распределения – например, карточки «военного коммунизма»), обмениваясь товарами и услугами. Они взаимодействуют культурно, обмениваясь сообщениями и идеями. Они взаимодействуют в рамках сетей подчинения различных организаций. Они взаимодействуют в рамках семьи и родственных связей. Все эти взаимодействия в конечном счете оказывают влияние на экономику региона.

Региональные СЭС включают в себя множество различных иерархий – территориального управления, иерархий внутри организаций, культурных и семейных иерархий. Каждый человек включен как объект и как субъект одновременно во множество социально-экономических процессов.

Прослеживая историческую эволюцию территориальных СЭС, мы видим огромный рост '''''сложности''''' этих систем за последние столетия. Рост сложности лидирующих систем вообще можно считать универсальным законом природы<ref name="ftn45">''Сухарев М. В.'' Взрыв сложности // Компьютерра, – 1998. – №. 43, – C. 40 – 43.</ref>,<ref name="ftn46">''Coren R. L.'' Empirical Evidence for a Law of Information Growth // Entropy, – 2001. – V. 3, – P. 259 – 272.</ref>. Если в 17 веке на территории современной Карелии имелось простейшее хозяйство (земледелие, животноводство, охота, рыболовство, ремесла), то в настоящее время существуют десятки крупных производств и технических систем, таких, как машиностроительные и бумагоделательные заводы, железная дорога, магистрали связи, коммунальные сети, сети автомобильных дорог.

Помимо экономических подсистем общества, в нем действуют социальные подсистемы, предназначенные для удовлетворения многочисленных общих, коммунальных проблем. Это образование, здравоохранение, органы общественной безопасности, коммунальные службы.

Почти все эти системы не существовали в Карелии в XVI веке, начали оформляться во второй половине века XIX и достигли современного уровня в конце XX. Их сложность выражается, в первую очередь, в сложности и разнообразии организаций, их составляющих – больниц, школ, университетов, милиции, ЖКХ и так далее. Очевидна связь усложнения органов управления и самого объекта управления.

Оценить сложность объектов, принадлежащих социальной сфере, непросто. Как оценить, например, сложность человека? Сложность завода? Или сложность канцелярии губернатора? Несмотря на то, что данный вопрос малоисследован, вполне возможно сделать оценку сложности СЭС в некотором приближении. Одной из целей данного исследования была задача грубой оценки сложности социальных объектов, с точностью до порядка величины. По сравнению с чисто качественными оценками, которые используются в настоящее время, даже такая полуколичественная оценка является определенным прогрессом.

Ключом к определению сложности систем является определение «алгоритмического количества информации», данное А.И. Колмогоровым<ref name="ftn47">''Колмогоров А.И.'' К логическим основам теории информации и теории вероятностей // Проблемы передачи информации, – 1969. – Т. 5, №. 3, – C. 3 – 7.</ref> . Согласно этому определению, количество информации пропорционально минимальной длине алгоритма, записанного двоичными единицами, позволяющего построить объект X, имея в своем распоряжении объекты Y. «Объекты Y» – это элементы системы, с точки зрения системного подхода – атомы в молекуле, кирпичи в стене дома, люди и машины в организациях.

Использование алгоритмической меры позволяет нам '''''сравнивать''''' сложность объектов, состоящих из элементов с неизвестным информационным содержанием, например, из людей. Предполагая сложность людей примерно одинаковой, мы можем сравнивать друг с другом сложность человеческих организаций, структуры которых нам известны, даже не зная количества информации, содержащейся в отдельном человеке.

Сложность системы равна сумме сложностей всех различных элементов в ней, плюс сложность структуры связей между этими элементами в системе, которая, собственно, и создает систему.

Из теории информации известно, что повторение одинаковых информационных посылок не увеличивает количества информации, содержащейся в сообщении. То есть, принимающий сообщение не узнает больше, прочитав дважды одно и то же предложение. Система из двух крестьянских хозяйств, выращивающих картофель, не является в два раза более сложной, чем одно. Но система (поселение), в котором один крестьянин выращивает картофель, а другой – поросят, будет примерно вдвое сложнее. Добавим кузнеца и строителя – сложность удвоится еще раз. Наибольшей сложностью будут обладать организации, состоящие из людей, сознание которых содержит разную информацию (специалистов), то есть, где разделение труда максимально диверсифицировано.

----
<references/>

Холизм и системный подход

2025-01-27T19:02:45Z

Wiki-admin:

'''Холизм и системный подход'''

Метод, который я использую в концепции социальных идеоматериальных полисистем, основан на системном подходе. Я предпочитаю говорить о системном подходе, а не о теории систем, потому что предложенная Л. Берталанфи теория так и не сложилась за прошедшие десятилетия. Не удалось создать каких-то общих для всех видов систем уравнений, законов, принципов, более конкретных, чем «целое больше суммы частей» или «система – это комплекс элементов, находящихся во взаимодействии, за счет которых она обладает принципиально новыми свойствами».

Ничего странного в этом нет, поскольку системы очень разнообразны; и атом – система, и бактерия, и слон, и город, и самолет, и страна. Непостоянная атмосфера со своими ураганами и засухами тоже система. И океан с течениями. И русская или мировая литература – это тоже системы. И теория систем тоже должна быть системой, но при этом описывать саму себя среди прочих, а здесь возникают проблемы рекурсии.

Можно, на мой взгляд, найти теорию для любых систем – это математика. Математика – это конструктор идеальных систем. Она имеет такое множество разделов, что можно найти подходящий для моделирования любой системы, а если нет – она легко создаст новый раздел, как было создано вариационное исчисление, когда появились задачи механики, термодинамики и гидродинамики. Проблема в том, что для каждого класса систем нужно «копаться» в необозримых кладовых математики, чтобы найти подходящий раздел, и часто его нужно «допиливать» под эти системы. Плюс к тому, в математике уже имеется куча разделов, для которых в обозримой реальности систем просто нет. Или ''пока'' не найдено, а эти системы все еще не попали в наше поле зрения. Беда в том, что нет способа узнать: существуют они или нет.

Системный подход имеет двух (наверное, можно назвать и других) заметных предшественников, это А.А. Богданов <ref name="ftn1">Богданов А.А. {{anchor|Hlk176389104}} Тектология: (Всеобщая организационная наука). В 2-х кн. М.: Экономика, 1989. 304 с.</ref> и Я. Смэтс <ref name="ftn25">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. 398 p.</ref>. Интересно, что их книги были изданы с небольшим разрывом во времени: «Тектология» Богданова (полная версия) в 1922 году, а «Холизм и эволюция» Смэтса в 1927; однако неизданный черновик Смэтса был написан в 1910 году, а немецкое издание Богданова вышло в 1913-м (следовательно, написано ранее).

Однако обе эти книги не были широко известны; по крайней мере, в книге Берталанфи <ref name="ftn26">Bertalanffy, L. von, General System Theory. Foundations, Development, Applications. New York: George Braziller, 1969. 289 p.</ref> они не упоминаются (при библиографии, занимающей 21 страницу), хотя слово «холический» в ней встречается (правда, всего пять раз).

С обзора этих книг я и начну.

Текст Богданова и Смэтса выделен цветом. Черный - мои комментарии.

'''А.А. Богданов. Тектология: (Всеобщая организационная наука)'''

Во «Введении» Богданов писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">«…в понятии «задачи» скрыто гораздо больше, чем принимается обыденным мышлением. Всякая задача может и должна рассматриваться как организационная; таков именно их всеобщий и постоянный смысл. Раскроем его в основных чертах. Какова бы ни была </span><span style="color:#833c0b;">задача - практическая, познавательная, эстетическая, она слагается из определенной суммы элементов, ее «данных»; самая же ее постановка зависит от того, что наличная комбинация этих элементов не удовлетворяет то лицо или коллектив, который выступает как действенный субъект в этом случае. «Решение» сводится к новому сочетанию элементов, которое «соответствует потребности» решающего, его «целям», принимается им как «целесообразное». … Это относится безусловно ко всем, действительным и возможным, задачам. Надо ли построить дом - это осуществимо только потому, что имеются налицо необходимые элементы, т. е. дерево, камень, известь, стекло, топоры, пилы, молотки и другие орудия, рабочая сила плотников, каменщиков и проч.; и осуществимо только таким путем, что элементы соединяются и разъединяются, приводятся в новые сочетания; а конечный результат - здание - характеризуется такой связью и соответствием своих элементов, что заключает в себе нечто большее, чем то, что было в них первоначально дано, именно повышение гармонии между людьми и их физической средой, - представляет, следовательно, с точки зрения людей, «организованную» систему. Надо ли организовать предприятие, отряд, учреждение - налицо должны быть необходимые человеческие, технические, идеологические элементы, и дело сводится к последовательным их комбинированиям, пока не получится новое организованное целое. Выступает ли потребность создать научное объяснение непонятного ряда фактов или художественное выражение и освещение волнующих моментов жизни - опять избирательные сочетания элементов, данных в наблюдении действительности, в прежней оформляющей работе мысли, в живых образах воспоминания и фантазии, в эмоциональных колебаниях творческой души, а также элементов материально-технических, как бумага, краски, мрамор, перо, кисть, резец; и результат - опять организованность, которая обозначается как «стройность», «истина», «эстетическая гармония» и проч. (Т.1., стр. 48-49)</span>

В общем и целом, эти определения близки к теории ИМС (ТИМС), и к ОТС Берталанфи.

В приведенных отрывках он рассматривает как целостную систему не только комплекс взаимодействующих элементов, но и ''действие'', ведущее к созданию дома. Во втором и третьем выделенном отрывке он среди материальных элементов организаций называет идеологические элементы, а среди научных объяснений и художественных выражений – бумагу, краски, мрамор и т.д., то есть, то, что я здесь называю идеоматериальными системами.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Во всяком продукте заключены атомы труда миллионов людей, соединенные вместе, как бы слившиеся в один кристалл. В куске бумажной ткани заключен труд не только тех работников, которые ткали его на станке, но и тех, которые пряли для него пряжу, тех, которые возделывали хлопок для производства пряжи, тех, которые делали станки, и тех, которые добывали металлы для приготовления станков и других машин, и тех, которые делали машины, послужившие орудиями приготовления этих станков; далее, всех транспортных рабочих, перемещавших эти орудия и материалы, и всех рабочих, строивших пути сообщения для этого транспорта; затем рабочих, производивших и доставлявших жизненные средства для всех этих участников производства ткани, и т. д., без конца. И все эти атомы труда не сталкиваются в дезингрессиях, а сплавляются в одно организованное целое. (Т.2., стр.71-72)</span>

Здесь Богданов ищет разнообразные связи, взаимодействия внутри социального холоса, которые реально и делают его холосом: людей и артефакты, переделы сырья и артефактов на пути к сборке продукта, инфраструктуру, поддерживающую связность, передвижение сырья и артефактов внутри социального организма. Это тоже согласуется с ТИМС.

<span style="color:#833c0b;">В термине «производство» скрыто понятие организующего действия. И мы сделаем формулу точнее: организация внешних сил природы, организация человеческих сил, организация опыта. Что же оказалось? ''У человечества нет иной деятельности, кроме организационной, нет иных задач, кроме организационных. Итак, все интересы человечества - организационные. А отсюда следует: не может и не должно быть иной точки зрения на жизнь и мир, кроме организационной.'' И если это еще не сознается, то только потому, что мышление людей до сих пор не выбилось вполне из оболочек фетишизма, окутавших его на пути развития. (Т.1., стр.71)</span>

Здесь Богданов обосновывает права тектологии на всеобщность. Я на всеобщность ТИМС не претендую, да и на авторство тоже очень частично. Я просто собрал в систему (идеальную, в основном – зафиксированную в состояниях электронных элементов, хотя можно и распечатать) множество разнородных идей, выдвинутых различными людьми за много лет.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Здесь главная и огромная трудность не только для индивидуума, - о чем мы уже говорили, - но и для коллектива, даже такого, как могучий общественный класс. Казалось бы, члены коллектива, специализируясь на отдельных задачах - частях задачи интегральной, могут справляться с ними; но решения в целом и этим путем еще не получается. Дело в том, что сама специализация тогда подрывает однородность коллектива, порождает разрозненность, взаимное непонимание, а затем и противоречия между его дифференцированными элементами; тогда он сам не един в своей жизни и строительстве и не способен выработать едино-целостную структуру для всего общества. (стр.50)</span>

Да, разделение труда создает «разделение мышления» (distributed cognition), но тут есть одна интересная штука: люди способны достаточно хорошо понимать деятельность других людей даже если сами почти не понимают, что те делают. Например, некоторые парикмахеры совсем не понимают, как работает мотор их машины (наверно, слышали, что там есть какие-то «поршни» и «цилиндры»), но этого достаточно, чтобы они понимали, что сломанную машину нужно тащить к «механикам». Опять же, многие ли их пользователей смартфонов знают, что у них внутри? Но прекрасно ими пользуются.

Но системный (и даже полисистемный) образ мышления Богданова вполне очевиден.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Принцип «отбора» (Selection) приобретает шаг за шагом столь же универсальный характер, из области биологии переходя в физико-химию, с одной стороны, и в науки общественные - с другой. И все решительнее прокладывает себе дорогу мысль об единстве механизмов в самых разнородных группах явлений, даже в различных «царствах природы». (стр. 51)</span>

Тут опять же соглашусь с Богдановым. И уточню: все существующее существует потому что его устройство, его организованность или передается из прошлого в будущее вместе с материей (атом, молекула, кирпич), или передается способом самовоспроизводства или его воспроизводства аутопойетической системой, элементом которой он является (каменный топор, автомобиль, томик Пушкина). Если в процессе воспроизводства происходят отклонения (усовершенствования, или нарушения технологии, например) то затем в действие вступает отбор.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Полная неорганизованность - понятие без смысла. Это в сущности то же, что голое небытие. В ней надо принять отсутствие всякой связи; но то, в чем нет никакой связи, не может представлять никакого сопротивления нашему усилию, а только в сопротивлении мы узнаем о бытии вещей; следовательно, для нас тут нет никакого бытия. И мыслить абсолютную бессвязность можно только словесно, никакого реального, живого представления в эти слова вложить нельзя, потому что абсолютно бессвязное представление вовсе не есть представление и вообще ничто. (стр. 72-73)</span>

Возможно, Богданов имел в виду «чистое ничто» Гегеля. И тут я тоже согласен, потому как нет ничего, абсолютно неорганизованного. Даже свойства газа, в котором атомы движутся якобы хаотически, вполне определены и задаются тем, из каких атомов он состоит (это его главная организованность). Кроме того, имеются измеримые параметры, такие, как температура и давление, распределение атомов по энергии. Допустим, есть нечто абсолютно неорганизованное. Значит, у него нет границ? Тогда оно должно занимать всю Вселенную…

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Возьмем другой метод - пространственное измерение и соизмерение; такова сущность отвлеченной науки геометрии. Эти приемы применял уже в первобытную эпоху истории человечества бродячий охотник, рассчитывая расстояния при своих передвижениях, выбирая кратчайшие пути, находя полусознательным расчетом угол, под которым надо бежать наперерез преследуемому зверю, и т. п. С переходом к оседлому земледелию стало необходимым более систематичное и точное применение тех же методов, именно, как приемов землемерия (буквальное значение слова «геометрия»): мир и вся судьба земледельческих общин зависели от правильного распределения земли между ними и внутри их между соседями. Особенно важным являлось усовершенствование этих приемов в странах древнейших цивилизаций, в заливных долинах великих рек Нила, Евфрата и Тигра, Янцзы, Ганга и др. Там при разливах все материальные границы участков то и дело сглаживались, смывались, и надо было восстанавливать их на основании строгих измерений. Еще дальше геометрические приемы необходимо должны были развиваться в строительном и инженерном деле: в постройке домов, дворцов, храмов, пирамид, плотин, бассейнов для регулирования уровня рек и пр. Затем те же методы нашли применение при топографических съемках - в военном деле, торговых путешествиях и т. д. (стр. 86)</span>

Это о роли знания в жизни холоса, о необходимости сохранять это знание для поддержания его собственной организованности.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">В этом житейском опыте - не полном, но разностороннем, не научно-оформленном, но практически-жизненном - продолжает удерживаться наивное единство организационной точки зрения, стихийная, но глубокая тенденция к единству организационных методов. Основным его хранилищем служит общенародный язык. Правда, и в его области на почве специализации обособляются, как ветви от одного дерева, отдельные частичные отрасли - технический язык той или иной профессии, терминология той или иной науки; а классовое расчленение общества порождает и более обширное расхождение диалекта господствующих классов и диалекта подчиненных масс. Но остается значительное общее ядро языка - необходимая связь социальных групп и классов, условие их достаточного взаимного понимания при их практическом общении. В нем-то и кристаллизованы, элементарно оформлены традиции прошлого, опыт тысячелетий. (стр.91)

Коллективный гений языка в этом случае, как и во многих других, оказался выше индивидуальных усилий ученых-специалистов, детей разрозненного, анархичного общества. (стр.93)</span>

И еще раз соглашусь. Язык – несущая основа культуры, идеального слоя ИМС холоса. Язык связывает общество в целое; мы же не держимся постоянно за руки или не связываемся какими-то веревками или сетями. Даже на работе люди чаще всего координируют свою деятельность с помощью языка, отдавая или получая команды, указания, или просто согласуют свою работу с коллегами (к пинкам прибегают только в крайнем случае).

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Легко видеть, насколько новая задача несоизмерима со всеми, какие до сих пор ставились и разрешались. Всю сумму рабочих сил общества - десятки и сотни миллионов разнообразно дифференцированных единиц - придется стройно связать в один коллектив и точно координировать со всей наличной суммой средств производства - совокупностью вещей, находящихся в распоряжении общества; причем в соответствии с этой исполинской системой должна находиться и сумма идей, господствующих в социальной среде, иначе целое оказалось бы неустойчивым, механическое единение перешло бы во внутреннюю борьбу. Эта триединая организация - вещей, людей и идей - очевидно, не может быть построена иначе, как на основе строгой научной планомерности, а именно всего организационного опыта, накопленного человечеством. Но ясно также, что в своем нынешнем виде, раздробленном, разорванном на специальные науки, он недостаточен для этого. Необходимо, чтобы сам он был организован целостно и стройно, иначе его применение не способно выйти за пределы дробных, частичных задач. Необходима, следовательно, универсальная организационная наука. (стр. 106)

Как же следует приступить к решению этой задачи, беспримерной и по масштабу, и по своим трудностям? Принципы решения могут быть установлены лишь с научно-организационной точки зрения. Сущность ее может быть сведена к следующим двум положениям:

1) Всякое организованное целое есть система активностей, развертывающихся в определенной среде в непрерывном взаимодействии с нею. Так, общество представляет систему человеческих активностей в природной среде в борьбе с ее сопротивлениями .

2) Каждая часть организованной системы находится в определенном функциональном отношении к целому. Так, в обществе каждая отрасль его хозяйства, каждое предприятие, каждый работник выполняют свою определенную функцию.

Таковы два основных момента научно-организационной точки зрения, из которых надо обязательно исходить во всяком исследовании, во всяком построении, относящемся к вопросам организационного равновесия и развития. (стр. 274)</span>

'''Далее:'''

'''Тектология:(Всеобщая организационная наука) Т.2.'''

<span style="color:#833c0b;">Живой организм характеризуют как машину, которая не только сама себя регулирует, но и сама себя ремонтирует. По мере того как элементы тканей организма изнашиваются, он заменяет их материалом, взятым из окружающей среды и «ассимилированным», т. е. приведенным к химическому составу этих самых тканей. «Мертвую», взятую извне материю протоплазма превращает в свою живую материю, не какую-нибудь вообще, а вполне определенную, химически тождественную с молекулами этой именно протоплазмы. Между тем из сотен тысяч видов растений и животных каждый отличается своим особым химизмом, иным составом белков, чем все прочие, и в процессе своей ассимиляции образует именно эти белки из такого же питательного материала, из какого другие виды образуют другие белки. В этом и заключается основная загадка.

Если пищей для организма служат воспринятые извне чужие белки, например, когда человек ест мясо других животных или плоды, стебли, корни растений, то организм сначала при «переваривании» разрушает эти белки, разлагает их на составные части, различные аминокислоты. Затем в тканях из аминокислот он воссоздает уже свои собственные их комбинации, свои специфические белковые вещества. Что же касается растений, то большинство из них сами образуют сначала углеводы, а затем аминокислоты из углекислоты воздуха и воды почвы с ее солями и кислотами. (Т.2., 95-96)</span>

Здесь Богданов предвосхищает Ф. Варелу и У. Матурану с их аутопоэзисом. Он обращает внимание на то, что организму приходится «разбирать на части» неподходящие для них органические молекулы и создавать свои комбинации. ДНК и клеточные механизмы молекулярного синтеза в то время были еще совершенно неизвестны.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Если мы сравним, как организуются эти течения в их борьбе, то найдем для двух случаев определенное различие форм группировки: для первого является религиозная секта, для второго политическая партия. Это подходящая иллюстрация для условий подбора в связи с изменчивостью среды.

Оба типа организаций во многом сходны, они создаются, как и все другие организации людей, путем подбора. Объектом подбора являются человеческие личности, деятелем подбора - организационная функция секты или партии; основа же для подбора в одном случае - требования догмы, в другом — требования программы, понимая то и другое в достаточно широком смысле, чтобы охватить совокупность условий, предъявляемых организацией каждому ее члену.

Объективно догма секты гораздо более родственна программе партии, чем это может казаться при недостаточном исследовании. Действительным базисом для секты являются, как и для партии, практические жизненные потребности; догма есть лишь определенная, исторически сложившаяся форма их воплощения, специально свойственная эпохам господства «религиозных», т. е. по существу авторитарных мировоззрений. В тех случаях, когда частное положение догмы представляется не имеющим ничего общего с живой социальной практикой, анализ обнаруживает его тесную связь с ней; обыкновенно эта связь такого рода, что догмат служит организационным символом общественных тенденций, требований, задач того класса или группы, которыми порождена данная секта. (158-159)</span>

Здесь Богданов рассматривает случай создания идеоматериальных социальных систем, идейным каркасом которых является некая когнитивная система, объясняющая окружающий мир и задающая образ действий. Люди являются элементами этих систем, и для того, чтобы инкорпорировать нового члена, необходимо «загрузить» в него основные положения этих идей и принципов.

'''Том 3. (Т. 2 указанного издания, стр. 208) '''

'''§ 1. Тектологический акт'''

<span style="color:#833c0b;">''Тектология, подобно всякой частной науке, и своим исходным, и своим конечным пунктом имеет живую практику человечества''. Организационная деятельность, взятая как опыт, есть материал тектологии; взятая как задача — ее цель, ее жизненный смысл. ''Элементом организационной деятельности является организационный акт, образование новой тектологической формы, переход от одной такой формы к другой.'' При анализе этот акт оказывается в свою очередь весьма сложным процессом.

Организационный акт может протекать стихийно или планомерно. ''Иллюстрацией нам послужит именно такой, который может выполняться обоими путями: образование новой социальной группировки, политической или идейной. ''Начнем со случая стихийного, самопроизвольного хода процесса. (стр.258)

Настоящее завершение достигается через устранение тех противоречий, которые присущи, как мы знаем, системному расхождению вообще. ''Пусть в результате ряда политических обсуждений и выступлений участников данного клуба выяснилось, что при их переменных группировках у значительного большинства главные задачи, основные тенденции остаются общими; а расхождения каждый раз касаются лишь частностей в практических способах; и расхождения эти самим участникам кажутся настолько маловажными, что они ради общих целей готовы подчиняться большинству, лишь бы сохранять связь.'' Тогда из этих политически солидарных элементов конституируется партийная организация с единою программой, с общепризнаваемыми основами тактики, с общим уставом, т. е. сплоченная некоторой суммой политических принципов. Чем шире и глубже этот конъюгационный базис, тем меньше дезорганизующая роль частичных расхождений, тем больше они сводятся к дополнительным связям, укрепляющим целое. Это - фаза системной консолидации.

Каким же именно путем консолидация достигается? Мы видели: путем обсуждения совместных действий, т. е. путем общения жизненной конъюгации, проходящей через возникающие системные расхождения, путем, следовательно, контр-дифференциации.

''В ее процессе механизм подбора усиливает и закрепляет устойчивые, повторяющиеся соотношения, ослабляет и разрушает неустойчивые, случайные; элементы и группировки, стоящие в противоречии со связью целого, отрываются, выделяются из него; целое «консолидируется». ''(стр.260)</span>

Здесь мне интересен дискурс-процесс согласования, дополнений, коррекций понятий, принципов, целей, моделей желательного будущего внутри организаций. В самом деле это когнитивный процесс, идущий в коллективном сознании. За счет этого процесса организация становится коллективным субъектом.

Обзор книги Я. Смэтса "Холизм и эволюция"

'''Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.'''

Ян Смэтс был весьма необычный человек. Он занимал пост премьер-министра Южно-Африканского Союза с 3 сентября 1919 по 30 июня 1924 и с 5 сентября 1939 по 4 июня 1948 года, имел звание фельдмаршала.

Однако при этом интересовался науками, философией, и имел собственное мнение по фундаментальным вопросам. Издал книгу «Холизм и эволюция» <ref name="ftn27">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.</ref>, где изложил идеи, явно предвосхищающие общую теорию систем (ОТС).

Сам он очень емко изложил суть холизма в одной фразе: Холизм, как следует из самой его идеи, - это тенденция к объединению, слиянию и упорядочению множества элементов в новые единства. (здесь и далее в скобках номера страниц - 241)

В предисловии к своей книге Смэтс писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">''СРЕДИ огромных пробелов в знаниях по-прежнему остаются нераскрытыми те, которые разделяют явления материи, жизни и разума. Материя, жизнь и разум остаются совершенно непохожими друг на друга. Очевидно, что их различия действительно огромны, и нигде не видно моста для мысли от одного к другому. И их абсолютное различие и диспропорциональность приводят к большим разрывам в знании и разделению знания на три разных царства или, скорее, мира. И все же все они являются тремя в опыте и, следовательно, не могут быть такими уж непохожими и чуждыми друг другу. Более того, они на самом деле переплетаются и сосуществуют в человеке, который состоит из материи, жизни и разума. Если бы у материи, жизни и разума действительно не было общей основы, их соединение в человеческом индивидууме было бы величайшей тайной из всех.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>

<span style="color:#833c0b;">''Эволюция. Отсюда возникают три серии явлений в реальном мире: физическое, биологическое и психическое, или ментальное мышление. Эти связи между ними, основанные не на мышлении, а на фактах существования и опыта, как правило, показывают, что они не могут быть принципиально чуждыми и непримиримыми и что между ними должен быть возможен какой-то мост, если только мы не хотим предположить, что наш человеческий опыт действительно является простым хаотическим нагромождением разрозненных элементов.''</span>

С тех пор мы далеко продвинулись в понимании того, как развивалась Вселенная, как устроена живая материя, как работаем мозг и особенно что такое «информация» (достаточно сказать, что слово «информация» встречается в книге Смэтса всего два раза).

Но переходы от неживой материи к живой, от животных к разуму, все еще остаются непонятными. Смэтс указывал путь к пониманию через понятие холизма (целостности).

Действительно, объединение элементарных частиц в атом создает целое с новыми свойствами: энергетическими состояниями, возможными за счет электронных оболочек, с валентностью; живая клетка состоит из молекул, и притом умеет сама производить нужные ей молекулы, разлагая молекулы пищи, общество состоит из организмов, которые (среди прочего) объединены языком и поэтому обладают разумом.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Но именно это объединение должно предупредить нас о том, что кажущаяся раздельность этих трех фундаментальных концепций на самом деле не имеет под собой веских оснований, и что более широкие знания и более глубокое понимание могли бы прояснить тайну, по крайней мере, до некоторой степени, и привести к какому-то объединению или гармония этих, казалось бы, несвязанных или независимых элементов в нашем реальном мире</span><span style="color:#833c0b;">''. Требуется больше знаний. Наша физическая наука должна сделать более пластичным наше представление о твердой непроницаемой инертной материи, и в третьей главе я задам вопрос, насколько уже существуют материалы для такого смягчения. Опять же, наша биологическая наука должна развеять расплывчатость концепции жизни и заменить ее более определенной, осмысленной концепцией, которая, однако, не будет зависеть от чисто материальных или физических элементов. В настоящее время концепция жизни настолько неопределенна и расплывчата, что, хотя царство жизни полностью признано, его управление осуществляется с помощью физической силы или механизма.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>(3-4)

Ну, что тут сказать? Весь XX век мировая наука старательно выполняла проект Смэтса. Биология разбиралась в том, каким образом атомы и молекулы работают внутри живой клетки, обеспечивая питание, ремонт повреждений, регенерацию. Археологи и палеоэтнологи (между прочим, используя новейшие технические средства) изучали эволюцию хомо сапиенс и его предшественников, собирая и сравнивая находки со всех континентов Земли. Хотя некоторые неопределенности все же остались.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">''Выражаясь языком Платона, для них материя была лирой, а душа - музыкой этой лиры; лира была субстанциальной и неизменной реальностью, а музыка - всего лишь преходящим продуктом. И, таким образом, приоритет и господство материи превратили жизнь и душу в преходящие и смущающие фантомы на сцене существования.''</span><span style="color:#833c0b;"> Этот материализм вызывал самое горячее негодование и оспаривание со стороны тех, кто придерживался духовных ценностей и реалий. Они отрицали не только первенство материи, но и ее приоритет, а также то, что жизнь или разум возникают из нее и зависят от нее в каком-либо реальном смысле. Фактически они отрицали принцип эволюции как подрывающий все духовные и нравственные ценности жизни. Обе стороны, как материалисты, так и спиритуалисты, находились под влиянием жестких физических концепций причины и следствия, которые играли такую большую роль в науке и философии девятнадцатого века. В следствии не могло быть ничего большего, чем уже было заложено в причине; и если материя вызвала душу, то в душе не могло быть ничего большего, чем уже было в материи. Другими словами, душа была лишь кажущимся, а не реальным достижением материи. Общая обоснованность этого аргумента никогда не подвергалась сомнению, и в него искренне верили обе стороны. </span><span style="color:#833c0b;">''Следовательно, те, кто придерживался теории эволюции, логически были склонны к материализму, а те, кто придерживался спиритуализма, логически были вынуждены отрицать эволюцию.''</span>

В этом отрывке Смэтс затрагивает старую философскую проблему взаимосвязи мышления (идеального) и материи. Отличная аллегория о лире и музыке: материальный мозг, существование которого поддерживается пищей, создает нематериальную мысль, которая улетает в эфир… Психофизическая проблема: как нематериальная мысль заставляет наше тело действовать? Однако древние не приметили, что музыка распространяется не в безвоздушном пространстве, а в виде звуковых волн в воздухе. Конечно, смысл музыки не в колебаниях; потом ее научилось записывать на грампластинках, магнитных лентах, в виде mp3 файлов; все это материальные организованности, несущие смысл, но без них смысл тоже не существует. В конечном счете, эти упорядоченности попадают в мозг человека, где этот смысл и проявляется снова; но как? Не во взаимодействии с бесплотными мыслями, а во взаимодействии с движением живой материи нейронов, которые соотносят эту организованность с какими-то образами, воспоминаниями и так далее, также существующими в виде организованного движения материи. И дело здесь не в конкретной материи, а в тех образах, которые она несет. Как образ человека, воплощенный в мраморе статуи. Примерно об этом писал К. Поппер в своих размышлениях о «третьем мире» <ref name="ftn28">Поппер К.Р. Знание и психофизическая проблема: В защиту взаимодействия. М.: Издательство ЛКИ, 2008. 256 с.</ref>.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Мы верим в эволюцию, но это уже не механическая эволюция, произошедшая одно или два поколения назад, а творческая эволюция. Мы верим в рост, который действительно является таковым и становится все более и более активным в процессе. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы верим в Генезис, который по самой своей природе является эпигенезом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для нас не существует такой вещи, как статичная эволюция, становление, которое не становится, но в своих кажущихся изменениях всегда остается неизменным. Абсолютное уравнение причины и следствия, в которое безоговорочно верили люди того времени, не применимо к нам, как я объясню в свое время. Ситуация изменилась, изменилась точка зрения, и сегодня вдумчивые мужчины и женщины являются искренними и убежденными эволюционистами, не беспокоясь о мертвой и забытой проблеме противостояния материализма и спиритуализма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы принимаем теорию происхождения жизни из материи, а разума - из того и другого.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для современных образованных мужчин и женщин эволюция является такой же неотъемлемой частью их общего мировоззрения, так сказать, интеллектуальной атмосферы, как и теория Коперника. (8-10)</span>

На странице 43 Смэтс приводит пример распада урана через торий в радий с излучением альфа-частиц, и указывает, что эта реакция была использована для определения возраста Земли (тогда был рассчитан исходя из измеренного периода полураспада урана 1400 миллионов лет, позже был уточнен); это говорит о том, что Смэтс с пониманием следил за новейшими исследованиями в области физики. Ведь только в 1912 году Артур Холмс определил возраст древнейших известных пород уран-свинцовым методом.

<span style="color:#833c0b;">Атом и клетка - это две фундаментальные структуры во Вселенной, которые мы в настоящее время знаем: атом является единицей мира материи, а клетка - единицей мира жизни. </span>(62)

Остается только согласиться

<span style="color:#833c0b;">''Все растения и животные состоят из клеток, причем эти клетки, как правило, состоят из различных химических веществ, некоторые из которых имеют очень сложное </span><span style="color:#833c0b;">строение. Количество клеток в организме варьируется в зависимости от его размера и сложности, некоторые из низших, наиболее примитивных организмов являются одноклеточными или состоят из сравнительно небольшого числа клеток, в то время как, с другой стороны, высшие растения и животные могут содержать неисчислимые миллионы клеток.''</span><span style="color:#833c0b;"> По оценкам, только в человеческом мозге насчитывается около 9000 миллионов клеток! Эти клетки также имеют самый разнообразный характер, поскольку клетки, из которых состоят различные части и органы тела, отличаются друг от друга. Таким образом, клетки нервов, костей и мышц, да и вообще всех частей животного организма заметно отличаются друг от друга, и количество различных видов клеток, из которых состоит тело, может быть бесконечно большим. </span>(64)

На сегодня количество нейронов в мозге человека оценивается примерно в 90 миллиардов, но во времена Смэтса не было такого количества исследований как сегодня; и сегодня никто не считал точно количество клеток мозга или тела – а как вы себе это представляете? Пересчитать миллиарды клеток, видных только под микроскопом и расположенных тончайшими слоями? На самом деле делаются микроскопические исследования образцов разных тканей очень небольшого размера, а затем из этих средних величин экстраполируют на весь организм.

<span style="color:#833c0b;">''Сама природа клеток такова, что они функционируют как части единого целого, и когда это целое разрушается, перед ними автоматически встает необычная дополнительная задача - восстановить брешь, и их дремлющие силы пробуждаются к действию. И это происходит, насколько мы можем судить, просто в силу внутренней экономии и внутреннего регулирования в самом организме и без предварительной подготовки к новой роли. Взаимодействие между организмом и его клетками действительно является самым тонким и интимным; оба они, по-видимому, являются активными факторами в поддержании целого и в восстановлении любых частей, которые могут отсутствовать и которые необходимы для целого. Их взаимодействие настолько тесно, что почти невозможно сказать, где заканчивается влияние одного и начинается другое. ''</span>

<span style="color:#833c0b;">Аспект координации или подчинения частей целому также наиболее наглядно иллюстрируется феноменом воспроизведения, о котором я уже упоминал в другой связи. Размножение возвращает нас не только к прошлому и его загадкам, но и к будущему, и именно репродуктивную систему организмов мы должны изучать наиболее внимательно, если хотим понять этот аспект органической деятельности. </span><span style="color:#833c0b;">''Ибо при размножении клетка или организм явно выходит за пределы самих себя, их функции становятся трансцендентными в том, что касается их самих; его слепые стремления и энергия охватывают объекты и ситуации, находящиеся за пределами его самого.''</span><span style="color:#833c0b;"> На самом деле, при размножении клетка или организм ясно демонстрируют тот факт, что они не одиноки и что они являются частью более масштабного целого жизни, на выполнение которого направлены их самые фундаментальные функции. Таким образом, в качестве иллюстрации согласованных взаимосвязей частей и целого в организме ничто не может быть более значимым и важным, чем факты органического размножения. Здесь больше, чем где-либо еще, проявляется важность целого как действующего фактора, не только непосредственного целого или индивидуального организма, но и трансцендентного целого или типа, который должен воспроизводиться и поддерживаться любой ценой. Во всем многообразии органической природы поражает присущая ей самоотверженность, пренебрежение к себе и выход за пределы себя в процессе воспроизводства, который подчиняет индивидуума потребностям расы, истощает ее запасы сил и часто стоит ей </span><span style="color:#833c0b;">жизни. В этом процессе, как в самом сердце природы, заложен принцип жертвенности, подчинения части целому, индивидуума расе или типу людей. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Предыдущий анализ позволил нам понять, что растение или животное - это единое целое, состоящее из миллионов частей в виде клеток всех видов, в то время как клетки, в свою очередь, представляют собой более мелкие образования неопределенной сложности и удивительной активности. Все эти части скоординированы и расположены вплоть до мельчайших деталей и функционируют в самом тесном сотрудничестве, поддерживая друг друга и весь организм в целом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Организм - это действительно маленький живой мирок, в котором царят закон и порядок, и в котором каждая часть сотрудничает со всеми другими частями и служит общим целям целого, как правило, с самой совершенной регулярностью. Именно эта совершенная общность функций и единство действий в системе, состоящей из бесчисленных частей и сложнейших структурных образований, делает организм таким поразительным типом целого. Мы рассмотрели структурный порядок как характеристику неорганической материи; теперь мы видим активное сотрудничество и единство действий в дополнение к этому как характеристику организма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы восхищаемся порядком и сотрудничеством в пчелином улье или сообществе муравьев; в организме мы видим более совершенный порядок и более замечательное сотрудничество в ситуации, которая, возможно, ненамного менее сложна, чем любая из них. И точно так же, как отдельная пчела или муравей живет своей собственной жизнью и не теряется в общей деятельности улья или гнезда, так и отдельная клетка живет своей собственной жизнью, специализируясь и совершенствуясь в соответствии со своей ролью в организме, которую она помогает формировать и которой служит, не теряя и не жертвуя своей идентичностью. Организм включает в себя бесчисленное множество более мелких органических единиц, чья индивидуальность не поглощается им, выражается и не подавляется им. Большой организм означает не только объединение и совместную гармонию своих меньших единиц, но и, как правило, более совершенную индивидуализацию и специализированное развитие этих единиц в гармонии целого. Организм растения или животного - это социальная общность, но общность, которая обеспечивает существенное развитие своим отдельным членам. А ее природа и структура таковы, что она может совершенствоваться только через дифференциацию и развитие составляющих ее членов.''</span><span style="color:#833c0b;"> Но хотя это так, хотя (как мы более ясно увидим в дальнейшем) индивидуализация фундаментальна по своей природе, мы должны признать, что интенсивное сотрудничество играет не менее важную и фундаментальную роль. Организм - это, по сути, общество, в котором бесчисленное множество членов сотрудничают в целях взаимопомощи в духе наиболее эффективного бескорыстного служения и верности друг другу. Сотрудничество и взаимопомощь написаны на лице Природы. Более того, если структура и функции клеток могут нас чему-то научить, то они глубоко запечатлены в природе Вселенной, они являются самим смыслом и душой Природы. Мы можем пройти долгий путь по сферам Эволюции, но нигде мы не найдем более совершенного сотрудничества или более прекрасной иллюстрации взаимопомощи одной части для другой и всех частей для целого, а также целого для всех его частей, чем в маленькой незначительной клетке, который, кажется, хранит в себе саму тайну Вселенной. Предвосхищая формулировки более поздних разработок, мы можем сказать, что в клетке подразумевается идеал гармоничного сотрудничества, бескорыстного взаимного служения, верности и долга каждого по отношению ко всем, к чему в наших более поздних, более высокоразвитых человеческих объединениях мы можем только стремиться. Когда в атоме было достигнуто удивительное и таинственное стабильное сочетание электрических единиц, произошло чудо, которое спасло материальный мир от полного хаоса и </span>
<span style="color:#833c0b;">случайности. Но гораздо большее чудо было совершено, когда из атомного и молекулярного порядка развился еще более глубокий и утонченный порядок внутренней совместной гармонии клетки. Эти две фундаментальные структуры являются великими достижениями в ходе эволюции, до появления Разума, и хотя многие другие эксперименты, вероятно, проводились до и в промежутках между этими успехами, они оказались нестабильными и были отброшены, а теперь тщетно разыскиваются. Мы должны внимательно изучить эти неизменные вершины достижений, если хотим понять истинную природу эволюционного процесса и если хотим составить представление о природе фундамента между этими постоянными структурами, который был размыт с бесконечным течением времени. И когда мы обнаружим, что эти два явления не являются совершенно разными, а являются выражением в чем-то сходной внутренней прогрессивной тенденции Природы, и когда позже, на ментальном и духовном уровнях развития, мы обнаружим еще более четкие проявления подобной тенденции, мы будем вправе заключить, что столкнулись лицом к лицу с чем-то реальный и причинный в форме естественного действующего фактора фундаментального и универсального характера. </span>(стр. 82-86)

Привожу этот длинный отрывок без сокращений и комментариев. Он показывает ход мысли Смэтса, где не только организм рассматривается как клеточный холос, но эта целостность рассматривается в движении элементов в процессах обмена веществ и самовоспроизведения организма.

<span style="color:#833c0b;">''На протяжении всей истории человеческой мысли существовали две предельные отправные точки в объяснении Вселенной, две противоположные ментальные установки или точки зрения, с которых рассматривалась и объяснялась Вселенная. Согласно одной точке зрения, все, так или иначе, задано в начале; согласно другой, в начале предполагается минимум, и Вселенная является постепенным творением или эволюцией, начиная с этой минимальной начальной точки. На первый взгляд, не имеет значения, было ли первоначальное творение завершено во всех деталях или же была завершена только его логическая или метафизическая схема, в то время как содержание было дано лишь косвенно. В любом случае в ходе последующей истории мира не может быть ничего нового. Если первоначальное творение было полным и абсолютным, то все последующие события и изменения могут быть только перестановками, перетасовками первоначальных группировок: как материальные элементы, так и их принципы или формы расположения присутствуют в качестве исходных данных и определяют все последующие события и расположения. Если, опять же, метафизическую схему или структуру Вселенной принимать как данность, то эволюция Вселенной - это просто логическое развитие в соответствии с этой схемой; или, другими словами, логическое развитие схемы даст нам в результате материальную вселенную''</span><span style="color:#833c0b;">. Развитие идеи Гегеля является именно такой попыткой логического раскрытия вселенной. В обоих случаях объяснение Вселенной находится в прошлом, в начале: это начало управляет всем и предопределяет все. Прошлое является действенной причиной будущего, и никакое новое творение, ничего принципиально нового в будущем возникнуть не может. Реальность в полном объеме существовала с самого начала и продолжает существовать, меняя свои формы и проявления, но не внося ничего нового в первоначальный поток. Всякая реальная новизна и инициатива, всякая реальная свобода выбора и развития исчезают из вселенной. Мировой процесс становится в лучшем случае объяснением, развертыванием того, что было дано неявно, а не творческой эволюцией новых форм. Эта точка зрения была доминирующей в западной науке и философии с момента ее зарождения в XVI и XVII </span><span style="color:#833c0b;">веках и до недавнего времени. В физике она естественным образом согласуется с ортодоксальными законами сохранения, которые исключают создание или разрушение энергии, массы или импульса. И по мере того, как в науке и философии преобладали механистические идеи, все изменения стали означать просто механические перестановки без какого-либо существенного дополнения или вычитания из общей картины реальности. Опять же, те мыслители, которые (подобно Лейбницу) не придерживались механистической формулы, руководствовались своими теологическими взглядами и идеями, предшествовавшими формированию, и рассматривали реальность как завершенную в прошлом, оставляя будущему лишь второстепенную роль в раскрытии, эволюции, экспликации того, что фактически существовало. содержащийся в этом прошлом. Таким образом, это очень ограниченный смысл, в котором следует понимать используемые ими термины "развитие" или эволюция. Когда они верили в динамичную прогрессивную вселенную, они имели в виду просто вселенную, которая постепенно раскрывает то, что неявно содержалось в прошлом. </span><span style="color:#833c0b;">''Точка зрения на эволюцию как на созидательное явление, на реальное прогрессивное творение, которое все еще продолжается во Вселенной, а не завершилось в прошлом, на совокупность реальности, которая не является постоянной, а постепенно увеличивается в ходе эволюции, - это новое веяние нашего времени, и, возможно, это одно из самых значительных изменений во всем спектре человеческой мысли. ''</span><span style="color:#833c0b;">Старый статичный взгляд на реальность с его неизменными элементами и видами не только исчез, но и новый динамичный взгляд на эволюцию не просто отрицает старый статичный взгляд, он зашел гораздо дальше. </span>
<span style="color:#833c0b;">''Эволюция - это не просто процесс изменений, перегруппировки старого в новые формы; она творческая, ее новые формы не просто создаются из старых материалов; она создает как новые материалы, так и новые формы из синтеза нового со старыми материалами. Творческая способность материи, как мы видели, ограничивается аспектом структуры и преобразованием новых структур из ранее существовавших материальных единиц: в этом смысле материя обладает лишь ограниченной, хотя и реальной творческой способностью. Когда мы переходим к организмам, мы обнаруживаем гораздо большую степень креативности в эволюции.''</span><span style="color:#833c0b;"> Ибо, как будет показано в главе VIII, новые качества или признаки, которые приводят к появлению новых разновидностей или видов, действительно являются новыми в том смысле, что их не было раньше, и это не просто изменение признаков, которые были раньше. Создаются новые знаки (characters), и на их основе возникают новые разновидности или специфические формы стабильного вида. Еще большая степень креативности присуща разуму как в его интеллектуальном, так и в этическом аспектах; мысль созидательна во всех своих проявлениях, от простейших ощущений до самых сложных суждений; а этический или практический разум создает ценности, моральные, духовные и религиозные ценности в самом полном смысле этого слова. Отсюда возникает взгляд на эволюцию как на созидание нового, как на эпигенез, а не на объяснение, как на проявление новизны и инициативы, как на открытие новых путей и предоставление возможности нового выбора в продвижении вперед, как на создание свободы для будущего и, в самом реальном смысле, на разрыв оков прошлого и будущего от его фиксированных предопределений. </span>(стр. 90-92)

<span style="color:#833c0b;">''Творческая эволюция, которую понимают и ученые, и философы, работает как общий принцип или тенденция в конкретных формах и посредством них. Таким образом, эволюция - это структура и принцип, взаимопроникающие друг в друга, </span><span style="color:#833c0b;">взаимодействующие и оживляющие друг друга.''</span><span style="color:#833c0b;"> … </span><span style="color:#833c0b;">''Универсальное реализует себя не в праздном самосозерцании, не в отрыве от действительного, а в отдельных телах, в конкретных вещах и фактах и через них. ''</span><span style="color:#833c0b;">Храм Духа - это структура материи; универсальное заключено в конкретном, частном; ни одно из них не является реальным или истинным отдельно от другого. Все это звучит как прописные истины и банальности. Но, тем не менее, это самое важное, поскольку означает, что следование разными путями науки и философии не приведет нас к нашей цели. Их пути должны сойтись. Необходимо разработать концепции, которые будут включать в себя материал и точки зрения как науки, так и философии. Путь реального - это не абстрактные общие принципы и не пустыня деталей; и если мы хотим понять эволюцию, мы должны разработать концепции, адекватные ее реальному процессу, концепции, которые будут отражать ее реальные черты - конкретность и универсальность. Другими словами, мы должны сформировать концептуальную модель, которая будет как можно точнее воспроизводить то, что на самом деле происходит в процессе космической эволюции, и наша главная задача состоит в том, чтобы сделать наше объяснение природных процессов как можно более точным в соответствии с реальными наблюдаемыми фактами. </span>(стр. 93-94)

<span style="color:#833c0b;">И материя, и жизнь в атоме и клетке состоят из единичных структур, упорядоченная группировка которых создает естественные целостности, которые мы называем телами или организмами. Этот характер или черта "целостности", которые мы обнаружили в случае материи и жизни, имеют гораздо более общее применение и указывают на нечто фундаментальное во Вселенной, фундаментальное в том смысле, что оно практически универсально, что оно является реальным действующим фактором и что его формирующее влияние ощущается все более глубоко и широко по мере продвижения эволюции. Холизм - это введенный здесь термин (от холос = целое) для обозначения этой направленной на достижение целостности тенденции в природе, этого фундаментального фактора, действующего на создание целостностей во Вселенной. Давайте сначала попытаемся получить некоторое общее представление о том, что такое холизм и что такое "целые"; после этого я попытаюсь дать более точное определение этим терминам.

В области жизни мы все знакомы с тем, что здесь называется целостностями. Каждый организм, каждое растение или животное - это единое целое, обладающее определенной внутренней организацией и способностью к самоуправлению, а также своими собственными индивидуальными особенностями. Это справедливо как для низшего микроорганизма, так и для наиболее высокоразвитой и сложной человеческой личности. Что не является общепризнанным, так это то, что концепция целостности охватывает гораздо более широкую область, чем концепция жизни, что ее истоки прослеживаются уже в неорганическом порядке природы и что за пределами обычной области биологии она в некотором смысле применима к человеческим объединениям, таким как государство, и к творениям человеческого духа во всех его величайших и наиболее значимых проявлениях. Не только растения и животные являются целостностями, но и в определенном ограниченном смысле естественные сочетания материи во Вселенной являются целостностями; атомы, молекулы и химические соединения являются ограниченными целостностями; в то время как в другом, тесно связанном смысле человеческие характеры, произведения искусства и великие идеалы высшей жизни являются целостностями или разделяют их. В обиходе слово "целостный" часто используется для обозначения некоторых из этих высших творений. Например, стихотворение или картину хвалят за то, что они представляют собой "целое", потому что это не просто искусственная конструкция, а органичное целое, в котором все части проявляются тонким, неуловимым образом, чтобы служить главной цели или идее, вносить в нее свой вклад. На самом деле художественные произведения в основном оцениваются по степени, в которой они осознают характер целостности. Но термин "целостность" содержит гораздо больше, чем подразумевается в его общепринятом употреблении. С точки зрения, представленной здесь, "целостности" являются основой характера Вселенной, а холизм, как действующий фактор в эволюции целостностей, является высшим принципом Вселенной.

''Создание целостностей, причем все более высокоорганизованных, и целостности вообще как характеристики существования - неотъемлемая черта Вселенной. В мире действует не просто неопределенная творческая энергия или тенденция. Эта энергия или тенденция имеет специфические свойства, наиболее фундаментальным из которых является создание целого. И постепенное развитие возникающих в результате целостностей на всех стадиях - от самых зачаточных, несовершенных, неорганических до наиболее высокоразвитых и организованных - это то, что мы называем эволюцией. Стремление к созданию целого, холистическая тенденция, или холизм, действующий в конкретных целостностях и через них, проявляется на всех этапах существования и никоим образом не ограничивается биологической областью, которой наука до сих пор ограничивала понятие целого. Уходя корнями в неорганическую среду, эта универсальная тенденция находит ясное выражение в органическом биологическом мире и достигает своих высших проявлений и результатов на ментальном и духовном планах существования. Подлинными единицами Природы являются целостности различного уровня. Целостность - это наиболее характерное выражение природы Вселенной в ее поступательном движении во времени. Она отмечает линию эволюционного прогресса. И холизм является внутренней движущей силой этого прогресса. ''

Очевидно, что если эта точка зрения верна, то должны последовать очень важные результаты для наших представлений о знании и жизни. ''Целостности - это не просто искусственные конструкции мысли, они указывают на нечто реальное во Вселенной; и холизм как творческий принцип в них является реальной причиной. Это движущая сила эволюции. Таким образом, за эволюцией стоит не просто смутный и неопределимый творческий импульс или жизненная сила, голая идея прохождения или продолжительности, не имеющая никакого качества или характера, кроме равномерного течения, и которой нельзя придать никакого значения или характера, но нечто вполне определенное. Холизм - это специфическая тенденция, имеющая определенный характер, творческая по отношению ко всем персонажам во Вселенной и, следовательно, приносящая результаты и объяснения в отношении всего хода космического развития.'' (100-102)

''Целое как действующий фактор требует тщательного изучения. То, что в природе существуют целые, представляется мне неоспоримым. Представленная здесь точка зрения заключается в том, что они охватывают гораздо более широкую область, чем принято считать, и имеют фундаментальное значение. Но идея целого - это один из вопросов, которым наука, а в значительной степени и философия, пренебрегает. Любопытно, что, хотя общая точка зрения философии по необходимости в значительной степени холистична, она никогда по-настоящему не использовала идею целого. Эта идея действительно проходит красной нитью через всю философию, но в основном в расплывчатом, неосязаемом виде.'' Единственное определенное применение этой идеи было сделано абсолютистами, которые применили выражение "целое" ко всему существующему, к космическому целому, ко всему ансамблю Вселенной, рассматриваемому как единство или бытие. Такое конкретное использование этой идеи нас не интересует на данном этапе нашего исследования. Великое целое может быть конечной точкой, но это не та линия, которой мы следуем. Мы собираемся изучать маленькие естественные центры целостности и принцип, выражением которого они являются. И я думал, что этот вопрос будет представлять глубокий интерес как для философов, так и для ученых. Но даже философы не смогли по-настоящему использовать эту великую концепцию, в то время как ученые постоянно пренебрегали ею или игнорировали ее под железным гнетом механистического режима. И все же камень, отвергнутый строителями, может стать краеугольным камнем здания. (103)

<span style="color:#833c0b;">''Давайте теперь рассмотрим идею целого более подробно; и давайте снова начнем с естественных биологических целостностей, таких как растения или животные. Организм, как растение или животное, является естественным целым. Он самодействующий и самодвижущийся. Принцип его движения или действия не внешний по отношению к нему самому, а внутренний. Он не приводится в действие каким-либо внешним принципом или силой, например, машиной или искусственным сооружением. Источник его активности является внутренним и неразрывно связан с ним самим, он действительно является им самим. Она состоит из частей, но ее части не просто собраны вместе. Их единство не является механическим, а основывается на другом принципе. Организм состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, и если эти части разобрать на части, организм разрушается и не может быть восстановлен путем повторного соединения разъединенных частей. Эти части находятся в активных отношениях друг к другу, которые меняются в зависимости от частей и организмов; но ни в коем случае нет ничего бездеятельного или инертного в отношениях этих частей друг к другу или ко всему организму в целом. Кроме того, организм способен поддерживать себя за счет поглощения других компонентов, таких как пища, но, опять же, как мы видели в предыдущей главе, он делает это не путем простого механического добавления, а путем полного преобразования, ассимиляции и использования в своей собственной системе взятого таким образом материала. Более того, организм является творческим в том смысле, что он способен при определенных условиях обновлять себя и воспроизводить себя в очень похожих целостностях.''

Этого приблизительного изложения достаточно, чтобы обозначить основные общие характеристики биологических целостностей. Когда мы достигаем более высоких уровней развития высших животных и человека, мы сталкиваемся с дополнительными признаками психологической природы, такими как интеллект, воля, сознание, центральный контроль и руководство более или менее добровольного и обдуманного характера. Для нашей нынешней цели предварительного обзора в этой главе нам нет необходимости рассматривать этих персонажей более подробно. Но необходимо, чтобы мы сформировали более четкое представление о различиях, которые отличают целое в вышеуказанном смысле от чего-то, что целым не является.

Прежде всего, я хотел бы подчеркнуть, что целое, согласно представленной здесь точке зрения, не простое, а сложное и состоит из частей. Природные целостности, такие как организмы, являются не простыми, а сложными или составными, состоящими из множества частей, находящихся в активной взаимосвязи и взаимодействии того или иного рода, и сами части могут быть меньшими целыми, такими как клетки организма. Целые - это составные части, а не простые элементы. Идея целого как простой уникальной индивидуальной сущности - это метафизический взгляд, от которого мы должны остерегаться. Философия разработала концепцию уникального целого, которое на самом деле является абсолютным, неразрушимым и неизменяемым. Например, Платон в "Федоне" представил человеческую душу как такое целое и из ее неделимости вывел аргумент в пользу ее бессмертия. То, что просто, неделимо и окончательно, обязательно должно быть и неразрушимым. Однако, с моей точки зрения, природные целостности - это не такие простые неделимые сущности, которые на самом деле являются философскими абстракциями. (103-104)

<span style="color:#833c0b;">С другой стороны, философская концепция не оставляет места для изменений, движения или развития целого. Философское целое, или абсолют, неизбежно статично. Простое, уникальное, конечное целое не может изменяться или развиваться. Оно неизменно остается тем, что оно есть. Это отрицает идею эволюции, которая необходима для концепции целостностей, представленной здесь. Взгляд на Вселенную как на целое или абсолют в философском смысле не оставляет места для прогресса или развития и вступает в противоречие со всеми практическими учениями и всеми наиболее значимыми результатами науки. Части (если таковые имеются) действительно могут перемещаться и изменяться, их взаимоотношения между собой могут демонстрировать текучесть, которую можно назвать развитием. Но это не будет настоящим творческим развитием. Абсолютная целостность философии неизменна, замкнута в себе и не похожа ни на что, с чем мы сталкиваемся в этом мире. Идея эволюции как созидания является полной противоположностью этой статичной абсолютности. И эта идея должна быть для нас решающей. Все, что противоречит идее Вселенной как прогрессивной и созидательной, должно быть отвергнуто нами. Творческое целое, или холизм, не следует путать с философским целым, или абсолютом.

Предостерегая от философского заблуждения, позвольте мне перейти к предостережению от еще более опасного научного заблуждения. Механический взгляд на вселенную, который был и в значительной степени остается доминирующим в науке, в той или иной степени противоречит изложенной здесь концепции.

Целое - это не просто механическая система, то есть система частей, внешне связанных друг с другом. Оно действительно состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, которой обязательно является чисто механическая система. Сущность механической системы - это чистая внешняя сторона или отсутствие какой-либо внутренней сущности, всех внутренних тенденций, отношений и видов деятельности системы или ее частей. Любое действие в механической системе является внешним, являясь либо внешним воздействием механического тела на какое-либо другое тело, либо внешним воздействием последнего на первое. И точно так же, когда рассматриваются части тела или системы, единственное действие, на которое они способны, - это их внешнее воздействие друг на друга или на организм в целом. Ни у части тела, ни у его частей нет внутреннего действия или функции. Таково механическое тело, и только такие тела предполагались существующими в соответствии с механистической гипотезой. Целое, которое является чем-то большим, чем сумма его частей, обладает чем-то внутренним, какой-то внутренней структурой и функцией, какими-то особыми внутренними отношениями, каким-то внутренним характером или природой, которые составляют это нечто большее. И в этом исследовании мы должны попытаться выяснить, что же это такое. На данном этапе следует уяснить, что, в то время как механическая теория предполагает только внешнее действие как единственно поддающееся измерению и математической обработке и исключает всякое внутреннее действие, связь или функцию, теория целого, напротив, основана на предположении, что в дополнение к внешнему действию между телами существует также дополнительный внутренний элемент или действие тел, которые являются целыми, и что этот элемент или действие имеет определенный определяемый характер. (105-106)

Таким образом, целые - это составные элементы, обладающие внутренней структурой, функцией или характером, которые четко отличают их от простых механических дополнений, агрегатов или конструкций, как это предполагает наука в соответствии с механической гипотезой. И этот внутренний элемент, который превращает простое механическое сложение или сумму частей в целое, свидетельствует о прогрессивном развитии Природы. Целостности динамичны, органичны, эволюционны, созидательны. Характера творчества должно быть (если это так) достаточно, чтобы опровергнуть чисто механическую концепцию Вселенной.

<span style="color:#833c0b;">Очень важно понимать, что целое не является чем-то дополнительным к частям: именно части, находящиеся в определенном структурном расположении и взаимодействующие друг с другом, образуют единое целое. Структура и виды деятельности различаются по характеру в зависимости от стадии развития целого; но целое - это всего лишь специфическая структура частей с соответствующими им видами деятельности и функциями. Таким образом, вода как химическое соединение, как мы уже видели, является целым в ограниченном смысле, зарождающимся целым, качественно отличающимся от своих несоставных элементов водорода и кислорода в простом смешанном состоянии; это новая специфическая структура с новыми физическими и химическими свойствами. Целое как биологический организм представляет собой гораздо более сложную структуру с гораздо более сложными видами деятельности и функциями, чем простое химическое соединение. Но его не следует воспринимать как нечто, выходящее за рамки его частей в их структурном синтезе, включая уникальные виды деятельности и функции, которые сопровождают этот синтез. Сама суть концепции целого заключается в том, что части находятся вместе в уникальном специфическом сочетании, в особой внутренней взаимосвязи, в творческом синтезе, который отличает его от всех других форм сочетания или единения. ''Сочетание элементов в этой структуре является в некотором смысле творческим, то есть создает новую структуру, новые свойства и функции. Как мы увидим в дальнейшем, эти свойства и функции сами по себе обладают творческим или целостным характером. ''Вначале факт наличия структуры имеет первостепенное значение для целых, но по мере того, как мы поднимаемся по шкале целых, мы видим, что структура становится вторичной по отношению к функции, мы видим, что функция становится доминирующей чертой целых, мы рассматриваем ее как корреляцию всех видов деятельности структуры и осуществление новых синтезов, которые являются все больше и больше проявляю творческий характер. ''Части целого также подвержены влиянию структуры, они отличаются друг от друга и ведут себя не так, как они вели бы себя без такого целого. Сама суть целого заключается в том, что, хотя оно состоит из своих частей, оно, в свою очередь, влияет на части и их взаимосвязи и функции. Это взаимное влияние составляет внутреннюю сущность или внутренний характер целого. ''

Существует творческая активность, прогресс и развитие целых, и последовательные фазы этой творческой эволюции отмечены появлением все более сложных и значительных целых. Таким образом, возникает прогрессивная шкала целостностей, простирающаяся от материальных тел неорганической природы через растительное и животное царства к человеку и великим идеалам и художественным творениям духовного мира. Как бы ни увеличивались сложность и плодотворное значение целого по мере нашего продвижения вверх, фундаментальная деятельность, которая приводит к этим результатам, на протяжении всего процесса сохраняет свой специфический целостный характер. Сначала, согласно нашим современным знаниям, она проявляется только как определенная материальная структура энергетических единиц, как специфический синтез или расположение материальных частей, например, в химическом соединении, кристалле или коллоиде. Мы уже видели, как эта структура в некоторых отношениях приближается к более целостным проявлениям жизни, и вполне возможно, что будущий прогресс науки значительно расширит наши знания по этому вопросу. Но даже в том виде, в каком это известно сейчас, специфическая структура и характер химического соединения делают его своего рода целым, совершенно отличным от простых физических или механических смесей. По мере того, как мы продвигаемся вперед в развитии природы, мы видим на примере растений, как эта специфическая структура, этот синтез и расположение частей и признаков приобретают новый кооперативный характер - характер групп взаимосвязанных действий, которые тесно взаимосвязаны и функционируют таким образом, чтобы сохранить растение и поддерживать свою деятельность в целом. Когда мы переходим к животным, мы обнаруживаем не только этот тесный структурный синтез частей и признаков на основе сотрудничества и скоординированных функций, но и в появлении центральной нервной системы и головного мозга мы видим новый элемент контроля и управления, который преобразует всю систему, делает ее взаимосвязанной - работа становится более сложной и эффективной и приобретает совершенно новый смысл и активность. ''Когда мы приходим к человеческой стадии, мы обнаруживаем наивысший расцвет этого центрального контроля в человеческой личности. Мы обнаруживаем целый ряд ценностей и видов деятельности, о которых и не мечтали на более ранних стадиях. И мы обнаруживаем, что сами эти ценности и виды деятельности стремятся стать целостными на более высоких уровнях духовного и художественного производства. Целостность, которая была лишь структурной, зачаточной, частичной в начале развития Природы, здесь становится в значительной степени доминирующей и всепроникающей.'' Целостный подход, который на более низких уровнях преодолевал почти непреодолимые препятствия и трудности, здесь в некотором смысле одерживает победу. Пока это лишь очень частичная победа. Даже самая совершенная человеческая личность и самое совершенное художественное произведение все еще полны несовершенств и являются лишь приближением к идеальной целостности. Холизму предстоит пройти еще долгий путь. С высокого человеческого уровня это указывает путь в будущее и показывает, что в целостности, в создании все более совершенных и значимых целостностей, заключается внутренний смысл и тенденция Вселенной. Это как если бы Великий Созидательный Дух сказал: "Смотри, Я создаю все сущее целым".

Таким образом, восходящий порядок целостностей, или этапы, на которых холизм проявляет себя в прогрессивных фазах реальности, можно в общих чертах и в предварительном порядке резюмировать следующим образом:

<div style="margin-left:1.249cm;">1. Определенная материальная структура или синтез частей в естественных телах, но внутренняя активность которых в настоящее время известна не более, чем в виде простых физических или химических сил или энергий: например, в химическом соединении. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">2. Функциональная структура в живых организмах, где части в этом специфическом синтезе активно взаимодействуют и функционируют совместно для поддержания организма: например, в растениях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">3. Эта специфическая совместная деятельность координируется или регулируется каким-то выраженным центральным контролем, который все еще в основном неявный и бессознательный: например, у животных. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">4. Центральный контроль становится осознанным и формирует личность; в то же время он проявляется в более сложных, целостных группах общества. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">5. В человеческих сообществах этот центральный контроль становится сверхиндивидуальным, в государстве и подобных групповых организациях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">6. Наконец, возникают идеальные целостности, или холистические идеалы, или абсолютные ценности, отделенные от человеческой личности и действующие сами по себе как созидательные факторы в построении духовного мира. Таковы Идеалы Истины, Красоты и Добра, которые закладывают основы нового порядка во Вселенной. </div>

На протяжении всех этих этапов мы видим постоянно углубляющуюся природу Целого как специфического структурного синтеза частей с собственной внутренней активностью, которые взаимодействуют и функционируют в гармонии, естественно, инстинктивно или сознательно. (106-110)

<span style="color:#833c0b;">''Позвольте мне в заключение сказать несколько слов о терминологии, чтобы избежать двусмысленности и неправильного понимания в дальнейшем. Согласно представлениям, изложенным в этой главе, целое в каждом отдельном случае является центром и творческим источником реальности. Это реальный фактор, из которого вытекает все остальное в каждом конкретном случае. Но существует бесконечное множество таких целостностей, охватывающих все уровни существования во Вселенной; и возникает необходимость в общем термине, который включал бы и охватывал все целостности как таковые в рамках одной концепции. Для этого был придуман термин холизм; таким образом, холизм охватывает все целостности во Вселенной. Таким образом, это одновременно и концепция, и фактор: концепция, обозначающая все целостности, фактор, потому что целые, которые она обозначает, являются реальными факторами во Вселенной. Мы говорим о материи, включающей в себя все частицы материи во Вселенной: точно так же мы будем говорить о холизме, включающем в себя все целостности, которые являются высшими творческими центрами реальности в мире.'' (120)

''Позвольте мне повторить то, что было сказано в предыдущей главе: целое - это не общий принцип или тенденция, это структура или схема.'' Естественное тело или организм можно разделить на два фактора: форму, структуру или схему и конкретные признаки или качества, которые наполняют эту форму или структуру. Что касается этих конкретных признаков или качеств, то в каждом конкретном случае мы должны полагаться на опыт; цвет, ощущение или запах предмета или характер животного можно узнать только из наблюдений или опыта в каждом конкретном случае. Но форма или структура включает в себя особенности, которые наиболее удобно обобщить в виде концепций, и если эти концепции ясны и определены, из них снова можно вывести результаты, которые делают их наиболее полезными в качестве аргументов для размышлений и объяснений. Обобщенные концепции пространства и времени, разработанные не столько философами, сколько математиками, обладают теми качествами ясности и определенности, которые делают их особенно полезными для изучения структуры физического мира, как мы видели при обсуждении теории относительности. И точно так же концепция целого, если ее ясно понимать и твердо придерживаться, может стать мощным средством изучения сложных явлений жизни и разума. Концепция целого - это обобщенная структура или схема, каркас, который необходимо заполнить в каждом конкретном случае; и именно этот структурный или схематический характер приближает его к тому конкретному характеру, который отличает все природные объекты в мире опыта. Для большей ясности давайте перейдем к анализу фундаментальных характеристик целого, как мы видим, на примере, скажем, простого организма. (129)

Во-первых, единство действия, характерное для целого, проявляется в заметной способности регулировать и соотносить, которой целое, по-видимому, обладает по отношению к своим частям. Это, пожалуй, самая поразительная особенность органических целостностей; какими бы сложными они ни были, в них сохраняется определенное сбалансированное соотношение функций. Если между частями возникает какое-либо нарушение, нарушающее распорядок дня в целом, то либо это нарушение устраняется совместными усилиями многих или всех частей, либо функции других частей перестраиваются таким образом, что устанавливается новый баланс и распорядок дня. Синтетическое единство целого порождает синтетическое или холистическое действие во всем целом; деятельность и функции частей также становятся целостными, так что в дополнение к их обычной рутине у них появляется аспект или тенденция, направленная на целое, которая активизируется всякий раз, когда нарушается равновесие целого. Именно этот целостный характер, отличающий деятельность и функции не только целого, но и его частей, лежит в основе замечательного феномена сотрудничества между клетками, на который было обращено внимание в четвертой главе. ''Сотрудничество - это не столько взаимодействие независимых единиц, сколько, по сути, давление целого на части. На самом деле, вся функция или система организма целостна; синтетическое единство целого настолько глубоко запечатлено в частях и отражается в деятельности частей, что все они, по-видимому, "подыгрывают" друг другу и сотрудничают в поддержании или, в случае нарушения, восстановлении равновесия в деятельности, характерного для конкретное целое. Из синтетического единства целого вытекает целостное действие всех его частей, а также характерная способность соотносить и регулировать, которую целое, по-видимому, проявляет по отношению к частям. Все эти свойства на самом деле вытекают из идеи и природы целого; как только эта идея будет четко осознана, будет найден истинный принцип органического объяснения, и применение идей и методов механицизма или витализма станет излишним, как мы увидим позже.'' (131)

Это создание новой разновидности или вида (новой структуры); это создание новых единичных признаков (частей структуры), которые оправдывают появление нового вида или разновидности; и за новыми единичными признаками стоит не просто перестановка элементов старых единичных признаков, а новый подход. интеграция новых материалов или качественных элементов со старыми элементами для формирования новой разновидности объекта. Этот процесс является творческим по отношению к новому на каждом шагу и на каждой стадии, причем в мельчайших элементах качество не ниже, чем в крупных или целостных структурах. Начиная с воображаемых элементов a, b, c, d, мы обнаруживаем в органическом продвижении ни в коем случае не простую структурную перегруппировку только этих элементов, но везде элемент качественной новизны, x, включенный наряду со старыми элементами в новую структуру. В каждом прогрессе мы обнаруживаем не только новую структуру, но и результат в той или иной форме. Я использовал концепцию единиц или элементов в целях иллюстрации; но на самом деле творческий процесс эволюции целостен и, в конечном счете, не поддается анализу в виде определенных единиц; сочетание унаследованных структур и характеров с новыми настолько тесно, что невозможно отделить их друг от друга, и невозможно сказать, где заканчиваются старые элементы и начинаются новые. Но, вне всякого сомнения, в продвижении вперед новое присутствует наряду со старым таким образом, что мы можем понять этот процесс, как во всей его полноте, так и в мельчайших деталях, только как по-настоящему творческий. (138) * тут он путается, но в начале главы было написано, что все это предварительные размышления. Что я заметил: некоторые холосы не нуждаются в конструировании; достаточно свалить все элементы в кучу, и они сами выстроятся, как положено. Атом, например. Но есть другой тип, где «буквы» нужно расставлять в нужном порядке; таковы, например, органические молекулы. Клеточные машины считывают код с ДНК и синтезируют нужное из четырех атомов: углерода, водорода, кислорода и азота. Их соединение в разных порядках создает молекулы с очень разными функциями. *

Я изложу это с холистической точки зрения следующим образом: я собираюсь показать, что отбор и направление, присущие жизни и разуму, являются всеобъемлющими холистическими свойствами, которые уже проявляются в материи, развиваются из нее и достигают зрелости в жизни и разуме. Эти персонажи не проявляют оппозиции или антагонизма по отношению к системе материи, но сосуществуют с ней и взаимопроникают в нее, так сказать, как высшие фазы самой материи. Они терпимо относятся к законам материи и выполняют свои функции, не нарушая эти законы. Другими словами, действие жизни и разума согласуется с принципами энергии. Теперь перейдем к моим аргументам.

"Избирательность", как указывалось в главе III, представляется неотъемлемым и фундаментальным свойством материи. Ярким примером этого явления является электромагнетизм; так же как и само строение материи, конечные формы структуры которой зависят от присущего ей сродства и селективности еще более мелких структур или единиц. Таково же поведение материи в коллоидном состоянии. В избирательности материи мы, по-видимому, сталкиваемся с предельным свойством, объяснение которого на более фундаментальных основаниях невозможно.

''Избирательность также является фундаментальным свойством любого организма; это действительно самое примитивное свойство жизни. Возможно, это тот самый момент, когда органическое и неорганическое все еще были единым целым и начали расходиться. Клетка проявляет избирательность во всех своих процессах, таких как усвоение пищи и отторжение того, что не подходит для ее питания. Организм проявляет эту избирательность во всех своих движениях, а также в своем питании. Существует выбор целей и корректировка его движений для достижения этих целей.'' При неправильной настройке, при ошибочных или неудачных движениях эксперимент повторяется до тех пор, пока цель не будет достигнута - пища не будет получена, опасность не будет устранена или враг не будет разгромлен. Эта примитивная способность к отбору или избирательности еще не является выбором или волей, как это наблюдается на высших стадиях органического развития, но она является стержневым элементом выбора или воли. ''Одной из форм этой способности к отбору является самонаправление, которое в равной степени характерно для организмов. Жизнь обладает способностью к самонаправлению, к выбору движения в одном направлении, а не в другом, к выбору пути, ведущего к достижению неосознаваемой или осознаваемо осознаваемой цели. Очевидно, что эта способность к самонаправлению является лишь частной формой или разновидностью более общей способности к избирательности. ''

Нетрудно заметить, что эта избирательность является неотъемлемым атрибутом или качеством целостности. Природное целое как небольшой ограниченный центр единства имеет определенную структуру, которая неизбежно ограничивает его функционирование определенными способами или модальностями и никакими другими. Перед ним открыты не все возможности; у него есть лишь более или менее ограниченные степени свободы для своей деятельности; он вынужден ограничиваться ими и неявно отвергать все остальные. Предвосхищая более поздние стадии развития, можно сказать, что его выбор ограничен; другими словами, для него необходимы избирательные действия. То, что совершенно ясно на более поздних, более зрелых стадиях эволюции, уже существует в неразвитой незрелой форме у самых примитивных организмов. Существует примитивная стадия органического функционирования, когда такие понятия, как воля, выбор или цель, явно еще неприменимы, но их корень уже существует в своего рода органической избирательности или способности к самонаправлению и самоориентации. Эта примитивная органическая способность к отбору, вероятно, недалеко ушла от неорганического свойства, которое я назвал тем же именем. (169-170)

<span style="color:#833c0b;">Позвольте мне сначала сформулировать закон Дарвина, который был таким же простым, как закон Ньютона, и гораздо более понятным. Живые существа имеют тенденцию изменяться и чрезмерно размножаться; как следствие, борьба за выживание становится неизбежной, и в этой борьбе за существование выживают наиболее приспособленные. Это объясняет происхождение видов и все органические различия в мире. Тенденция к вариациям очевидна для всех, как и чрезмерное размножение особей в благоприятных условиях и при отсутствии внешних ограничений; результирующая борьба, которую Дарвин называет Естественным отбором, хорошо известна каждому, кто имеет хоть какое-то представление о живой природе. Таковы простые факты, из которых построена теория Дарвина. Случай с яйцом Колумба, несомненно, самый поразительный из всех, которые когда-либо приводились. Гениальность Мастера проявилась в обширности конструкции, которую он создал из этих простых материалов, основанных на здравом смысле и обычном опыте. Исходя из этих простых банальных фактов, он объяснил бесконечное разнообразие форм жизни, населяющих землю, их географическое распространение как в прошлом, так и в настоящем по всему земному шару, а также удивительную степень их адаптации к физическим и другим условиям, среди которых они живут. Адаптация к суше и морю, пресная и соленая вода, почвенные и климатические условия, охватывающие крайности жары и холода, широчайший спектр влажных, засушливых и пустынных условий, а также все бесчисленные факты и ситуации, которые приводят к взаимодействию- плетение таинственной паутины жизни.

Вся теория Дарвина кратко изложена в последних предложениях "Происхождения видов" с простотой и красотой изложения, достойными простого, но глубокого гения Мастера, и они в нескольких словах раскрывают перед нами великое дарвиновское видение. Их часто цитировали, но здесь они будут процитированы повторно, причем на все времена:

<div style="margin-left:1.249cm;">"Интересно созерцать заросший кустарником берег, покрытый множеством разнообразных растений, с поющими на кустах птицами, с порхающими вокруг различными насекомыми и ползающими по влажной земле червями, и размышлять о том, что эти искусно сконструированные формы, столь непохожие друг на друга, зависят друг от друга столь сложным образом все это было создано законами, действующими вокруг нас. Эти законы, взятые в самом широком смысле, представляют собой рост с воспроизводством; Наследование, которое почти подразумевается под воспроизводством; Изменчивость, обусловленная косвенным и прямым воздействием условий жизни, а также использованием и неиспользованием; степень увеличения настолько высока, что приводит к борьбе за жизнь и, как следствие, к естественному отбору, влекущему за собой расхождение признаков и вымирание менее совершенных форм. Таким образом, из войны в природе, из голода и смерти непосредственно вытекает самая возвышенная цель, которую мы способны себе представить, а именно создание высших животных. Есть величие в этом взгляде на жизнь, с ее разнообразными силами, изначально вдохнутыми Творцом в несколько форм или в одну; и, в то время как эта планета движется по кругу в соответствии с неизменным законом всемирного тяготения, из такого простого начала возникли бесконечные формы, самые красивые и удивительные. были и находятся в процессе эволюции". </div>

Я готов признаться, что в великой мировой литературе есть несколько отрывков, которые затрагивают меня сильнее, чем эти заключительные слова великой книги Дарвина. Они обладают силой и красотой, несоизмеримыми с их простыми, ничем не приукрашенными формулировками. Они являются выражением великой бескорыстной души, которая беззаветно и бесстрашно искала истину и в конце концов удостоилась видения единства жизни, которое, возможно, никогда не было превзойдено в своей полноте и величии. (194-195)

Дарвин предполагал наличие двух действующих факторов в органическом мире: (1) Вариативность в размножении и наследственности живых существ и (2) Естественный отбор, или выживание наиболее приспособленных, как называл это Герберт Спенсер. (195-196)

В этой области было много выдающихся ученых, но имя Вейсмана навсегда останется в памяти как выдающегося биолога, который, несмотря на свои ошибки в деталях, инициировал и развивал исследование зародышевой клетки как источника вариативности в эволюции. Вейсман перевел взгляд эволюционистов с внешней стороны на внутреннюю сторону процесса, с очевидного механизма внешнего взаимодействия и столкновения на тайну внутреннего процесса. И то, чему он учил, было не только самым удивительным, но и остается одной из самых значимых истин во всей биологии. Я остановлюсь на этом вопросе прямо сейчас. Но прежде, чем сделать это, я хотел бы отметить, что Вайсману и его коллегам по работе мешал механический взгляд на эволюцию, который уже стал незыблемой догмой на ранней стадии дарвинизма. Если уж на то пошло, то механистическая концепция должна была получить свое завершение в области вариаций, в исследовании внутреннего процесса или фактора эволюции. К сожалению, Вейсман и несколько наиболее выдающихся биологов, разработавших эту вторую фазу дарвинизма, подошли к своей задаче не только как убежденные дарвинисты, но и как механисты. (198)

<span style="color:#833c0b;">Индивидуальный сознающий себя и имеющий волю Разум справедливо подчеркивается психологией как Субъект опыта или Самости. В универсальной системе порядка этот индивид проявляется как беспокоящее влияние, как бунтарь против этого порядка. Но бунтарь пробивается на пути к победе, достигает пластичности и свободы и освобождается от прежней обычной рутины Холизма. ''Таким образом, разум через свою силу опыта и знаний приходит к тому, чтобы овладеть собственными жизненными условиями, обеспечить свободу и контролировать регулирующую систему, в которой он родился. Свобода, пластичность, креативность становятся лейтмотивами нового порядка разума. Это, однако, только одна сторона психической эволюции. Pari passu с этим индивидуальным развитием быстро развивается универсализирующая концептуально-рациональная сторона Ума; его регулирующий Разум делает Разум частью универсального порядка, а индивидуальные и универсальные аспекты Разума взаимно обогащают и оплодотворяют друг друга, а на уровне человеческой Личности приводят к созданию нового идеального мира духовной свободы. Этот союз "индивидуального" субъективного Разума с универсальным или рациональным Разумом возможен, потому что индивидуальный Разум сам возник в холическом регулирующем лоне. Чистый индивидуализм - вводящая в заблуждение абстракция; индивид осознает себя только в обществе и узнавая других, подобных ему; Сама его способность к концептуальному опыту проистекает главным образом из использования социального инструмента языка. Индивидуум проистекает из универсального холизма, и весь его опыт и знания в конечном итоге стремятся к характеру регулирующего порядка и универсальности.'' Таким образом, знание принимает в первую очередь форму эмпирического порядка, как систему здравого смысла. Постепенно несоответствия этой системы устраняются, а знания приближаются к науке, к научному концептуальному порядку, в котором концепции и принципы, выходящие за рамки эмпирического опыта, лежат в основе мира опыта. Научная концепция мира знаменует собой торжество универсального элемента в Разуме, но только на основе свободы и контроля, которых достиг в основном индивидуальный разум. (234)

Легко понять, что проблема психики стоит перед нами не так остро, как перед психологами. Психология рассматривает психику человека и высших животных как самостоятельный феномен, который она анализирует и исследует в его различных элементах и который она изучает как отдельный отдел или, скорее, ячейку в общей области науки. Таким образом, для психолога вопрос о границах является существенным; он должен отграничить свою область мышления от других областей в общем мире знаний.

Природа разума делает эту трудность неизбежной и неустранимой, и психологии как отдельной науке всегда придется довольствоваться интенсивным освоением только своей центральной области и разделением внешних границ и отдаленных территорий с естественными и биологическими науками.

Для психологии Разум - это особый феномен, который должен изучаться сам по себе. ''Для теории холизма Разум - это всего лишь фаза, хотя и кульминационная фаза, универсального процесса. Вопрос о границах, столь важный для психолога, для нас не существует. С нашей точки зрения, это всего лишь узкоспециализированный вопрос; для нас Разум - это не просто феномен психологии человека и животных. Мы должны проследить связи Разума с более ранними фазами развития материи и жизни; мы должны, так сказать, раскрыть основы Разума в устройстве Вселенной. Разум как выражение холизма, Разум как орган холизма - вот в чем наша проблема. ''

Мы уже видели, что атом и клетка были двумя великими отправными точками в построении Вселенной, двумя великими непреходящими вершинами достижений на пути творческого холизма, которые, в свою очередь, стали основой и фундаментальными единицами всего сущего. Теперь мы подходим к третьему вопросу, который, возможно, является не менее важным с точки зрения устройства Вселенной, а с нашей, человеческой, точки зрения, даже более важным, чем два предыдущих. В уме мы подходим к самому важному фактору во Вселенной, верховному органу, управляющему всеми остальными структурами и механизмами. (236-238)

Мы видели, что и материя, и жизнь являются структурами, и что прогресс эволюции заключается в появлении все более сложных и интенсивных структур, все более сложно и высокоорганизованных целостностей. В структурах материи количество взаимодействующих элементов меньше, а их взаимодействия проще, так что до некоторой степени все еще возможно проследить элементарные эффекты до их отдельных причин и источников в самой структуре. Структура является доминирующей, и ее функции могут быть вычислены как элементы структуры. Однако по мере того, как мы переходим от физических структур к химическим, слияние и унификация элементов и функций становятся более заметными, а структуры в то же время становятся более сложными. Когда мы переходим к структурам жизни, мы обнаруживаем не только гораздо более многочисленные структурные элементы и гораздо более сложные структуры, но и гораздо более интенсивную и унифицированную организацию, а также функции, гораздо более единичные и унифицированные, индивидуальные и не поддающиеся анализу. Например, в дереве или животном мы находим бесконечное множество клеток и клеточных структур всех степеней специализации, взаимно адаптированных и взаимодействующих друг с другом для поддержания единого индивидуального целого самым удивительным образом. Мы не приписываем это сотрудничество и единство действий какому-то высшему разуму, присущему дереву или животному. В организме как таковом нет психического контроля; и все же контроль настолько прост, настолько автоматичен и эффективен, что ставит в тупик наше понимание. Внутренняя координация и саморегуляция организмов, которые являются органической фазой холизма, действительно являются чем-то удивительным, почти чудесным. И в своем роде и на своем собственном плане эволюция Вселенной не достигла ничего более удивительного или совершенного. (239-240)

<span style="color:#833c0b;">''Я бы никогда не осознал себя и не осознавал свою отдельную индивидуальность, если бы я не осознавал других, таких как я: сознание других «я» необходимо для осознания себя или самосознания. Следовательно, индивид возникает в социальном опыте. Более того, благодаря использованию исключительно социального инструмента - языка я поднимаюсь над простой непосредственностью опыта и погружением в свой текущий момент. Язык дает названия элементам моего опыта, и, таким образом, посредством языка они сначала изолируются и абстрагируются от непрерывности моего опыта.'' Через способность языка к именованию, опять же, несколько предметов опыта могут быть сгруппированы под одним именем, что становится отличительным их общего сходства, несмотря на их незначительные различия. ''Другими словами, сила формирования общих понятий становится возможной только благодаря социальному инструменту языка. Таким образом, весь развитый мыслительный аппарат, с помощью которого я измеряю вселенную и собираю неисчислимое богатство личного опыта - это не моя индивидуальная собственность и орудие, а социально развитый инструмент, которым я делюсь с остальными своими собратьями. Нет, я сам, настолько уникальный по видимости, как я уже говорил, в значительной степени являюсь социальной конструкцией и произведен от социального общения и психического взаимодействия с моими собратьями.'' ''Индивидуальное Я или Личность опирается не на свои индивидуальные основы, а на всю вселенную.'' Психология убедительно доказывает это, и Холизм подчеркивает это, прослеживая человека к его источникам в целом. Индивидуальное Я не является единичным, так сказать, происходит из одного корня. Он сочетает в себе бесконечное количество элементов, вытекающих из индивидуальных способностей и опыта, с одной стороны, и социальных традиций и опыта, с другой. Все эти элементы слиты и метаболизированы в целостное единство, которое становится уникальным центром во вселенной и, в реальном смысле, во вселенной. Нигде в мире мы не находим большей интенсивности производимого целостного эффекта, чем в индивидуальном Я или Личности. И все же, даже там она ни в коем случае не завершена, поскольку индивидуальная Личность, как мы увидим, все еще демонстрирует несоответствие элементов, которое приводит к большинству великих проблем мышления и поведения. ''Однако я хочу подчеркнуть, что, по-видимому, индивидуалистический Разум в действительности глубоко и жизненно подвержен влиянию универсального Разума; и что индивидуальное я становится собой только через рациональное и социальное я, которое органически связывает его с остальной частью вселенной. Оно укоренено в большом целом и зависит от него, и лишь в незначительной степени восстает против его контролирующего влияния. Огромная сила Разума проявляется в том, как из простых данных элементарного Я и его переживаний он поднимает благородную надстройку человеческой Личности. Ум здесь предстает великим творческим художником.'' Но более того; его работа - не просто картина реальности, а сама реальность. Это великий архетип художника, и он обладает этой чистой творческой силой, потому что это всего лишь форма, фаза высшей творческой активности во вселенной. Когда Разум начинает применять свою концептуальную систему к своему мировому опыту, мы видим ту же синтетическую целостную деятельность в действии. Сначала грубый, наивный опыт просто берется за его внешнее значение, и из него строится грубый эмпирический порядок, который достаточно корректен для всех обычных целей и может справедливо называться миром здравого смысла. Конечно, даже этот эмпирический порядок здравого смысла будет широко варьироваться на разных уровнях культуры. Но в каждом случае это первое грубое приближение и группировка, упорядочение и организация опыта в соответствии со стандартами и потребностями обычного человека на этом уровне ментальной культуры. Это более или менее верное прочтение обычного опыта, и хотя оно содержит много расхождений и противоречий, в целом это более или менее связное, связное мировоззрение, которое справедливо соответствует фактам прямого наблюдения. (254-255)

Мы можем начать эту главу с приблизительного определения человеческой личности на том языке, который мы использовали в ходе предыдущего обсуждения. Таким образом, личность - это новое целое, наивысшее и совершеннейшее из всех целостностей, это самая последняя заметная мутация в эволюции холизма, это творческий синтез, в котором более ранние серии материальных, органических и психических целостностей объединяются с новым появлением холизма и, таким образом, создается новая уникальная личность. возникает целое более высокого порядка, чем любое из его предшественников. В личности мы достигаем последней и наивысшей фазы холизма и, следовательно, кульминационной проблемы, к которой подводили все предшествующие обсуждения. Личность является высшим воплощением холизма как в его индивидуальных, так и в универсальных тенденциях. Это окончательный синтез всех действующих факторов во Вселенной в единое целое, и как в своем единстве, так и в своей сложности он составляет великую загадку Вселенной. Самый известный из всех предметов знания и опыта, самый близкий к нам во всех отношениях, наша основа и конституция, наша самость, и все же это великая тайна, самый неуловимый фантом во всем диапазоне знаний. Неудивительно, что некоторые доходят до того, что отрицают его существование и считают его настоящим фантазмом разума. И все же это самая реальная из всех реальностей, последнее и наиболее полное выражение высшей реальности, которая придает реальность всем остальным реальностям. Его уникальность и несравнимость делают его очень трудным для понимания обычными научными методами, и поэтому наука полностью избегает его, а психология и философия в значительной степени избегают. Возможно, наш подход к нему более обнадеживающий. Во всяком случае, наша процедура устранит впечатление, что это уникальное и изолированное явление, нечто обособленное, своего рода Мелхиседек вселенной, без каких-либо генетических связей или контактов с остальной Вселенной. Мы подходим к нему как к одному из серии, как к кульминационной фазе постепенного движения, предыдущие этапы которого уже были изучены. Таким образом, она занимает подобающее ей место в огромном сообществе Вселенной, и ее больше не следует рассматривать как изолированную и неприступную сингулярность.

Давайте сначала рассмотрим составляющие Личности. Человеческая личность вбирает в себя все, что было достигнуто ранее в космической эволюции холизма. Она не только ментальна или духовна, но также органична и материальна. Это новое целое прежних целостностей; структуры материи, жизни и разума неразрывно слиты в нем, и оно больше, чем любая из них или все вместе. Что это такое, мы рассмотрим прямо сейчас; а пока давайте рассмотрим его составляющие и их взаимоотношения в Личности.

Наиболее характерной и, безусловно, наиболее важной составляющей личности является Разум. Без сознательного разума на человеческом уровне Личность не могла бы существовать. И личность должна была ожидать появления Разума, развития органа Разума, прежде чем она смогла бы начать свой уникальный путь. Разум был тем крылом, на котором человеческая личность возносилась в эмпиреи. (272-273)

Человеческое тело является органическим, но его нельзя считать независимым организмом, живущим в своего рода симбиозе с другой субстанцией, называемой разумом. (277)

<span style="color:#833c0b;">''Если предположить, что тело и разум не являются независимыми реальностями и имеют значение и реальность только как элементы единого реального субстанционального целого Личности, возникает вопрос, как мы должны понимать их взаимоотношения как элементов этого целого. Как разум влияет на тело и наоборот в человеческой личности?'' Любой язык подразумевает такое влияние; любой опыт подразумевает и предполагает, что разум оказывает влияние на тело, а тело - на разум. В главе VII я попытался показать, что такое влияние, с одной стороны, не подразумевает нарушения законов физической энергии, а с другой - не требует вмешательства бога из машины, подобного Энтелехии. Ситуация полностью целостна, и холизм здесь, как и везде, дает основу для требуемого объяснения. Давайте сначала рассмотрим альтернативные точки зрения, которые были высказаны по этому вопросу.

(а) Популярной и, как я полагаю, до сих пор распространенной среди философов является точка зрения о "взаимодействии", то есть о том, что тело и разум взаимно и непосредственно воздействуют друг на друга. Эта точка зрения, если ее правильно понять, как я уже сказал, не вступает в противоречие с законами природы. Но она наталкивается на другое очень серьезное возражение. Как можно представить прямое воздействие физического или материального на ментальное или духовное и наоборот? Эти два предполагаемых взаимодействующих фактора совсем не одного порядка; каким образом одно может "воздействовать" на другое, кажется не только непонятным, но и абсолютно непостижимым.

(б) Ввиду этого очень серьезного возражения, а также других возражений, многие мыслители просто придерживаются точки зрения, что физическое и ментальное - это два параллельных ряда, которые не воздействуют друг на друга, но идут параллельно друг другу, без какой-либо попытки объяснить основы этого психо-физического параллелизма. Возражение против этого состоит в том, что один ряд, по-видимому, влияет на другой, а не просто идет параллельно ему. Например, наше сознание в произвольных действиях, по-видимому, наиболее четко показывает, что наше психическое состояние может влиять на внешние действия в определенном направлении.

(в) Другие, опять же, признавая трудность понимания того, как физическое и ментальное могут воздействовать друг на друга, вводят посредническую концепцию или средство, помогающее преодолеть эту трудность. Таким образом, точно так же, как трудность понимания действия на расстоянии была обусловлена представлением о пространственном эфире как средстве для такого действия, предполагалось, что сверхъестественное средство делает возможным взаимодействие таких несоизмеримых вещей, как разум и тело. Лейбниц предположил, что между ними и в других отношениях во Вселенной существует предустановленная гармония; Беркли и некоторые картезианцы предполагали, что все взаимодействия происходят в Боге, божественном посреднике и причине всего происходящего во Вселенной.

(d) наконец, существует точка зрения, за образец которой можно принять точку зрения Спинозы, согласно которой Вселенная - это всего лишь единая субстанция, в которой как физический, так и ментальный уровни являются особыми и взаимосвязанными видами деятельности; следовательно, можно предположить, что причинно-следственная связь, связывающая их, находится в основополагающая субстанция, объединяющая их обоих. Эта точка зрения не так уж сильно отличается от непосредственно предшествующей, поскольку Бог Беркли и других авторов может быть понят как соответствующий божественной Сущности вселенной Спинозы.

Таковы основные взгляды, которых придерживались по этому, возможно, самому сложному вопросу во всей философии; и мне кажется, что все они содержат какие-то элементы истины и ценности. Целостная концепция не только поможет нам взглянуть на этот вопрос с новой точки зрения, но и воздаст должное усилиям тех, кто ранее работал над этой проблемой. (277-279)

''Но можно возразить'', что Персонология представляет собой греко-латинский гибрид и неприемлема как таковая. Однако можно отметить, что есть особая причина для термина, который не является чисто греческим, но также использует ресурсы латинского языка. ''Любопытен тот факт, что греческая философия, несмотря на свои блестящие достижения и вдохновенное создание большей части современной философской монеты, так и не смогла прийти к ясному пониманию идеи личности. Таким образом, в греческом языке нет термина, выражающего понятие Личности.'' ''Персона'' - это латинский термин и римская идея, возникшая, как и многие другие юридические идеи, благодаря юридическому гению римлян, который был по-своему столь же замечателен, как и философский гений греков. ''Персона'' в римском праве обозначала правовой статус индивида, который по закону был облечен правами и обязанностями сам по себе; индивид как носитель прав и обязанностей сам по себе был персоной; из простого физического ничтожества он превратился в юридическую личность и приобрел правосубъектность, таким образом, в классическом римском праве раб, не имеющий юридических прав, был человеком без ''личности (persona)''. Развитое римское право распространило понятие личности не только на физических лиц, но и на нематериальные компании и общества, которые по закону имели статус юридического лица и могли иметь права и обязанности. Таким образом, личность была вопросом правового статуса и означала юридическое достоинство и важность отдельного человека или группы. Четкая юридическая концепция ''личности'' была очень хорошей основой для построенной на ней надстройки психо-этической личности. (291-291)

<span style="color:#833c0b;">''Действие в пространстве-Времени обязательно структурно; действительно, Пространство-Время задает координаты, структуру Действия, которое является основой мира. Пространство-время - это структура; следовательно, действие в пространстве-времени на первой стадии холизма является чисто структурным и механистическим'', как мы видели в главе VII. Признание фундаментального структурного характера не только материи, но и всей Вселенной является вкладом теории относительности в новое мировоззрение. Таким образом, физический мир, по сути, становится структурным действием, активностью, структурированной в телах, вещах, событиях. Так возникает видимая материальная вселенная, которая окружает нас и в наших телах составляет часть нас самих.

Каков следующий шаг? ''Действие не останавливается в своих структурах, оно остается действием, оно остается в действии. Другими словами, в телах, вещах и событиях содержится больше, чем в их структурах или материальных формах. Все вещи выходят за пределы своих собственных структурных границ, внутреннее действие выходит за пределы внешней структуры, и, таким образом, в вещах существует тенденция выходить за пределы самих себя. ''Эта внутренняя тенденция в вещах проистекает из самой их сущности как локализованного, замкнутого действия. Отсюда следуют два важных вывода. Первое - это представление о вещах как о чем-то большем, чем их кажущиеся структуры, и их "полях", дополняющих их полное функционирование и понимание. Вещь не останавливается на своих границах или ограничивающих поверхностях. Это всеобъемлющее действие, оно выходит за свои пределы, и поэтому окружающее его "поле" важно не только для правильной оценки его как вещи, но и для правильного понимания вещей в целом и особенно того, как они влияют друг на друга. В ходе предшествующего обсуждения я неоднократно пытался подчеркнуть огромную важность концепции "полей" не только для физики, но и для биологии и философии.

Второй и более важный вывод - это великий факт и концепция эволюции. ''Внутренний характер Вселенной как Действия выражает себя в действительности как переход, процесс, выход за пределы существующих форм и структур, и, таким образом, открывается путь для эволюции. ''Действительный характер эволюции, конечно, может быть определен только на основании фактов, а не на основе логического вывода, выводимого из природы Вселенной как Действия. Но если сущность вселенной - это активность, то нам легче понять, почему вселенная эволюционна и исторична, а не статична и неизменна. Существует некий переход, процесс, прогресс, но его характер можно определить только путем изучения фактов, описанных в этом переходе. Это может оказаться просто движением комбинаций и группировок; или это может оказаться развертыванием, объяснением и наполнением, эволюцией в более строгом смысле этого слова; или это может оказаться настоящей творческой эволюцией, такой, какой мы ее видели. Реальная эволюция требует других концепций, помимо концепций действия и структуры; и эти концепции могут быть получены только из опыта. Таким образом, фактический творческий характер эволюции является выводом не столько из теории, сколько из эмпирических фактов. И точная природа этого творчества в некоторых отношениях неизвестна и остается проблемой, которую предстоит решить в будущем. 1 Еще более широкий обзор и пристальное изучение фактов приводят к концепции холизма, которая объясняет не только структурные комбинации тел, вещей и событий, но и все прогрессивные серии единств и синтезов, возникших в космическом процессе.

Предполагая, что холизм и природа целостностей во Вселенной были достаточно объяснены в предыдущих главах, я теперь перехожу к сравнению мировоззрения, к которому ведет холизм, с теми, которые напоминают его или соприкасаются с ним в различных аспектах и все же существенно отличаются от него. (336-337)

Рассматривать идеальный или духовный элемент во Вселенной как доминирующий фактор - значит игнорировать тот факт, что Вселенная существовала еще до того, как идеал или духовное появилось на горизонте; что идеальное или духовное - это новое и действительно недавнее творение в порядке вещей во Вселенной, что оно не подразумевалось в истоков и не был достигнут в процессе развития; но что из реального ранее существовавшего порядка вещей он был творчески развит как новый фактор; и что его важность в 4 часа дня не следует ретроспективно относить ко времени, когда мир существовал без него. Где был Дух, когда теплые силурийские моря покрывали поверхность земли, а низшие виды рыб и морских обитателей все еще находились на гребне эволюционной волны? Или, возвращаясь еще дальше в прошлое, где был Дух, когда в докембрийской системе земного шара первые конвульсивные движения подняли древние горы, которые теперь полностью исчезли с лица земли, и когда живые формы, если таковые и существовали, были настолько низкого типа, что ни одна из них не могла быть уничтожена. были ли они уже расшифрованы в геологической летописи? Где был Дух, когда сама Солнечная система была еще рассеянной огненной туманностью? Научные эволюционные факты неоспоримы, и они подтверждают точку зрения о том, что Земля существовала за миллионы лет до возникновения психического или духовного порядка; и то, что верно для земли, может быть точно так же верно для Вселенной в целом. В связи с творческой эволюцией мы должны твердо усвоить тот факт, что, хотя духовный или психический фактор является реальным элементом Вселенной, он сравнительно недавно появился в эволюционном порядке вещей; что Вселенная существовала неисчислимые миллионы лет до его появления; и что идеализм так же ошибочен, отрицая существование мира до появления Духа, как и натурализм, отрицающий Дух, когда он в конце концов появился в мире. (339-340)

<span style="color:#833c0b;">Удивительно то, что мыслители нашего времени, которые не только знакомы с идеей творческой эволюции, но и убежденные ее приверженцы, не в состоянии приспособить к ней свои взгляды. Так, покойный профессор Джеймс Уорд, который отстаивал взгляд на эволюцию как на эпигенез, или творческий синтез, и чей плюрализм тесно связан с монадологией, по-видимому, так и не смог осознать, что его взгляд на эволюцию как на творческий процесс противоречил его духовному плюрализму или панпсихизму. Его плюралистическая вселенная также полностью состоит из духовных монад, или сущностей, и это подразумевает наличие духовных или психических свойств не только у высших монад, таких как личности, но и у самых элементарных монад, таких как атомы и химические соединения. Спиноза, который в остальном сильно отличался от Лейбница, также предполагал, что все вещи в определенной степени одушевлены, но у него было оправдание в том, что он, как и Лейбниц, не был знаком с идеей творческой эволюции. Но Уорд, несмотря на свои более полные знания, спокойно следует за Лейбницем и Спинозой в их заблуждении. Очевидным фактом, конечно, является то, что психизм или спиритуализм ни в коем случае не могут быть приписаны простым частицам материи, энергии или физическим сущностям, таким как атомы или химические соединения, без малейшей путаницы. Сама идея творческой эволюции, или эпигенеза, заключается в том, что и жизнь, и разум являются более поздними явлениями в эволюционном ряду и никак не могут предшествовать чисто физическому уровню эволюции. Во Вселенной нет такого великого Сообщества Духов, членами которого были бы Люди и Предметы, Души и Атомы, находящиеся на одном духовном уровне. Когда термин "Духовный" растягивается настолько далеко и размывается настолько широко, он теряет всякую реальную ценность и становится просто пустой фразой. На самом деле, во всей Вселенной нет такого духовного общества, но есть целостный порядок, который является чем-то гораздо большим и простирается от начала до конца, через все ступени и градации целостной самореализации. Холизм, а не спиритуализм, является ключом к пониманию Вселенной. Разум находится не в начале, а в конце, но холизм присутствует везде и все во всем. Если бы Вселенная была великим духовным сообществом, состоящим из низших и высших душ, эволюция как творческая деятельность стала бы бессмысленной; это был бы просто процесс проявления скрытой духовности (если таковая имеется), присущей Вселенной. Таким образом, холистический взгляд не только отрицает далеко идущие духовные предпосылки монадологии или панпсихизма, но и находится в твердом согласии с научными учениями и опытом. На самом деле, он не умаляет ценности или важности Вселенной. Это лишь подчеркивает необходимость того великого урока смирения, который является этическим посланием Эволюции. Это показывает, что ценности не следует путать с истоками и что из истоков могут вырасти самые низкие ценности, которые являются самыми возвышенными и духовными во Вселенной. Великое общество Вселенной оставляет место для самой скромной неодушевленной неорганической структуры не в меньшей степени, чем для венца великой души. Представлять вселенную иначе - значит предаваться антропоморфизму, который может быть приятен нашему тщеславию, но на самом деле умаляет богатство и разнообразие Вселенной. Целостная вселенная охватывает все реальные структуры, от низших до высших, такими, какие они есть, без облачения их в духовные одеяния, чуждые их истинной природе. Этот мир, выражаясь благородным языком Китса, действительно является долиной созидания душ; но этого не могло бы быть, если бы сама долина состояла только из душ. (343-344)

Таким образом, мы говорим об атмосфере идей, о духе класса или о душе народа. Социальные индивиды как таковые остаются неизменными, но социальная среда или поле претерпевает полное изменение. Благодаря этому взаимному проникновению объединенных полей в обществе или группе происходит умножение силы, что создает видимость и большую часть реальности нового организма. Поэтому мы говорим о социальных, групповых или национальных организмах. Но на самом деле нового организма нет; общество или группа органичны, но не являются организмом; целостный, не являющийся целым. Менталитет толпы, отличающийся от числа составляющих ее индивидуумов, является хорошей иллюстрацией измененного и усиленного ментального поля, возникающего в результате встречи многих индивидуумов и слияния и усиления их объединенных полей. И чем более они психически, чем более они находятся под влиянием сильных страстей или увлечены какой-либо заразительной идеей, тем более подавляющим становится общее поле. Сила группового поля вообще несоизмерима с силой идеи или страстей в отдельных единицах, составляющих группу. Групповое поле — это, так сказать, произведение всех индивидуальных полей. Этот предмет относится к сфере изучения социальной психологии и упоминается здесь только в целях иллюстрации. В таких случаях мы имеем органическую ситуацию, но не организм. Группы, семьи, церкви, общества, нации органичны, но не организмы. (348)

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, когда мы говорим о Природе или Вселенной в целом, мы просто имеем в виду Природу или Вселенную, рассматриваемую как органическую, или в ее органических, или холистических аспектах. Мы не имеем в виду, что они являются реальным целым в том смысле, который определен в этой работе. Мы видели, что творческое Поле Природы, состоящее из всех физических, органических и личностных целостностей в их тесном взаимодействии и взаимовлиянии, само по себе имеет органический или холистический характер. Это Поле является источником великой экологии Вселенной. Это окружающая среда, общество, которое является жизненно важным, дружественным, образовательным, созидательным для всех холосов и всех душ. Это не просто фигура речи или плод воображения, а реальность, оказывающая глубокое влияние на все целые и их судьбу. Это οἶκος, Дом всей семьи вселенной, в атмосфере которого есть что-то глубоко интимное и дружественное. В этом Доме Целостностей и Душ воплощаются творческие задачи холизма. Не идеализируя его чрезмерно, мы все же чувствуем, что он очень близок и дорог нам, и, несмотря на все противоречия и неприятности, в конце концов мы приходим к пониманию того, что это дружественная вселенная. Его глубочайшие тенденции помогают тому лучшему, что есть в нас, и наши самые высокие устремления - это не что иное, как его вдохновение. Таким образом, за нашим стремлением к совершенствованию, в конечном счете, стоит весь вес и импульс, а также сокровенная природа и тенденция Вселенной. (352)

Стенания и страдания Вселенной никогда не бывают бесцельными или безрезультатными. Ее глубокие труды означают новое созидание, медленное, болезненное рождение целостностей, новых и высших целостностей, и медленное, но неуклонное осуществление Блага, к которому смутно стремятся все целостности Вселенной на их различных уровнях. Природа Вселенной такова, что она стремится к тому, чтобы медленно, но во все возрастающей мере достигать целостности, наполненности, блаженства. Настоящим поражением для людей, как и для других слоев Вселенной, было бы облегчение боли прекращением усилий, прекращением стремления к Добру. Целостный нисус<ref name="ftn29">Нисус – восхождение, взлет (лат.)</ref>, бьющий подобно живому фонтану из самых глубин Вселенной, является гарантией того, что неудачи нас не ждут, что идеалы Благополучия, Истины, Красоты и Добродетели прочно укоренены в природе вещей и в конечном итоге не будут подвергнуты опасности или утрачены. Целостность, исцеление, святость - все выражения и идеи, происходящие из одного корня как в языке, так и в опыте, лежат на труднопроходимом восходящем пути Вселенной и могут быть достигнуты частично здесь и сейчас, а со временем - более полно и истинно. Возникновение и самосовершенствование целостностей в Целом - это медленный, но безошибочный процесс и цель этой Целостной вселенной. (353)

Очень интересное замечание, очевидное, но не замечаемое другими учеными. И, если соединение жизни и материи осознавалось как «живая материя» (особый вид материи, подобно «жидкое тело» - «твердое тело», то разум как бы просто жил в этом теле, неведомым образом управляя им (психофизическая проблема).

Смэтс же просто заявил: человек состоит из материи, жизни и разума. То есть, является идеоматериальной системой, в терминах ТИМС.

Использовался текст написанной мной главы из книги «Регион, как социально-экономическая система») <ref name="ftn30">Морозова Т.В., Козырева Г.Б., Сухарев М.В. Регион как социально-экономическая система. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2009. 308 с.</ref>

Я предпочитаю говорить о «системном подходе», а не о «теории систем», поскольку теория систем, как мне кажется, все еще не сложилась, как четкая логическая конструкция, подобно физике, математике или биологии. Даже один из основателей теории систем Анатоль Рапопорт писал: «''Сам термин «General System Theory» также страдает многозначностью. Его многозначность стала очевидной для меня, когда в связи с переводом настоящего доклада меня попросили разъяснить грамматическую структуру выражения «General System Theory». … Я всегда думал о предмете этого доклада как о какой-то совокупности рассуждений, имеющих в основе некоторую ориентацию, а не как о теории в строгом значении этого слова, т. е. не как о совокупности теоретически полученных предложений''» <ref name="ftn31"> Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c.</ref> (стр. 55).

Целую подборку высказываний известных в системном движении исследователей, говоривших о сложности определения понятия «система» приводит В.А. Карташов{{anchor|Ref236540465}} <ref name="ftn32"> Карташев В.А.. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с.</ref>: (стр. 18-19, ссылки на произведения авторов определений см. в цитируемом источнике)

«''Несмотря на широкое распространение понятия «система», до настоящего времени не существует общепринятого его определения. В литературе, особенно философской, можно встретить различные толкования этого понятия, отражающие различные его аспекты. Трудность задачи объясняется в значительной мере фундаментальным, предельным характером того обобщения, которое скрывается за словом «система». Вероятно, лучшим решением была бы хорошо составленная аксиоматика, но математическая теория систем делает только первые шаги''» (М.Г. Гаазе-Рапопорт, Г.Н. Поваров)

«…''любая попытка обобщить все или, по крайней мере, все основные значения термина «система» с неизменностью приводит к тому, что под системой начинают понимать все, что угодно''» (И.В. Блауберг, В.И. Садовский, Э.Г. Юдин)

«… ''при всякой попытке сформулировать само понятие системы, то есть дать принципиальное кредо этому новому интересному направлению, положительно все исследователи попадают в заколдованный круг традиционных понятий. Здесь непрерывно цитируются «целостность», «организменность», «взаимодействия», «организованная сложность», «упорядоченное множество» и другие подобные термины, которые становятся даже центральными критериями понятия системы. Ясно, что все эти термины являются лишь вариациями того же самого понятия целостности. Именно поэтому, не покидая понятийного поля целостности, все эти определения не делают какого-либо существенного скачка как в понимании системы, так и в конкретной разработке ее''». (П.К.Анохин).

В то же время, несмотря на существующие проблемы, в рамках «системного течения» сложилось множество методологических подходов и приемов, которые могут быть продуктивно использованы для анализа социально-экономических систем. Но именно в силу широты и некоторой неопределенности границ того научного направления, которое именуется «системным подходом», требуется несколько уточнить «набор инструментов», который мы будем использовать для исследования региона.

В упомянутой работе А. Рапопорта он выделяет три подхода к построению теории систем – биологический, технический и математический. Для исследования регионов из перечисленных Рапопортом наиболее близок подход, сформулированный Р. Жераром: «''В концептуальной схеме Жерара центральным является понятие живой системы. Живой системе он приписывает три отдельных и вместе с тем взаимно связанных между собой аспекта, а именно: '''структуру, функцию и историю'''. … Структура системы – это совокупность отношений между ее частями. Следовательно, анатомия организма определяется его структурой. Функция (точнее, может быть, функционирование) системы – это совокупность ее реакций на условия внешней и внутренней среды. Понятие функции охватывает, таким образом, физиологические функции и кратковременные акты поведения организма. Характерной чертой таких реакций является некоторая степень обратимости. Например, реакция на стимул, как правило, ведет к восстановлению равновесия, нарушенного стимулом. Наконец, история организма – это длительные, как правило, необратимые изменения. Примеры таких необратимых изменений – рост и развитие, а затем деградация в процессе старения''» <ref name="ftn33">Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c. </ref>, с.64-65.

Для уточнения применимости понятия «система» к региону приведем ряд определений, собранных в уже цитированной книге В.А. Карташева<ref name="ftn34">Карташев. В.А. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с. </ref>: * «… все, состоящее из связанных друг с другом частей, мы будем называть системой» (Ст. Бир);
* «Система – это комплекс взаимодействующих компонентов» (Л. Берталанфи)
* «Система – это не просто совокупность единиц… а совокупность отношений между этими единицами» (А. Рапопорт);
* «И хотя понятие системы определяется по-разному, обычно все-таки имеется в виду, что система представляет собой определенное множество взаимосвязанных элементов, образующих устойчивое единство и целостность, обладающее интегральными свойствами и закономерностями» (В.П. Кузьмин);
* «Применяя термин «система», мы выражаем не только сущность, но и наше отношение к сущности объекта, подчеркивая класс свойств, которые представляются интересными, точку зрения…» (В.В Дружинин, Д.С. Конторов);
* «Системой можно назвать только такой комплекс избирательно вовлеченных компонентов, у которых взаимодействие и взаимоотношение приобретают характер взаимосодействия компонентов на получение фокусированного полезного результата» (П.К. Анохин).

Суммируем эти определения. Исходя из них, система это: * Комплекс взаимодействующих элементов
* За счет взаимодействия элементов система образует целостность, имеющую новые (интегральные) свойства и функции, которыми не обладают отдельные части
* Принципиальное значение имеет структура взаимодействий, отношений между элементами; одни и те же элементы, соединенные разным способом, могут образовывать системы с разными свойствами
* Взаимодействие элементов имеет характер взаимоСОдействия (то, что названо сейчас синергией и изучается новой наукой – синергетикой)
* В системном анализе в определенной мере выражаются цели исследователя. Само исследование выделяет некую подсистему из того множества накладывающихся друг на друга систем, которыми является мир.

Еще одно важное различие между многообразными типами существующих в природе систем, позволяющее разделить их на два больших класса, вытекает из термодинамики. Все системы можно условно разделить на два вида – закрытые и открытые. Закрытые системы в термодинамическом смысле изолированы от внешнего мира и не обмениваются с ним веществом и энергией. Открытые системы (в том числе, живые существа и сообщества) постоянно обмениваются с окружающим миром и веществом, и энергией.

Изменение энтропии в таких системах описывается уравнением <ref name="ftn35">''Николис, Г. Пригожин, И.'' Самоорганизация в неравновесных системах. М. «Мир» 1979. 512 с. </ref>:

dS = d<sub>e</sub>S + d<sub>i</sub>S

где d<sub>e</sub>S – поток энтропии, обусловленный обменом с окружающей средой, а d<sub>i</sub>S – производство энтропии внутри системы, обусловленное необратимыми процессами (стр. 33). Общественный холос обменивается (потребляет и выводит) с окружающей природной средой самыми различными видами вещества, потребляет и рассеивает энергию. Холос обменивается не только с природной средой, но и с другими социальными системами вокруг себя, как в рамках государства, к которому принадлежит, так и с регионами других государств.

Холос складывается из разнородных «частей» (элементов). Это поселения, как небольшие (деревни, поселки), так и крупные – города. Это созданная людьми инфраструктура – дороги, линии электропередач, плотины, поля. Все эти элементы объединены разнообразными связями, взаимодействиями.

Важную для системного анализа общественных холосов идею высказал В. Лефевр, а именно, о «системах, нарисованных на системах» <ref name="ftn36">''Лефевр В.А.'' Конфликтующие структуры. Издание второе, переработанное и дополненное. М. “Советское радио”, 1973. 158 с. </ref>, с. 82. Действительно, в реальности мы часто имеем дело с подобными явлениями. Например, картина, нарисованная маслом на холсте. Холст представляет собой совершенно определенную структуру, без которой была бы невозможной целостность картины. Но это еще не все; холст натянут на раму и покрыт грунтом. Эта конструкция целиком представляет собой систему, несущую на себе другую систему – саму картину, сочетание цветов и контуров которой создает образы, которые она удерживает от разрушения и искажений.

Социальные явления и процессы всегда являются результатом суперпозиции, наложения множества относительно самостоятельных систем. Всякое общество является социальной системой, надстроенной над биологической системой – популяцией людей как живых существ. В наше время всепроникающей глобализации ни одна страна, ни один регион не могут быть выделены в замкнутую экономическую систему, поскольку включены в цепи всемирных технологических и торговых циклов.

В еще большей степени отдельные сообщества включены в мировую культурную мегасистему. Ни одна страна, ни один регион (если не считать затерянные в джунглях реликтовые племена) не может сегодня изолироваться от мировой культуры, не использовать созданные на других территориях знания (хотя бы, например, физику и математику), фильмы, книги, музыку.

Но культура является важной частью социально-экономической системы, хотя бы потому, что включает в себя научные и технические знания, на которых основана вся современная экономика, следовательно, и через свою культуру регионы связаны, взаимодействуют со всем миром. Если мы пользуемся электричеством, значит, зависим от знаний, добытых Фарадеем, Кулоном, Эрстедом и так далее.

Регион страны является системой, «нарисованной» на системе большего размера; в нашем случае, регионы России – это зоны, «нарисованные» на большой социально-экономической системе, которой является страна. В принципе, они могли бы быть «нарисованы» существенно иным образом, от чего функционирование системы в целом сильно не изменилось бы. Но, созданное таким, как есть, региональное деление глубоко врезается в социальную структуру и не может быть изменено без значительных усилий и затрат.

Проблему выделения «натуральных» границ у исследуемых систем рассматривает К. Ричардсон <ref name="ftn37">''Richardson, K.A.'' On the Status of Natural Boundaries: A Complex Systems Perspective // Proceedings of the Systems in Management – 7th Annual ANZSYS conference November 27-28, 2001, pp. 229-238. </ref>. Он справедливо доказывает, что Вселенная в целом представляет собой единую систему, и выделение в ней каких либо подсистем, таким образом, условно. Все остальные системы, будь это планета, организм или региональное сообщество, связаны с окружающим миром множеством различных взаимодействий. Поэтому возникает вопрос: почему ряд элементов, связанных друг с другом взаимодействиями, мы включаем в состав исследуемой системы, а другие, взаимодействия с которыми также существуют, не включаем? Например, предприятия, входящие в экономическую подсистему региона, зачастую имеют более тесные связи с поставщиками и потребителями вне региона, нежели внутри него. На каком основании мы выделяем тогда экономику региона из окружающего мира?

Ричардсон считает, что это связано с ограничениями человеческого разума, который вынужден ограничивать область исследования, абстрагируясь от уходящих в бесконечность цепочек взаимодействий и зависимостей. Он указывает на существование двух крайних точек зрения на проблему естественных границ – наивный реализм, предполагающий, что реальность полностью совпадает с нашим представлением о ней, в том числе в том, что касается границ, по которым различные системы выделяются из остального мира, и конструктивизм, полагающий эти границы существующими только в нашем сознании. В отличие от этих крайних позиций, Ричардсон полагает, что с помощью «квазикритического плюрализма» (quasi-critical pluralism) мы в состоянии обоснованно находить границы исследуемых систем, хотя с развитием науки эти границы могут уточняться.

Для анализа социально-экономических систем важна концепция идеоматериальных систем, выдвинутая одним из авторов этой книги <ref name="ftn38">''Сухарев М.В.'' Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. – 2008 – 258 с.</ref>. Идеоматериальными являются системы, часть элементов которых имеет материальную природу, а часть – идеальную. Понятным примером является компьютер. Его работа принципиально связана с теми программами, которые загружены в его память. При абсолютно той же самой материальной основе (hardware, «железо») его поведение будет принципиально разным в зависимости от того, какая операционная система и программы (software, ПО) в него загружены. Без базовых (BIOS) программ персональный компьютер вообще не может работать.

В социальных системах роль идеальных компонентов очень велика. Они образуют целые подсистемы интегральной системы общества. К идеальным подсистемам холоса следует отнести культуру, включая знания, интеллектуальный капитал общества, весь комплекс формальных и неформальных социальных институтов – законы, нормы поведения, обычаи, традиции, навыки населения и организаций, формы социальной организации.

Перейдем к анализу основных структур общественного холоса. Имеется один простой принцип анализа систем: нужно выяснить, без каких элементов система может продолжать существование, не очень изменяя свои качества, и без каких ее качество сильно изменяется. Можно несколько модифицировать этот подход, а именно, представить, что будет, если некий элемент заменить на другой.

Например, автомобиль может ехать, если оторвать молдинги и прочие украшения. Но не может ехать без двигателя, трансмиссии, колес, рулевого управления и кузова (или рамы), на которых все это держится. Без стекол ездить можно, пока хорошая погода; но в мороз или сильный дождь езда становится почти невозможной. Если колеса заменить гусеницами, получится трактор. А если заменить колеса на крылья и винт, получится самолет.

Никому неизвестно, что будет, если заменить русский язык у проживающего в России населения на английский, например. Оставив даже все остальное так, как есть. Но ясно, что, лишенное знания физики и вытекающих из нее инженерных дисциплин, это население уже через несколько дней лишиться электричества, отопления, а далее – всей промышленности и оружия. Скорее всего, эту территорию оккупируют более разумные народы. В то же время, если полностью перекрыть границы и торговый обмен с остальным миром, падение экономики будет очень значительным, но не смертельным. Через несколько лет, пусть ценой огромных усилий, будет восстановлено производство тракторов, электроники и прочего необходимого, что поступало за счет импорта. Часть «украшений» будет конечно, потеряна, но общество, как самовоспроизводящаяся система, продолжит свое существование. Знания – важнейшие элементы социальных систем.

В регионах имеется множество подсистем, работа которых необходима для нормального существования всего региона. В первую очередь, это экономика, сама включающая в себя ряд крупных подсистем, таких, как транспорт и энергетика. Это системы здравоохранения, образования, органов безопасности, судебные, жилищно-коммунальные и так далее. Анализируя эти подсистемы, мы можем заметить, что ряд из них достаточно четко выделен из остальной России, а ряд практически не имеет заметных границ.

Перечислим подсистемы, составляющие регион:

<nowiki>*</nowiki> '''Общество включает:'''

* биологическую популяцию людей
* системы воспроизводства людей, как людей, включающую биологические механизмы и структуры социализации (образование, воспитание)
* культуру
* социальные институты
* структуры регионального и муниципального управления, региональные отделения федеральной администрации
* организованное региональное сообщество в целом
* поселения
* общественные и экономические организации, как социальные системы

Население, как биологическая популяция, не связано механически со своей страной. Люди имеют возможность свободно приезжать и уезжать, вступать в браки с людьми из других регионов и даже стран. То же можно сказать о культуре региона, хотя культура уже имеет некоторые особенности. Хотя культурная база населения Карелии почти не отличается от остальной России (те же школьные программы, круг чтения, кино и так далее), но есть и особенности – например, эпос «Калевала», особенности северного быта, природы.

На территории Карелии действуют общие федеральные законы России, но их дополняют законы республики.

Достаточно четко выделяют регион от государства в целом ''региональные органы управления'', которые полностью имеют локальный тип, включая отделения федеральных структур, структурно отделенных от федеральных, которые имеют выделенные региональные подразделения.

<nowiki>*</nowiki> '''Экономика включает: '''

* производственные организации
* финансовые организации
* транспортную, энергетическую, информационную инфраструктуру, водоснабжение
* капитальные сооружения (строения, сооружения)
* сельское хозяйство с его инфраструктурой (поля, стада и пр.)
* торговые организации

Внутри региона можно также выделить такие подсистемы: * Территорию, как «ограниченную часть твердой поверхности земли, характеризующаяся определенной площадью, географическим положением и другими признаками» <ref name="ftn39">''Тургель И.Д.'' Курс лекций "Региональная экономика и управление". Электронный документ: режим доступа: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/46660 </ref>
* Систему расселения (относительно упорядоченно расположенные на территории региона поселения)
* Транспортную подсистему
* Энергетическую подсистему, объединяющую электрические, тепловые и другие сети
* Информационную подсистему, включающую различные системы связи
* Культурную подсистему, обеспечивающую хранение, передачу, поиск знаний и традиций, обучение людей
* Финансовую подсистему, включающую коммерческие и государственные банки, структуры распределения финансов.

Можно было бы выделить много различных подсистем, взаимопроникающих и накладывающихся друг на друга в целостной социально-экономической системе, образующей движущийся по своей исторической траектории регион. Все невозможно перечислить в тексте ограниченного объема. Это лишний раз подтверждает тезис системного подхода том, что сама гносеологическая, когнитивная природа исследования простых и сверхсложных систем различается. Исследуя простые системы, такие, как атомы, молекулы, несложные механизмы, человеческое познание стремится получить их полное, исчерпывающее описание.

Системное исследование региона должно включать в себя изучение всех компонент СЭС, которые оказывают существенное влияние на будущее устойчивое развитие региона. Таким образом, оно не может ограничиваться рассмотрением только экономических аспектов, но должно учитывать необходимость поддержания численности населения (демографическая политика), сохранения и улучшения качества населения (здоровье и образование), сохранения среды и возобновляемых ресурсов (экология) и других аспектов жизни региона.

В наше время стало общепризнанным представление, что общество существует на своей территории, образуя социально-экономическую систему. Широко известна аналогия, которую Т. Гоббс провел между государством и организмом<ref name="ftn40">''Гоббс Т.'' Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / М.: Мысль, 2001. – 478 с.</ref>. Понимание того, что существенные свойства многих объектов и процессов реального мира определяются их системной природой, было углублено и уточнено в рамках созданной в XX веке '''''теории систем'''''<ref name="ftn41">''Афанасьев В.Г. ''Системность и общество / М.: Политиздат, 1980. – 308 с.</ref>,<ref name="ftn42">''Богданов А.А. ''Тектология. Всеобщая организационная наука. Книга 1 / М.: Экономика, 1989. – 304 с.</ref>,<ref name="ftn43">''Кастлер Г. ''Возникновение биологической организации / М.: Мир, 1967. – 90 с.</ref>.

Система, как мы уже отмечали, это «''множество элементов, объединенных отношениями и связями''»<ref name="ftn44">''Берталанфи Л., фон. ''Общая теория систем – обзор проблем и результатов // Системные исследования. Наука, Москва, 1976 г. – С. 29 – 54.</ref>.<sup> </sup>Для систем характерно иерархическое строение, то есть, определенная последовательность включения систем более низкого уровня в системы более высокого уровня. В сложноорганизованных системах в качестве специфического признака выделяются процессы ''управления'' [там же]. Очевидно, региональная СЭС соответствует всем этим признакам. Люди и организации, жизнедеятельность которых протекает в регионе, взаимодействуют (пусть не всегда напрямую) самыми разнообразными способами. Они взаимодействуют через рынок (или иные системы распределения – например, карточки «военного коммунизма»), обмениваясь товарами и услугами. Они взаимодействуют культурно, обмениваясь сообщениями и идеями. Они взаимодействуют в рамках сетей подчинения различных организаций. Они взаимодействуют в рамках семьи и родственных связей. Все эти взаимодействия в конечном счете оказывают влияние на экономику региона.

Региональные СЭС включают в себя множество различных иерархий – территориального управления, иерархий внутри организаций, культурных и семейных иерархий. Каждый человек включен как объект и как субъект одновременно во множество социально-экономических процессов.

Прослеживая историческую эволюцию территориальных СЭС, мы видим огромный рост '''''сложности''''' этих систем за последние столетия. Рост сложности лидирующих систем вообще можно считать универсальным законом природы<ref name="ftn45">''Сухарев М. В.'' Взрыв сложности // Компьютерра, – 1998. – №. 43, – C. 40 – 43.</ref>,<ref name="ftn46">''Coren R. L.'' Empirical Evidence for a Law of Information Growth // Entropy, – 2001. – V. 3, – P. 259 – 272.</ref>. Если в 17 веке на территории современной Карелии имелось простейшее хозяйство (земледелие, животноводство, охота, рыболовство, ремесла), то в настоящее время существуют десятки крупных производств и технических систем, таких, как машиностроительные и бумагоделательные заводы, железная дорога, магистрали связи, коммунальные сети, сети автомобильных дорог.

Помимо экономических подсистем общества, в нем действуют социальные подсистемы, предназначенные для удовлетворения многочисленных общих, коммунальных проблем. Это образование, здравоохранение, органы общественной безопасности, коммунальные службы.

Почти все эти системы не существовали в Карелии в XVI веке, начали оформляться во второй половине века XIX и достигли современного уровня в конце XX. Их сложность выражается, в первую очередь, в сложности и разнообразии организаций, их составляющих – больниц, школ, университетов, милиции, ЖКХ и так далее. Очевидна связь усложнения органов управления и самого объекта управления.

Оценить сложность объектов, принадлежащих социальной сфере, непросто. Как оценить, например, сложность человека? Сложность завода? Или сложность канцелярии губернатора? Несмотря на то, что данный вопрос малоисследован, вполне возможно сделать оценку сложности СЭС в некотором приближении. Одной из целей данного исследования была задача грубой оценки сложности социальных объектов, с точностью до порядка величины. По сравнению с чисто качественными оценками, которые используются в настоящее время, даже такая полуколичественная оценка является определенным прогрессом.

Ключом к определению сложности систем является определение «алгоритмического количества информации», данное А.И. Колмогоровым<ref name="ftn47">''Колмогоров А.И.'' К логическим основам теории информации и теории вероятностей // Проблемы передачи информации, – 1969. – Т. 5, №. 3, – C. 3 – 7.</ref> . Согласно этому определению, количество информации пропорционально минимальной длине алгоритма, записанного двоичными единицами, позволяющего построить объект X, имея в своем распоряжении объекты Y. «Объекты Y» – это элементы системы, с точки зрения системного подхода – атомы в молекуле, кирпичи в стене дома, люди и машины в организациях.

Использование алгоритмической меры позволяет нам '''''сравнивать''''' сложность объектов, состоящих из элементов с неизвестным информационным содержанием, например, из людей. Предполагая сложность людей примерно одинаковой, мы можем сравнивать друг с другом сложность человеческих организаций, структуры которых нам известны, даже не зная количества информации, содержащейся в отдельном человеке.

Сложность системы равна сумме сложностей всех различных элементов в ней, плюс сложность структуры связей между этими элементами в системе, которая, собственно, и создает систему.

Из теории информации известно, что повторение одинаковых информационных посылок не увеличивает количества информации, содержащейся в сообщении. То есть, принимающий сообщение не узнает больше, прочитав дважды одно и то же предложение. Система из двух крестьянских хозяйств, выращивающих картофель, не является в два раза более сложной, чем одно. Но система (поселение), в котором один крестьянин выращивает картофель, а другой – поросят, будет примерно вдвое сложнее. Добавим кузнеца и строителя – сложность удвоится еще раз. Наибольшей сложностью будут обладать организации, состоящие из людей, сознание которых содержит разную информацию (специалистов), то есть, где разделение труда максимально диверсифицировано.

----
<references/>

Холизм и системный подход

2025-01-27T19:00:16Z

Wiki-admin:

'''Холизм и системный подход'''

Метод, который я использую в концепции социальных идеоматериальных полисистем, основан на системном подходе. Я предпочитаю говорить о системном подходе, а не о теории систем, потому что предложенная Л. Берталанфи теория так и не сложилась за прошедшие десятилетия. Не удалось создать каких-то общих для всех видов систем уравнений, законов, принципов, более конкретных, чем «целое больше суммы частей» или «система – это комплекс элементов, находящихся во взаимодействии, за счет которых она обладает принципиально новыми свойствами».

Ничего странного в этом нет, поскольку системы очень разнообразны; и атом – система, и бактерия, и слон, и город, и самолет, и страна. Непостоянная атмосфера со своими ураганами и засухами тоже система. И океан с течениями. И русская или мировая литература – это тоже системы. И теория систем тоже должна быть системой, но при этом описывать саму себя среди прочих, а здесь возникают проблемы рекурсии.

Можно, на мой взгляд, найти теорию для любых систем – это математика. Математика – это конструктор идеальных систем. Она имеет такое множество разделов, что можно найти подходящий для моделирования любой системы, а если нет – она легко создаст новый раздел, как было создано вариационное исчисление, когда появились задачи механики, термодинамики и гидродинамики. Проблема в том, что для каждого класса систем нужно «копаться» в необозримых кладовых математики, чтобы найти подходящий раздел, и часто его нужно «допиливать» под эти системы. Плюс к тому, в математике уже имеется куча разделов, для которых в обозримой реальности систем просто нет. Или ''пока'' не найдено, а эти системы все еще не попали в наше поле зрения. Беда в том, что нет способа узнать: существуют они или нет.

Системный подход имеет двух (наверное, можно назвать и других) заметных предшественников, это А.А. Богданов <ref name="ftn1">Богданов А.А. {{anchor|Hlk176389104}} Тектология: (Всеобщая организационная наука). В 2-х кн. М.: Экономика, 1989. 304 с.</ref> и Я. Смэтс <ref name="ftn25">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. 398 p.</ref>. Интересно, что их книги были изданы с небольшим разрывом во времени: «Тектология» Богданова (полная версия) в 1922 году, а «Холизм и эволюция» Смэтса в 1927; однако неизданный черновик Смэтса был написан в 1910 году, а немецкое издание Богданова вышло в 1913-м (следовательно, написано ранее).

Однако обе эти книги не были широко известны; по крайней мере, в книге Берталанфи <ref name="ftn26">Bertalanffy, L. von, General System Theory. Foundations, Development, Applications. New York: George Braziller, 1969. 289 p.</ref> они не упоминаются (при библиографии, занимающей 21 страницу), хотя слово «холический» в ней встречается (правда, всего пять раз).

С обзора этих книг я и начну.
'''А.А. Богданов. Тектология: (Всеобщая организационная наука)'''

'''А.А. Богданов. Тектология: (Всеобщая организационная наука)'''

Во «Введении» Богданов писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">«…в понятии «задачи» скрыто гораздо больше, чем принимается обыденным мышлением. Всякая задача может и должна рассматриваться как организационная; таков именно их всеобщий и постоянный смысл. Раскроем его в основных чертах. Какова бы ни была </span><span style="color:#833c0b;">задача - практическая, познавательная, эстетическая, она слагается из определенной суммы элементов, ее «данных»; самая же ее постановка зависит от того, что наличная комбинация этих элементов не удовлетворяет то лицо или коллектив, который выступает как действенный субъект в этом случае. «Решение» сводится к новому сочетанию элементов, которое «соответствует потребности» решающего, его «целям», принимается им как «целесообразное». … Это относится безусловно ко всем, действительным и возможным, задачам. Надо ли построить дом - это осуществимо только потому, что имеются налицо необходимые элементы, т. е. дерево, камень, известь, стекло, топоры, пилы, молотки и другие орудия, рабочая сила плотников, каменщиков и проч.; и осуществимо только таким путем, что элементы соединяются и разъединяются, приводятся в новые сочетания; а конечный результат - здание - характеризуется такой связью и соответствием своих элементов, что заключает в себе нечто большее, чем то, что было в них первоначально дано, именно повышение гармонии между людьми и их физической средой, - представляет, следовательно, с точки зрения людей, «организованную» систему. Надо ли организовать предприятие, отряд, учреждение - налицо должны быть необходимые человеческие, технические, идеологические элементы, и дело сводится к последовательным их комбинированиям, пока не получится новое организованное целое. Выступает ли потребность создать научное объяснение непонятного ряда фактов или художественное выражение и освещение волнующих моментов жизни - опять избирательные сочетания элементов, данных в наблюдении действительности, в прежней оформляющей работе мысли, в живых образах воспоминания и фантазии, в эмоциональных колебаниях творческой души, а также элементов материально-технических, как бумага, краски, мрамор, перо, кисть, резец; и результат - опять организованность, которая обозначается как «стройность», «истина», «эстетическая гармония» и проч. (Т.1., стр. 48-49)</span>

В общем и целом, эти определения близки к теории ИМС (ТИМС), и к ОТС Берталанфи.

В приведенных отрывках он рассматривает как целостную систему не только комплекс взаимодействующих элементов, но и ''действие'', ведущее к созданию дома. Во втором и третьем выделенном отрывке он среди материальных элементов организаций называет идеологические элементы, а среди научных объяснений и художественных выражений – бумагу, краски, мрамор и т.д., то есть, то, что я здесь называю идеоматериальными системами.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Во всяком продукте заключены атомы труда миллионов людей, соединенные вместе, как бы слившиеся в один кристалл. В куске бумажной ткани заключен труд не только тех работников, которые ткали его на станке, но и тех, которые пряли для него пряжу, тех, которые возделывали хлопок для производства пряжи, тех, которые делали станки, и тех, которые добывали металлы для приготовления станков и других машин, и тех, которые делали машины, послужившие орудиями приготовления этих станков; далее, всех транспортных рабочих, перемещавших эти орудия и материалы, и всех рабочих, строивших пути сообщения для этого транспорта; затем рабочих, производивших и доставлявших жизненные средства для всех этих участников производства ткани, и т. д., без конца. И все эти атомы труда не сталкиваются в дезингрессиях, а сплавляются в одно организованное целое. (Т.2., стр.71-72)</span>

Здесь Богданов ищет разнообразные связи, взаимодействия внутри социального холоса, которые реально и делают его холосом: людей и артефакты, переделы сырья и артефактов на пути к сборке продукта, инфраструктуру, поддерживающую связность, передвижение сырья и артефактов внутри социального организма. Это тоже согласуется с ТИМС.

<span style="color:#833c0b;">В термине «производство» скрыто понятие организующего действия. И мы сделаем формулу точнее: организация внешних сил природы, организация человеческих сил, организация опыта. Что же оказалось? ''У человечества нет иной деятельности, кроме организационной, нет иных задач, кроме организационных. Итак, все интересы человечества - организационные. А отсюда следует: не может и не должно быть иной точки зрения на жизнь и мир, кроме организационной.'' И если это еще не сознается, то только потому, что мышление людей до сих пор не выбилось вполне из оболочек фетишизма, окутавших его на пути развития. (Т.1., стр.71)</span>

Здесь Богданов обосновывает права тектологии на всеобщность. Я на всеобщность ТИМС не претендую, да и на авторство тоже очень частично. Я просто собрал в систему (идеальную, в основном – зафиксированную в состояниях электронных элементов, хотя можно и распечатать) множество разнородных идей, выдвинутых различными людьми за много лет.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Здесь главная и огромная трудность не только для индивидуума, - о чем мы уже говорили, - но и для коллектива, даже такого, как могучий общественный класс. Казалось бы, члены коллектива, специализируясь на отдельных задачах - частях задачи интегральной, могут справляться с ними; но решения в целом и этим путем еще не получается. Дело в том, что сама специализация тогда подрывает однородность коллектива, порождает разрозненность, взаимное непонимание, а затем и противоречия между его дифференцированными элементами; тогда он сам не един в своей жизни и строительстве и не способен выработать едино-целостную структуру для всего общества. (стр.50)</span>

Да, разделение труда создает «разделение мышления» (distributed cognition), но тут есть одна интересная штука: люди способны достаточно хорошо понимать деятельность других людей даже если сами почти не понимают, что те делают. Например, некоторые парикмахеры совсем не понимают, как работает мотор их машины (наверно, слышали, что там есть какие-то «поршни» и «цилиндры»), но этого достаточно, чтобы они понимали, что сломанную машину нужно тащить к «механикам». Опять же, многие ли их пользователей смартфонов знают, что у них внутри? Но прекрасно ими пользуются.

Но системный (и даже полисистемный) образ мышления Богданова вполне очевиден.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Принцип «отбора» (Selection) приобретает шаг за шагом столь же универсальный характер, из области биологии переходя в физико-химию, с одной стороны, и в науки общественные - с другой. И все решительнее прокладывает себе дорогу мысль об единстве механизмов в самых разнородных группах явлений, даже в различных «царствах природы». (стр. 51)</span>

Тут опять же соглашусь с Богдановым. И уточню: все существующее существует потому что его устройство, его организованность или передается из прошлого в будущее вместе с материей (атом, молекула, кирпич), или передается способом самовоспроизводства или его воспроизводства аутопойетической системой, элементом которой он является (каменный топор, автомобиль, томик Пушкина). Если в процессе воспроизводства происходят отклонения (усовершенствования, или нарушения технологии, например) то затем в действие вступает отбор.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Полная неорганизованность - понятие без смысла. Это в сущности то же, что голое небытие. В ней надо принять отсутствие всякой связи; но то, в чем нет никакой связи, не может представлять никакого сопротивления нашему усилию, а только в сопротивлении мы узнаем о бытии вещей; следовательно, для нас тут нет никакого бытия. И мыслить абсолютную бессвязность можно только словесно, никакого реального, живого представления в эти слова вложить нельзя, потому что абсолютно бессвязное представление вовсе не есть представление и вообще ничто. (стр. 72-73)</span>

Возможно, Богданов имел в виду «чистое ничто» Гегеля. И тут я тоже согласен, потому как нет ничего, абсолютно неорганизованного. Даже свойства газа, в котором атомы движутся якобы хаотически, вполне определены и задаются тем, из каких атомов он состоит (это его главная организованность). Кроме того, имеются измеримые параметры, такие, как температура и давление, распределение атомов по энергии. Допустим, есть нечто абсолютно неорганизованное. Значит, у него нет границ? Тогда оно должно занимать всю Вселенную…

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Возьмем другой метод - пространственное измерение и соизмерение; такова сущность отвлеченной науки геометрии. Эти приемы применял уже в первобытную эпоху истории человечества бродячий охотник, рассчитывая расстояния при своих передвижениях, выбирая кратчайшие пути, находя полусознательным расчетом угол, под которым надо бежать наперерез преследуемому зверю, и т. п. С переходом к оседлому земледелию стало необходимым более систематичное и точное применение тех же методов, именно, как приемов землемерия (буквальное значение слова «геометрия»): мир и вся судьба земледельческих общин зависели от правильного распределения земли между ними и внутри их между соседями. Особенно важным являлось усовершенствование этих приемов в странах древнейших цивилизаций, в заливных долинах великих рек Нила, Евфрата и Тигра, Янцзы, Ганга и др. Там при разливах все материальные границы участков то и дело сглаживались, смывались, и надо было восстанавливать их на основании строгих измерений. Еще дальше геометрические приемы необходимо должны были развиваться в строительном и инженерном деле: в постройке домов, дворцов, храмов, пирамид, плотин, бассейнов для регулирования уровня рек и пр. Затем те же методы нашли применение при топографических съемках - в военном деле, торговых путешествиях и т. д. (стр. 86)</span>

Это о роли знания в жизни холоса, о необходимости сохранять это знание для поддержания его собственной организованности.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">В этом житейском опыте - не полном, но разностороннем, не научно-оформленном, но практически-жизненном - продолжает удерживаться наивное единство организационной точки зрения, стихийная, но глубокая тенденция к единству организационных методов. Основным его хранилищем служит общенародный язык. Правда, и в его области на почве специализации обособляются, как ветви от одного дерева, отдельные частичные отрасли - технический язык той или иной профессии, терминология той или иной науки; а классовое расчленение общества порождает и более обширное расхождение диалекта господствующих классов и диалекта подчиненных масс. Но остается значительное общее ядро языка - необходимая связь социальных групп и классов, условие их достаточного взаимного понимания при их практическом общении. В нем-то и кристаллизованы, элементарно оформлены традиции прошлого, опыт тысячелетий. (стр.91)

Коллективный гений языка в этом случае, как и во многих других, оказался выше индивидуальных усилий ученых-специалистов, детей разрозненного, анархичного общества. (стр.93)</span>

И еще раз соглашусь. Язык – несущая основа культуры, идеального слоя ИМС холоса. Язык связывает общество в целое; мы же не держимся постоянно за руки или не связываемся какими-то веревками или сетями. Даже на работе люди чаще всего координируют свою деятельность с помощью языка, отдавая или получая команды, указания, или просто согласуют свою работу с коллегами (к пинкам прибегают только в крайнем случае).

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Легко видеть, насколько новая задача несоизмерима со всеми, какие до сих пор ставились и разрешались. Всю сумму рабочих сил общества - десятки и сотни миллионов разнообразно дифференцированных единиц - придется стройно связать в один коллектив и точно координировать со всей наличной суммой средств производства - совокупностью вещей, находящихся в распоряжении общества; причем в соответствии с этой исполинской системой должна находиться и сумма идей, господствующих в социальной среде, иначе целое оказалось бы неустойчивым, механическое единение перешло бы во внутреннюю борьбу. Эта триединая организация - вещей, людей и идей - очевидно, не может быть построена иначе, как на основе строгой научной планомерности, а именно всего организационного опыта, накопленного человечеством. Но ясно также, что в своем нынешнем виде, раздробленном, разорванном на специальные науки, он недостаточен для этого. Необходимо, чтобы сам он был организован целостно и стройно, иначе его применение не способно выйти за пределы дробных, частичных задач. Необходима, следовательно, универсальная организационная наука. (стр. 106)

Как же следует приступить к решению этой задачи, беспримерной и по масштабу, и по своим трудностям? Принципы решения могут быть установлены лишь с научно-организационной точки зрения. Сущность ее может быть сведена к следующим двум положениям:

1) Всякое организованное целое есть система активностей, развертывающихся в определенной среде в непрерывном взаимодействии с нею. Так, общество представляет систему человеческих активностей в природной среде в борьбе с ее сопротивлениями .

2) Каждая часть организованной системы находится в определенном функциональном отношении к целому. Так, в обществе каждая отрасль его хозяйства, каждое предприятие, каждый работник выполняют свою определенную функцию.

Таковы два основных момента научно-организационной точки зрения, из которых надо обязательно исходить во всяком исследовании, во всяком построении, относящемся к вопросам организационного равновесия и развития. (стр. 274)</span>

'''Далее:'''

'''Тектология:(Всеобщая организационная наука) Т.2.'''

<span style="color:#833c0b;">Живой организм характеризуют как машину, которая не только сама себя регулирует, но и сама себя ремонтирует. По мере того как элементы тканей организма изнашиваются, он заменяет их материалом, взятым из окружающей среды и «ассимилированным», т. е. приведенным к химическому составу этих самых тканей. «Мертвую», взятую извне материю протоплазма превращает в свою живую материю, не какую-нибудь вообще, а вполне определенную, химически тождественную с молекулами этой именно протоплазмы. Между тем из сотен тысяч видов растений и животных каждый отличается своим особым химизмом, иным составом белков, чем все прочие, и в процессе своей ассимиляции образует именно эти белки из такого же питательного материала, из какого другие виды образуют другие белки. В этом и заключается основная загадка.

Если пищей для организма служат воспринятые извне чужие белки, например, когда человек ест мясо других животных или плоды, стебли, корни растений, то организм сначала при «переваривании» разрушает эти белки, разлагает их на составные части, различные аминокислоты. Затем в тканях из аминокислот он воссоздает уже свои собственные их комбинации, свои специфические белковые вещества. Что же касается растений, то большинство из них сами образуют сначала углеводы, а затем аминокислоты из углекислоты воздуха и воды почвы с ее солями и кислотами. (Т.2., 95-96)</span>

Здесь Богданов предвосхищает Ф. Варелу и У. Матурану с их аутопоэзисом. Он обращает внимание на то, что организму приходится «разбирать на части» неподходящие для них органические молекулы и создавать свои комбинации. ДНК и клеточные механизмы молекулярного синтеза в то время были еще совершенно неизвестны.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Если мы сравним, как организуются эти течения в их борьбе, то найдем для двух случаев определенное различие форм группировки: для первого является религиозная секта, для второго политическая партия. Это подходящая иллюстрация для условий подбора в связи с изменчивостью среды.

Оба типа организаций во многом сходны, они создаются, как и все другие организации людей, путем подбора. Объектом подбора являются человеческие личности, деятелем подбора - организационная функция секты или партии; основа же для подбора в одном случае - требования догмы, в другом — требования программы, понимая то и другое в достаточно широком смысле, чтобы охватить совокупность условий, предъявляемых организацией каждому ее члену.

Объективно догма секты гораздо более родственна программе партии, чем это может казаться при недостаточном исследовании. Действительным базисом для секты являются, как и для партии, практические жизненные потребности; догма есть лишь определенная, исторически сложившаяся форма их воплощения, специально свойственная эпохам господства «религиозных», т. е. по существу авторитарных мировоззрений. В тех случаях, когда частное положение догмы представляется не имеющим ничего общего с живой социальной практикой, анализ обнаруживает его тесную связь с ней; обыкновенно эта связь такого рода, что догмат служит организационным символом общественных тенденций, требований, задач того класса или группы, которыми порождена данная секта. (158-159)</span>

Здесь Богданов рассматривает случай создания идеоматериальных социальных систем, идейным каркасом которых является некая когнитивная система, объясняющая окружающий мир и задающая образ действий. Люди являются элементами этих систем, и для того, чтобы инкорпорировать нового члена, необходимо «загрузить» в него основные положения этих идей и принципов.

'''Том 3. (Т. 2 указанного издания, стр. 208) '''

'''§ 1. Тектологический акт'''

<span style="color:#833c0b;">''Тектология, подобно всякой частной науке, и своим исходным, и своим конечным пунктом имеет живую практику человечества''. Организационная деятельность, взятая как опыт, есть материал тектологии; взятая как задача — ее цель, ее жизненный смысл. ''Элементом организационной деятельности является организационный акт, образование новой тектологической формы, переход от одной такой формы к другой.'' При анализе этот акт оказывается в свою очередь весьма сложным процессом.

Организационный акт может протекать стихийно или планомерно. ''Иллюстрацией нам послужит именно такой, который может выполняться обоими путями: образование новой социальной группировки, политической или идейной. ''Начнем со случая стихийного, самопроизвольного хода процесса. (стр.258)

Настоящее завершение достигается через устранение тех противоречий, которые присущи, как мы знаем, системному расхождению вообще. ''Пусть в результате ряда политических обсуждений и выступлений участников данного клуба выяснилось, что при их переменных группировках у значительного большинства главные задачи, основные тенденции остаются общими; а расхождения каждый раз касаются лишь частностей в практических способах; и расхождения эти самим участникам кажутся настолько маловажными, что они ради общих целей готовы подчиняться большинству, лишь бы сохранять связь.'' Тогда из этих политически солидарных элементов конституируется партийная организация с единою программой, с общепризнаваемыми основами тактики, с общим уставом, т. е. сплоченная некоторой суммой политических принципов. Чем шире и глубже этот конъюгационный базис, тем меньше дезорганизующая роль частичных расхождений, тем больше они сводятся к дополнительным связям, укрепляющим целое. Это - фаза системной консолидации.

Каким же именно путем консолидация достигается? Мы видели: путем обсуждения совместных действий, т. е. путем общения жизненной конъюгации, проходящей через возникающие системные расхождения, путем, следовательно, контр-дифференциации.

''В ее процессе механизм подбора усиливает и закрепляет устойчивые, повторяющиеся соотношения, ослабляет и разрушает неустойчивые, случайные; элементы и группировки, стоящие в противоречии со связью целого, отрываются, выделяются из него; целое «консолидируется». ''(стр.260)</span>

Здесь мне интересен дискурс-процесс согласования, дополнений, коррекций понятий, принципов, целей, моделей желательного будущего внутри организаций. В самом деле это когнитивный процесс, идущий в коллективном сознании. За счет этого процесса организация становится коллективным субъектом.

Обзор книги Я. Смэтса "Холизм и эволюция"

'''Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.'''

Ян Смэтс был весьма необычный человек. Он занимал пост премьер-министра Южно-Африканского Союза с 3 сентября 1919 по 30 июня 1924 и с 5 сентября 1939 по 4 июня 1948 года, имел звание фельдмаршала.

Однако при этом интересовался науками, философией, и имел собственное мнение по фундаментальным вопросам. Издал книгу «Холизм и эволюция» <ref name="ftn27">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.</ref>, где изложил идеи, явно предвосхищающие общую теорию систем (ОТС).

Сам он очень емко изложил суть холизма в одной фразе: Холизм, как следует из самой его идеи, - это тенденция к объединению, слиянию и упорядочению множества элементов в новые единства. (здесь и далее в скобках номера страниц - 241)

В предисловии к своей книге Смэтс писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">''СРЕДИ огромных пробелов в знаниях по-прежнему остаются нераскрытыми те, которые разделяют явления материи, жизни и разума. Материя, жизнь и разум остаются совершенно непохожими друг на друга. Очевидно, что их различия действительно огромны, и нигде не видно моста для мысли от одного к другому. И их абсолютное различие и диспропорциональность приводят к большим разрывам в знании и разделению знания на три разных царства или, скорее, мира. И все же все они являются тремя в опыте и, следовательно, не могут быть такими уж непохожими и чуждыми друг другу. Более того, они на самом деле переплетаются и сосуществуют в человеке, который состоит из материи, жизни и разума. Если бы у материи, жизни и разума действительно не было общей основы, их соединение в человеческом индивидууме было бы величайшей тайной из всех.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>

<span style="color:#833c0b;">''Эволюция. Отсюда возникают три серии явлений в реальном мире: физическое, биологическое и психическое, или ментальное мышление. Эти связи между ними, основанные не на мышлении, а на фактах существования и опыта, как правило, показывают, что они не могут быть принципиально чуждыми и непримиримыми и что между ними должен быть возможен какой-то мост, если только мы не хотим предположить, что наш человеческий опыт действительно является простым хаотическим нагромождением разрозненных элементов.''</span>

С тех пор мы далеко продвинулись в понимании того, как развивалась Вселенная, как устроена живая материя, как работаем мозг и особенно что такое «информация» (достаточно сказать, что слово «информация» встречается в книге Смэтса всего два раза).

Но переходы от неживой материи к живой, от животных к разуму, все еще остаются непонятными. Смэтс указывал путь к пониманию через понятие холизма (целостности).

Действительно, объединение элементарных частиц в атом создает целое с новыми свойствами: энергетическими состояниями, возможными за счет электронных оболочек, с валентностью; живая клетка состоит из молекул, и притом умеет сама производить нужные ей молекулы, разлагая молекулы пищи, общество состоит из организмов, которые (среди прочего) объединены языком и поэтому обладают разумом.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Но именно это объединение должно предупредить нас о том, что кажущаяся раздельность этих трех фундаментальных концепций на самом деле не имеет под собой веских оснований, и что более широкие знания и более глубокое понимание могли бы прояснить тайну, по крайней мере, до некоторой степени, и привести к какому-то объединению или гармония этих, казалось бы, несвязанных или независимых элементов в нашем реальном мире</span><span style="color:#833c0b;">''. Требуется больше знаний. Наша физическая наука должна сделать более пластичным наше представление о твердой непроницаемой инертной материи, и в третьей главе я задам вопрос, насколько уже существуют материалы для такого смягчения. Опять же, наша биологическая наука должна развеять расплывчатость концепции жизни и заменить ее более определенной, осмысленной концепцией, которая, однако, не будет зависеть от чисто материальных или физических элементов. В настоящее время концепция жизни настолько неопределенна и расплывчата, что, хотя царство жизни полностью признано, его управление осуществляется с помощью физической силы или механизма.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>(3-4)

Ну, что тут сказать? Весь XX век мировая наука старательно выполняла проект Смэтса. Биология разбиралась в том, каким образом атомы и молекулы работают внутри живой клетки, обеспечивая питание, ремонт повреждений, регенерацию. Археологи и палеоэтнологи (между прочим, используя новейшие технические средства) изучали эволюцию хомо сапиенс и его предшественников, собирая и сравнивая находки со всех континентов Земли. Хотя некоторые неопределенности все же остались.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">''Выражаясь языком Платона, для них материя была лирой, а душа - музыкой этой лиры; лира была субстанциальной и неизменной реальностью, а музыка - всего лишь преходящим продуктом. И, таким образом, приоритет и господство материи превратили жизнь и душу в преходящие и смущающие фантомы на сцене существования.''</span><span style="color:#833c0b;"> Этот материализм вызывал самое горячее негодование и оспаривание со стороны тех, кто придерживался духовных ценностей и реалий. Они отрицали не только первенство материи, но и ее приоритет, а также то, что жизнь или разум возникают из нее и зависят от нее в каком-либо реальном смысле. Фактически они отрицали принцип эволюции как подрывающий все духовные и нравственные ценности жизни. Обе стороны, как материалисты, так и спиритуалисты, находились под влиянием жестких физических концепций причины и следствия, которые играли такую большую роль в науке и философии девятнадцатого века. В следствии не могло быть ничего большего, чем уже было заложено в причине; и если материя вызвала душу, то в душе не могло быть ничего большего, чем уже было в материи. Другими словами, душа была лишь кажущимся, а не реальным достижением материи. Общая обоснованность этого аргумента никогда не подвергалась сомнению, и в него искренне верили обе стороны. </span><span style="color:#833c0b;">''Следовательно, те, кто придерживался теории эволюции, логически были склонны к материализму, а те, кто придерживался спиритуализма, логически были вынуждены отрицать эволюцию.''</span>

В этом отрывке Смэтс затрагивает старую философскую проблему взаимосвязи мышления (идеального) и материи. Отличная аллегория о лире и музыке: материальный мозг, существование которого поддерживается пищей, создает нематериальную мысль, которая улетает в эфир… Психофизическая проблема: как нематериальная мысль заставляет наше тело действовать? Однако древние не приметили, что музыка распространяется не в безвоздушном пространстве, а в виде звуковых волн в воздухе. Конечно, смысл музыки не в колебаниях; потом ее научилось записывать на грампластинках, магнитных лентах, в виде mp3 файлов; все это материальные организованности, несущие смысл, но без них смысл тоже не существует. В конечном счете, эти упорядоченности попадают в мозг человека, где этот смысл и проявляется снова; но как? Не во взаимодействии с бесплотными мыслями, а во взаимодействии с движением живой материи нейронов, которые соотносят эту организованность с какими-то образами, воспоминаниями и так далее, также существующими в виде организованного движения материи. И дело здесь не в конкретной материи, а в тех образах, которые она несет. Как образ человека, воплощенный в мраморе статуи. Примерно об этом писал К. Поппер в своих размышлениях о «третьем мире» <ref name="ftn28">Поппер К.Р. Знание и психофизическая проблема: В защиту взаимодействия. М.: Издательство ЛКИ, 2008. 256 с.</ref>.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Мы верим в эволюцию, но это уже не механическая эволюция, произошедшая одно или два поколения назад, а творческая эволюция. Мы верим в рост, который действительно является таковым и становится все более и более активным в процессе. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы верим в Генезис, который по самой своей природе является эпигенезом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для нас не существует такой вещи, как статичная эволюция, становление, которое не становится, но в своих кажущихся изменениях всегда остается неизменным. Абсолютное уравнение причины и следствия, в которое безоговорочно верили люди того времени, не применимо к нам, как я объясню в свое время. Ситуация изменилась, изменилась точка зрения, и сегодня вдумчивые мужчины и женщины являются искренними и убежденными эволюционистами, не беспокоясь о мертвой и забытой проблеме противостояния материализма и спиритуализма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы принимаем теорию происхождения жизни из материи, а разума - из того и другого.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для современных образованных мужчин и женщин эволюция является такой же неотъемлемой частью их общего мировоззрения, так сказать, интеллектуальной атмосферы, как и теория Коперника. (8-10)</span>

На странице 43 Смэтс приводит пример распада урана через торий в радий с излучением альфа-частиц, и указывает, что эта реакция была использована для определения возраста Земли (тогда был рассчитан исходя из измеренного периода полураспада урана 1400 миллионов лет, позже был уточнен); это говорит о том, что Смэтс с пониманием следил за новейшими исследованиями в области физики. Ведь только в 1912 году Артур Холмс определил возраст древнейших известных пород уран-свинцовым методом.

<span style="color:#833c0b;">Атом и клетка - это две фундаментальные структуры во Вселенной, которые мы в настоящее время знаем: атом является единицей мира материи, а клетка - единицей мира жизни. </span>(62)

Остается только согласиться

<span style="color:#833c0b;">''Все растения и животные состоят из клеток, причем эти клетки, как правило, состоят из различных химических веществ, некоторые из которых имеют очень сложное </span><span style="color:#833c0b;">строение. Количество клеток в организме варьируется в зависимости от его размера и сложности, некоторые из низших, наиболее примитивных организмов являются одноклеточными или состоят из сравнительно небольшого числа клеток, в то время как, с другой стороны, высшие растения и животные могут содержать неисчислимые миллионы клеток.''</span><span style="color:#833c0b;"> По оценкам, только в человеческом мозге насчитывается около 9000 миллионов клеток! Эти клетки также имеют самый разнообразный характер, поскольку клетки, из которых состоят различные части и органы тела, отличаются друг от друга. Таким образом, клетки нервов, костей и мышц, да и вообще всех частей животного организма заметно отличаются друг от друга, и количество различных видов клеток, из которых состоит тело, может быть бесконечно большим. </span>(64)

На сегодня количество нейронов в мозге человека оценивается примерно в 90 миллиардов, но во времена Смэтса не было такого количества исследований как сегодня; и сегодня никто не считал точно количество клеток мозга или тела – а как вы себе это представляете? Пересчитать миллиарды клеток, видных только под микроскопом и расположенных тончайшими слоями? На самом деле делаются микроскопические исследования образцов разных тканей очень небольшого размера, а затем из этих средних величин экстраполируют на весь организм.

<span style="color:#833c0b;">''Сама природа клеток такова, что они функционируют как части единого целого, и когда это целое разрушается, перед ними автоматически встает необычная дополнительная задача - восстановить брешь, и их дремлющие силы пробуждаются к действию. И это происходит, насколько мы можем судить, просто в силу внутренней экономии и внутреннего регулирования в самом организме и без предварительной подготовки к новой роли. Взаимодействие между организмом и его клетками действительно является самым тонким и интимным; оба они, по-видимому, являются активными факторами в поддержании целого и в восстановлении любых частей, которые могут отсутствовать и которые необходимы для целого. Их взаимодействие настолько тесно, что почти невозможно сказать, где заканчивается влияние одного и начинается другое. ''</span>

<span style="color:#833c0b;">Аспект координации или подчинения частей целому также наиболее наглядно иллюстрируется феноменом воспроизведения, о котором я уже упоминал в другой связи. Размножение возвращает нас не только к прошлому и его загадкам, но и к будущему, и именно репродуктивную систему организмов мы должны изучать наиболее внимательно, если хотим понять этот аспект органической деятельности. </span><span style="color:#833c0b;">''Ибо при размножении клетка или организм явно выходит за пределы самих себя, их функции становятся трансцендентными в том, что касается их самих; его слепые стремления и энергия охватывают объекты и ситуации, находящиеся за пределами его самого.''</span><span style="color:#833c0b;"> На самом деле, при размножении клетка или организм ясно демонстрируют тот факт, что они не одиноки и что они являются частью более масштабного целого жизни, на выполнение которого направлены их самые фундаментальные функции. Таким образом, в качестве иллюстрации согласованных взаимосвязей частей и целого в организме ничто не может быть более значимым и важным, чем факты органического размножения. Здесь больше, чем где-либо еще, проявляется важность целого как действующего фактора, не только непосредственного целого или индивидуального организма, но и трансцендентного целого или типа, который должен воспроизводиться и поддерживаться любой ценой. Во всем многообразии органической природы поражает присущая ей самоотверженность, пренебрежение к себе и выход за пределы себя в процессе воспроизводства, который подчиняет индивидуума потребностям расы, истощает ее запасы сил и часто стоит ей </span><span style="color:#833c0b;">жизни. В этом процессе, как в самом сердце природы, заложен принцип жертвенности, подчинения части целому, индивидуума расе или типу людей. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Предыдущий анализ позволил нам понять, что растение или животное - это единое целое, состоящее из миллионов частей в виде клеток всех видов, в то время как клетки, в свою очередь, представляют собой более мелкие образования неопределенной сложности и удивительной активности. Все эти части скоординированы и расположены вплоть до мельчайших деталей и функционируют в самом тесном сотрудничестве, поддерживая друг друга и весь организм в целом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Организм - это действительно маленький живой мирок, в котором царят закон и порядок, и в котором каждая часть сотрудничает со всеми другими частями и служит общим целям целого, как правило, с самой совершенной регулярностью. Именно эта совершенная общность функций и единство действий в системе, состоящей из бесчисленных частей и сложнейших структурных образований, делает организм таким поразительным типом целого. Мы рассмотрели структурный порядок как характеристику неорганической материи; теперь мы видим активное сотрудничество и единство действий в дополнение к этому как характеристику организма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы восхищаемся порядком и сотрудничеством в пчелином улье или сообществе муравьев; в организме мы видим более совершенный порядок и более замечательное сотрудничество в ситуации, которая, возможно, ненамного менее сложна, чем любая из них. И точно так же, как отдельная пчела или муравей живет своей собственной жизнью и не теряется в общей деятельности улья или гнезда, так и отдельная клетка живет своей собственной жизнью, специализируясь и совершенствуясь в соответствии со своей ролью в организме, которую она помогает формировать и которой служит, не теряя и не жертвуя своей идентичностью. Организм включает в себя бесчисленное множество более мелких органических единиц, чья индивидуальность не поглощается им, выражается и не подавляется им. Большой организм означает не только объединение и совместную гармонию своих меньших единиц, но и, как правило, более совершенную индивидуализацию и специализированное развитие этих единиц в гармонии целого. Организм растения или животного - это социальная общность, но общность, которая обеспечивает существенное развитие своим отдельным членам. А ее природа и структура таковы, что она может совершенствоваться только через дифференциацию и развитие составляющих ее членов.''</span><span style="color:#833c0b;"> Но хотя это так, хотя (как мы более ясно увидим в дальнейшем) индивидуализация фундаментальна по своей природе, мы должны признать, что интенсивное сотрудничество играет не менее важную и фундаментальную роль. Организм - это, по сути, общество, в котором бесчисленное множество членов сотрудничают в целях взаимопомощи в духе наиболее эффективного бескорыстного служения и верности друг другу. Сотрудничество и взаимопомощь написаны на лице Природы. Более того, если структура и функции клеток могут нас чему-то научить, то они глубоко запечатлены в природе Вселенной, они являются самим смыслом и душой Природы. Мы можем пройти долгий путь по сферам Эволюции, но нигде мы не найдем более совершенного сотрудничества или более прекрасной иллюстрации взаимопомощи одной части для другой и всех частей для целого, а также целого для всех его частей, чем в маленькой незначительной клетке, который, кажется, хранит в себе саму тайну Вселенной. Предвосхищая формулировки более поздних разработок, мы можем сказать, что в клетке подразумевается идеал гармоничного сотрудничества, бескорыстного взаимного служения, верности и долга каждого по отношению ко всем, к чему в наших более поздних, более высокоразвитых человеческих объединениях мы можем только стремиться. Когда в атоме было достигнуто удивительное и таинственное стабильное сочетание электрических единиц, произошло чудо, которое спасло материальный мир от полного хаоса и </span>
<span style="color:#833c0b;">случайности. Но гораздо большее чудо было совершено, когда из атомного и молекулярного порядка развился еще более глубокий и утонченный порядок внутренней совместной гармонии клетки. Эти две фундаментальные структуры являются великими достижениями в ходе эволюции, до появления Разума, и хотя многие другие эксперименты, вероятно, проводились до и в промежутках между этими успехами, они оказались нестабильными и были отброшены, а теперь тщетно разыскиваются. Мы должны внимательно изучить эти неизменные вершины достижений, если хотим понять истинную природу эволюционного процесса и если хотим составить представление о природе фундамента между этими постоянными структурами, который был размыт с бесконечным течением времени. И когда мы обнаружим, что эти два явления не являются совершенно разными, а являются выражением в чем-то сходной внутренней прогрессивной тенденции Природы, и когда позже, на ментальном и духовном уровнях развития, мы обнаружим еще более четкие проявления подобной тенденции, мы будем вправе заключить, что столкнулись лицом к лицу с чем-то реальный и причинный в форме естественного действующего фактора фундаментального и универсального характера. </span>(стр. 82-86)

Привожу этот длинный отрывок без сокращений и комментариев. Он показывает ход мысли Смэтса, где не только организм рассматривается как клеточный холос, но эта целостность рассматривается в движении элементов в процессах обмена веществ и самовоспроизведения организма.

<span style="color:#833c0b;">''На протяжении всей истории человеческой мысли существовали две предельные отправные точки в объяснении Вселенной, две противоположные ментальные установки или точки зрения, с которых рассматривалась и объяснялась Вселенная. Согласно одной точке зрения, все, так или иначе, задано в начале; согласно другой, в начале предполагается минимум, и Вселенная является постепенным творением или эволюцией, начиная с этой минимальной начальной точки. На первый взгляд, не имеет значения, было ли первоначальное творение завершено во всех деталях или же была завершена только его логическая или метафизическая схема, в то время как содержание было дано лишь косвенно. В любом случае в ходе последующей истории мира не может быть ничего нового. Если первоначальное творение было полным и абсолютным, то все последующие события и изменения могут быть только перестановками, перетасовками первоначальных группировок: как материальные элементы, так и их принципы или формы расположения присутствуют в качестве исходных данных и определяют все последующие события и расположения. Если, опять же, метафизическую схему или структуру Вселенной принимать как данность, то эволюция Вселенной - это просто логическое развитие в соответствии с этой схемой; или, другими словами, логическое развитие схемы даст нам в результате материальную вселенную''</span><span style="color:#833c0b;">. Развитие идеи Гегеля является именно такой попыткой логического раскрытия вселенной. В обоих случаях объяснение Вселенной находится в прошлом, в начале: это начало управляет всем и предопределяет все. Прошлое является действенной причиной будущего, и никакое новое творение, ничего принципиально нового в будущем возникнуть не может. Реальность в полном объеме существовала с самого начала и продолжает существовать, меняя свои формы и проявления, но не внося ничего нового в первоначальный поток. Всякая реальная новизна и инициатива, всякая реальная свобода выбора и развития исчезают из вселенной. Мировой процесс становится в лучшем случае объяснением, развертыванием того, что было дано неявно, а не творческой эволюцией новых форм. Эта точка зрения была доминирующей в западной науке и философии с момента ее зарождения в XVI и XVII </span><span style="color:#833c0b;">веках и до недавнего времени. В физике она естественным образом согласуется с ортодоксальными законами сохранения, которые исключают создание или разрушение энергии, массы или импульса. И по мере того, как в науке и философии преобладали механистические идеи, все изменения стали означать просто механические перестановки без какого-либо существенного дополнения или вычитания из общей картины реальности. Опять же, те мыслители, которые (подобно Лейбницу) не придерживались механистической формулы, руководствовались своими теологическими взглядами и идеями, предшествовавшими формированию, и рассматривали реальность как завершенную в прошлом, оставляя будущему лишь второстепенную роль в раскрытии, эволюции, экспликации того, что фактически существовало. содержащийся в этом прошлом. Таким образом, это очень ограниченный смысл, в котором следует понимать используемые ими термины "развитие" или эволюция. Когда они верили в динамичную прогрессивную вселенную, они имели в виду просто вселенную, которая постепенно раскрывает то, что неявно содержалось в прошлом. </span><span style="color:#833c0b;">''Точка зрения на эволюцию как на созидательное явление, на реальное прогрессивное творение, которое все еще продолжается во Вселенной, а не завершилось в прошлом, на совокупность реальности, которая не является постоянной, а постепенно увеличивается в ходе эволюции, - это новое веяние нашего времени, и, возможно, это одно из самых значительных изменений во всем спектре человеческой мысли. ''</span><span style="color:#833c0b;">Старый статичный взгляд на реальность с его неизменными элементами и видами не только исчез, но и новый динамичный взгляд на эволюцию не просто отрицает старый статичный взгляд, он зашел гораздо дальше. </span>
<span style="color:#833c0b;">''Эволюция - это не просто процесс изменений, перегруппировки старого в новые формы; она творческая, ее новые формы не просто создаются из старых материалов; она создает как новые материалы, так и новые формы из синтеза нового со старыми материалами. Творческая способность материи, как мы видели, ограничивается аспектом структуры и преобразованием новых структур из ранее существовавших материальных единиц: в этом смысле материя обладает лишь ограниченной, хотя и реальной творческой способностью. Когда мы переходим к организмам, мы обнаруживаем гораздо большую степень креативности в эволюции.''</span><span style="color:#833c0b;"> Ибо, как будет показано в главе VIII, новые качества или признаки, которые приводят к появлению новых разновидностей или видов, действительно являются новыми в том смысле, что их не было раньше, и это не просто изменение признаков, которые были раньше. Создаются новые знаки (characters), и на их основе возникают новые разновидности или специфические формы стабильного вида. Еще большая степень креативности присуща разуму как в его интеллектуальном, так и в этическом аспектах; мысль созидательна во всех своих проявлениях, от простейших ощущений до самых сложных суждений; а этический или практический разум создает ценности, моральные, духовные и религиозные ценности в самом полном смысле этого слова. Отсюда возникает взгляд на эволюцию как на созидание нового, как на эпигенез, а не на объяснение, как на проявление новизны и инициативы, как на открытие новых путей и предоставление возможности нового выбора в продвижении вперед, как на создание свободы для будущего и, в самом реальном смысле, на разрыв оков прошлого и будущего от его фиксированных предопределений. </span>(стр. 90-92)

<span style="color:#833c0b;">''Творческая эволюция, которую понимают и ученые, и философы, работает как общий принцип или тенденция в конкретных формах и посредством них. Таким образом, эволюция - это структура и принцип, взаимопроникающие друг в друга, </span><span style="color:#833c0b;">взаимодействующие и оживляющие друг друга.''</span><span style="color:#833c0b;"> … </span><span style="color:#833c0b;">''Универсальное реализует себя не в праздном самосозерцании, не в отрыве от действительного, а в отдельных телах, в конкретных вещах и фактах и через них. ''</span><span style="color:#833c0b;">Храм Духа - это структура материи; универсальное заключено в конкретном, частном; ни одно из них не является реальным или истинным отдельно от другого. Все это звучит как прописные истины и банальности. Но, тем не менее, это самое важное, поскольку означает, что следование разными путями науки и философии не приведет нас к нашей цели. Их пути должны сойтись. Необходимо разработать концепции, которые будут включать в себя материал и точки зрения как науки, так и философии. Путь реального - это не абстрактные общие принципы и не пустыня деталей; и если мы хотим понять эволюцию, мы должны разработать концепции, адекватные ее реальному процессу, концепции, которые будут отражать ее реальные черты - конкретность и универсальность. Другими словами, мы должны сформировать концептуальную модель, которая будет как можно точнее воспроизводить то, что на самом деле происходит в процессе космической эволюции, и наша главная задача состоит в том, чтобы сделать наше объяснение природных процессов как можно более точным в соответствии с реальными наблюдаемыми фактами. </span>(стр. 93-94)

<span style="color:#833c0b;">И материя, и жизнь в атоме и клетке состоят из единичных структур, упорядоченная группировка которых создает естественные целостности, которые мы называем телами или организмами. Этот характер или черта "целостности", которые мы обнаружили в случае материи и жизни, имеют гораздо более общее применение и указывают на нечто фундаментальное во Вселенной, фундаментальное в том смысле, что оно практически универсально, что оно является реальным действующим фактором и что его формирующее влияние ощущается все более глубоко и широко по мере продвижения эволюции. Холизм - это введенный здесь термин (от холос = целое) для обозначения этой направленной на достижение целостности тенденции в природе, этого фундаментального фактора, действующего на создание целостностей во Вселенной. Давайте сначала попытаемся получить некоторое общее представление о том, что такое холизм и что такое "целые"; после этого я попытаюсь дать более точное определение этим терминам.

В области жизни мы все знакомы с тем, что здесь называется целостностями. Каждый организм, каждое растение или животное - это единое целое, обладающее определенной внутренней организацией и способностью к самоуправлению, а также своими собственными индивидуальными особенностями. Это справедливо как для низшего микроорганизма, так и для наиболее высокоразвитой и сложной человеческой личности. Что не является общепризнанным, так это то, что концепция целостности охватывает гораздо более широкую область, чем концепция жизни, что ее истоки прослеживаются уже в неорганическом порядке природы и что за пределами обычной области биологии она в некотором смысле применима к человеческим объединениям, таким как государство, и к творениям человеческого духа во всех его величайших и наиболее значимых проявлениях. Не только растения и животные являются целостностями, но и в определенном ограниченном смысле естественные сочетания материи во Вселенной являются целостностями; атомы, молекулы и химические соединения являются ограниченными целостностями; в то время как в другом, тесно связанном смысле человеческие характеры, произведения искусства и великие идеалы высшей жизни являются целостностями или разделяют их. В обиходе слово "целостный" часто используется для обозначения некоторых из этих высших творений. Например, стихотворение или картину хвалят за то, что они представляют собой "целое", потому что это не просто искусственная конструкция, а органичное целое, в котором все части проявляются тонким, неуловимым образом, чтобы служить главной цели или идее, вносить в нее свой вклад. На самом деле художественные произведения в основном оцениваются по степени, в которой они осознают характер целостности. Но термин "целостность" содержит гораздо больше, чем подразумевается в его общепринятом употреблении. С точки зрения, представленной здесь, "целостности" являются основой характера Вселенной, а холизм, как действующий фактор в эволюции целостностей, является высшим принципом Вселенной.

''Создание целостностей, причем все более высокоорганизованных, и целостности вообще как характеристики существования - неотъемлемая черта Вселенной. В мире действует не просто неопределенная творческая энергия или тенденция. Эта энергия или тенденция имеет специфические свойства, наиболее фундаментальным из которых является создание целого. И постепенное развитие возникающих в результате целостностей на всех стадиях - от самых зачаточных, несовершенных, неорганических до наиболее высокоразвитых и организованных - это то, что мы называем эволюцией. Стремление к созданию целого, холистическая тенденция, или холизм, действующий в конкретных целостностях и через них, проявляется на всех этапах существования и никоим образом не ограничивается биологической областью, которой наука до сих пор ограничивала понятие целого. Уходя корнями в неорганическую среду, эта универсальная тенденция находит ясное выражение в органическом биологическом мире и достигает своих высших проявлений и результатов на ментальном и духовном планах существования. Подлинными единицами Природы являются целостности различного уровня. Целостность - это наиболее характерное выражение природы Вселенной в ее поступательном движении во времени. Она отмечает линию эволюционного прогресса. И холизм является внутренней движущей силой этого прогресса. ''

Очевидно, что если эта точка зрения верна, то должны последовать очень важные результаты для наших представлений о знании и жизни. ''Целостности - это не просто искусственные конструкции мысли, они указывают на нечто реальное во Вселенной; и холизм как творческий принцип в них является реальной причиной. Это движущая сила эволюции. Таким образом, за эволюцией стоит не просто смутный и неопределимый творческий импульс или жизненная сила, голая идея прохождения или продолжительности, не имеющая никакого качества или характера, кроме равномерного течения, и которой нельзя придать никакого значения или характера, но нечто вполне определенное. Холизм - это специфическая тенденция, имеющая определенный характер, творческая по отношению ко всем персонажам во Вселенной и, следовательно, приносящая результаты и объяснения в отношении всего хода космического развития.'' </span>(100-102)

''Целое как действующий фактор требует тщательного изучения. То, что в природе существуют целые, представляется мне неоспоримым. Представленная здесь точка зрения заключается в том, что они охватывают гораздо более широкую область, чем принято считать, и имеют фундаментальное значение. Но идея целого - это один из вопросов, которым наука, а в значительной степени и философия, пренебрегает. Любопытно, что, хотя общая точка зрения философии по необходимости в значительной степени холистична, она никогда по-настоящему не использовала идею целого. Эта идея действительно проходит красной нитью через всю философию, но в основном в расплывчатом, неосязаемом виде.'' Единственное определенное применение этой идеи было сделано абсолютистами, которые применили выражение "целое" ко всему существующему, к космическому целому, ко всему ансамблю Вселенной, рассматриваемому как единство или бытие. Такое конкретное использование этой идеи нас не интересует на данном этапе нашего исследования. Великое целое может быть конечной точкой, но это не та линия, которой мы следуем. Мы собираемся изучать маленькие естественные центры целостности и принцип, выражением которого они являются. И я думал, что этот вопрос будет представлять глубокий интерес как для философов, так и для ученых. Но даже философы не смогли по-настоящему использовать эту великую концепцию, в то время как ученые постоянно пренебрегали ею или игнорировали ее под железным гнетом механистического режима. И все же камень, отвергнутый строителями, может стать краеугольным камнем здания. (103)

<span style="color:#833c0b;">''Давайте теперь рассмотрим идею целого более подробно; и давайте снова начнем с естественных биологических целостностей, таких как растения или животные. Организм, как растение или животное, является естественным целым. Он самодействующий и самодвижущийся. Принцип его движения или действия не внешний по отношению к нему самому, а внутренний. Он не приводится в действие каким-либо внешним принципом или силой, например, машиной или искусственным сооружением. Источник его активности является внутренним и неразрывно связан с ним самим, он действительно является им самим. Она состоит из частей, но ее части не просто собраны вместе. Их единство не является механическим, а основывается на другом принципе. Организм состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, и если эти части разобрать на части, организм разрушается и не может быть восстановлен путем повторного соединения разъединенных частей. Эти части находятся в активных отношениях друг к другу, которые меняются в зависимости от частей и организмов; но ни в коем случае нет ничего бездеятельного или инертного в отношениях этих частей друг к другу или ко всему организму в целом. Кроме того, организм способен поддерживать себя за счет поглощения других компонентов, таких как пища, но, опять же, как мы видели в предыдущей главе, он делает это не путем простого механического добавления, а путем полного преобразования, ассимиляции и использования в своей собственной системе взятого таким образом материала. Более того, организм является творческим в том смысле, что он способен при определенных условиях обновлять себя и воспроизводить себя в очень похожих целостностях.''

Этого приблизительного изложения достаточно, чтобы обозначить основные общие характеристики биологических целостностей. Когда мы достигаем более высоких уровней развития высших животных и человека, мы сталкиваемся с дополнительными признаками психологической природы, такими как интеллект, воля, сознание, центральный контроль и руководство более или менее добровольного и обдуманного характера. Для нашей нынешней цели предварительного обзора в этой главе нам нет необходимости рассматривать этих персонажей более подробно. Но необходимо, чтобы мы сформировали более четкое представление о различиях, которые отличают целое в вышеуказанном смысле от чего-то, что целым не является.

Прежде всего, я хотел бы подчеркнуть, что целое, согласно представленной здесь точке зрения, не простое, а сложное и состоит из частей. Природные целостности, такие как организмы, являются не простыми, а сложными или составными, состоящими из множества частей, находящихся в активной взаимосвязи и взаимодействии того или иного рода, и сами части могут быть меньшими целыми, такими как клетки организма. Целые - это составные части, а не простые элементы. Идея целого как простой уникальной индивидуальной сущности - это метафизический взгляд, от которого мы должны остерегаться. Философия разработала концепцию уникального целого, которое на самом деле является абсолютным, неразрушимым и неизменяемым. Например, Платон в "Федоне" представил человеческую душу как такое целое и из ее неделимости вывел аргумент в пользу ее бессмертия. То, что просто, неделимо и окончательно, обязательно должно быть и неразрушимым. Однако, с моей точки зрения, природные целостности - это не такие простые неделимые сущности, которые на самом деле являются философскими абстракциями. (103-104)

<span style="color:#833c0b;">С другой стороны, философская концепция не оставляет места для изменений, движения или развития целого. Философское целое, или абсолют, неизбежно статично. Простое, уникальное, конечное целое не может изменяться или развиваться. Оно неизменно остается тем, что оно есть. Это отрицает идею эволюции, которая необходима для концепции целостностей, представленной здесь. Взгляд на Вселенную как на целое или абсолют в философском смысле не оставляет места для прогресса или развития и вступает в противоречие со всеми практическими учениями и всеми наиболее значимыми результатами науки. Части (если таковые имеются) действительно могут перемещаться и изменяться, их взаимоотношения между собой могут демонстрировать текучесть, которую можно назвать развитием. Но это не будет настоящим творческим развитием. Абсолютная целостность философии неизменна, замкнута в себе и не похожа ни на что, с чем мы сталкиваемся в этом мире. Идея эволюции как созидания является полной противоположностью этой статичной абсолютности. И эта идея должна быть для нас решающей. Все, что противоречит идее Вселенной как прогрессивной и созидательной, должно быть отвергнуто нами. Творческое целое, или холизм, не следует путать с философским целым, или абсолютом.

Предостерегая от философского заблуждения, позвольте мне перейти к предостережению от еще более опасного научного заблуждения. Механический взгляд на вселенную, который был и в значительной степени остается доминирующим в науке, в той или иной степени противоречит изложенной здесь концепции.

Целое - это не просто механическая система, то есть система частей, внешне связанных друг с другом. Оно действительно состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, которой обязательно является чисто механическая система. Сущность механической системы - это чистая внешняя сторона или отсутствие какой-либо внутренней сущности, всех внутренних тенденций, отношений и видов деятельности системы или ее частей. Любое действие в механической системе является внешним, являясь либо внешним воздействием механического тела на какое-либо другое тело, либо внешним воздействием последнего на первое. И точно так же, когда рассматриваются части тела или системы, единственное действие, на которое они способны, - это их внешнее воздействие друг на друга или на организм в целом. Ни у части тела, ни у его частей нет внутреннего действия или функции. Таково механическое тело, и только такие тела предполагались существующими в соответствии с механистической гипотезой. Целое, которое является чем-то большим, чем сумма его частей, обладает чем-то внутренним, какой-то внутренней структурой и функцией, какими-то особыми внутренними отношениями, каким-то внутренним характером или природой, которые составляют это нечто большее. И в этом исследовании мы должны попытаться выяснить, что же это такое. На данном этапе следует уяснить, что, в то время как механическая теория предполагает только внешнее действие как единственно поддающееся измерению и математической обработке и исключает всякое внутреннее действие, связь или функцию, теория целого, напротив, основана на предположении, что в дополнение к внешнему действию между телами существует также дополнительный внутренний элемент или действие тел, которые являются целыми, и что этот элемент или действие имеет определенный определяемый характер. (105-106)

Таким образом, целые - это составные элементы, обладающие внутренней структурой, функцией или характером, которые четко отличают их от простых механических дополнений, агрегатов или конструкций, как это предполагает наука в соответствии с механической гипотезой. И этот внутренний элемент, который превращает простое механическое сложение или сумму частей в целое, свидетельствует о прогрессивном развитии Природы. Целостности динамичны, органичны, эволюционны, созидательны. Характера творчества должно быть (если это так) достаточно, чтобы опровергнуть чисто механическую концепцию Вселенной.

<span style="color:#833c0b;">Очень важно понимать, что целое не является чем-то дополнительным к частям: именно части, находящиеся в определенном структурном расположении и взаимодействующие друг с другом, образуют единое целое. Структура и виды деятельности различаются по характеру в зависимости от стадии развития целого; но целое - это всего лишь специфическая структура частей с соответствующими им видами деятельности и функциями. Таким образом, вода как химическое соединение, как мы уже видели, является целым в ограниченном смысле, зарождающимся целым, качественно отличающимся от своих несоставных элементов водорода и кислорода в простом смешанном состоянии; это новая специфическая структура с новыми физическими и химическими свойствами. Целое как биологический организм представляет собой гораздо более сложную структуру с гораздо более сложными видами деятельности и функциями, чем простое химическое соединение. Но его не следует воспринимать как нечто, выходящее за рамки его частей в их структурном синтезе, включая уникальные виды деятельности и функции, которые сопровождают этот синтез. Сама суть концепции целого заключается в том, что части находятся вместе в уникальном специфическом сочетании, в особой внутренней взаимосвязи, в творческом синтезе, который отличает его от всех других форм сочетания или единения. ''Сочетание элементов в этой структуре является в некотором смысле творческим, то есть создает новую структуру, новые свойства и функции. Как мы увидим в дальнейшем, эти свойства и функции сами по себе обладают творческим или целостным характером. ''Вначале факт наличия структуры имеет первостепенное значение для целых, но по мере того, как мы поднимаемся по шкале целых, мы видим, что структура становится вторичной по отношению к функции, мы видим, что функция становится доминирующей чертой целых, мы рассматриваем ее как корреляцию всех видов деятельности структуры и осуществление новых синтезов, которые являются все больше и больше проявляю творческий характер. ''Части целого также подвержены влиянию структуры, они отличаются друг от друга и ведут себя не так, как они вели бы себя без такого целого. Сама суть целого заключается в том, что, хотя оно состоит из своих частей, оно, в свою очередь, влияет на части и их взаимосвязи и функции. Это взаимное влияние составляет внутреннюю сущность или внутренний характер целого. ''

Существует творческая активность, прогресс и развитие целых, и последовательные фазы этой творческой эволюции отмечены появлением все более сложных и значительных целых. Таким образом, возникает прогрессивная шкала целостностей, простирающаяся от материальных тел неорганической природы через растительное и животное царства к человеку и великим идеалам и художественным творениям духовного мира. Как бы ни увеличивались сложность и плодотворное значение целого по мере нашего продвижения вверх, фундаментальная деятельность, которая приводит к этим результатам, на протяжении всего процесса сохраняет свой специфический целостный характер. Сначала, согласно нашим современным знаниям, она проявляется только как определенная материальная структура энергетических единиц, как специфический синтез или расположение материальных частей, например, в химическом соединении, кристалле или коллоиде. Мы уже видели, как эта структура в некоторых отношениях приближается к более целостным проявлениям жизни, и вполне возможно, что будущий прогресс науки значительно расширит наши знания по этому вопросу. Но даже в том виде, в каком это известно сейчас, специфическая структура и характер химического соединения делают его своего рода целым, совершенно отличным от простых физических или механических смесей. По мере того, как мы продвигаемся вперед в развитии природы, мы видим на примере растений, как эта специфическая структура, этот синтез и расположение частей и признаков приобретают новый кооперативный характер - характер групп взаимосвязанных действий, которые тесно взаимосвязаны и функционируют таким образом, чтобы сохранить растение и поддерживать свою деятельность в целом. Когда мы переходим к животным, мы обнаруживаем не только этот тесный структурный синтез частей и признаков на основе сотрудничества и скоординированных функций, но и в появлении центральной нервной системы и головного мозга мы видим новый элемент контроля и управления, который преобразует всю систему, делает ее взаимосвязанной - работа становится более сложной и эффективной и приобретает совершенно новый смысл и активность. ''Когда мы приходим к человеческой стадии, мы обнаруживаем наивысший расцвет этого центрального контроля в человеческой личности. Мы обнаруживаем целый ряд ценностей и видов деятельности, о которых и не мечтали на более ранних стадиях. И мы обнаруживаем, что сами эти ценности и виды деятельности стремятся стать целостными на более высоких уровнях духовного и художественного производства. Целостность, которая была лишь структурной, зачаточной, частичной в начале развития Природы, здесь становится в значительной степени доминирующей и всепроникающей.'' Целостный подход, который на более низких уровнях преодолевал почти непреодолимые препятствия и трудности, здесь в некотором смысле одерживает победу. Пока это лишь очень частичная победа. Даже самая совершенная человеческая личность и самое совершенное художественное произведение все еще полны несовершенств и являются лишь приближением к идеальной целостности. Холизму предстоит пройти еще долгий путь. С высокого человеческого уровня это указывает путь в будущее и показывает, что в целостности, в создании все более совершенных и значимых целостностей, заключается внутренний смысл и тенденция Вселенной. Это как если бы Великий Созидательный Дух сказал: "Смотри, Я создаю все сущее целым".

Таким образом, восходящий порядок целостностей, или этапы, на которых холизм проявляет себя в прогрессивных фазах реальности, можно в общих чертах и в предварительном порядке резюмировать следующим образом:

<div style="margin-left:1.249cm;">1. Определенная материальная структура или синтез частей в естественных телах, но внутренняя активность которых в настоящее время известна не более, чем в виде простых физических или химических сил или энергий: например, в химическом соединении. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">2. Функциональная структура в живых организмах, где части в этом специфическом синтезе активно взаимодействуют и функционируют совместно для поддержания организма: например, в растениях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">3. Эта специфическая совместная деятельность координируется или регулируется каким-то выраженным центральным контролем, который все еще в основном неявный и бессознательный: например, у животных. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">4. Центральный контроль становится осознанным и формирует личность; в то же время он проявляется в более сложных, целостных группах общества. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">5. В человеческих сообществах этот центральный контроль становится сверхиндивидуальным, в государстве и подобных групповых организациях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">6. Наконец, возникают идеальные целостности, или холистические идеалы, или абсолютные ценности, отделенные от человеческой личности и действующие сами по себе как созидательные факторы в построении духовного мира. Таковы Идеалы Истины, Красоты и Добра, которые закладывают основы нового порядка во Вселенной. </div>

На протяжении всех этих этапов мы видим постоянно углубляющуюся природу Целого как специфического структурного синтеза частей с собственной внутренней активностью, которые взаимодействуют и функционируют в гармонии, естественно, инстинктивно или сознательно. (106-110)

<span style="color:#833c0b;">''Позвольте мне в заключение сказать несколько слов о терминологии, чтобы избежать двусмысленности и неправильного понимания в дальнейшем. Согласно представлениям, изложенным в этой главе, целое в каждом отдельном случае является центром и творческим источником реальности. Это реальный фактор, из которого вытекает все остальное в каждом конкретном случае. Но существует бесконечное множество таких целостностей, охватывающих все уровни существования во Вселенной; и возникает необходимость в общем термине, который включал бы и охватывал все целостности как таковые в рамках одной концепции. Для этого был придуман термин холизм; таким образом, холизм охватывает все целостности во Вселенной. Таким образом, это одновременно и концепция, и фактор: концепция, обозначающая все целостности, фактор, потому что целые, которые она обозначает, являются реальными факторами во Вселенной. Мы говорим о материи, включающей в себя все частицы материи во Вселенной: точно так же мы будем говорить о холизме, включающем в себя все целостности, которые являются высшими творческими центрами реальности в мире.'' (120)

''Позвольте мне повторить то, что было сказано в предыдущей главе: целое - это не общий принцип или тенденция, это структура или схема.'' Естественное тело или организм можно разделить на два фактора: форму, структуру или схему и конкретные признаки или качества, которые наполняют эту форму или структуру. Что касается этих конкретных признаков или качеств, то в каждом конкретном случае мы должны полагаться на опыт; цвет, ощущение или запах предмета или характер животного можно узнать только из наблюдений или опыта в каждом конкретном случае. Но форма или структура включает в себя особенности, которые наиболее удобно обобщить в виде концепций, и если эти концепции ясны и определены, из них снова можно вывести результаты, которые делают их наиболее полезными в качестве аргументов для размышлений и объяснений. Обобщенные концепции пространства и времени, разработанные не столько философами, сколько математиками, обладают теми качествами ясности и определенности, которые делают их особенно полезными для изучения структуры физического мира, как мы видели при обсуждении теории относительности. И точно так же концепция целого, если ее ясно понимать и твердо придерживаться, может стать мощным средством изучения сложных явлений жизни и разума. Концепция целого - это обобщенная структура или схема, каркас, который необходимо заполнить в каждом конкретном случае; и именно этот структурный или схематический характер приближает его к тому конкретному характеру, который отличает все природные объекты в мире опыта. Для большей ясности давайте перейдем к анализу фундаментальных характеристик целого, как мы видим, на примере, скажем, простого организма. (129)

Во-первых, единство действия, характерное для целого, проявляется в заметной способности регулировать и соотносить, которой целое, по-видимому, обладает по отношению к своим частям. Это, пожалуй, самая поразительная особенность органических целостностей; какими бы сложными они ни были, в них сохраняется определенное сбалансированное соотношение функций. Если между частями возникает какое-либо нарушение, нарушающее распорядок дня в целом, то либо это нарушение устраняется совместными усилиями многих или всех частей, либо функции других частей перестраиваются таким образом, что устанавливается новый баланс и распорядок дня. Синтетическое единство целого порождает синтетическое или холистическое действие во всем целом; деятельность и функции частей также становятся целостными, так что в дополнение к их обычной рутине у них появляется аспект или тенденция, направленная на целое, которая активизируется всякий раз, когда нарушается равновесие целого. Именно этот целостный характер, отличающий деятельность и функции не только целого, но и его частей, лежит в основе замечательного феномена сотрудничества между клетками, на который было обращено внимание в четвертой главе. ''Сотрудничество - это не столько взаимодействие независимых единиц, сколько, по сути, давление целого на части. На самом деле, вся функция или система организма целостна; синтетическое единство целого настолько глубоко запечатлено в частях и отражается в деятельности частей, что все они, по-видимому, "подыгрывают" друг другу и сотрудничают в поддержании или, в случае нарушения, восстановлении равновесия в деятельности, характерного для конкретное целое. Из синтетического единства целого вытекает целостное действие всех его частей, а также характерная способность соотносить и регулировать, которую целое, по-видимому, проявляет по отношению к частям. Все эти свойства на самом деле вытекают из идеи и природы целого; как только эта идея будет четко осознана, будет найден истинный принцип органического объяснения, и применение идей и методов механицизма или витализма станет излишним, как мы увидим позже.'' (131)

Это создание новой разновидности или вида (новой структуры); это создание новых единичных признаков (частей структуры), которые оправдывают появление нового вида или разновидности; и за новыми единичными признаками стоит не просто перестановка элементов старых единичных признаков, а новый подход. интеграция новых материалов или качественных элементов со старыми элементами для формирования новой разновидности объекта. Этот процесс является творческим по отношению к новому на каждом шагу и на каждой стадии, причем в мельчайших элементах качество не ниже, чем в крупных или целостных структурах. Начиная с воображаемых элементов a, b, c, d, мы обнаруживаем в органическом продвижении ни в коем случае не простую структурную перегруппировку только этих элементов, но везде элемент качественной новизны, x, включенный наряду со старыми элементами в новую структуру. В каждом прогрессе мы обнаруживаем не только новую структуру, но и результат в той или иной форме. Я использовал концепцию единиц или элементов в целях иллюстрации; но на самом деле творческий процесс эволюции целостен и, в конечном счете, не поддается анализу в виде определенных единиц; сочетание унаследованных структур и характеров с новыми настолько тесно, что невозможно отделить их друг от друга, и невозможно сказать, где заканчиваются старые элементы и начинаются новые. Но, вне всякого сомнения, в продвижении вперед новое присутствует наряду со старым таким образом, что мы можем понять этот процесс, как во всей его полноте, так и в мельчайших деталях, только как по-настоящему творческий. (138) * тут он путается, но в начале главы было написано, что все это предварительные размышления. Что я заметил: некоторые холосы не нуждаются в конструировании; достаточно свалить все элементы в кучу, и они сами выстроятся, как положено. Атом, например. Но есть другой тип, где «буквы» нужно расставлять в нужном порядке; таковы, например, органические молекулы. Клеточные машины считывают код с ДНК и синтезируют нужное из четырех атомов: углерода, водорода, кислорода и азота. Их соединение в разных порядках создает молекулы с очень разными функциями. *

Я изложу это с холистической точки зрения следующим образом: я собираюсь показать, что отбор и направление, присущие жизни и разуму, являются всеобъемлющими холистическими свойствами, которые уже проявляются в материи, развиваются из нее и достигают зрелости в жизни и разуме. Эти персонажи не проявляют оппозиции или антагонизма по отношению к системе материи, но сосуществуют с ней и взаимопроникают в нее, так сказать, как высшие фазы самой материи. Они терпимо относятся к законам материи и выполняют свои функции, не нарушая эти законы. Другими словами, действие жизни и разума согласуется с принципами энергии. Теперь перейдем к моим аргументам.

"Избирательность", как указывалось в главе III, представляется неотъемлемым и фундаментальным свойством материи. Ярким примером этого явления является электромагнетизм; так же как и само строение материи, конечные формы структуры которой зависят от присущего ей сродства и селективности еще более мелких структур или единиц. Таково же поведение материи в коллоидном состоянии. В избирательности материи мы, по-видимому, сталкиваемся с предельным свойством, объяснение которого на более фундаментальных основаниях невозможно.

''Избирательность также является фундаментальным свойством любого организма; это действительно самое примитивное свойство жизни. Возможно, это тот самый момент, когда органическое и неорганическое все еще были единым целым и начали расходиться. Клетка проявляет избирательность во всех своих процессах, таких как усвоение пищи и отторжение того, что не подходит для ее питания. Организм проявляет эту избирательность во всех своих движениях, а также в своем питании. Существует выбор целей и корректировка его движений для достижения этих целей.'' При неправильной настройке, при ошибочных или неудачных движениях эксперимент повторяется до тех пор, пока цель не будет достигнута - пища не будет получена, опасность не будет устранена или враг не будет разгромлен. Эта примитивная способность к отбору или избирательности еще не является выбором или волей, как это наблюдается на высших стадиях органического развития, но она является стержневым элементом выбора или воли. ''Одной из форм этой способности к отбору является самонаправление, которое в равной степени характерно для организмов. Жизнь обладает способностью к самонаправлению, к выбору движения в одном направлении, а не в другом, к выбору пути, ведущего к достижению неосознаваемой или осознаваемо осознаваемой цели. Очевидно, что эта способность к самонаправлению является лишь частной формой или разновидностью более общей способности к избирательности. ''

Нетрудно заметить, что эта избирательность является неотъемлемым атрибутом или качеством целостности. Природное целое как небольшой ограниченный центр единства имеет определенную структуру, которая неизбежно ограничивает его функционирование определенными способами или модальностями и никакими другими. Перед ним открыты не все возможности; у него есть лишь более или менее ограниченные степени свободы для своей деятельности; он вынужден ограничиваться ими и неявно отвергать все остальные. Предвосхищая более поздние стадии развития, можно сказать, что его выбор ограничен; другими словами, для него необходимы избирательные действия. То, что совершенно ясно на более поздних, более зрелых стадиях эволюции, уже существует в неразвитой незрелой форме у самых примитивных организмов. Существует примитивная стадия органического функционирования, когда такие понятия, как воля, выбор или цель, явно еще неприменимы, но их корень уже существует в своего рода органической избирательности или способности к самонаправлению и самоориентации. Эта примитивная органическая способность к отбору, вероятно, недалеко ушла от неорганического свойства, которое я назвал тем же именем. (169-170)

<span style="color:#833c0b;">Позвольте мне сначала сформулировать закон Дарвина, который был таким же простым, как закон Ньютона, и гораздо более понятным. Живые существа имеют тенденцию изменяться и чрезмерно размножаться; как следствие, борьба за выживание становится неизбежной, и в этой борьбе за существование выживают наиболее приспособленные. Это объясняет происхождение видов и все органические различия в мире. Тенденция к вариациям очевидна для всех, как и чрезмерное размножение особей в благоприятных условиях и при отсутствии внешних ограничений; результирующая борьба, которую Дарвин называет Естественным отбором, хорошо известна каждому, кто имеет хоть какое-то представление о живой природе. Таковы простые факты, из которых построена теория Дарвина. Случай с яйцом Колумба, несомненно, самый поразительный из всех, которые когда-либо приводились. Гениальность Мастера проявилась в обширности конструкции, которую он создал из этих простых материалов, основанных на здравом смысле и обычном опыте. Исходя из этих простых банальных фактов, он объяснил бесконечное разнообразие форм жизни, населяющих землю, их географическое распространение как в прошлом, так и в настоящем по всему земному шару, а также удивительную степень их адаптации к физическим и другим условиям, среди которых они живут. Адаптация к суше и морю, пресная и соленая вода, почвенные и климатические условия, охватывающие крайности жары и холода, широчайший спектр влажных, засушливых и пустынных условий, а также все бесчисленные факты и ситуации, которые приводят к взаимодействию- плетение таинственной паутины жизни.

Вся теория Дарвина кратко изложена в последних предложениях "Происхождения видов" с простотой и красотой изложения, достойными простого, но глубокого гения Мастера, и они в нескольких словах раскрывают перед нами великое дарвиновское видение. Их часто цитировали, но здесь они будут процитированы повторно, причем на все времена:

<div style="margin-left:1.249cm;">"Интересно созерцать заросший кустарником берег, покрытый множеством разнообразных растений, с поющими на кустах птицами, с порхающими вокруг различными насекомыми и ползающими по влажной земле червями, и размышлять о том, что эти искусно сконструированные формы, столь непохожие друг на друга, зависят друг от друга столь сложным образом все это было создано законами, действующими вокруг нас. Эти законы, взятые в самом широком смысле, представляют собой рост с воспроизводством; Наследование, которое почти подразумевается под воспроизводством; Изменчивость, обусловленная косвенным и прямым воздействием условий жизни, а также использованием и неиспользованием; степень увеличения настолько высока, что приводит к борьбе за жизнь и, как следствие, к естественному отбору, влекущему за собой расхождение признаков и вымирание менее совершенных форм. Таким образом, из войны в природе, из голода и смерти непосредственно вытекает самая возвышенная цель, которую мы способны себе представить, а именно создание высших животных. Есть величие в этом взгляде на жизнь, с ее разнообразными силами, изначально вдохнутыми Творцом в несколько форм или в одну; и, в то время как эта планета движется по кругу в соответствии с неизменным законом всемирного тяготения, из такого простого начала возникли бесконечные формы, самые красивые и удивительные. были и находятся в процессе эволюции". </div>

Я готов признаться, что в великой мировой литературе есть несколько отрывков, которые затрагивают меня сильнее, чем эти заключительные слова великой книги Дарвина. Они обладают силой и красотой, несоизмеримыми с их простыми, ничем не приукрашенными формулировками. Они являются выражением великой бескорыстной души, которая беззаветно и бесстрашно искала истину и в конце концов удостоилась видения единства жизни, которое, возможно, никогда не было превзойдено в своей полноте и величии. (194-195)

Дарвин предполагал наличие двух действующих факторов в органическом мире: (1) Вариативность в размножении и наследственности живых существ и (2) Естественный отбор, или выживание наиболее приспособленных, как называл это Герберт Спенсер. (195-196)

В этой области было много выдающихся ученых, но имя Вейсмана навсегда останется в памяти как выдающегося биолога, который, несмотря на свои ошибки в деталях, инициировал и развивал исследование зародышевой клетки как источника вариативности в эволюции. Вейсман перевел взгляд эволюционистов с внешней стороны на внутреннюю сторону процесса, с очевидного механизма внешнего взаимодействия и столкновения на тайну внутреннего процесса. И то, чему он учил, было не только самым удивительным, но и остается одной из самых значимых истин во всей биологии. Я остановлюсь на этом вопросе прямо сейчас. Но прежде, чем сделать это, я хотел бы отметить, что Вайсману и его коллегам по работе мешал механический взгляд на эволюцию, который уже стал незыблемой догмой на ранней стадии дарвинизма. Если уж на то пошло, то механистическая концепция должна была получить свое завершение в области вариаций, в исследовании внутреннего процесса или фактора эволюции. К сожалению, Вейсман и несколько наиболее выдающихся биологов, разработавших эту вторую фазу дарвинизма, подошли к своей задаче не только как убежденные дарвинисты, но и как механисты. (198)

<span style="color:#833c0b;">Индивидуальный сознающий себя и имеющий волю Разум справедливо подчеркивается психологией как Субъект опыта или Самости. В универсальной системе порядка этот индивид проявляется как беспокоящее влияние, как бунтарь против этого порядка. Но бунтарь пробивается на пути к победе, достигает пластичности и свободы и освобождается от прежней обычной рутины Холизма. ''Таким образом, разум через свою силу опыта и знаний приходит к тому, чтобы овладеть собственными жизненными условиями, обеспечить свободу и контролировать регулирующую систему, в которой он родился. Свобода, пластичность, креативность становятся лейтмотивами нового порядка разума. Это, однако, только одна сторона психической эволюции. Pari passu с этим индивидуальным развитием быстро развивается универсализирующая концептуально-рациональная сторона Ума; его регулирующий Разум делает Разум частью универсального порядка, а индивидуальные и универсальные аспекты Разума взаимно обогащают и оплодотворяют друг друга, а на уровне человеческой Личности приводят к созданию нового идеального мира духовной свободы. Этот союз "индивидуального" субъективного Разума с универсальным или рациональным Разумом возможен, потому что индивидуальный Разум сам возник в холическом регулирующем лоне. Чистый индивидуализм - вводящая в заблуждение абстракция; индивид осознает себя только в обществе и узнавая других, подобных ему; Сама его способность к концептуальному опыту проистекает главным образом из использования социального инструмента языка. Индивидуум проистекает из универсального холизма, и весь его опыт и знания в конечном итоге стремятся к характеру регулирующего порядка и универсальности.'' Таким образом, знание принимает в первую очередь форму эмпирического порядка, как систему здравого смысла. Постепенно несоответствия этой системы устраняются, а знания приближаются к науке, к научному концептуальному порядку, в котором концепции и принципы, выходящие за рамки эмпирического опыта, лежат в основе мира опыта. Научная концепция мира знаменует собой торжество универсального элемента в Разуме, но только на основе свободы и контроля, которых достиг в основном индивидуальный разум. (234)

Легко понять, что проблема психики стоит перед нами не так остро, как перед психологами. Психология рассматривает психику человека и высших животных как самостоятельный феномен, который она анализирует и исследует в его различных элементах и который она изучает как отдельный отдел или, скорее, ячейку в общей области науки. Таким образом, для психолога вопрос о границах является существенным; он должен отграничить свою область мышления от других областей в общем мире знаний.

Природа разума делает эту трудность неизбежной и неустранимой, и психологии как отдельной науке всегда придется довольствоваться интенсивным освоением только своей центральной области и разделением внешних границ и отдаленных территорий с естественными и биологическими науками.

Для психологии Разум - это особый феномен, который должен изучаться сам по себе. ''Для теории холизма Разум - это всего лишь фаза, хотя и кульминационная фаза, универсального процесса. Вопрос о границах, столь важный для психолога, для нас не существует. С нашей точки зрения, это всего лишь узкоспециализированный вопрос; для нас Разум - это не просто феномен психологии человека и животных. Мы должны проследить связи Разума с более ранними фазами развития материи и жизни; мы должны, так сказать, раскрыть основы Разума в устройстве Вселенной. Разум как выражение холизма, Разум как орган холизма - вот в чем наша проблема. ''

Мы уже видели, что атом и клетка были двумя великими отправными точками в построении Вселенной, двумя великими непреходящими вершинами достижений на пути творческого холизма, которые, в свою очередь, стали основой и фундаментальными единицами всего сущего. Теперь мы подходим к третьему вопросу, который, возможно, является не менее важным с точки зрения устройства Вселенной, а с нашей, человеческой, точки зрения, даже более важным, чем два предыдущих. В уме мы подходим к самому важному фактору во Вселенной, верховному органу, управляющему всеми остальными структурами и механизмами. (236-238)

Мы видели, что и материя, и жизнь являются структурами, и что прогресс эволюции заключается в появлении все более сложных и интенсивных структур, все более сложно и высокоорганизованных целостностей. В структурах материи количество взаимодействующих элементов меньше, а их взаимодействия проще, так что до некоторой степени все еще возможно проследить элементарные эффекты до их отдельных причин и источников в самой структуре. Структура является доминирующей, и ее функции могут быть вычислены как элементы структуры. Однако по мере того, как мы переходим от физических структур к химическим, слияние и унификация элементов и функций становятся более заметными, а структуры в то же время становятся более сложными. Когда мы переходим к структурам жизни, мы обнаруживаем не только гораздо более многочисленные структурные элементы и гораздо более сложные структуры, но и гораздо более интенсивную и унифицированную организацию, а также функции, гораздо более единичные и унифицированные, индивидуальные и не поддающиеся анализу. Например, в дереве или животном мы находим бесконечное множество клеток и клеточных структур всех степеней специализации, взаимно адаптированных и взаимодействующих друг с другом для поддержания единого индивидуального целого самым удивительным образом. Мы не приписываем это сотрудничество и единство действий какому-то высшему разуму, присущему дереву или животному. В организме как таковом нет психического контроля; и все же контроль настолько прост, настолько автоматичен и эффективен, что ставит в тупик наше понимание. Внутренняя координация и саморегуляция организмов, которые являются органической фазой холизма, действительно являются чем-то удивительным, почти чудесным. И в своем роде и на своем собственном плане эволюция Вселенной не достигла ничего более удивительного или совершенного. </span>(239-240)

<span style="color:#833c0b;">''Я бы никогда не осознал себя и не осознавал свою отдельную индивидуальность, если бы я не осознавал других, таких как я: сознание других «я» необходимо для осознания себя или самосознания. Следовательно, индивид возникает в социальном опыте. Более того, благодаря использованию исключительно социального инструмента - языка я поднимаюсь над простой непосредственностью опыта и погружением в свой текущий момент. Язык дает названия элементам моего опыта, и, таким образом, посредством языка они сначала изолируются и абстрагируются от непрерывности моего опыта.'' Через способность языка к именованию, опять же, несколько предметов опыта могут быть сгруппированы под одним именем, что становится отличительным их общего сходства, несмотря на их незначительные различия. ''Другими словами, сила формирования общих понятий становится возможной только благодаря социальному инструменту языка. Таким образом, весь развитый мыслительный аппарат, с помощью которого я измеряю вселенную и собираю неисчислимое богатство личного опыта - это не моя индивидуальная собственность и орудие, а социально развитый инструмент, которым я делюсь с остальными своими собратьями. Нет, я сам, настолько уникальный по видимости, как я уже говорил, в значительной степени являюсь социальной конструкцией и произведен от социального общения и психического взаимодействия с моими собратьями.'' ''Индивидуальное Я или Личность опирается не на свои индивидуальные основы, а на всю вселенную.'' Психология убедительно доказывает это, и Холизм подчеркивает это, прослеживая человека к его источникам в целом. Индивидуальное Я не является единичным, так сказать, происходит из одного корня. Он сочетает в себе бесконечное количество элементов, вытекающих из индивидуальных способностей и опыта, с одной стороны, и социальных традиций и опыта, с другой. Все эти элементы слиты и метаболизированы в целостное единство, которое становится уникальным центром во вселенной и, в реальном смысле, во вселенной. Нигде в мире мы не находим большей интенсивности производимого целостного эффекта, чем в индивидуальном Я или Личности. И все же, даже там она ни в коем случае не завершена, поскольку индивидуальная Личность, как мы увидим, все еще демонстрирует несоответствие элементов, которое приводит к большинству великих проблем мышления и поведения. ''Однако я хочу подчеркнуть, что, по-видимому, индивидуалистический Разум в действительности глубоко и жизненно подвержен влиянию универсального Разума; и что индивидуальное я становится собой только через рациональное и социальное я, которое органически связывает его с остальной частью вселенной. Оно укоренено в большом целом и зависит от него, и лишь в незначительной степени восстает против его контролирующего влияния. Огромная сила Разума проявляется в том, как из простых данных элементарного Я и его переживаний он поднимает благородную надстройку человеческой Личности. Ум здесь предстает великим творческим художником.'' Но более того; его работа - не просто картина реальности, а сама реальность. Это великий архетип художника, и он обладает этой чистой творческой силой, потому что это всего лишь форма, фаза высшей творческой активности во вселенной. Когда Разум начинает применять свою концептуальную систему к своему мировому опыту, мы видим ту же синтетическую целостную деятельность в действии. Сначала грубый, наивный опыт просто берется за его внешнее значение, и из него строится грубый эмпирический порядок, который достаточно корректен для всех обычных целей и может справедливо называться миром здравого смысла. Конечно, даже этот эмпирический порядок здравого смысла будет широко варьироваться на разных уровнях культуры. Но в каждом случае это первое грубое приближение и группировка, упорядочение и организация опыта в соответствии со стандартами и потребностями обычного человека на этом уровне ментальной культуры. Это более или менее верное прочтение обычного опыта, и хотя оно содержит много расхождений и противоречий, в целом это более или менее связное, связное мировоззрение, которое справедливо соответствует фактам прямого наблюдения. (254-255)

Мы можем начать эту главу с приблизительного определения человеческой личности на том языке, который мы использовали в ходе предыдущего обсуждения. Таким образом, личность - это новое целое, наивысшее и совершеннейшее из всех целостностей, это самая последняя заметная мутация в эволюции холизма, это творческий синтез, в котором более ранние серии материальных, органических и психических целостностей объединяются с новым появлением холизма и, таким образом, создается новая уникальная личность. возникает целое более высокого порядка, чем любое из его предшественников. В личности мы достигаем последней и наивысшей фазы холизма и, следовательно, кульминационной проблемы, к которой подводили все предшествующие обсуждения. Личность является высшим воплощением холизма как в его индивидуальных, так и в универсальных тенденциях. Это окончательный синтез всех действующих факторов во Вселенной в единое целое, и как в своем единстве, так и в своей сложности он составляет великую загадку Вселенной. Самый известный из всех предметов знания и опыта, самый близкий к нам во всех отношениях, наша основа и конституция, наша самость, и все же это великая тайна, самый неуловимый фантом во всем диапазоне знаний. Неудивительно, что некоторые доходят до того, что отрицают его существование и считают его настоящим фантазмом разума. И все же это самая реальная из всех реальностей, последнее и наиболее полное выражение высшей реальности, которая придает реальность всем остальным реальностям. Его уникальность и несравнимость делают его очень трудным для понимания обычными научными методами, и поэтому наука полностью избегает его, а психология и философия в значительной степени избегают. Возможно, наш подход к нему более обнадеживающий. Во всяком случае, наша процедура устранит впечатление, что это уникальное и изолированное явление, нечто обособленное, своего рода Мелхиседек вселенной, без каких-либо генетических связей или контактов с остальной Вселенной. Мы подходим к нему как к одному из серии, как к кульминационной фазе постепенного движения, предыдущие этапы которого уже были изучены. Таким образом, она занимает подобающее ей место в огромном сообществе Вселенной, и ее больше не следует рассматривать как изолированную и неприступную сингулярность.

Давайте сначала рассмотрим составляющие Личности. Человеческая личность вбирает в себя все, что было достигнуто ранее в космической эволюции холизма. Она не только ментальна или духовна, но также органична и материальна. Это новое целое прежних целостностей; структуры материи, жизни и разума неразрывно слиты в нем, и оно больше, чем любая из них или все вместе. Что это такое, мы рассмотрим прямо сейчас; а пока давайте рассмотрим его составляющие и их взаимоотношения в Личности.

Наиболее характерной и, безусловно, наиболее важной составляющей личности является Разум. Без сознательного разума на человеческом уровне Личность не могла бы существовать. И личность должна была ожидать появления Разума, развития органа Разума, прежде чем она смогла бы начать свой уникальный путь. Разум был тем крылом, на котором человеческая личность возносилась в эмпиреи. (272-273)

Человеческое тело является органическим, но его нельзя считать независимым организмом, живущим в своего рода симбиозе с другой субстанцией, называемой разумом.</span> (277)

<span style="color:#833c0b;">''Если предположить, что тело и разум не являются независимыми реальностями и имеют значение и реальность только как элементы единого реального субстанционального целого Личности, возникает вопрос, как мы должны понимать их взаимоотношения как элементов этого целого. Как разум влияет на тело и наоборот в человеческой личности?'' Любой язык подразумевает такое влияние; любой опыт подразумевает и предполагает, что разум оказывает влияние на тело, а тело - на разум. В главе VII я попытался показать, что такое влияние, с одной стороны, не подразумевает нарушения законов физической энергии, а с другой - не требует вмешательства бога из машины, подобного Энтелехии. Ситуация полностью целостна, и холизм здесь, как и везде, дает основу для требуемого объяснения. Давайте сначала рассмотрим альтернативные точки зрения, которые были высказаны по этому вопросу.

(а) Популярной и, как я полагаю, до сих пор распространенной среди философов является точка зрения о "взаимодействии", то есть о том, что тело и разум взаимно и непосредственно воздействуют друг на друга. Эта точка зрения, если ее правильно понять, как я уже сказал, не вступает в противоречие с законами природы. Но она наталкивается на другое очень серьезное возражение. Как можно представить прямое воздействие физического или материального на ментальное или духовное и наоборот? Эти два предполагаемых взаимодействующих фактора совсем не одного порядка; каким образом одно может "воздействовать" на другое, кажется не только непонятным, но и абсолютно непостижимым.

(б) Ввиду этого очень серьезного возражения, а также других возражений, многие мыслители просто придерживаются точки зрения, что физическое и ментальное - это два параллельных ряда, которые не воздействуют друг на друга, но идут параллельно друг другу, без какой-либо попытки объяснить основы этого психо-физического параллелизма. Возражение против этого состоит в том, что один ряд, по-видимому, влияет на другой, а не просто идет параллельно ему. Например, наше сознание в произвольных действиях, по-видимому, наиболее четко показывает, что наше психическое состояние может влиять на внешние действия в определенном направлении.

(в) Другие, опять же, признавая трудность понимания того, как физическое и ментальное могут воздействовать друг на друга, вводят посредническую концепцию или средство, помогающее преодолеть эту трудность. Таким образом, точно так же, как трудность понимания действия на расстоянии была обусловлена представлением о пространственном эфире как средстве для такого действия, предполагалось, что сверхъестественное средство делает возможным взаимодействие таких несоизмеримых вещей, как разум и тело. Лейбниц предположил, что между ними и в других отношениях во Вселенной существует предустановленная гармония; Беркли и некоторые картезианцы предполагали, что все взаимодействия происходят в Боге, божественном посреднике и причине всего происходящего во Вселенной.

(d) наконец, существует точка зрения, за образец которой можно принять точку зрения Спинозы, согласно которой Вселенная - это всего лишь единая субстанция, в которой как физический, так и ментальный уровни являются особыми и взаимосвязанными видами деятельности; следовательно, можно предположить, что причинно-следственная связь, связывающая их, находится в основополагающая субстанция, объединяющая их обоих. Эта точка зрения не так уж сильно отличается от непосредственно предшествующей, поскольку Бог Беркли и других авторов может быть понят как соответствующий божественной Сущности вселенной Спинозы.

Таковы основные взгляды, которых придерживались по этому, возможно, самому сложному вопросу во всей философии; и мне кажется, что все они содержат какие-то элементы истины и ценности. Целостная концепция не только поможет нам взглянуть на этот вопрос с новой точки зрения, но и воздаст должное усилиям тех, кто ранее работал над этой проблемой. (277-279)

''Но можно возразить'', что Персонология представляет собой греко-латинский гибрид и неприемлема как таковая. Однако можно отметить, что есть особая причина для термина, который не является чисто греческим, но также использует ресурсы латинского языка. ''Любопытен тот факт, что греческая философия, несмотря на свои блестящие достижения и вдохновенное создание большей части современной философской монеты, так и не смогла прийти к ясному пониманию идеи личности. Таким образом, в греческом языке нет термина, выражающего понятие Личности.'' ''Персона'' - это латинский термин и римская идея, возникшая, как и многие другие юридические идеи, благодаря юридическому гению римлян, который был по-своему столь же замечателен, как и философский гений греков. ''Персона'' в римском праве обозначала правовой статус индивида, который по закону был облечен правами и обязанностями сам по себе; индивид как носитель прав и обязанностей сам по себе был персоной; из простого физического ничтожества он превратился в юридическую личность и приобрел правосубъектность, таким образом, в классическом римском праве раб, не имеющий юридических прав, был человеком без ''личности (persona)''. Развитое римское право распространило понятие личности не только на физических лиц, но и на нематериальные компании и общества, которые по закону имели статус юридического лица и могли иметь права и обязанности. Таким образом, личность была вопросом правового статуса и означала юридическое достоинство и важность отдельного человека или группы. Четкая юридическая концепция ''личности'' была очень хорошей основой для построенной на ней надстройки психо-этической личности. </span>(291-291)

<span style="color:#833c0b;">''Действие в пространстве-Времени обязательно структурно; действительно, Пространство-Время задает координаты, структуру Действия, которое является основой мира. Пространство-время - это структура; следовательно, действие в пространстве-времени на первой стадии холизма является чисто структурным и механистическим'', как мы видели в главе VII. Признание фундаментального структурного характера не только материи, но и всей Вселенной является вкладом теории относительности в новое мировоззрение. Таким образом, физический мир, по сути, становится структурным действием, активностью, структурированной в телах, вещах, событиях. Так возникает видимая материальная вселенная, которая окружает нас и в наших телах составляет часть нас самих.

Каков следующий шаг? ''Действие не останавливается в своих структурах, оно остается действием, оно остается в действии. Другими словами, в телах, вещах и событиях содержится больше, чем в их структурах или материальных формах. Все вещи выходят за пределы своих собственных структурных границ, внутреннее действие выходит за пределы внешней структуры, и, таким образом, в вещах существует тенденция выходить за пределы самих себя. ''Эта внутренняя тенденция в вещах проистекает из самой их сущности как локализованного, замкнутого действия. Отсюда следуют два важных вывода. Первое - это представление о вещах как о чем-то большем, чем их кажущиеся структуры, и их "полях", дополняющих их полное функционирование и понимание. Вещь не останавливается на своих границах или ограничивающих поверхностях. Это всеобъемлющее действие, оно выходит за свои пределы, и поэтому окружающее его "поле" важно не только для правильной оценки его как вещи, но и для правильного понимания вещей в целом и особенно того, как они влияют друг на друга. В ходе предшествующего обсуждения я неоднократно пытался подчеркнуть огромную важность концепции "полей" не только для физики, но и для биологии и философии.

Второй и более важный вывод - это великий факт и концепция эволюции. ''Внутренний характер Вселенной как Действия выражает себя в действительности как переход, процесс, выход за пределы существующих форм и структур, и, таким образом, открывается путь для эволюции. ''Действительный характер эволюции, конечно, может быть определен только на основании фактов, а не на основе логического вывода, выводимого из природы Вселенной как Действия. Но если сущность вселенной - это активность, то нам легче понять, почему вселенная эволюционна и исторична, а не статична и неизменна. Существует некий переход, процесс, прогресс, но его характер можно определить только путем изучения фактов, описанных в этом переходе. Это может оказаться просто движением комбинаций и группировок; или это может оказаться развертыванием, объяснением и наполнением, эволюцией в более строгом смысле этого слова; или это может оказаться настоящей творческой эволюцией, такой, какой мы ее видели. Реальная эволюция требует других концепций, помимо концепций действия и структуры; и эти концепции могут быть получены только из опыта. Таким образом, фактический творческий характер эволюции является выводом не столько из теории, сколько из эмпирических фактов. И точная природа этого творчества в некоторых отношениях неизвестна и остается проблемой, которую предстоит решить в будущем. 1 Еще более широкий обзор и пристальное изучение фактов приводят к концепции холизма, которая объясняет не только структурные комбинации тел, вещей и событий, но и все прогрессивные серии единств и синтезов, возникших в космическом процессе.

Предполагая, что холизм и природа целостностей во Вселенной были достаточно объяснены в предыдущих главах, я теперь перехожу к сравнению мировоззрения, к которому ведет холизм, с теми, которые напоминают его или соприкасаются с ним в различных аспектах и все же существенно отличаются от него. (336-337)

Рассматривать идеальный или духовный элемент во Вселенной как доминирующий фактор - значит игнорировать тот факт, что Вселенная существовала еще до того, как идеал или духовное появилось на горизонте; что идеальное или духовное - это новое и действительно недавнее творение в порядке вещей во Вселенной, что оно не подразумевалось в истоков и не был достигнут в процессе развития; но что из реального ранее существовавшего порядка вещей он был творчески развит как новый фактор; и что его важность в 4 часа дня не следует ретроспективно относить ко времени, когда мир существовал без него. Где был Дух, когда теплые силурийские моря покрывали поверхность земли, а низшие виды рыб и морских обитателей все еще находились на гребне эволюционной волны? Или, возвращаясь еще дальше в прошлое, где был Дух, когда в докембрийской системе земного шара первые конвульсивные движения подняли древние горы, которые теперь полностью исчезли с лица земли, и когда живые формы, если таковые и существовали, были настолько низкого типа, что ни одна из них не могла быть уничтожена. были ли они уже расшифрованы в геологической летописи? Где был Дух, когда сама Солнечная система была еще рассеянной огненной туманностью? Научные эволюционные факты неоспоримы, и они подтверждают точку зрения о том, что Земля существовала за миллионы лет до возникновения психического или духовного порядка; и то, что верно для земли, может быть точно так же верно для Вселенной в целом. В связи с творческой эволюцией мы должны твердо усвоить тот факт, что, хотя духовный или психический фактор является реальным элементом Вселенной, он сравнительно недавно появился в эволюционном порядке вещей; что Вселенная существовала неисчислимые миллионы лет до его появления; и что идеализм так же ошибочен, отрицая существование мира до появления Духа, как и натурализм, отрицающий Дух, когда он в конце концов появился в мире.</span> (339-340)

<span style="color:#833c0b;">Удивительно то, что мыслители нашего времени, которые не только знакомы с идеей творческой эволюции, но и убежденные ее приверженцы, не в состоянии приспособить к ней свои взгляды. Так, покойный профессор Джеймс Уорд, который отстаивал взгляд на эволюцию как на эпигенез, или творческий синтез, и чей плюрализм тесно связан с монадологией, по-видимому, так и не смог осознать, что его взгляд на эволюцию как на творческий процесс противоречил его духовному плюрализму или панпсихизму. Его плюралистическая вселенная также полностью состоит из духовных монад, или сущностей, и это подразумевает наличие духовных или психических свойств не только у высших монад, таких как личности, но и у самых элементарных монад, таких как атомы и химические соединения. Спиноза, который в остальном сильно отличался от Лейбница, также предполагал, что все вещи в определенной степени одушевлены, но у него было оправдание в том, что он, как и Лейбниц, не был знаком с идеей творческой эволюции. Но Уорд, несмотря на свои более полные знания, спокойно следует за Лейбницем и Спинозой в их заблуждении. Очевидным фактом, конечно, является то, что психизм или спиритуализм ни в коем случае не могут быть приписаны простым частицам материи, энергии или физическим сущностям, таким как атомы или химические соединения, без малейшей путаницы. Сама идея творческой эволюции, или эпигенеза, заключается в том, что и жизнь, и разум являются более поздними явлениями в эволюционном ряду и никак не могут предшествовать чисто физическому уровню эволюции. Во Вселенной нет такого великого Сообщества Духов, членами которого были бы Люди и Предметы, Души и Атомы, находящиеся на одном духовном уровне. Когда термин "Духовный" растягивается настолько далеко и размывается настолько широко, он теряет всякую реальную ценность и становится просто пустой фразой. На самом деле, во всей Вселенной нет такого духовного общества, но есть целостный порядок, который является чем-то гораздо большим и простирается от начала до конца, через все ступени и градации целостной самореализации. Холизм, а не спиритуализм, является ключом к пониманию Вселенной. Разум находится не в начале, а в конце, но холизм присутствует везде и все во всем. Если бы Вселенная была великим духовным сообществом, состоящим из низших и высших душ, эволюция как творческая деятельность стала бы бессмысленной; это был бы просто процесс проявления скрытой духовности (если таковая имеется), присущей Вселенной. Таким образом, холистический взгляд не только отрицает далеко идущие духовные предпосылки монадологии или панпсихизма, но и находится в твердом согласии с научными учениями и опытом. На самом деле, он не умаляет ценности или важности Вселенной. Это лишь подчеркивает необходимость того великого урока смирения, который является этическим посланием Эволюции. Это показывает, что ценности не следует путать с истоками и что из истоков могут вырасти самые низкие ценности, которые являются самыми возвышенными и духовными во Вселенной. Великое общество Вселенной оставляет место для самой скромной неодушевленной неорганической структуры не в меньшей степени, чем для венца великой души. Представлять вселенную иначе - значит предаваться антропоморфизму, который может быть приятен нашему тщеславию, но на самом деле умаляет богатство и разнообразие Вселенной. Целостная вселенная охватывает все реальные структуры, от низших до высших, такими, какие они есть, без облачения их в духовные одеяния, чуждые их истинной природе. Этот мир, выражаясь благородным языком Китса, действительно является долиной созидания душ; но этого не могло бы быть, если бы сама долина состояла только из душ. (343-344)

Таким образом, мы говорим об атмосфере идей, о духе класса или о душе народа. Социальные индивиды как таковые остаются неизменными, но социальная среда или поле претерпевает полное изменение. Благодаря этому взаимному проникновению объединенных полей в обществе или группе происходит умножение силы, что создает видимость и большую часть реальности нового организма. Поэтому мы говорим о социальных, групповых или национальных организмах. Но на самом деле нового организма нет; общество или группа органичны, но не являются организмом; целостный, не являющийся целым. Менталитет толпы, отличающийся от числа составляющих ее индивидуумов, является хорошей иллюстрацией измененного и усиленного ментального поля, возникающего в результате встречи многих индивидуумов и слияния и усиления их объединенных полей. И чем более они психически, чем более они находятся под влиянием сильных страстей или увлечены какой-либо заразительной идеей, тем более подавляющим становится общее поле. Сила группового поля вообще несоизмерима с силой идеи или страстей в отдельных единицах, составляющих группу. Групповое поле — это, так сказать, произведение всех индивидуальных полей. Этот предмет относится к сфере изучения социальной психологии и упоминается здесь только в целях иллюстрации. В таких случаях мы имеем органическую ситуацию, но не организм. Группы, семьи, церкви, общества, нации органичны, но не организмы. </span>(348)

<span style="color:#833c0b;">Таким образом, когда мы говорим о Природе или Вселенной в целом, мы просто имеем в виду Природу или Вселенную, рассматриваемую как органическую, или в ее органических, или холистических аспектах. Мы не имеем в виду, что они являются реальным целым в том смысле, который определен в этой работе. Мы видели, что творческое Поле Природы, состоящее из всех физических, органических и личностных целостностей в их тесном взаимодействии и взаимовлиянии, само по себе имеет органический или холистический характер. Это Поле является источником великой экологии Вселенной. Это окружающая среда, общество, которое является жизненно важным, дружественным, образовательным, созидательным для всех холосов и всех душ. Это не просто фигура речи или плод воображения, а реальность, оказывающая глубокое влияние на все целые и их судьбу. Это οἶκος, Дом всей семьи вселенной, в атмосфере которого есть что-то глубоко интимное и дружественное. В этом Доме Целостностей и Душ воплощаются творческие задачи холизма. Не идеализируя его чрезмерно, мы все же чувствуем, что он очень близок и дорог нам, и, несмотря на все противоречия и неприятности, в конце концов мы приходим к пониманию того, что это дружественная вселенная. Его глубочайшие тенденции помогают тому лучшему, что есть в нас, и наши самые высокие устремления - это не что иное, как его вдохновение. Таким образом, за нашим стремлением к совершенствованию, в конечном счете, стоит весь вес и импульс, а также сокровенная природа и тенденция Вселенной. (352)

Стенания и страдания Вселенной никогда не бывают бесцельными или безрезультатными. Ее глубокие труды означают новое созидание, медленное, болезненное рождение целостностей, новых и высших целостностей, и медленное, но неуклонное осуществление Блага, к которому смутно стремятся все целостности Вселенной на их различных уровнях. Природа Вселенной такова, что она стремится к тому, чтобы медленно, но во все возрастающей мере достигать целостности, наполненности, блаженства. Настоящим поражением для людей, как и для других слоев Вселенной, было бы облегчение боли прекращением усилий, прекращением стремления к Добру. Целостный нисус<ref name="ftn29">Нисус – восхождение, взлет (лат.)</ref>, бьющий подобно живому фонтану из самых глубин Вселенной, является гарантией того, что неудачи нас не ждут, что идеалы Благополучия, Истины, Красоты и Добродетели прочно укоренены в природе вещей и в конечном итоге не будут подвергнуты опасности или утрачены. Целостность, исцеление, святость - все выражения и идеи, происходящие из одного корня как в языке, так и в опыте, лежат на труднопроходимом восходящем пути Вселенной и могут быть достигнуты частично здесь и сейчас, а со временем - более полно и истинно. Возникновение и самосовершенствование целостностей в Целом - это медленный, но безошибочный процесс и цель этой Целостной вселенной. </span>(353)

Очень интересное замечание, очевидное, но не замечаемое другими учеными. И, если соединение жизни и материи осознавалось как «живая материя» (особый вид материи, подобно «жидкое тело» - «твердое тело», то разум как бы просто жил в этом теле, неведомым образом управляя им (психофизическая проблема).

Смэтс же просто заявил: человек состоит из материи, жизни и разума. То есть, является идеоматериальной системой, в терминах ТИМС.

Использовался текст написанной мной главы из книги «Регион, как социально-экономическая система») <ref name="ftn30">Морозова Т.В., Козырева Г.Б., Сухарев М.В. Регион как социально-экономическая система. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2009. 308 с.</ref>

Я предпочитаю говорить о «системном подходе», а не о «теории систем», поскольку теория систем, как мне кажется, все еще не сложилась, как четкая логическая конструкция, подобно физике, математике или биологии. Даже один из основателей теории систем Анатоль Рапопорт писал: «''Сам термин «General System Theory» также страдает многозначностью. Его многозначность стала очевидной для меня, когда в связи с переводом настоящего доклада меня попросили разъяснить грамматическую структуру выражения «General System Theory». … Я всегда думал о предмете этого доклада как о какой-то совокупности рассуждений, имеющих в основе некоторую ориентацию, а не как о теории в строгом значении этого слова, т. е. не как о совокупности теоретически полученных предложений''» <ref name="ftn31"> Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c.</ref> (стр. 55).

Целую подборку высказываний известных в системном движении исследователей, говоривших о сложности определения понятия «система» приводит В.А. Карташов{{anchor|Ref236540465}} <ref name="ftn32"> Карташев В.А.. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с.</ref>: (стр. 18-19, ссылки на произведения авторов определений см. в цитируемом источнике)

«''Несмотря на широкое распространение понятия «система», до настоящего времени не существует общепринятого его определения. В литературе, особенно философской, можно встретить различные толкования этого понятия, отражающие различные его аспекты. Трудность задачи объясняется в значительной мере фундаментальным, предельным характером того обобщения, которое скрывается за словом «система». Вероятно, лучшим решением была бы хорошо составленная аксиоматика, но математическая теория систем делает только первые шаги''» (М.Г. Гаазе-Рапопорт, Г.Н. Поваров)

«…''любая попытка обобщить все или, по крайней мере, все основные значения термина «система» с неизменностью приводит к тому, что под системой начинают понимать все, что угодно''» (И.В. Блауберг, В.И. Садовский, Э.Г. Юдин)

«… ''при всякой попытке сформулировать само понятие системы, то есть дать принципиальное кредо этому новому интересному направлению, положительно все исследователи попадают в заколдованный круг традиционных понятий. Здесь непрерывно цитируются «целостность», «организменность», «взаимодействия», «организованная сложность», «упорядоченное множество» и другие подобные термины, которые становятся даже центральными критериями понятия системы. Ясно, что все эти термины являются лишь вариациями того же самого понятия целостности. Именно поэтому, не покидая понятийного поля целостности, все эти определения не делают какого-либо существенного скачка как в понимании системы, так и в конкретной разработке ее''». (П.К.Анохин).

В то же время, несмотря на существующие проблемы, в рамках «системного течения» сложилось множество методологических подходов и приемов, которые могут быть продуктивно использованы для анализа социально-экономических систем. Но именно в силу широты и некоторой неопределенности границ того научного направления, которое именуется «системным подходом», требуется несколько уточнить «набор инструментов», который мы будем использовать для исследования региона.

В упомянутой работе А. Рапопорта он выделяет три подхода к построению теории систем – биологический, технический и математический. Для исследования регионов из перечисленных Рапопортом наиболее близок подход, сформулированный Р. Жераром: «''В концептуальной схеме Жерара центральным является понятие живой системы. Живой системе он приписывает три отдельных и вместе с тем взаимно связанных между собой аспекта, а именно: '''структуру, функцию и историю'''. … Структура системы – это совокупность отношений между ее частями. Следовательно, анатомия организма определяется его структурой. Функция (точнее, может быть, функционирование) системы – это совокупность ее реакций на условия внешней и внутренней среды. Понятие функции охватывает, таким образом, физиологические функции и кратковременные акты поведения организма. Характерной чертой таких реакций является некоторая степень обратимости. Например, реакция на стимул, как правило, ведет к восстановлению равновесия, нарушенного стимулом. Наконец, история организма – это длительные, как правило, необратимые изменения. Примеры таких необратимых изменений – рост и развитие, а затем деградация в процессе старения''» <ref name="ftn33">Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c. </ref>, с.64-65.

Для уточнения применимости понятия «система» к региону приведем ряд определений, собранных в уже цитированной книге В.А. Карташева<ref name="ftn34">Карташев. В.А. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с. </ref>: * «… все, состоящее из связанных друг с другом частей, мы будем называть системой» (Ст. Бир);
* «Система – это комплекс взаимодействующих компонентов» (Л. Берталанфи)
* «Система – это не просто совокупность единиц… а совокупность отношений между этими единицами» (А. Рапопорт);
* «И хотя понятие системы определяется по-разному, обычно все-таки имеется в виду, что система представляет собой определенное множество взаимосвязанных элементов, образующих устойчивое единство и целостность, обладающее интегральными свойствами и закономерностями» (В.П. Кузьмин);
* «Применяя термин «система», мы выражаем не только сущность, но и наше отношение к сущности объекта, подчеркивая класс свойств, которые представляются интересными, точку зрения…» (В.В Дружинин, Д.С. Конторов);
* «Системой можно назвать только такой комплекс избирательно вовлеченных компонентов, у которых взаимодействие и взаимоотношение приобретают характер взаимосодействия компонентов на получение фокусированного полезного результата» (П.К. Анохин).

Суммируем эти определения. Исходя из них, система это: * Комплекс взаимодействующих элементов
* За счет взаимодействия элементов система образует целостность, имеющую новые (интегральные) свойства и функции, которыми не обладают отдельные части
* Принципиальное значение имеет структура взаимодействий, отношений между элементами; одни и те же элементы, соединенные разным способом, могут образовывать системы с разными свойствами
* Взаимодействие элементов имеет характер взаимоСОдействия (то, что названо сейчас синергией и изучается новой наукой – синергетикой)
* В системном анализе в определенной мере выражаются цели исследователя. Само исследование выделяет некую подсистему из того множества накладывающихся друг на друга систем, которыми является мир.

Еще одно важное различие между многообразными типами существующих в природе систем, позволяющее разделить их на два больших класса, вытекает из термодинамики. Все системы можно условно разделить на два вида – закрытые и открытые. Закрытые системы в термодинамическом смысле изолированы от внешнего мира и не обмениваются с ним веществом и энергией. Открытые системы (в том числе, живые существа и сообщества) постоянно обмениваются с окружающим миром и веществом, и энергией.

Изменение энтропии в таких системах описывается уравнением <ref name="ftn35">''Николис, Г. Пригожин, И.'' Самоорганизация в неравновесных системах. М. «Мир» 1979. 512 с. </ref>:

dS = d<sub>e</sub>S + d<sub>i</sub>S

где d<sub>e</sub>S – поток энтропии, обусловленный обменом с окружающей средой, а d<sub>i</sub>S – производство энтропии внутри системы, обусловленное необратимыми процессами (стр. 33). Общественный холос обменивается (потребляет и выводит) с окружающей природной средой самыми различными видами вещества, потребляет и рассеивает энергию. Холос обменивается не только с природной средой, но и с другими социальными системами вокруг себя, как в рамках государства, к которому принадлежит, так и с регионами других государств.

Холос складывается из разнородных «частей» (элементов). Это поселения, как небольшие (деревни, поселки), так и крупные – города. Это созданная людьми инфраструктура – дороги, линии электропередач, плотины, поля. Все эти элементы объединены разнообразными связями, взаимодействиями.

Важную для системного анализа общественных холосов идею высказал В. Лефевр, а именно, о «системах, нарисованных на системах» <ref name="ftn36">''Лефевр В.А.'' Конфликтующие структуры. Издание второе, переработанное и дополненное. М. “Советское радио”, 1973. 158 с. </ref>, с. 82. Действительно, в реальности мы часто имеем дело с подобными явлениями. Например, картина, нарисованная маслом на холсте. Холст представляет собой совершенно определенную структуру, без которой была бы невозможной целостность картины. Но это еще не все; холст натянут на раму и покрыт грунтом. Эта конструкция целиком представляет собой систему, несущую на себе другую систему – саму картину, сочетание цветов и контуров которой создает образы, которые она удерживает от разрушения и искажений.

Социальные явления и процессы всегда являются результатом суперпозиции, наложения множества относительно самостоятельных систем. Всякое общество является социальной системой, надстроенной над биологической системой – популяцией людей как живых существ. В наше время всепроникающей глобализации ни одна страна, ни один регион не могут быть выделены в замкнутую экономическую систему, поскольку включены в цепи всемирных технологических и торговых циклов.

В еще большей степени отдельные сообщества включены в мировую культурную мегасистему. Ни одна страна, ни один регион (если не считать затерянные в джунглях реликтовые племена) не может сегодня изолироваться от мировой культуры, не использовать созданные на других территориях знания (хотя бы, например, физику и математику), фильмы, книги, музыку.

Но культура является важной частью социально-экономической системы, хотя бы потому, что включает в себя научные и технические знания, на которых основана вся современная экономика, следовательно, и через свою культуру регионы связаны, взаимодействуют со всем миром. Если мы пользуемся электричеством, значит, зависим от знаний, добытых Фарадеем, Кулоном, Эрстедом и так далее.

Регион страны является системой, «нарисованной» на системе большего размера; в нашем случае, регионы России – это зоны, «нарисованные» на большой социально-экономической системе, которой является страна. В принципе, они могли бы быть «нарисованы» существенно иным образом, от чего функционирование системы в целом сильно не изменилось бы. Но, созданное таким, как есть, региональное деление глубоко врезается в социальную структуру и не может быть изменено без значительных усилий и затрат.

Проблему выделения «натуральных» границ у исследуемых систем рассматривает К. Ричардсон <ref name="ftn37">''Richardson, K.A.'' On the Status of Natural Boundaries: A Complex Systems Perspective // Proceedings of the Systems in Management – 7th Annual ANZSYS conference November 27-28, 2001, pp. 229-238. </ref>. Он справедливо доказывает, что Вселенная в целом представляет собой единую систему, и выделение в ней каких либо подсистем, таким образом, условно. Все остальные системы, будь это планета, организм или региональное сообщество, связаны с окружающим миром множеством различных взаимодействий. Поэтому возникает вопрос: почему ряд элементов, связанных друг с другом взаимодействиями, мы включаем в состав исследуемой системы, а другие, взаимодействия с которыми также существуют, не включаем? Например, предприятия, входящие в экономическую подсистему региона, зачастую имеют более тесные связи с поставщиками и потребителями вне региона, нежели внутри него. На каком основании мы выделяем тогда экономику региона из окружающего мира?

Ричардсон считает, что это связано с ограничениями человеческого разума, который вынужден ограничивать область исследования, абстрагируясь от уходящих в бесконечность цепочек взаимодействий и зависимостей. Он указывает на существование двух крайних точек зрения на проблему естественных границ – наивный реализм, предполагающий, что реальность полностью совпадает с нашим представлением о ней, в том числе в том, что касается границ, по которым различные системы выделяются из остального мира, и конструктивизм, полагающий эти границы существующими только в нашем сознании. В отличие от этих крайних позиций, Ричардсон полагает, что с помощью «квазикритического плюрализма» (quasi-critical pluralism) мы в состоянии обоснованно находить границы исследуемых систем, хотя с развитием науки эти границы могут уточняться.

Для анализа социально-экономических систем важна концепция идеоматериальных систем, выдвинутая одним из авторов этой книги <ref name="ftn38">''Сухарев М.В.'' Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. – 2008 – 258 с.</ref>. Идеоматериальными являются системы, часть элементов которых имеет материальную природу, а часть – идеальную. Понятным примером является компьютер. Его работа принципиально связана с теми программами, которые загружены в его память. При абсолютно той же самой материальной основе (hardware, «железо») его поведение будет принципиально разным в зависимости от того, какая операционная система и программы (software, ПО) в него загружены. Без базовых (BIOS) программ персональный компьютер вообще не может работать.

В социальных системах роль идеальных компонентов очень велика. Они образуют целые подсистемы интегральной системы общества. К идеальным подсистемам холоса следует отнести культуру, включая знания, интеллектуальный капитал общества, весь комплекс формальных и неформальных социальных институтов – законы, нормы поведения, обычаи, традиции, навыки населения и организаций, формы социальной организации.

Перейдем к анализу основных структур общественного холоса. Имеется один простой принцип анализа систем: нужно выяснить, без каких элементов система может продолжать существование, не очень изменяя свои качества, и без каких ее качество сильно изменяется. Можно несколько модифицировать этот подход, а именно, представить, что будет, если некий элемент заменить на другой.

Например, автомобиль может ехать, если оторвать молдинги и прочие украшения. Но не может ехать без двигателя, трансмиссии, колес, рулевого управления и кузова (или рамы), на которых все это держится. Без стекол ездить можно, пока хорошая погода; но в мороз или сильный дождь езда становится почти невозможной. Если колеса заменить гусеницами, получится трактор. А если заменить колеса на крылья и винт, получится самолет.

Никому неизвестно, что будет, если заменить русский язык у проживающего в России населения на английский, например. Оставив даже все остальное так, как есть. Но ясно, что, лишенное знания физики и вытекающих из нее инженерных дисциплин, это население уже через несколько дней лишиться электричества, отопления, а далее – всей промышленности и оружия. Скорее всего, эту территорию оккупируют более разумные народы. В то же время, если полностью перекрыть границы и торговый обмен с остальным миром, падение экономики будет очень значительным, но не смертельным. Через несколько лет, пусть ценой огромных усилий, будет восстановлено производство тракторов, электроники и прочего необходимого, что поступало за счет импорта. Часть «украшений» будет конечно, потеряна, но общество, как самовоспроизводящаяся система, продолжит свое существование. Знания – важнейшие элементы социальных систем.

В регионах имеется множество подсистем, работа которых необходима для нормального существования всего региона. В первую очередь, это экономика, сама включающая в себя ряд крупных подсистем, таких, как транспорт и энергетика. Это системы здравоохранения, образования, органов безопасности, судебные, жилищно-коммунальные и так далее. Анализируя эти подсистемы, мы можем заметить, что ряд из них достаточно четко выделен из остальной России, а ряд практически не имеет заметных границ.

Перечислим подсистемы, составляющие регион:

<nowiki>*</nowiki> '''Общество включает:'''

* биологическую популяцию людей
* системы воспроизводства людей, как людей, включающую биологические механизмы и структуры социализации (образование, воспитание)
* культуру
* социальные институты
* структуры регионального и муниципального управления, региональные отделения федеральной администрации
* организованное региональное сообщество в целом
* поселения
* общественные и экономические организации, как социальные системы

Население, как биологическая популяция, не связано механически со своей страной. Люди имеют возможность свободно приезжать и уезжать, вступать в браки с людьми из других регионов и даже стран. То же можно сказать о культуре региона, хотя культура уже имеет некоторые особенности. Хотя культурная база населения Карелии почти не отличается от остальной России (те же школьные программы, круг чтения, кино и так далее), но есть и особенности – например, эпос «Калевала», особенности северного быта, природы.

На территории Карелии действуют общие федеральные законы России, но их дополняют законы республики.

Достаточно четко выделяют регион от государства в целом ''региональные органы управления'', которые полностью имеют локальный тип, включая отделения федеральных структур, структурно отделенных от федеральных, которые имеют выделенные региональные подразделения.

<nowiki>*</nowiki> '''Экономика включает: '''

* производственные организации
* финансовые организации
* транспортную, энергетическую, информационную инфраструктуру, водоснабжение
* капитальные сооружения (строения, сооружения)
* сельское хозяйство с его инфраструктурой (поля, стада и пр.)
* торговые организации

Внутри региона можно также выделить такие подсистемы: * Территорию, как «ограниченную часть твердой поверхности земли, характеризующаяся определенной площадью, географическим положением и другими признаками» <ref name="ftn39">''Тургель И.Д.'' Курс лекций "Региональная экономика и управление". Электронный документ: режим доступа: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/46660 </ref>
* Систему расселения (относительно упорядоченно расположенные на территории региона поселения)
* Транспортную подсистему
* Энергетическую подсистему, объединяющую электрические, тепловые и другие сети
* Информационную подсистему, включающую различные системы связи
* Культурную подсистему, обеспечивающую хранение, передачу, поиск знаний и традиций, обучение людей
* Финансовую подсистему, включающую коммерческие и государственные банки, структуры распределения финансов.

Можно было бы выделить много различных подсистем, взаимопроникающих и накладывающихся друг на друга в целостной социально-экономической системе, образующей движущийся по своей исторической траектории регион. Все невозможно перечислить в тексте ограниченного объема. Это лишний раз подтверждает тезис системного подхода том, что сама гносеологическая, когнитивная природа исследования простых и сверхсложных систем различается. Исследуя простые системы, такие, как атомы, молекулы, несложные механизмы, человеческое познание стремится получить их полное, исчерпывающее описание.

Системное исследование региона должно включать в себя изучение всех компонент СЭС, которые оказывают существенное влияние на будущее устойчивое развитие региона. Таким образом, оно не может ограничиваться рассмотрением только экономических аспектов, но должно учитывать необходимость поддержания численности населения (демографическая политика), сохранения и улучшения качества населения (здоровье и образование), сохранения среды и возобновляемых ресурсов (экология) и других аспектов жизни региона.

В наше время стало общепризнанным представление, что общество существует на своей территории, образуя социально-экономическую систему. Широко известна аналогия, которую Т. Гоббс провел между государством и организмом<ref name="ftn40">''Гоббс Т.'' Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / М.: Мысль, 2001. – 478 с.</ref>. Понимание того, что существенные свойства многих объектов и процессов реального мира определяются их системной природой, было углублено и уточнено в рамках созданной в XX веке '''''теории систем'''''<ref name="ftn41">''Афанасьев В.Г. ''Системность и общество / М.: Политиздат, 1980. – 308 с.</ref>,<ref name="ftn42">''Богданов А.А. ''Тектология. Всеобщая организационная наука. Книга 1 / М.: Экономика, 1989. – 304 с.</ref>,<ref name="ftn43">''Кастлер Г. ''Возникновение биологической организации / М.: Мир, 1967. – 90 с.</ref>.

Система, как мы уже отмечали, это «''множество элементов, объединенных отношениями и связями''»<ref name="ftn44">''Берталанфи Л., фон. ''Общая теория систем – обзор проблем и результатов // Системные исследования. Наука, Москва, 1976 г. – С. 29 – 54.</ref>.<sup> </sup>Для систем характерно иерархическое строение, то есть, определенная последовательность включения систем более низкого уровня в системы более высокого уровня. В сложноорганизованных системах в качестве специфического признака выделяются процессы ''управления'' [там же]. Очевидно, региональная СЭС соответствует всем этим признакам. Люди и организации, жизнедеятельность которых протекает в регионе, взаимодействуют (пусть не всегда напрямую) самыми разнообразными способами. Они взаимодействуют через рынок (или иные системы распределения – например, карточки «военного коммунизма»), обмениваясь товарами и услугами. Они взаимодействуют культурно, обмениваясь сообщениями и идеями. Они взаимодействуют в рамках сетей подчинения различных организаций. Они взаимодействуют в рамках семьи и родственных связей. Все эти взаимодействия в конечном счете оказывают влияние на экономику региона.

Региональные СЭС включают в себя множество различных иерархий – территориального управления, иерархий внутри организаций, культурных и семейных иерархий. Каждый человек включен как объект и как субъект одновременно во множество социально-экономических процессов.

Прослеживая историческую эволюцию территориальных СЭС, мы видим огромный рост '''''сложности''''' этих систем за последние столетия. Рост сложности лидирующих систем вообще можно считать универсальным законом природы<ref name="ftn45">''Сухарев М. В.'' Взрыв сложности // Компьютерра, – 1998. – №. 43, – C. 40 – 43.</ref>,<ref name="ftn46">''Coren R. L.'' Empirical Evidence for a Law of Information Growth // Entropy, – 2001. – V. 3, – P. 259 – 272.</ref>. Если в 17 веке на территории современной Карелии имелось простейшее хозяйство (земледелие, животноводство, охота, рыболовство, ремесла), то в настоящее время существуют десятки крупных производств и технических систем, таких, как машиностроительные и бумагоделательные заводы, железная дорога, магистрали связи, коммунальные сети, сети автомобильных дорог.

Помимо экономических подсистем общества, в нем действуют социальные подсистемы, предназначенные для удовлетворения многочисленных общих, коммунальных проблем. Это образование, здравоохранение, органы общественной безопасности, коммунальные службы.

Почти все эти системы не существовали в Карелии в XVI веке, начали оформляться во второй половине века XIX и достигли современного уровня в конце XX. Их сложность выражается, в первую очередь, в сложности и разнообразии организаций, их составляющих – больниц, школ, университетов, милиции, ЖКХ и так далее. Очевидна связь усложнения органов управления и самого объекта управления.

Оценить сложность объектов, принадлежащих социальной сфере, непросто. Как оценить, например, сложность человека? Сложность завода? Или сложность канцелярии губернатора? Несмотря на то, что данный вопрос малоисследован, вполне возможно сделать оценку сложности СЭС в некотором приближении. Одной из целей данного исследования была задача грубой оценки сложности социальных объектов, с точностью до порядка величины. По сравнению с чисто качественными оценками, которые используются в настоящее время, даже такая полуколичественная оценка является определенным прогрессом.

Ключом к определению сложности систем является определение «алгоритмического количества информации», данное А.И. Колмогоровым<ref name="ftn47">''Колмогоров А.И.'' К логическим основам теории информации и теории вероятностей // Проблемы передачи информации, – 1969. – Т. 5, №. 3, – C. 3 – 7.</ref> . Согласно этому определению, количество информации пропорционально минимальной длине алгоритма, записанного двоичными единицами, позволяющего построить объект X, имея в своем распоряжении объекты Y. «Объекты Y» – это элементы системы, с точки зрения системного подхода – атомы в молекуле, кирпичи в стене дома, люди и машины в организациях.

Использование алгоритмической меры позволяет нам '''''сравнивать''''' сложность объектов, состоящих из элементов с неизвестным информационным содержанием, например, из людей. Предполагая сложность людей примерно одинаковой, мы можем сравнивать друг с другом сложность человеческих организаций, структуры которых нам известны, даже не зная количества информации, содержащейся в отдельном человеке.

Сложность системы равна сумме сложностей всех различных элементов в ней, плюс сложность структуры связей между этими элементами в системе, которая, собственно, и создает систему.

Из теории информации известно, что повторение одинаковых информационных посылок не увеличивает количества информации, содержащейся в сообщении. То есть, принимающий сообщение не узнает больше, прочитав дважды одно и то же предложение. Система из двух крестьянских хозяйств, выращивающих картофель, не является в два раза более сложной, чем одно. Но система (поселение), в котором один крестьянин выращивает картофель, а другой – поросят, будет примерно вдвое сложнее. Добавим кузнеца и строителя – сложность удвоится еще раз. Наибольшей сложностью будут обладать организации, состоящие из людей, сознание которых содержит разную информацию (специалистов), то есть, где разделение труда максимально диверсифицировано.

----
<references/>

Холизм и системный подход

2025-01-27T18:48:52Z

Wiki-admin: Техническая правка

'''Холизм и системный подход'''

Метод, который я использую в концепции социальных идеоматериальных полисистем, основан на системном подходе. Я предпочитаю говорить о системном подходе, а не о теории систем, потому что предложенная Л. Берталанфи теория так и не сложилась за прошедшие десятилетия. Не удалось создать каких-то общих для всех видов систем уравнений, законов, принципов, более конкретных, чем «целое больше суммы частей» или «система – это комплекс элементов, находящихся во взаимодействии, за счет которых она обладает принципиально новыми свойствами».

Ничего странного в этом нет, поскольку системы очень разнообразны; и атом – система, и бактерия, и слон, и город, и самолет, и страна. Непостоянная атмосфера со своими ураганами и засухами тоже система. И океан с течениями. И русская или мировая литература – это тоже системы. И теория систем тоже должна быть системой, но при этом описывать саму себя среди прочих, а здесь возникают проблемы рекурсии.

Можно, на мой взгляд, найти теорию для любых систем – это математика. Математика – это конструктор идеальных систем. Она имеет такое множество разделов, что можно найти подходящий для моделирования любой системы, а если нет – она легко создаст новый раздел, как было создано вариационное исчисление, когда появились задачи механики, термодинамики и гидродинамики. Проблема в том, что для каждого класса систем нужно «копаться» в необозримых кладовых математики, чтобы найти подходящий раздел, и часто его нужно «допиливать» под эти системы. Плюс к тому, в математике уже имеется куча разделов, для которых в обозримой реальности систем просто нет. Или ''пока'' не найдено, а эти системы все еще не попали в наше поле зрения. Беда в том, что нет способа узнать: существуют они или нет.

Системный подход имеет двух (наверное, можно назвать и других) заметных предшественников, это А.А. Богданов <ref name="ftn1">Богданов А.А. {{anchor|Hlk176389104}} Тектология: (Всеобщая организационная наука). В 2-х кн. М.: Экономика, 1989. 304 с.</ref> и Я. Смэтс <ref name="ftn25">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. 398 p.</ref>. Интересно, что их книги были изданы с небольшим разрывом во времени: «Тектология» Богданова (полная версия) в 1922 году, а «Холизм и эволюция» Смэтса в 1927; однако неизданный черновик Смэтса был написан в 1910 году, а немецкое издание Богданова вышло в 1913-м (следовательно, написано ранее).

Однако обе эти книги не были широко известны; по крайней мере, в книге Берталанфи <ref name="ftn26">Bertalanffy, L. von, General System Theory. Foundations, Development, Applications. New York: George Braziller, 1969. 289 p.</ref> они не упоминаются (при библиографии, занимающей 21 страницу), хотя слово «холический» в ней встречается (правда, всего пять раз).

С обзора этих книг я и начну.
'''А.А. Богданов. Тектология: (Всеобщая организационная наука)'''

'''А.А. Богданов. Тектология: (Всеобщая организационная наука)'''

Во «Введении» Богданов писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">«…в понятии «задачи» скрыто гораздо больше, чем принимается обыденным мышлением. Всякая задача может и должна рассматриваться как организационная; таков именно их всеобщий и постоянный смысл. Раскроем его в основных чертах. Какова бы ни была </span><span style="color:#833c0b;">задача - практическая, познавательная, эстетическая, она слагается из определенной суммы элементов, ее «данных»; самая же ее постановка зависит от того, что наличная комбинация этих элементов не удовлетворяет то лицо или коллектив, который выступает как действенный субъект в этом случае. «Решение» сводится к новому сочетанию элементов, которое «соответствует потребности» решающего, его «целям», принимается им как «целесообразное». … Это относится безусловно ко всем, действительным и возможным, задачам. Надо ли построить дом - это осуществимо только потому, что имеются налицо необходимые элементы, т. е. дерево, камень, известь, стекло, топоры, пилы, молотки и другие орудия, рабочая сила плотников, каменщиков и проч.; и осуществимо только таким путем, что элементы соединяются и разъединяются, приводятся в новые сочетания; а конечный результат - здание - характеризуется такой связью и соответствием своих элементов, что заключает в себе нечто большее, чем то, что было в них первоначально дано, именно повышение гармонии между людьми и их физической средой, - представляет, следовательно, с точки зрения людей, «организованную» систему. Надо ли организовать предприятие, отряд, учреждение - налицо должны быть необходимые человеческие, технические, идеологические элементы, и дело сводится к последовательным их комбинированиям, пока не получится новое организованное целое. Выступает ли потребность создать научное объяснение непонятного ряда фактов или художественное выражение и освещение волнующих моментов жизни - опять избирательные сочетания элементов, данных в наблюдении действительности, в прежней оформляющей работе мысли, в живых образах воспоминания и фантазии, в эмоциональных колебаниях творческой души, а также элементов материально-технических, как бумага, краски, мрамор, перо, кисть, резец; и результат - опять организованность, которая обозначается как «стройность», «истина», «эстетическая гармония» и проч. (Т.1., стр. 48-49)</span>

В общем и целом, эти определения близки к теории ИМС (ТИМС), и к ОТС Берталанфи.

В приведенных отрывках он рассматривает как целостную систему не только комплекс взаимодействующих элементов, но и ''действие'', ведущее к созданию дома. Во втором и третьем выделенном отрывке он среди материальных элементов организаций называет идеологические элементы, а среди научных объяснений и художественных выражений – бумагу, краски, мрамор и т.д., то есть, то, что я здесь называю идеоматериальными системами.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Во всяком продукте заключены атомы труда миллионов людей, соединенные вместе, как бы слившиеся в один кристалл. В куске бумажной ткани заключен труд не только тех работников, которые ткали его на станке, но и тех, которые пряли для него пряжу, тех, которые возделывали хлопок для производства пряжи, тех, которые делали станки, и тех, которые добывали металлы для приготовления станков и других машин, и тех, которые делали машины, послужившие орудиями приготовления этих станков; далее, всех транспортных рабочих, перемещавших эти орудия и материалы, и всех рабочих, строивших пути сообщения для этого транспорта; затем рабочих, производивших и доставлявших жизненные средства для всех этих участников производства ткани, и т. д., без конца. И все эти атомы труда не сталкиваются в дезингрессиях, а сплавляются в одно организованное целое. (Т.2., стр.71-72)</span>

Здесь Богданов ищет разнообразные связи, взаимодействия внутри социального холоса, которые реально и делают его холосом: людей и артефакты, переделы сырья и артефактов на пути к сборке продукта, инфраструктуру, поддерживающую связность, передвижение сырья и артефактов внутри социального организма. Это тоже согласуется с ТИМС.

<span style="color:#833c0b;">В термине «производство» скрыто понятие организующего действия. И мы сделаем формулу точнее: организация внешних сил природы, организация человеческих сил, организация опыта. Что же оказалось? ''У человечества нет иной деятельности, кроме организационной, нет иных задач, кроме организационных. Итак, все интересы человечества - организационные. А отсюда следует: не может и не должно быть иной точки зрения на жизнь и мир, кроме организационной.'' И если это еще не сознается, то только потому, что мышление людей до сих пор не выбилось вполне из оболочек фетишизма, окутавших его на пути развития. (Т.1., стр.71)</span>

Здесь Богданов обосновывает права тектологии на всеобщность. Я на всеобщность ТИМС не претендую, да и на авторство тоже очень частично. Я просто собрал в систему (идеальную, в основном – зафиксированную в состояниях электронных элементов, хотя можно и распечатать) множество разнородных идей, выдвинутых различными людьми за много лет.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Здесь главная и огромная трудность не только для индивидуума, - о чем мы уже говорили, - но и для коллектива, даже такого, как могучий общественный класс. Казалось бы, члены коллектива, специализируясь на отдельных задачах - частях задачи интегральной, могут справляться с ними; но решения в целом и этим путем еще не получается. Дело в том, что сама специализация тогда подрывает однородность коллектива, порождает разрозненность, взаимное непонимание, а затем и противоречия между его дифференцированными элементами; тогда он сам не един в своей жизни и строительстве и не способен выработать едино-целостную структуру для всего общества. (стр.50)</span>

Да, разделение труда создает «разделение мышления» (distributed cognition), но тут есть одна интересная штука: люди способны достаточно хорошо понимать деятельность других людей даже если сами почти не понимают, что те делают. Например, некоторые парикмахеры совсем не понимают, как работает мотор их машины (наверно, слышали, что там есть какие-то «поршни» и «цилиндры»), но этого достаточно, чтобы они понимали, что сломанную машину нужно тащить к «механикам». Опять же, многие ли их пользователей смартфонов знают, что у них внутри? Но прекрасно ими пользуются.

Но системный (и даже полисистемный) образ мышления Богданова вполне очевиден.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Принцип «отбора» (Selection) приобретает шаг за шагом столь же универсальный характер, из области биологии переходя в физико-химию, с одной стороны, и в науки общественные - с другой. И все решительнее прокладывает себе дорогу мысль об единстве механизмов в самых разнородных группах явлений, даже в различных «царствах природы». (стр. 51)</span>

Тут опять же соглашусь с Богдановым. И уточню: все существующее существует потому что его устройство, его организованность или передается из прошлого в будущее вместе с материей (атом, молекула, кирпич), или передается способом самовоспроизводства или его воспроизводства аутопойетической системой, элементом которой он является (каменный топор, автомобиль, томик Пушкина). Если в процессе воспроизводства происходят отклонения (усовершенствования, или нарушения технологии, например) то затем в действие вступает отбор.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Полная неорганизованность - понятие без смысла. Это в сущности то же, что голое небытие. В ней надо принять отсутствие всякой связи; но то, в чем нет никакой связи, не может представлять никакого сопротивления нашему усилию, а только в сопротивлении мы узнаем о бытии вещей; следовательно, для нас тут нет никакого бытия. И мыслить абсолютную бессвязность можно только словесно, никакого реального, живого представления в эти слова вложить нельзя, потому что абсолютно бессвязное представление вовсе не есть представление и вообще ничто. (стр. 72-73)</span>

Возможно, Богданов имел в виду «чистое ничто» Гегеля. И тут я тоже согласен, потому как нет ничего, абсолютно неорганизованного. Даже свойства газа, в котором атомы движутся якобы хаотически, вполне определены и задаются тем, из каких атомов он состоит (это его главная организованность). Кроме того, имеются измеримые параметры, такие, как температура и давление, распределение атомов по энергии. Допустим, есть нечто абсолютно неорганизованное. Значит, у него нет границ? Тогда оно должно занимать всю Вселенную…

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">Возьмем другой метод - пространственное измерение и соизмерение; такова сущность отвлеченной науки геометрии. Эти приемы применял уже в первобытную эпоху истории человечества бродячий охотник, рассчитывая расстояния при своих передвижениях, выбирая кратчайшие пути, находя полусознательным расчетом угол, под которым надо бежать наперерез преследуемому зверю, и т. п. С переходом к оседлому земледелию стало необходимым более систематичное и точное применение тех же методов, именно, как приемов землемерия (буквальное значение слова «геометрия»): мир и вся судьба земледельческих общин зависели от правильного распределения земли между ними и внутри их между соседями. Особенно важным являлось усовершенствование этих приемов в странах древнейших цивилизаций, в заливных долинах великих рек Нила, Евфрата и Тигра, Янцзы, Ганга и др. Там при разливах все материальные границы участков то и дело сглаживались, смывались, и надо было восстанавливать их на основании строгих измерений. Еще дальше геометрические приемы необходимо должны были развиваться в строительном и инженерном деле: в постройке домов, дворцов, храмов, пирамид, плотин, бассейнов для регулирования уровня рек и пр. Затем те же методы нашли применение при топографических съемках - в военном деле, торговых путешествиях и т. д. (стр. 86)</span>

Это о роли знания в жизни холоса, о необходимости сохранять это знание для поддержания его собственной организованности.

'''Далее: '''

<span style="color:#833c0b;">В этом житейском опыте - не полном, но разностороннем, не научно-оформленном, но практически-жизненном - продолжает удерживаться наивное единство организационной точки зрения, стихийная, но глубокая тенденция к единству организационных методов. Основным его хранилищем служит общенародный язык. Правда, и в его области на почве специализации обособляются, как ветви от одного дерева, отдельные частичные отрасли - технический язык той или иной профессии, терминология той или иной науки; а классовое расчленение общества порождает и более обширное расхождение диалекта господствующих классов и диалекта подчиненных масс. Но остается значительное общее ядро языка - необходимая связь социальных групп и классов, условие их достаточного взаимного понимания при их практическом общении. В нем-то и кристаллизованы, элементарно оформлены традиции прошлого, опыт тысячелетий. (стр.91)

Коллективный гений языка в этом случае, как и во многих других, оказался выше индивидуальных усилий ученых-специалистов, детей разрозненного, анархичного общества. (стр.93)</span>

И еще раз соглашусь. Язык – несущая основа культуры, идеального слоя ИМС холоса. Язык связывает общество в целое; мы же не держимся постоянно за руки или не связываемся какими-то веревками или сетями. Даже на работе люди чаще всего координируют свою деятельность с помощью языка, отдавая или получая команды, указания, или просто согласуют свою работу с коллегами (к пинкам прибегают только в крайнем случае).

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Легко видеть, насколько новая задача несоизмерима со всеми, какие до сих пор ставились и разрешались. Всю сумму рабочих сил общества - десятки и сотни миллионов разнообразно дифференцированных единиц - придется стройно связать в один коллектив и точно координировать со всей наличной суммой средств производства - совокупностью вещей, находящихся в распоряжении общества; причем в соответствии с этой исполинской системой должна находиться и сумма идей, господствующих в социальной среде, иначе целое оказалось бы неустойчивым, механическое единение перешло бы во внутреннюю борьбу. Эта триединая организация - вещей, людей и идей - очевидно, не может быть построена иначе, как на основе строгой научной планомерности, а именно всего организационного опыта, накопленного человечеством. Но ясно также, что в своем нынешнем виде, раздробленном, разорванном на специальные науки, он недостаточен для этого. Необходимо, чтобы сам он был организован целостно и стройно, иначе его применение не способно выйти за пределы дробных, частичных задач. Необходима, следовательно, универсальная организационная наука. (стр. 106)

Как же следует приступить к решению этой задачи, беспримерной и по масштабу, и по своим трудностям? Принципы решения могут быть установлены лишь с научно-организационной точки зрения. Сущность ее может быть сведена к следующим двум положениям:

1) Всякое организованное целое есть система активностей, развертывающихся в определенной среде в непрерывном взаимодействии с нею. Так, общество представляет систему человеческих активностей в природной среде в борьбе с ее сопротивлениями .

2) Каждая часть организованной системы находится в определенном функциональном отношении к целому. Так, в обществе каждая отрасль его хозяйства, каждое предприятие, каждый работник выполняют свою определенную функцию.

Таковы два основных момента научно-организационной точки зрения, из которых надо обязательно исходить во всяком исследовании, во всяком построении, относящемся к вопросам организационного равновесия и развития. (стр. 274)</span>

'''Далее:'''

'''Тектология:(Всеобщая организационная наука) Т.2.'''

<span style="color:#833c0b;">Живой организм характеризуют как машину, которая не только сама себя регулирует, но и сама себя ремонтирует. По мере того как элементы тканей организма изнашиваются, он заменяет их материалом, взятым из окружающей среды и «ассимилированным», т. е. приведенным к химическому составу этих самых тканей. «Мертвую», взятую извне материю протоплазма превращает в свою живую материю, не какую-нибудь вообще, а вполне определенную, химически тождественную с молекулами этой именно протоплазмы. Между тем из сотен тысяч видов растений и животных каждый отличается своим особым химизмом, иным составом белков, чем все прочие, и в процессе своей ассимиляции образует именно эти белки из такого же питательного материала, из какого другие виды образуют другие белки. В этом и заключается основная загадка.

Если пищей для организма служат воспринятые извне чужие белки, например, когда человек ест мясо других животных или плоды, стебли, корни растений, то организм сначала при «переваривании» разрушает эти белки, разлагает их на составные части, различные аминокислоты. Затем в тканях из аминокислот он воссоздает уже свои собственные их комбинации, свои специфические белковые вещества. Что же касается растений, то большинство из них сами образуют сначала углеводы, а затем аминокислоты из углекислоты воздуха и воды почвы с ее солями и кислотами. (Т.2., 95-96)</span>

Здесь Богданов предвосхищает Ф. Варелу и У. Матурану с их аутопоэзисом. Он обращает внимание на то, что организму приходится «разбирать на части» неподходящие для них органические молекулы и создавать свои комбинации. ДНК и клеточные механизмы молекулярного синтеза в то время были еще совершенно неизвестны.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Если мы сравним, как организуются эти течения в их борьбе, то найдем для двух случаев определенное различие форм группировки: для первого является религиозная секта, для второго политическая партия. Это подходящая иллюстрация для условий подбора в связи с изменчивостью среды.

Оба типа организаций во многом сходны, они создаются, как и все другие организации людей, путем подбора. Объектом подбора являются человеческие личности, деятелем подбора - организационная функция секты или партии; основа же для подбора в одном случае - требования догмы, в другом — требования программы, понимая то и другое в достаточно широком смысле, чтобы охватить совокупность условий, предъявляемых организацией каждому ее члену.

Объективно догма секты гораздо более родственна программе партии, чем это может казаться при недостаточном исследовании. Действительным базисом для секты являются, как и для партии, практические жизненные потребности; догма есть лишь определенная, исторически сложившаяся форма их воплощения, специально свойственная эпохам господства «религиозных», т. е. по существу авторитарных мировоззрений. В тех случаях, когда частное положение догмы представляется не имеющим ничего общего с живой социальной практикой, анализ обнаруживает его тесную связь с ней; обыкновенно эта связь такого рода, что догмат служит организационным символом общественных тенденций, требований, задач того класса или группы, которыми порождена данная секта. (158-159)</span>

Здесь Богданов рассматривает случай создания идеоматериальных социальных систем, идейным каркасом которых является некая когнитивная система, объясняющая окружающий мир и задающая образ действий. Люди являются элементами этих систем, и для того, чтобы инкорпорировать нового члена, необходимо «загрузить» в него основные положения этих идей и принципов.

'''Том 3. (Т. 2 указанного издания, стр. 208) '''

'''§ 1. Тектологический акт'''

<span style="color:#833c0b;">''Тектология, подобно всякой частной науке, и своим исходным, и своим конечным пунктом имеет живую практику человечества''. Организационная деятельность, взятая как опыт, есть материал тектологии; взятая как задача — ее цель, ее жизненный смысл. ''Элементом организационной деятельности является организационный акт, образование новой тектологической формы, переход от одной такой формы к другой.'' При анализе этот акт оказывается в свою очередь весьма сложным процессом.

Организационный акт может протекать стихийно или планомерно. ''Иллюстрацией нам послужит именно такой, который может выполняться обоими путями: образование новой социальной группировки, политической или идейной. ''Начнем со случая стихийного, самопроизвольного хода процесса. (стр.258)

Настоящее завершение достигается через устранение тех противоречий, которые присущи, как мы знаем, системному расхождению вообще. ''Пусть в результате ряда политических обсуждений и выступлений участников данного клуба выяснилось, что при их переменных группировках у значительного большинства главные задачи, основные тенденции остаются общими; а расхождения каждый раз касаются лишь частностей в практических способах; и расхождения эти самим участникам кажутся настолько маловажными, что они ради общих целей готовы подчиняться большинству, лишь бы сохранять связь.'' Тогда из этих политически солидарных элементов конституируется партийная организация с единою программой, с общепризнаваемыми основами тактики, с общим уставом, т. е. сплоченная некоторой суммой политических принципов. Чем шире и глубже этот конъюгационный базис, тем меньше дезорганизующая роль частичных расхождений, тем больше они сводятся к дополнительным связям, укрепляющим целое. Это - фаза системной консолидации.

Каким же именно путем консолидация достигается? Мы видели: путем обсуждения совместных действий, т. е. путем общения жизненной конъюгации, проходящей через возникающие системные расхождения, путем, следовательно, контр-дифференциации.

''В ее процессе механизм подбора усиливает и закрепляет устойчивые, повторяющиеся соотношения, ослабляет и разрушает неустойчивые, случайные; элементы и группировки, стоящие в противоречии со связью целого, отрываются, выделяются из него; целое «консолидируется». ''(стр.260)</span>

Здесь мне интересен дискурс-процесс согласования, дополнений, коррекций понятий, принципов, целей, моделей желательного будущего внутри организаций. В самом деле это когнитивный процесс, идущий в коллективном сознании. За счет этого процесса организация становится коллективным субъектом.

'''Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.'''

Ян Смэтс был весьма необычный человек. Он занимал пост премьер-министра Южно-Африканского Союза с 3 сентября 1919 по 30 июня 1924 и с 5 сентября 1939 по 4 июня 1948 года, имел звание фельдмаршала.

Однако при этом интересовался науками, философией, и имел собственное мнение по фундаментальным вопросам. Издал книгу «Холизм и эволюция» <ref name="ftn27">Smuts, J.C. Holism and Evolution. London, MacMillan and Co., 1927. – 398 p.</ref>, где изложил идеи, явно предвосхищающие общую теорию систем (ОТС).

Сам он очень емко изложил суть холизма в одной фразе: Холизм, как следует из самой его идеи, - это тенденция к объединению, слиянию и упорядочению множества элементов в новые единства. (здесь и далее в скобках номера страниц - 241)

В предисловии к своей книге Смэтс писал (курсив мой):

<span style="color:#833c0b;">''СРЕДИ огромных пробелов в знаниях по-прежнему остаются нераскрытыми те, которые разделяют явления материи, жизни и разума. Материя, жизнь и разум остаются совершенно непохожими друг на друга. Очевидно, что их различия действительно огромны, и нигде не видно моста для мысли от одного к другому. И их абсолютное различие и диспропорциональность приводят к большим разрывам в знании и разделению знания на три разных царства или, скорее, мира. И все же все они являются тремя в опыте и, следовательно, не могут быть такими уж непохожими и чуждыми друг другу. Более того, они на самом деле переплетаются и сосуществуют в человеке, который состоит из материи, жизни и разума. Если бы у материи, жизни и разума действительно не было общей основы, их соединение в человеческом индивидууме было бы величайшей тайной из всех.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>

<span style="color:#833c0b;">''Эволюция. Отсюда возникают три серии явлений в реальном мире: физическое, биологическое и психическое, или ментальное мышление. Эти связи между ними, основанные не на мышлении, а на фактах существования и опыта, как правило, показывают, что они не могут быть принципиально чуждыми и непримиримыми и что между ними должен быть возможен какой-то мост, если только мы не хотим предположить, что наш человеческий опыт действительно является простым хаотическим нагромождением разрозненных элементов.''</span>

С тех пор мы далеко продвинулись в понимании того, как развивалась Вселенная, как устроена живая материя, как работаем мозг и особенно что такое «информация» (достаточно сказать, что слово «информация» встречается в книге Смэтса всего два раза).

Но переходы от неживой материи к живой, от животных к разуму, все еще остаются непонятными. Смэтс указывал путь к пониманию через понятие холизма (целостности).

Действительно, объединение элементарных частиц в атом создает целое с новыми свойствами: энергетическими состояниями, возможными за счет электронных оболочек, с валентностью; живая клетка состоит из молекул, и притом умеет сама производить нужные ей молекулы, разлагая молекулы пищи, общество состоит из организмов, которые (среди прочего) объединены языком и поэтому обладают разумом.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Но именно это объединение должно предупредить нас о том, что кажущаяся раздельность этих трех фундаментальных концепций на самом деле не имеет под собой веских оснований, и что более широкие знания и более глубокое понимание могли бы прояснить тайну, по крайней мере, до некоторой степени, и привести к какому-то объединению или гармония этих, казалось бы, несвязанных или независимых элементов в нашем реальном мире</span><span style="color:#833c0b;">''. Требуется больше знаний. Наша физическая наука должна сделать более пластичным наше представление о твердой непроницаемой инертной материи, и в третьей главе я задам вопрос, насколько уже существуют материалы для такого смягчения. Опять же, наша биологическая наука должна развеять расплывчатость концепции жизни и заменить ее более определенной, осмысленной концепцией, которая, однако, не будет зависеть от чисто материальных или физических элементов. В настоящее время концепция жизни настолько неопределенна и расплывчата, что, хотя царство жизни полностью признано, его управление осуществляется с помощью физической силы или механизма.''</span><span style="color:#833c0b;"> </span>(3-4)

Ну, что тут сказать? Весь XX век мировая наука старательно выполняла проект Смэтса. Биология разбиралась в том, каким образом атомы и молекулы работают внутри живой клетки, обеспечивая питание, ремонт повреждений, регенерацию. Археологи и палеоэтнологи (между прочим, используя новейшие технические средства) изучали эволюцию хомо сапиенс и его предшественников, собирая и сравнивая находки со всех континентов Земли. Хотя некоторые неопределенности все же остались.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">''Выражаясь языком Платона, для них материя была лирой, а душа - музыкой этой лиры; лира была субстанциальной и неизменной реальностью, а музыка - всего лишь преходящим продуктом. И, таким образом, приоритет и господство материи превратили жизнь и душу в преходящие и смущающие фантомы на сцене существования.''</span><span style="color:#833c0b;"> Этот материализм вызывал самое горячее негодование и оспаривание со стороны тех, кто придерживался духовных ценностей и реалий. Они отрицали не только первенство материи, но и ее приоритет, а также то, что жизнь или разум возникают из нее и зависят от нее в каком-либо реальном смысле. Фактически они отрицали принцип эволюции как подрывающий все духовные и нравственные ценности жизни. Обе стороны, как материалисты, так и спиритуалисты, находились под влиянием жестких физических концепций причины и следствия, которые играли такую большую роль в науке и философии девятнадцатого века. В следствии не могло быть ничего большего, чем уже было заложено в причине; и если материя вызвала душу, то в душе не могло быть ничего большего, чем уже было в материи. Другими словами, душа была лишь кажущимся, а не реальным достижением материи. Общая обоснованность этого аргумента никогда не подвергалась сомнению, и в него искренне верили обе стороны. </span><span style="color:#833c0b;">''Следовательно, те, кто придерживался теории эволюции, логически были склонны к материализму, а те, кто придерживался спиритуализма, логически были вынуждены отрицать эволюцию.''</span>

В этом отрывке Смэтс затрагивает старую философскую проблему взаимосвязи мышления (идеального) и материи. Отличная аллегория о лире и музыке: материальный мозг, существование которого поддерживается пищей, создает нематериальную мысль, которая улетает в эфир… Психофизическая проблема: как нематериальная мысль заставляет наше тело действовать? Однако древние не приметили, что музыка распространяется не в безвоздушном пространстве, а в виде звуковых волн в воздухе. Конечно, смысл музыки не в колебаниях; потом ее научилось записывать на грампластинках, магнитных лентах, в виде mp3 файлов; все это материальные организованности, несущие смысл, но без них смысл тоже не существует. В конечном счете, эти упорядоченности попадают в мозг человека, где этот смысл и проявляется снова; но как? Не во взаимодействии с бесплотными мыслями, а во взаимодействии с движением живой материи нейронов, которые соотносят эту организованность с какими-то образами, воспоминаниями и так далее, также существующими в виде организованного движения материи. И дело здесь не в конкретной материи, а в тех образах, которые она несет. Как образ человека, воплощенный в мраморе статуи. Примерно об этом писал К. Поппер в своих размышлениях о «третьем мире» <ref name="ftn28">Поппер К.Р. Знание и психофизическая проблема: В защиту взаимодействия. М.: Издательство ЛКИ, 2008. 256 с.</ref>.

'''Далее:'''

<span style="color:#833c0b;">Мы верим в эволюцию, но это уже не механическая эволюция, произошедшая одно или два поколения назад, а творческая эволюция. Мы верим в рост, который действительно является таковым и становится все более и более активным в процессе. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы верим в Генезис, который по самой своей природе является эпигенезом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для нас не существует такой вещи, как статичная эволюция, становление, которое не становится, но в своих кажущихся изменениях всегда остается неизменным. Абсолютное уравнение причины и следствия, в которое безоговорочно верили люди того времени, не применимо к нам, как я объясню в свое время. Ситуация изменилась, изменилась точка зрения, и сегодня вдумчивые мужчины и женщины являются искренними и убежденными эволюционистами, не беспокоясь о мертвой и забытой проблеме противостояния материализма и спиритуализма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы принимаем теорию происхождения жизни из материи, а разума - из того и другого.''</span><span style="color:#833c0b;"> Для современных образованных мужчин и женщин эволюция является такой же неотъемлемой частью их общего мировоззрения, так сказать, интеллектуальной атмосферы, как и теория Коперника. (8-10)</span>

На странице 43 Смэтс приводит пример распада урана через торий в радий с излучением альфа-частиц, и указывает, что эта реакция была использована для определения возраста Земли (тогда был рассчитан исходя из измеренного периода полураспада урана 1400 миллионов лет, позже был уточнен); это говорит о том, что Смэтс с пониманием следил за новейшими исследованиями в области физики. Ведь только в 1912 году Артур Холмс определил возраст древнейших известных пород уран-свинцовым методом.

<span style="color:#833c0b;">Атом и клетка - это две фундаментальные структуры во Вселенной, которые мы в настоящее время знаем: атом является единицей мира материи, а клетка - единицей мира жизни. </span>(62)

Остается только согласиться

<span style="color:#833c0b;">''Все растения и животные состоят из клеток, причем эти клетки, как правило, состоят из различных химических веществ, некоторые из которых имеют очень сложное </span><span style="color:#833c0b;">строение. Количество клеток в организме варьируется в зависимости от его размера и сложности, некоторые из низших, наиболее примитивных организмов являются одноклеточными или состоят из сравнительно небольшого числа клеток, в то время как, с другой стороны, высшие растения и животные могут содержать неисчислимые миллионы клеток.''</span><span style="color:#833c0b;"> По оценкам, только в человеческом мозге насчитывается около 9000 миллионов клеток! Эти клетки также имеют самый разнообразный характер, поскольку клетки, из которых состоят различные части и органы тела, отличаются друг от друга. Таким образом, клетки нервов, костей и мышц, да и вообще всех частей животного организма заметно отличаются друг от друга, и количество различных видов клеток, из которых состоит тело, может быть бесконечно большим. </span>(64)

На сегодня количество нейронов в мозге человека оценивается примерно в 90 миллиардов, но во времена Смэтса не было такого количества исследований как сегодня; и сегодня никто не считал точно количество клеток мозга или тела – а как вы себе это представляете? Пересчитать миллиарды клеток, видных только под микроскопом и расположенных тончайшими слоями? На самом деле делаются микроскопические исследования образцов разных тканей очень небольшого размера, а затем из этих средних величин экстраполируют на весь организм.

<span style="color:#833c0b;">''Сама природа клеток такова, что они функционируют как части единого целого, и когда это целое разрушается, перед ними автоматически встает необычная дополнительная задача - восстановить брешь, и их дремлющие силы пробуждаются к действию. И это происходит, насколько мы можем судить, просто в силу внутренней экономии и внутреннего регулирования в самом организме и без предварительной подготовки к новой роли. Взаимодействие между организмом и его клетками действительно является самым тонким и интимным; оба они, по-видимому, являются активными факторами в поддержании целого и в восстановлении любых частей, которые могут отсутствовать и которые необходимы для целого. Их взаимодействие настолько тесно, что почти невозможно сказать, где заканчивается влияние одного и начинается другое. ''</span>

<span style="color:#833c0b;">Аспект координации или подчинения частей целому также наиболее наглядно иллюстрируется феноменом воспроизведения, о котором я уже упоминал в другой связи. Размножение возвращает нас не только к прошлому и его загадкам, но и к будущему, и именно репродуктивную систему организмов мы должны изучать наиболее внимательно, если хотим понять этот аспект органической деятельности. </span><span style="color:#833c0b;">''Ибо при размножении клетка или организм явно выходит за пределы самих себя, их функции становятся трансцендентными в том, что касается их самих; его слепые стремления и энергия охватывают объекты и ситуации, находящиеся за пределами его самого.''</span><span style="color:#833c0b;"> На самом деле, при размножении клетка или организм ясно демонстрируют тот факт, что они не одиноки и что они являются частью более масштабного целого жизни, на выполнение которого направлены их самые фундаментальные функции. Таким образом, в качестве иллюстрации согласованных взаимосвязей частей и целого в организме ничто не может быть более значимым и важным, чем факты органического размножения. Здесь больше, чем где-либо еще, проявляется важность целого как действующего фактора, не только непосредственного целого или индивидуального организма, но и трансцендентного целого или типа, который должен воспроизводиться и поддерживаться любой ценой. Во всем многообразии органической природы поражает присущая ей самоотверженность, пренебрежение к себе и выход за пределы себя в процессе воспроизводства, который подчиняет индивидуума потребностям расы, истощает ее запасы сил и часто стоит ей </span><span style="color:#833c0b;">жизни. В этом процессе, как в самом сердце природы, заложен принцип жертвенности, подчинения части целому, индивидуума расе или типу людей. </span>

<span style="color:#833c0b;">''Предыдущий анализ позволил нам понять, что растение или животное - это единое целое, состоящее из миллионов частей в виде клеток всех видов, в то время как клетки, в свою очередь, представляют собой более мелкие образования неопределенной сложности и удивительной активности. Все эти части скоординированы и расположены вплоть до мельчайших деталей и функционируют в самом тесном сотрудничестве, поддерживая друг друга и весь организм в целом.''</span><span style="color:#833c0b;"> Организм - это действительно маленький живой мирок, в котором царят закон и порядок, и в котором каждая часть сотрудничает со всеми другими частями и служит общим целям целого, как правило, с самой совершенной регулярностью. Именно эта совершенная общность функций и единство действий в системе, состоящей из бесчисленных частей и сложнейших структурных образований, делает организм таким поразительным типом целого. Мы рассмотрели структурный порядок как характеристику неорганической материи; теперь мы видим активное сотрудничество и единство действий в дополнение к этому как характеристику организма. </span><span style="color:#833c0b;">''Мы восхищаемся порядком и сотрудничеством в пчелином улье или сообществе муравьев; в организме мы видим более совершенный порядок и более замечательное сотрудничество в ситуации, которая, возможно, ненамного менее сложна, чем любая из них. И точно так же, как отдельная пчела или муравей живет своей собственной жизнью и не теряется в общей деятельности улья или гнезда, так и отдельная клетка живет своей собственной жизнью, специализируясь и совершенствуясь в соответствии со своей ролью в организме, которую она помогает формировать и которой служит, не теряя и не жертвуя своей идентичностью. Организм включает в себя бесчисленное множество более мелких органических единиц, чья индивидуальность не поглощается им, выражается и не подавляется им. Большой организм означает не только объединение и совместную гармонию своих меньших единиц, но и, как правило, более совершенную индивидуализацию и специализированное развитие этих единиц в гармонии целого. Организм растения или животного - это социальная общность, но общность, которая обеспечивает существенное развитие своим отдельным членам. А ее природа и структура таковы, что она может совершенствоваться только через дифференциацию и развитие составляющих ее членов.''</span><span style="color:#833c0b;"> Но хотя это так, хотя (как мы более ясно увидим в дальнейшем) индивидуализация фундаментальна по своей природе, мы должны признать, что интенсивное сотрудничество играет не менее важную и фундаментальную роль. Организм - это, по сути, общество, в котором бесчисленное множество членов сотрудничают в целях взаимопомощи в духе наиболее эффективного бескорыстного служения и верности друг другу. Сотрудничество и взаимопомощь написаны на лице Природы. Более того, если структура и функции клеток могут нас чему-то научить, то они глубоко запечатлены в природе Вселенной, они являются самим смыслом и душой Природы. Мы можем пройти долгий путь по сферам Эволюции, но нигде мы не найдем более совершенного сотрудничества или более прекрасной иллюстрации взаимопомощи одной части для другой и всех частей для целого, а также целого для всех его частей, чем в маленькой незначительной клетке, который, кажется, хранит в себе саму тайну Вселенной. Предвосхищая формулировки более поздних разработок, мы можем сказать, что в клетке подразумевается идеал гармоничного сотрудничества, бескорыстного взаимного служения, верности и долга каждого по отношению ко всем, к чему в наших более поздних, более высокоразвитых человеческих объединениях мы можем только стремиться. Когда в атоме было достигнуто удивительное и таинственное стабильное сочетание электрических единиц, произошло чудо, которое спасло материальный мир от полного хаоса и </span><span style="color:#833c0b;">случайности. Но гораздо большее чудо было совершено, когда из атомного и молекулярного порядка развился еще более глубокий и утонченный порядок внутренней совместной гармонии клетки. Эти две фундаментальные структуры являются великими достижениями в ходе эволюции, до появления Разума, и хотя многие другие эксперименты, вероятно, проводились до и в промежутках между этими успехами, они оказались нестабильными и были отброшены, а теперь тщетно разыскиваются. Мы должны внимательно изучить эти неизменные вершины достижений, если хотим понять истинную природу эволюционного процесса и если хотим составить представление о природе фундамента между этими постоянными структурами, который был размыт с бесконечным течением времени. И когда мы обнаружим, что эти два явления не являются совершенно разными, а являются выражением в чем-то сходной внутренней прогрессивной тенденции Природы, и когда позже, на ментальном и духовном уровнях развития, мы обнаружим еще более четкие проявления подобной тенденции, мы будем вправе заключить, что столкнулись лицом к лицу с чем-то реальный и причинный в форме естественного действующего фактора фундаментального и универсального характера. </span>(стр. 82-86)

Привожу этот длинный отрывок без сокращений и комментариев. Он показывает ход мысли Смэтса, где не только организм рассматривается как клеточный холос, но эта целостность рассматривается в движении элементов в процессах обмена веществ и самовоспроизведения организма.

<span style="color:#833c0b;">''На протяжении всей истории человеческой мысли существовали две предельные отправные точки в объяснении Вселенной, две противоположные ментальные установки или точки зрения, с которых рассматривалась и объяснялась Вселенная. Согласно одной точке зрения, все, так или иначе, задано в начале; согласно другой, в начале предполагается минимум, и Вселенная является постепенным творением или эволюцией, начиная с этой минимальной начальной точки. На первый взгляд, не имеет значения, было ли первоначальное творение завершено во всех деталях или же была завершена только его логическая или метафизическая схема, в то время как содержание было дано лишь косвенно. В любом случае в ходе последующей истории мира не может быть ничего нового. Если первоначальное творение было полным и абсолютным, то все последующие события и изменения могут быть только перестановками, перетасовками первоначальных группировок: как материальные элементы, так и их принципы или формы расположения присутствуют в качестве исходных данных и определяют все последующие события и расположения. Если, опять же, метафизическую схему или структуру Вселенной принимать как данность, то эволюция Вселенной - это просто логическое развитие в соответствии с этой схемой; или, другими словами, логическое развитие схемы даст нам в результате материальную вселенную''</span><span style="color:#833c0b;">. Развитие идеи Гегеля является именно такой попыткой логического раскрытия вселенной. В обоих случаях объяснение Вселенной находится в прошлом, в начале: это начало управляет всем и предопределяет все. Прошлое является действенной причиной будущего, и никакое новое творение, ничего принципиально нового в будущем возникнуть не может. Реальность в полном объеме существовала с самого начала и продолжает существовать, меняя свои формы и проявления, но не внося ничего нового в первоначальный поток. Всякая реальная новизна и инициатива, всякая реальная свобода выбора и развития исчезают из вселенной. Мировой процесс становится в лучшем случае объяснением, развертыванием того, что было дано неявно, а не творческой эволюцией новых форм. Эта точка зрения была доминирующей в западной науке и философии с момента ее зарождения в XVI и XVII </span><span style="color:#833c0b;">веках и до недавнего времени. В физике она естественным образом согласуется с ортодоксальными законами сохранения, которые исключают создание или разрушение энергии, массы или импульса. И по мере того, как в науке и философии преобладали механистические идеи, все изменения стали означать просто механические перестановки без какого-либо существенного дополнения или вычитания из общей картины реальности. Опять же, те мыслители, которые (подобно Лейбницу) не придерживались механистической формулы, руководствовались своими теологическими взглядами и идеями, предшествовавшими формированию, и рассматривали реальность как завершенную в прошлом, оставляя будущему лишь второстепенную роль в раскрытии, эволюции, экспликации того, что фактически существовало. содержащийся в этом прошлом. Таким образом, это очень ограниченный смысл, в котором следует понимать используемые ими термины "развитие" или эволюция. Когда они верили в динамичную прогрессивную вселенную, они имели в виду просто вселенную, которая постепенно раскрывает то, что неявно содержалось в прошлом. </span><span style="color:#833c0b;">''Точка зрения на эволюцию как на созидательное явление, на реальное прогрессивное творение, которое все еще продолжается во Вселенной, а не завершилось в прошлом, на совокупность реальности, которая не является постоянной, а постепенно увеличивается в ходе эволюции, - это новое веяние нашего времени, и, возможно, это одно из самых значительных изменений во всем спектре человеческой мысли. ''</span><span style="color:#833c0b;">Старый статичный взгляд на реальность с его неизменными элементами и видами не только исчез, но и новый динамичный взгляд на эволюцию не просто отрицает старый статичный взгляд, он зашел гораздо дальше. </span><span style="color:#833c0b;">''Эволюция - это не просто процесс изменений, перегруппировки старого в новые формы; она творческая, ее новые формы не просто создаются из старых материалов; она создает как новые материалы, так и новые формы из синтеза нового со старыми материалами. Творческая способность материи, как мы видели, ограничивается аспектом структуры и преобразованием новых структур из ранее существовавших материальных единиц: в этом смысле материя обладает лишь ограниченной, хотя и реальной творческой способностью. Когда мы переходим к организмам, мы обнаруживаем гораздо большую степень креативности в эволюции.''</span><span style="color:#833c0b;"> Ибо, как будет показано в главе VIII, новые качества или признаки, которые приводят к появлению новых разновидностей или видов, действительно являются новыми в том смысле, что их не было раньше, и это не просто изменение признаков, которые были раньше. Создаются новые знаки (characters), и на их основе возникают новые разновидности или специфические формы стабильного вида. Еще большая степень креативности присуща разуму как в его интеллектуальном, так и в этическом аспектах; мысль созидательна во всех своих проявлениях, от простейших ощущений до самых сложных суждений; а этический или практический разум создает ценности, моральные, духовные и религиозные ценности в самом полном смысле этого слова. Отсюда возникает взгляд на эволюцию как на созидание нового, как на эпигенез, а не на объяснение, как на проявление новизны и инициативы, как на открытие новых путей и предоставление возможности нового выбора в продвижении вперед, как на создание свободы для будущего и, в самом реальном смысле, на разрыв оков прошлого и будущего от его фиксированных предопределений. </span>(стр. 90-92)

<span style="color:#833c0b;">''Творческая эволюция, которую понимают и ученые, и философы, работает как общий принцип или тенденция в конкретных формах и посредством них. Таким образом, эволюция - это структура и принцип, взаимопроникающие друг в друга, </span><span style="color:#833c0b;">взаимодействующие и оживляющие друг друга.''</span><span style="color:#833c0b;"> … </span><span style="color:#833c0b;">''Универсальное реализует себя не в праздном самосозерцании, не в отрыве от действительного, а в отдельных телах, в конкретных вещах и фактах и через них. ''</span><span style="color:#833c0b;">Храм Духа - это структура материи; универсальное заключено в конкретном, частном; ни одно из них не является реальным или истинным отдельно от другого. Все это звучит как прописные истины и банальности. Но, тем не менее, это самое важное, поскольку означает, что следование разными путями науки и философии не приведет нас к нашей цели. Их пути должны сойтись. Необходимо разработать концепции, которые будут включать в себя материал и точки зрения как науки, так и философии. Путь реального - это не абстрактные общие принципы и не пустыня деталей; и если мы хотим понять эволюцию, мы должны разработать концепции, адекватные ее реальному процессу, концепции, которые будут отражать ее реальные черты - конкретность и универсальность. Другими словами, мы должны сформировать концептуальную модель, которая будет как можно точнее воспроизводить то, что на самом деле происходит в процессе космической эволюции, и наша главная задача состоит в том, чтобы сделать наше объяснение природных процессов как можно более точным в соответствии с реальными наблюдаемыми фактами. </span>(стр. 93-94)

И материя, и жизнь в атоме и клетке состоят из единичных структур, упорядоченная группировка которых создает естественные целостности, которые мы называем телами или организмами. Этот характер или черта "целостности", которые мы обнаружили в случае материи и жизни, имеют гораздо более общее применение и указывают на нечто фундаментальное во Вселенной, фундаментальное в том смысле, что оно практически универсально, что оно является реальным действующим фактором и что его формирующее влияние ощущается все более глубоко и широко по мере продвижения эволюции. Холизм - это введенный здесь термин (от холос = целое) для обозначения этой направленной на достижение целостности тенденции в природе, этого фундаментального фактора, действующего на создание целостностей во Вселенной. Давайте сначала попытаемся получить некоторое общее представление о том, что такое холизм и что такое "целые"; после этого я попытаюсь дать более точное определение этим терминам.

В области жизни мы все знакомы с тем, что здесь называется целостностями. Каждый организм, каждое растение или животное - это единое целое, обладающее определенной внутренней организацией и способностью к самоуправлению, а также своими собственными индивидуальными особенностями. Это справедливо как для низшего микроорганизма, так и для наиболее высокоразвитой и сложной человеческой личности. Что не является общепризнанным, так это то, что концепция целостности охватывает гораздо более широкую область, чем концепция жизни, что ее истоки прослеживаются уже в неорганическом порядке природы и что за пределами обычной области биологии она в некотором смысле применима к человеческим объединениям, таким как государство, и к творениям человеческого духа во всех его величайших и наиболее значимых проявлениях. Не только растения и животные являются целостностями, но и в определенном ограниченном смысле естественные сочетания материи во Вселенной являются целостностями; атомы, молекулы и химические соединения являются ограниченными целостностями; в то время как в другом, тесно связанном смысле человеческие характеры, произведения искусства и великие идеалы высшей жизни являются целостностями или разделяют их. В обиходе слово "целостный" часто используется для обозначения некоторых из этих высших творений. Например, стихотворение или картину хвалят за то, что они представляют собой "целое", потому что это не просто искусственная конструкция, а органичное целое, в котором все части проявляются тонким, неуловимым образом, чтобы служить главной цели или идее, вносить в нее свой вклад. На самом деле художественные произведения в основном оцениваются по степени, в которой они осознают характер целостности. Но термин "целостность" содержит гораздо больше, чем подразумевается в его общепринятом употреблении. С точки зрения, представленной здесь, "целостности" являются основой характера Вселенной, а холизм, как действующий фактор в эволюции целостностей, является высшим принципом Вселенной.

''Создание целостностей, причем все более высокоорганизованных, и целостности вообще как характеристики существования - неотъемлемая черта Вселенной. В мире действует не просто неопределенная творческая энергия или тенденция. Эта энергия или тенденция имеет специфические свойства, наиболее фундаментальным из которых является создание целого. И постепенное развитие возникающих в результате целостностей на всех стадиях - от самых зачаточных, несовершенных, неорганических до наиболее высокоразвитых и организованных - это то, что мы называем эволюцией. Стремление к созданию целого, холистическая тенденция, или холизм, действующий в конкретных целостностях и через них, проявляется на всех этапах существования и никоим образом не ограничивается биологической областью, которой наука до сих пор ограничивала понятие целого. Уходя корнями в неорганическую среду, эта универсальная тенденция находит ясное выражение в органическом биологическом мире и достигает своих высших проявлений и результатов на ментальном и духовном планах существования. Подлинными единицами Природы являются целостности различного уровня. Целостность - это наиболее характерное выражение природы Вселенной в ее поступательном движении во времени. Она отмечает линию эволюционного прогресса. И холизм является внутренней движущей силой этого прогресса. ''

Очевидно, что если эта точка зрения верна, то должны последовать очень важные результаты для наших представлений о знании и жизни. ''Целостности - это не просто искусственные конструкции мысли, они указывают на нечто реальное во Вселенной; и холизм как творческий принцип в них является реальной причиной. Это движущая сила эволюции. Таким образом, за эволюцией стоит не просто смутный и неопределимый творческий импульс или жизненная сила, голая идея прохождения или продолжительности, не имеющая никакого качества или характера, кроме равномерного течения, и которой нельзя придать никакого значения или характера, но нечто вполне определенное. Холизм - это специфическая тенденция, имеющая определенный характер, творческая по отношению ко всем персонажам во Вселенной и, следовательно, приносящая результаты и объяснения в отношении всего хода космического развития.'' (100-102)

''Целое как действующий фактор требует тщательного изучения. То, что в природе существуют целые, представляется мне неоспоримым. Представленная здесь точка зрения заключается в том, что они охватывают гораздо более широкую область, чем принято считать, и имеют фундаментальное значение. Но идея целого - это один из вопросов, которым наука, а в значительной степени и философия, пренебрегает. Любопытно, что, хотя общая точка зрения философии по необходимости в значительной степени холистична, она никогда по-настоящему не использовала идею целого. Эта идея действительно проходит красной нитью через всю философию, но в основном в расплывчатом, неосязаемом виде.'' Единственное определенное применение этой идеи было сделано абсолютистами, которые применили выражение "целое" ко всему существующему, к космическому целому, ко всему ансамблю Вселенной, рассматриваемому как единство или бытие. Такое конкретное использование этой идеи нас не интересует на данном этапе нашего исследования. Великое целое может быть конечной точкой, но это не та линия, которой мы следуем. Мы собираемся изучать маленькие естественные центры целостности и принцип, выражением которого они являются. И я думал, что этот вопрос будет представлять глубокий интерес как для философов, так и для ученых. Но даже философы не смогли по-настоящему использовать эту великую концепцию, в то время как ученые постоянно пренебрегали ею или игнорировали ее под железным гнетом механистического режима. И все же камень, отвергнутый строителями, может стать краеугольным камнем здания. (103)

''Давайте теперь рассмотрим идею целого более подробно; и давайте снова начнем с естественных биологических целостностей, таких как растения или животные. Организм, как растение или животное, является естественным целым. Он самодействующий и самодвижущийся. Принцип его движения или действия не внешний по отношению к нему самому, а внутренний. Он не приводится в действие каким-либо внешним принципом или силой, например, машиной или искусственным сооружением. Источник его активности является внутренним и неразрывно связан с ним самим, он действительно является им самим. Она состоит из частей, но ее части не просто собраны вместе. Их единство не является механическим, а основывается на другом принципе. Организм состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, и если эти части разобрать на части, организм разрушается и не может быть восстановлен путем повторного соединения разъединенных частей. Эти части находятся в активных отношениях друг к другу, которые меняются в зависимости от частей и организмов; но ни в коем случае нет ничего бездеятельного или инертного в отношениях этих частей друг к другу или ко всему организму в целом. Кроме того, организм способен поддерживать себя за счет поглощения других компонентов, таких как пища, но, опять же, как мы видели в предыдущей главе, он делает это не путем простого механического добавления, а путем полного преобразования, ассимиляции и использования в своей собственной системе взятого таким образом материала. Более того, организм является творческим в том смысле, что он способен при определенных условиях обновлять себя и воспроизводить себя в очень похожих целостностях.''

Этого приблизительного изложения достаточно, чтобы обозначить основные общие характеристики биологических целостностей. Когда мы достигаем более высоких уровней развития высших животных и человека, мы сталкиваемся с дополнительными признаками психологической природы, такими как интеллект, воля, сознание, центральный контроль и руководство более или менее добровольного и обдуманного характера. Для нашей нынешней цели предварительного обзора в этой главе нам нет необходимости рассматривать этих персонажей более подробно. Но необходимо, чтобы мы сформировали более четкое представление о различиях, которые отличают целое в вышеуказанном смысле от чего-то, что целым не является.

Прежде всего, я хотел бы подчеркнуть, что целое, согласно представленной здесь точке зрения, не простое, а сложное и состоит из частей. Природные целостности, такие как организмы, являются не простыми, а сложными или составными, состоящими из множества частей, находящихся в активной взаимосвязи и взаимодействии того или иного рода, и сами части могут быть меньшими целыми, такими как клетки организма. Целые - это составные части, а не простые элементы. Идея целого как простой уникальной индивидуальной сущности - это метафизический взгляд, от которого мы должны остерегаться. Философия разработала концепцию уникального целого, которое на самом деле является абсолютным, неразрушимым и неизменяемым. Например, Платон в "Федоне" представил человеческую душу как такое целое и из ее неделимости вывел аргумент в пользу ее бессмертия. То, что просто, неделимо и окончательно, обязательно должно быть и неразрушимым. Однако, с моей точки зрения, природные целостности - это не такие простые неделимые сущности, которые на самом деле являются философскими абстракциями. (103-104)

С другой стороны, философская концепция не оставляет места для изменений, движения или развития целого. Философское целое, или абсолют, неизбежно статично. Простое, уникальное, конечное целое не может изменяться или развиваться. Оно неизменно остается тем, что оно есть. Это отрицает идею эволюции, которая необходима для концепции целостностей, представленной здесь. Взгляд на Вселенную как на целое или абсолют в философском смысле не оставляет места для прогресса или развития и вступает в противоречие со всеми практическими учениями и всеми наиболее значимыми результатами науки. Части (если таковые имеются) действительно могут перемещаться и изменяться, их взаимоотношения между собой могут демонстрировать текучесть, которую можно назвать развитием. Но это не будет настоящим творческим развитием. Абсолютная целостность философии неизменна, замкнута в себе и не похожа ни на что, с чем мы сталкиваемся в этом мире. Идея эволюции как созидания является полной противоположностью этой статичной абсолютности. И эта идея должна быть для нас решающей. Все, что противоречит идее Вселенной как прогрессивной и созидательной, должно быть отвергнуто нами. Творческое целое, или холизм, не следует путать с философским целым, или абсолютом.

Предостерегая от философского заблуждения, позвольте мне перейти к предостережению от еще более опасного научного заблуждения. Механический взгляд на вселенную, который был и в значительной степени остается доминирующим в науке, в той или иной степени противоречит изложенной здесь концепции.

Целое - это не просто механическая система, то есть система частей, внешне связанных друг с другом. Оно действительно состоит из частей, но это нечто большее, чем сумма его частей, которой обязательно является чисто механическая система. Сущность механической системы - это чистая внешняя сторона или отсутствие какой-либо внутренней сущности, всех внутренних тенденций, отношений и видов деятельности системы или ее частей. Любое действие в механической системе является внешним, являясь либо внешним воздействием механического тела на какое-либо другое тело, либо внешним воздействием последнего на первое. И точно так же, когда рассматриваются части тела или системы, единственное действие, на которое они способны, - это их внешнее воздействие друг на друга или на организм в целом. Ни у части тела, ни у его частей нет внутреннего действия или функции. Таково механическое тело, и только такие тела предполагались существующими в соответствии с механистической гипотезой. Целое, которое является чем-то большим, чем сумма его частей, обладает чем-то внутренним, какой-то внутренней структурой и функцией, какими-то особыми внутренними отношениями, каким-то внутренним характером или природой, которые составляют это нечто большее. И в этом исследовании мы должны попытаться выяснить, что же это такое. На данном этапе следует уяснить, что, в то время как механическая теория предполагает только внешнее действие как единственно поддающееся измерению и математической обработке и исключает всякое внутреннее действие, связь или функцию, теория целого, напротив, основана на предположении, что в дополнение к внешнему действию между телами существует также дополнительный внутренний элемент или действие тел, которые являются целыми, и что этот элемент или действие имеет определенный определяемый характер. (105-106)

Таким образом, целые - это составные элементы, обладающие внутренней структурой, функцией или характером, которые четко отличают их от простых механических дополнений, агрегатов или конструкций, как это предполагает наука в соответствии с механической гипотезой. И этот внутренний элемент, который превращает простое механическое сложение или сумму частей в целое, свидетельствует о прогрессивном развитии Природы. Целостности динамичны, органичны, эволюционны, созидательны. Характера творчества должно быть (если это так) достаточно, чтобы опровергнуть чисто механическую концепцию Вселенной.

Очень важно понимать, что целое не является чем-то дополнительным к частям: именно части, находящиеся в определенном структурном расположении и взаимодействующие друг с другом, образуют единое целое. Структура и виды деятельности различаются по характеру в зависимости от стадии развития целого; но целое - это всего лишь специфическая структура частей с соответствующими им видами деятельности и функциями. Таким образом, вода как химическое соединение, как мы уже видели, является целым в ограниченном смысле, зарождающимся целым, качественно отличающимся от своих несоставных элементов водорода и кислорода в простом смешанном состоянии; это новая специфическая структура с новыми физическими и химическими свойствами. Целое как биологический организм представляет собой гораздо более сложную структуру с гораздо более сложными видами деятельности и функциями, чем простое химическое соединение. Но его не следует воспринимать как нечто, выходящее за рамки его частей в их структурном синтезе, включая уникальные виды деятельности и функции, которые сопровождают этот синтез. Сама суть концепции целого заключается в том, что части находятся вместе в уникальном специфическом сочетании, в особой внутренней взаимосвязи, в творческом синтезе, который отличает его от всех других форм сочетания или единения. ''Сочетание элементов в этой структуре является в некотором смысле творческим, то есть создает новую структуру, новые свойства и функции. Как мы увидим в дальнейшем, эти свойства и функции сами по себе обладают творческим или целостным характером. ''Вначале факт наличия структуры имеет первостепенное значение для целых, но по мере того, как мы поднимаемся по шкале целых, мы видим, что структура становится вторичной по отношению к функции, мы видим, что функция становится доминирующей чертой целых, мы рассматриваем ее как корреляцию всех видов деятельности структуры и осуществление новых синтезов, которые являются все больше и больше проявляю творческий характер. ''Части целого также подвержены влиянию структуры, они отличаются друг от друга и ведут себя не так, как они вели бы себя без такого целого. Сама суть целого заключается в том, что, хотя оно состоит из своих частей, оно, в свою очередь, влияет на части и их взаимосвязи и функции. Это взаимное влияние составляет внутреннюю сущность или внутренний характер целого. ''

Существует творческая активность, прогресс и развитие целых, и последовательные фазы этой творческой эволюции отмечены появлением все более сложных и значительных целых. Таким образом, возникает прогрессивная шкала целостностей, простирающаяся от материальных тел неорганической природы через растительное и животное царства к человеку и великим идеалам и художественным творениям духовного мира. Как бы ни увеличивались сложность и плодотворное значение целого по мере нашего продвижения вверх, фундаментальная деятельность, которая приводит к этим результатам, на протяжении всего процесса сохраняет свой специфический целостный характер. Сначала, согласно нашим современным знаниям, она проявляется только как определенная материальная структура энергетических единиц, как специфический синтез или расположение материальных частей, например, в химическом соединении, кристалле или коллоиде. Мы уже видели, как эта структура в некоторых отношениях приближается к более целостным проявлениям жизни, и вполне возможно, что будущий прогресс науки значительно расширит наши знания по этому вопросу. Но даже в том виде, в каком это известно сейчас, специфическая структура и характер химического соединения делают его своего рода целым, совершенно отличным от простых физических или механических смесей. По мере того, как мы продвигаемся вперед в развитии природы, мы видим на примере растений, как эта специфическая структура, этот синтез и расположение частей и признаков приобретают новый кооперативный характер - характер групп взаимосвязанных действий, которые тесно взаимосвязаны и функционируют таким образом, чтобы сохранить растение и поддерживать свою деятельность в целом. Когда мы переходим к животным, мы обнаруживаем не только этот тесный структурный синтез частей и признаков на основе сотрудничества и скоординированных функций, но и в появлении центральной нервной системы и головного мозга мы видим новый элемент контроля и управления, который преобразует всю систему, делает ее взаимосвязанной - работа становится более сложной и эффективной и приобретает совершенно новый смысл и активность. ''Когда мы приходим к человеческой стадии, мы обнаруживаем наивысший расцвет этого центрального контроля в человеческой личности. Мы обнаруживаем целый ряд ценностей и видов деятельности, о которых и не мечтали на более ранних стадиях. И мы обнаруживаем, что сами эти ценности и виды деятельности стремятся стать целостными на более высоких уровнях духовного и художественного производства. Целостность, которая была лишь структурной, зачаточной, частичной в начале развития Природы, здесь становится в значительной степени доминирующей и всепроникающей.'' Целостный подход, который на более низких уровнях преодолевал почти непреодолимые препятствия и трудности, здесь в некотором смысле одерживает победу. Пока это лишь очень частичная победа. Даже самая совершенная человеческая личность и самое совершенное художественное произведение все еще полны несовершенств и являются лишь приближением к идеальной целостности. Холизму предстоит пройти еще долгий путь. С высокого человеческого уровня это указывает путь в будущее и показывает, что в целостности, в создании все более совершенных и значимых целостностей, заключается внутренний смысл и тенденция Вселенной. Это как если бы Великий Созидательный Дух сказал: "Смотри, Я создаю все сущее целым".

Таким образом, восходящий порядок целостностей, или этапы, на которых холизм проявляет себя в прогрессивных фазах реальности, можно в общих чертах и в предварительном порядке резюмировать следующим образом:

<div style="margin-left:1.249cm;">1. Определенная материальная структура или синтез частей в естественных телах, но внутренняя активность которых в настоящее время известна не более, чем в виде простых физических или химических сил или энергий: например, в химическом соединении. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">2. Функциональная структура в живых организмах, где части в этом специфическом синтезе активно взаимодействуют и функционируют совместно для поддержания организма: например, в растениях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">3. Эта специфическая совместная деятельность координируется или регулируется каким-то выраженным центральным контролем, который все еще в основном неявный и бессознательный: например, у животных. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">4. Центральный контроль становится осознанным и формирует личность; в то же время он проявляется в более сложных, целостных группах общества. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">5. В человеческих сообществах этот центральный контроль становится сверхиндивидуальным, в государстве и подобных групповых организациях. </div>

<div style="margin-left:1.249cm;">6. Наконец, возникают идеальные целостности, или холистические идеалы, или абсолютные ценности, отделенные от человеческой личности и действующие сами по себе как созидательные факторы в построении духовного мира. Таковы Идеалы Истины, Красоты и Добра, которые закладывают основы нового порядка во Вселенной. </div>

На протяжении всех этих этапов мы видим постоянно углубляющуюся природу Целого как специфического структурного синтеза частей с собственной внутренней активностью, которые взаимодействуют и функционируют в гармонии, естественно, инстинктивно или сознательно. (106-110)

''Позвольте мне в заключение сказать несколько слов о терминологии, чтобы избежать двусмысленности и неправильного понимания в дальнейшем. Согласно представлениям, изложенным в этой главе, целое в каждом отдельном случае является центром и творческим источником реальности. Это реальный фактор, из которого вытекает все остальное в каждом конкретном случае. Но существует бесконечное множество таких целостностей, охватывающих все уровни существования во Вселенной; и возникает необходимость в общем термине, который включал бы и охватывал все целостности как таковые в рамках одной концепции. Для этого был придуман термин холизм; таким образом, холизм охватывает все целостности во Вселенной. Таким образом, это одновременно и концепция, и фактор: концепция, обозначающая все целостности, фактор, потому что целые, которые она обозначает, являются реальными факторами во Вселенной. Мы говорим о материи, включающей в себя все частицы материи во Вселенной: точно так же мы будем говорить о холизме, включающем в себя все целостности, которые являются высшими творческими центрами реальности в мире.'' (120)

''Позвольте мне повторить то, что было сказано в предыдущей главе: целое - это не общий принцип или тенденция, это структура или схема.'' Естественное тело или организм можно разделить на два фактора: форму, структуру или схему и конкретные признаки или качества, которые наполняют эту форму или структуру. Что касается этих конкретных признаков или качеств, то в каждом конкретном случае мы должны полагаться на опыт; цвет, ощущение или запах предмета или характер животного можно узнать только из наблюдений или опыта в каждом конкретном случае. Но форма или структура включает в себя особенности, которые наиболее удобно обобщить в виде концепций, и если эти концепции ясны и определены, из них снова можно вывести результаты, которые делают их наиболее полезными в качестве аргументов для размышлений и объяснений. Обобщенные концепции пространства и времени, разработанные не столько философами, сколько математиками, обладают теми качествами ясности и определенности, которые делают их особенно полезными для изучения структуры физического мира, как мы видели при обсуждении теории относительности. И точно так же концепция целого, если ее ясно понимать и твердо придерживаться, может стать мощным средством изучения сложных явлений жизни и разума. Концепция целого - это обобщенная структура или схема, каркас, который необходимо заполнить в каждом конкретном случае; и именно этот структурный или схематический характер приближает его к тому конкретному характеру, который отличает все природные объекты в мире опыта. Для большей ясности давайте перейдем к анализу фундаментальных характеристик целого, как мы видим, на примере, скажем, простого организма. (129)

Во-первых, единство действия, характерное для целого, проявляется в заметной способности регулировать и соотносить, которой целое, по-видимому, обладает по отношению к своим частям. Это, пожалуй, самая поразительная особенность органических целостностей; какими бы сложными они ни были, в них сохраняется определенное сбалансированное соотношение функций. Если между частями возникает какое-либо нарушение, нарушающее распорядок дня в целом, то либо это нарушение устраняется совместными усилиями многих или всех частей, либо функции других частей перестраиваются таким образом, что устанавливается новый баланс и распорядок дня. Синтетическое единство целого порождает синтетическое или холистическое действие во всем целом; деятельность и функции частей также становятся целостными, так что в дополнение к их обычной рутине у них появляется аспект или тенденция, направленная на целое, которая активизируется всякий раз, когда нарушается равновесие целого. Именно этот целостный характер, отличающий деятельность и функции не только целого, но и его частей, лежит в основе замечательного феномена сотрудничества между клетками, на который было обращено внимание в четвертой главе. ''Сотрудничество - это не столько взаимодействие независимых единиц, сколько, по сути, давление целого на части. На самом деле, вся функция или система организма целостна; синтетическое единство целого настолько глубоко запечатлено в частях и отражается в деятельности частей, что все они, по-видимому, "подыгрывают" друг другу и сотрудничают в поддержании или, в случае нарушения, восстановлении равновесия в деятельности, характерного для конкретное целое. Из синтетического единства целого вытекает целостное действие всех его частей, а также характерная способность соотносить и регулировать, которую целое, по-видимому, проявляет по отношению к частям. Все эти свойства на самом деле вытекают из идеи и природы целого; как только эта идея будет четко осознана, будет найден истинный принцип органического объяснения, и применение идей и методов механицизма или витализма станет излишним, как мы увидим позже.'' (131)

Это создание новой разновидности или вида (новой структуры); это создание новых единичных признаков (частей структуры), которые оправдывают появление нового вида или разновидности; и за новыми единичными признаками стоит не просто перестановка элементов старых единичных признаков, а новый подход. интеграция новых материалов или качественных элементов со старыми элементами для формирования новой разновидности объекта. Этот процесс является творческим по отношению к новому на каждом шагу и на каждой стадии, причем в мельчайших элементах качество не ниже, чем в крупных или целостных структурах. Начиная с воображаемых элементов a, b, c, d, мы обнаруживаем в органическом продвижении ни в коем случае не простую структурную перегруппировку только этих элементов, но везде элемент качественной новизны, x, включенный наряду со старыми элементами в новую структуру. В каждом прогрессе мы обнаруживаем не только новую структуру, но и результат в той или иной форме. Я использовал концепцию единиц или элементов в целях иллюстрации; но на самом деле творческий процесс эволюции целостен и, в конечном счете, не поддается анализу в виде определенных единиц; сочетание унаследованных структур и характеров с новыми настолько тесно, что невозможно отделить их друг от друга, и невозможно сказать, где заканчиваются старые элементы и начинаются новые. Но, вне всякого сомнения, в продвижении вперед новое присутствует наряду со старым таким образом, что мы можем понять этот процесс, как во всей его полноте, так и в мельчайших деталях, только как по-настоящему творческий. (138) * тут он путается, но в начале главы было написано, что все это предварительные размышления. Что я заметил: некоторые холосы не нуждаются в конструировании; достаточно свалить все элементы в кучу, и они сами выстроятся, как положено. Атом, например. Но есть другой тип, где «буквы» нужно расставлять в нужном порядке; таковы, например, органические молекулы. Клеточные машины считывают код с ДНК и синтезируют нужное из четырех атомов: углерода, водорода, кислорода и азота. Их соединение в разных порядках создает молекулы с очень разными функциями. *

Я изложу это с холистической точки зрения следующим образом: я собираюсь показать, что отбор и направление, присущие жизни и разуму, являются всеобъемлющими холистическими свойствами, которые уже проявляются в материи, развиваются из нее и достигают зрелости в жизни и разуме. Эти персонажи не проявляют оппозиции или антагонизма по отношению к системе материи, но сосуществуют с ней и взаимопроникают в нее, так сказать, как высшие фазы самой материи. Они терпимо относятся к законам материи и выполняют свои функции, не нарушая эти законы. Другими словами, действие жизни и разума согласуется с принципами энергии. Теперь перейдем к моим аргументам.

"Избирательность", как указывалось в главе III, представляется неотъемлемым и фундаментальным свойством материи. Ярким примером этого явления является электромагнетизм; так же как и само строение материи, конечные формы структуры которой зависят от присущего ей сродства и селективности еще более мелких структур или единиц. Таково же поведение материи в коллоидном состоянии. В избирательности материи мы, по-видимому, сталкиваемся с предельным свойством, объяснение которого на более фундаментальных основаниях невозможно.

''Избирательность также является фундаментальным свойством любого организма; это действительно самое примитивное свойство жизни. Возможно, это тот самый момент, когда органическое и неорганическое все еще были единым целым и начали расходиться. Клетка проявляет избирательность во всех своих процессах, таких как усвоение пищи и отторжение того, что не подходит для ее питания. Организм проявляет эту избирательность во всех своих движениях, а также в своем питании. Существует выбор целей и корректировка его движений для достижения этих целей.'' При неправильной настройке, при ошибочных или неудачных движениях эксперимент повторяется до тех пор, пока цель не будет достигнута - пища не будет получена, опасность не будет устранена или враг не будет разгромлен. Эта примитивная способность к отбору или избирательности еще не является выбором или волей, как это наблюдается на высших стадиях органического развития, но она является стержневым элементом выбора или воли. ''Одной из форм этой способности к отбору является самонаправление, которое в равной степени характерно для организмов. Жизнь обладает способностью к самонаправлению, к выбору движения в одном направлении, а не в другом, к выбору пути, ведущего к достижению неосознаваемой или осознаваемо осознаваемой цели. Очевидно, что эта способность к самонаправлению является лишь частной формой или разновидностью более общей способности к избирательности. ''

Нетрудно заметить, что эта избирательность является неотъемлемым атрибутом или качеством целостности. Природное целое как небольшой ограниченный центр единства имеет определенную структуру, которая неизбежно ограничивает его функционирование определенными способами или модальностями и никакими другими. Перед ним открыты не все возможности; у него есть лишь более или менее ограниченные степени свободы для своей деятельности; он вынужден ограничиваться ими и неявно отвергать все остальные. Предвосхищая более поздние стадии развития, можно сказать, что его выбор ограничен; другими словами, для него необходимы избирательные действия. То, что совершенно ясно на более поздних, более зрелых стадиях эволюции, уже существует в неразвитой незрелой форме у самых примитивных организмов. Существует примитивная стадия органического функционирования, когда такие понятия, как воля, выбор или цель, явно еще неприменимы, но их корень уже существует в своего рода органической избирательности или способности к самонаправлению и самоориентации. Эта примитивная органическая способность к отбору, вероятно, недалеко ушла от неорганического свойства, которое я назвал тем же именем. (169-170)

Позвольте мне сначала сформулировать закон Дарвина, который был таким же простым, как закон Ньютона, и гораздо более понятным. Живые существа имеют тенденцию изменяться и чрезмерно размножаться; как следствие, борьба за выживание становится неизбежной, и в этой борьбе за существование выживают наиболее приспособленные. Это объясняет происхождение видов и все органические различия в мире. Тенденция к вариациям очевидна для всех, как и чрезмерное размножение особей в благоприятных условиях и при отсутствии внешних ограничений; результирующая борьба, которую Дарвин называет Естественным отбором, хорошо известна каждому, кто имеет хоть какое-то представление о живой природе. Таковы простые факты, из которых построена теория Дарвина. Случай с яйцом Колумба, несомненно, самый поразительный из всех, которые когда-либо приводились. Гениальность Мастера проявилась в обширности конструкции, которую он создал из этих простых материалов, основанных на здравом смысле и обычном опыте. Исходя из этих простых банальных фактов, он объяснил бесконечное разнообразие форм жизни, населяющих землю, их географическое распространение как в прошлом, так и в настоящем по всему земному шару, а также удивительную степень их адаптации к физическим и другим условиям, среди которых они живут. Адаптация к суше и морю, пресная и соленая вода, почвенные и климатические условия, охватывающие крайности жары и холода, широчайший спектр влажных, засушливых и пустынных условий, а также все бесчисленные факты и ситуации, которые приводят к взаимодействию- плетение таинственной паутины жизни.

Вся теория Дарвина кратко изложена в последних предложениях "Происхождения видов" с простотой и красотой изложения, достойными простого, но глубокого гения Мастера, и они в нескольких словах раскрывают перед нами великое дарвиновское видение. Их часто цитировали, но здесь они будут процитированы повторно, причем на все времена:

<div style="margin-left:1.249cm;">"Интересно созерцать заросший кустарником берег, покрытый множеством разнообразных растений, с поющими на кустах птицами, с порхающими вокруг различными насекомыми и ползающими по влажной земле червями, и размышлять о том, что эти искусно сконструированные формы, столь непохожие друг на друга, зависят друг от друга столь сложным образом все это было создано законами, действующими вокруг нас. Эти законы, взятые в самом широком смысле, представляют собой рост с воспроизводством; Наследование, которое почти подразумевается под воспроизводством; Изменчивость, обусловленная косвенным и прямым воздействием условий жизни, а также использованием и неиспользованием; степень увеличения настолько высока, что приводит к борьбе за жизнь и, как следствие, к естественному отбору, влекущему за собой расхождение признаков и вымирание менее совершенных форм. Таким образом, из войны в природе, из голода и смерти непосредственно вытекает самая возвышенная цель, которую мы способны себе представить, а именно создание высших животных. Есть величие в этом взгляде на жизнь, с ее разнообразными силами, изначально вдохнутыми Творцом в несколько форм или в одну; и, в то время как эта планета движется по кругу в соответствии с неизменным законом всемирного тяготения, из такого простого начала возникли бесконечные формы, самые красивые и удивительные. были и находятся в процессе эволюции". </div>

Я готов признаться, что в великой мировой литературе есть несколько отрывков, которые затрагивают меня сильнее, чем эти заключительные слова великой книги Дарвина. Они обладают силой и красотой, несоизмеримыми с их простыми, ничем не приукрашенными формулировками. Они являются выражением великой бескорыстной души, которая беззаветно и бесстрашно искала истину и в конце концов удостоилась видения единства жизни, которое, возможно, никогда не было превзойдено в своей полноте и величии. (194-195)

Дарвин предполагал наличие двух действующих факторов в органическом мире: (1) Вариативность в размножении и наследственности живых существ и (2) Естественный отбор, или выживание наиболее приспособленных, как называл это Герберт Спенсер. (195-196)

В этой области было много выдающихся ученых, но имя Вейсмана навсегда останется в памяти как выдающегося биолога, который, несмотря на свои ошибки в деталях, инициировал и развивал исследование зародышевой клетки как источника вариативности в эволюции. Вейсман перевел взгляд эволюционистов с внешней стороны на внутреннюю сторону процесса, с очевидного механизма внешнего взаимодействия и столкновения на тайну внутреннего процесса. И то, чему он учил, было не только самым удивительным, но и остается одной из самых значимых истин во всей биологии. Я остановлюсь на этом вопросе прямо сейчас. Но прежде, чем сделать это, я хотел бы отметить, что Вайсману и его коллегам по работе мешал механический взгляд на эволюцию, который уже стал незыблемой догмой на ранней стадии дарвинизма. Если уж на то пошло, то механистическая концепция должна была получить свое завершение в области вариаций, в исследовании внутреннего процесса или фактора эволюции. К сожалению, Вейсман и несколько наиболее выдающихся биологов, разработавших эту вторую фазу дарвинизма, подошли к своей задаче не только как убежденные дарвинисты, но и как механисты. (198)

Индивидуальный сознающий себя и имеющий волю Разум справедливо подчеркивается психологией как Субъект опыта или Самости. В универсальной системе порядка этот индивид проявляется как беспокоящее влияние, как бунтарь против этого порядка. Но бунтарь пробивается на пути к победе, достигает пластичности и свободы и освобождается от прежней обычной рутины Холизма. ''Таким образом, разум через свою силу опыта и знаний приходит к тому, чтобы овладеть собственными жизненными условиями, обеспечить свободу и контролировать регулирующую систему, в которой он родился. Свобода, пластичность, креативность становятся лейтмотивами нового порядка разума. Это, однако, только одна сторона психической эволюции. Pari passu с этим индивидуальным развитием быстро развивается универсализирующая концептуально-рациональная сторона Ума; его регулирующий Разум делает Разум частью универсального порядка, а индивидуальные и универсальные аспекты Разума взаимно обогащают и оплодотворяют друг друга, а на уровне человеческой Личности приводят к созданию нового идеального мира духовной свободы. Этот союз "индивидуального" субъективного Разума с универсальным или рациональным Разумом возможен, потому что индивидуальный Разум сам возник в холическом регулирующем лоне. Чистый индивидуализм - вводящая в заблуждение абстракция; индивид осознает себя только в обществе и узнавая других, подобных ему; Сама его способность к концептуальному опыту проистекает главным образом из использования социального инструмента языка. Индивидуум проистекает из универсального холизма, и весь его опыт и знания в конечном итоге стремятся к характеру регулирующего порядка и универсальности.'' Таким образом, знание принимает в первую очередь форму эмпирического порядка, как систему здравого смысла. Постепенно несоответствия этой системы устраняются, а знания приближаются к науке, к научному концептуальному порядку, в котором концепции и принципы, выходящие за рамки эмпирического опыта, лежат в основе мира опыта. Научная концепция мира знаменует собой торжество универсального элемента в Разуме, но только на основе свободы и контроля, которых достиг в основном индивидуальный разум. (234)

Легко понять, что проблема психики стоит перед нами не так остро, как перед психологами. Психология рассматривает психику человека и высших животных как самостоятельный феномен, который она анализирует и исследует в его различных элементах и который она изучает как отдельный отдел или, скорее, ячейку в общей области науки. Таким образом, для психолога вопрос о границах является существенным; он должен отграничить свою область мышления от других областей в общем мире знаний.

<nowiki>************ </nowiki>

Природа разума делает эту трудность неизбежной и неустранимой, и психологии как отдельной науке всегда придется довольствоваться интенсивным освоением только своей центральной области и разделением внешних границ и отдаленных территорий с естественными и биологическими науками.

<nowiki>************</nowiki>

Для психологии Разум - это особый феномен, который должен изучаться сам по себе. ''Для теории холизма Разум - это всего лишь фаза, хотя и кульминационная фаза, универсального процесса. Вопрос о границах, столь важный для психолога, для нас не существует. С нашей точки зрения, это всего лишь узкоспециализированный вопрос; для нас Разум - это не просто феномен психологии человека и животных. Мы должны проследить связи Разума с более ранними фазами развития материи и жизни; мы должны, так сказать, раскрыть основы Разума в устройстве Вселенной. Разум как выражение холизма, Разум как орган холизма - вот в чем наша проблема. ''

Мы уже видели, что атом и клетка были двумя великими отправными точками в построении Вселенной, двумя великими непреходящими вершинами достижений на пути творческого холизма, которые, в свою очередь, стали основой и фундаментальными единицами всего сущего. Теперь мы подходим к третьему вопросу, который, возможно, является не менее важным с точки зрения устройства Вселенной, а с нашей, человеческой, точки зрения, даже более важным, чем два предыдущих. В уме мы подходим к самому важному фактору во Вселенной, верховному органу, управляющему всеми остальными структурами и механизмами. (236-238)

Мы видели, что и материя, и жизнь являются структурами, и что прогресс эволюции заключается в появлении все более сложных и интенсивных структур, все более сложно и высокоорганизованных целостностей. В структурах материи количество взаимодействующих элементов меньше, а их взаимодействия проще, так что до некоторой степени все еще возможно проследить элементарные эффекты до их отдельных причин и источников в самой структуре. Структура является доминирующей, и ее функции могут быть вычислены как элементы структуры. Однако по мере того, как мы переходим от физических структур к химическим, слияние и унификация элементов и функций становятся более заметными, а структуры в то же время становятся более сложными. Когда мы переходим к структурам жизни, мы обнаруживаем не только гораздо более многочисленные структурные элементы и гораздо более сложные структуры, но и гораздо более интенсивную и унифицированную организацию, а также функции, гораздо более единичные и унифицированные, индивидуальные и не поддающиеся анализу. Например, в дереве или животном мы находим бесконечное множество клеток и клеточных структур всех степеней специализации, взаимно адаптированных и взаимодействующих друг с другом для поддержания единого индивидуального целого самым удивительным образом. Мы не приписываем это сотрудничество и единство действий какому-то высшему разуму, присущему дереву или животному. В организме как таковом нет психического контроля; и все же контроль настолько прост, настолько автоматичен и эффективен, что ставит в тупик наше понимание. Внутренняя координация и саморегуляция организмов, которые являются органической фазой холизма, действительно являются чем-то удивительным, почти чудесным. И в своем роде и на своем собственном плане эволюция Вселенной не достигла ничего более удивительного или совершенного. (239-240)

''Я бы никогда не осознал себя и не осознавал свою отдельную индивидуальность, если бы я не осознавал других, таких как я: сознание других «я» необходимо для осознания себя или самосознания. Следовательно, индивид возникает в социальном опыте. Более того, благодаря использованию исключительно социального инструмента - языка я поднимаюсь над простой непосредственностью опыта и погружением в свой текущий момент. Язык дает названия элементам моего опыта, и, таким образом, посредством языка они сначала изолируются и абстрагируются от непрерывности моего опыта.'' Через способность языка к именованию, опять же, несколько предметов опыта могут быть сгруппированы под одним именем, что становится отличительным их общего сходства, несмотря на их незначительные различия. ''Другими словами, сила формирования общих понятий становится возможной только благодаря социальному инструменту языка. Таким образом, весь развитый мыслительный аппарат, с помощью которого я измеряю вселенную и собираю неисчислимое богатство личного опыта - это не моя индивидуальная собственность и орудие, а социально развитый инструмент, которым я делюсь с остальными своими собратьями. Нет, я сам, настолько уникальный по видимости, как я уже говорил, в значительной степени являюсь социальной конструкцией и произведен от социального общения и психического взаимодействия с моими собратьями.'' ''Индивидуальное Я или Личность опирается не на свои индивидуальные основы, а на всю вселенную.'' Психология убедительно доказывает это, и Холизм подчеркивает это, прослеживая человека к его источникам в целом. Индивидуальное Я не является единичным, так сказать, происходит из одного корня. Он сочетает в себе бесконечное количество элементов, вытекающих из индивидуальных способностей и опыта, с одной стороны, и социальных традиций и опыта, с другой. Все эти элементы слиты и метаболизированы в целостное единство, которое становится уникальным центром во вселенной и, в реальном смысле, во вселенной. Нигде в мире мы не находим большей интенсивности производимого целостного эффекта, чем в индивидуальном Я или Личности. И все же, даже там она ни в коем случае не завершена, поскольку индивидуальная Личность, как мы увидим, все еще демонстрирует несоответствие элементов, которое приводит к большинству великих проблем мышления и поведения. ''Однако я хочу подчеркнуть, что, по-видимому, индивидуалистический Разум в действительности глубоко и жизненно подвержен влиянию универсального Разума; и что индивидуальное я становится собой только через рациональное и социальное я, которое органически связывает его с остальной частью вселенной. Оно укоренено в большом целом и зависит от него, и лишь в незначительной степени восстает против его контролирующего влияния. Огромная сила Разума проявляется в том, как из простых данных элементарного Я и его переживаний он поднимает благородную надстройку человеческой Личности. Ум здесь предстает великим творческим художником.'' Но более того; его работа - не просто картина реальности, а сама реальность. Это великий архетип художника, и он обладает этой чистой творческой силой, потому что это всего лишь форма, фаза высшей творческой активности во вселенной. Когда Разум начинает применять свою концептуальную систему к своему мировому опыту, мы видим ту же синтетическую целостную деятельность в действии. Сначала грубый, наивный опыт просто берется за его внешнее значение, и из него строится грубый эмпирический порядок, который достаточно корректен для всех обычных целей и может справедливо называться миром здравого смысла. Конечно, даже этот эмпирический порядок здравого смысла будет широко варьироваться на разных уровнях культуры. Но в каждом случае это первое грубое приближение и группировка, упорядочение и организация опыта в соответствии со стандартами и потребностями обычного человека на этом уровне ментальной культуры. Это более или менее верное прочтение обычного опыта, и хотя оно содержит много расхождений и противоречий, в целом это более или менее связное, связное мировоззрение, которое справедливо соответствует фактам прямого наблюдения. (254-255)

Мы можем начать эту главу с приблизительного определения человеческой личности на том языке, который мы использовали в ходе предыдущего обсуждения. Таким образом, личность - это новое целое, наивысшее и совершеннейшее из всех целостностей, это самая последняя заметная мутация в эволюции холизма, это творческий синтез, в котором более ранние серии материальных, органических и психических целостностей объединяются с новым появлением холизма и, таким образом, создается новая уникальная личность. возникает целое более высокого порядка, чем любое из его предшественников. В личности мы достигаем последней и наивысшей фазы холизма и, следовательно, кульминационной проблемы, к которой подводили все предшествующие обсуждения. Личность является высшим воплощением холизма как в его индивидуальных, так и в универсальных тенденциях. Это окончательный синтез всех действующих факторов во Вселенной в единое целое, и как в своем единстве, так и в своей сложности он составляет великую загадку Вселенной. Самый известный из всех предметов знания и опыта, самый близкий к нам во всех отношениях, наша основа и конституция, наша самость, и все же это великая тайна, самый неуловимый фантом во всем диапазоне знаний. Неудивительно, что некоторые доходят до того, что отрицают его существование и считают его настоящим фантазмом разума. И все же это самая реальная из всех реальностей, последнее и наиболее полное выражение высшей реальности, которая придает реальность всем остальным реальностям. Его уникальность и несравнимость делают его очень трудным для понимания обычными научными методами, и поэтому наука полностью избегает его, а психология и философия в значительной степени избегают. Возможно, наш подход к нему более обнадеживающий. Во всяком случае, наша процедура устранит впечатление, что это уникальное и изолированное явление, нечто обособленное, своего рода Мелхиседек вселенной, без каких-либо генетических связей или контактов с остальной Вселенной. Мы подходим к нему как к одному из серии, как к кульминационной фазе постепенного движения, предыдущие этапы которого уже были изучены. Таким образом, она занимает подобающее ей место в огромном сообществе Вселенной, и ее больше не следует рассматривать как изолированную и неприступную сингулярность.

Давайте сначала рассмотрим составляющие Личности. Человеческая личность вбирает в себя все, что было достигнуто ранее в космической эволюции холизма. Она не только ментальна или духовна, но также органична и материальна. Это новое целое прежних целостностей; структуры материи, жизни и разума неразрывно слиты в нем, и оно больше, чем любая из них или все вместе. Что это такое, мы рассмотрим прямо сейчас; а пока давайте рассмотрим его составляющие и их взаимоотношения в Личности.

Наиболее характерной и, безусловно, наиболее важной составляющей личности является Разум. Без сознательного разума на человеческом уровне Личность не могла бы существовать. И личность должна была ожидать появления Разума, развития органа Разума, прежде чем она смогла бы начать свой уникальный путь. Разум был тем крылом, на котором человеческая личность возносилась в эмпиреи. (272-273)

Человеческое тело является органическим, но его нельзя считать независимым организмом, живущим в своего рода симбиозе с другой субстанцией, называемой разумом. (277)

''Если предположить, что тело и разум не являются независимыми реальностями и имеют значение и реальность только как элементы единого реального субстанционального целого Личности, возникает вопрос, как мы должны понимать их взаимоотношения как элементов этого целого. Как разум влияет на тело и наоборот в человеческой личности?'' Любой язык подразумевает такое влияние; любой опыт подразумевает и предполагает, что разум оказывает влияние на тело, а тело - на разум. В главе VII я попытался показать, что такое влияние, с одной стороны, не подразумевает нарушения законов физической энергии, а с другой - не требует вмешательства бога из машины, подобного Энтелехии. Ситуация полностью целостна, и холизм здесь, как и везде, дает основу для требуемого объяснения. Давайте сначала рассмотрим альтернативные точки зрения, которые были высказаны по этому вопросу.

(а) Популярной и, как я полагаю, до сих пор распространенной среди философов является точка зрения о "взаимодействии", то есть о том, что тело и разум взаимно и непосредственно воздействуют друг на друга. Эта точка зрения, если ее правильно понять, как я уже сказал, не вступает в противоречие с законами природы. Но она наталкивается на другое очень серьезное возражение. Как можно представить прямое воздействие физического или материального на ментальное или духовное и наоборот? Эти два предполагаемых взаимодействующих фактора совсем не одного порядка; каким образом одно может "воздействовать" на другое, кажется не только непонятным, но и абсолютно непостижимым.

(б) Ввиду этого очень серьезного возражения, а также других возражений, многие мыслители просто придерживаются точки зрения, что физическое и ментальное - это два параллельных ряда, которые не воздействуют друг на друга, но идут параллельно друг другу, без какой-либо попытки объяснить основы этого психо-физического параллелизма. Возражение против этого состоит в том, что один ряд, по-видимому, влияет на другой, а не просто идет параллельно ему. Например, наше сознание в произвольных действиях, по-видимому, наиболее четко показывает, что наше психическое состояние может влиять на внешние действия в определенном направлении.

(в) Другие, опять же, признавая трудность понимания того, как физическое и ментальное могут воздействовать друг на друга, вводят посредническую концепцию или средство, помогающее преодолеть эту трудность. Таким образом, точно так же, как трудность понимания действия на расстоянии была обусловлена представлением о пространственном эфире как средстве для такого действия, предполагалось, что сверхъестественное средство делает возможным взаимодействие таких несоизмеримых вещей, как разум и тело. Лейбниц предположил, что между ними и в других отношениях во Вселенной существует предустановленная гармония; Беркли и некоторые картезианцы предполагали, что все взаимодействия происходят в Боге, божественном посреднике и причине всего происходящего во Вселенной.

(d) наконец, существует точка зрения, за образец которой можно принять точку зрения Спинозы, согласно которой Вселенная - это всего лишь единая субстанция, в которой как физический, так и ментальный уровни являются особыми и взаимосвязанными видами деятельности; следовательно, можно предположить, что причинно-следственная связь, связывающая их, находится в основополагающая субстанция, объединяющая их обоих. Эта точка зрения не так уж сильно отличается от непосредственно предшествующей, поскольку Бог Беркли и других авторов может быть понят как соответствующий божественной Сущности вселенной Спинозы.

Таковы основные взгляды, которых придерживались по этому, возможно, самому сложному вопросу во всей философии; и мне кажется, что все они содержат какие-то элементы истины и ценности. Целостная концепция не только поможет нам взглянуть на этот вопрос с новой точки зрения, но и воздаст должное усилиям тех, кто ранее работал над этой проблемой. (277-279)

''Но можно возразить'', что Персонология представляет собой греко-латинский гибрид и неприемлема как таковая. Однако можно отметить, что есть особая причина для термина, который не является чисто греческим, но также использует ресурсы латинского языка. ''Любопытен тот факт, что греческая философия, несмотря на свои блестящие достижения и вдохновенное создание большей части современной философской монеты, так и не смогла прийти к ясному пониманию идеи личности. Таким образом, в греческом языке нет термина, выражающего понятие Личности.'' ''Персона'' - это латинский термин и римская идея, возникшая, как и многие другие юридические идеи, благодаря юридическому гению римлян, который был по-своему столь же замечателен, как и философский гений греков. ''Персона'' в римском праве обозначала правовой статус индивида, который по закону был облечен правами и обязанностями сам по себе; индивид как носитель прав и обязанностей сам по себе был персоной; из простого физического ничтожества он превратился в юридическую личность и приобрел правосубъектность, таким образом, в классическом римском праве раб, не имеющий юридических прав, был человеком без ''личности (persona)''. Развитое римское право распространило понятие личности не только на физических лиц, но и на нематериальные компании и общества, которые по закону имели статус юридического лица и могли иметь права и обязанности. Таким образом, личность была вопросом правового статуса и означала юридическое достоинство и важность отдельного человека или группы. Четкая юридическая концепция ''личности'' была очень хорошей основой для построенной на ней надстройки психо-этической личности. (291-291)

''Действие в пространстве-Времени обязательно структурно; действительно, Пространство-Время задает координаты, структуру Действия, которое является основой мира. Пространство-время - это структура; следовательно, действие в пространстве-времени на первой стадии холизма является чисто структурным и механистическим'', как мы видели в главе VII. Признание фундаментального структурного характера не только материи, но и всей Вселенной является вкладом теории относительности в новое мировоззрение. Таким образом, физический мир, по сути, становится структурным действием, активностью, структурированной в телах, вещах, событиях. Так возникает видимая материальная вселенная, которая окружает нас и в наших телах составляет часть нас самих.

Каков следующий шаг? ''Действие не останавливается в своих структурах, оно остается действием, оно остается в действии. Другими словами, в телах, вещах и событиях содержится больше, чем в их структурах или материальных формах. Все вещи выходят за пределы своих собственных структурных границ, внутреннее действие выходит за пределы внешней структуры, и, таким образом, в вещах существует тенденция выходить за пределы самих себя. ''Эта внутренняя тенденция в вещах проистекает из самой их сущности как локализованного, замкнутого действия. Отсюда следуют два важных вывода. Первое - это представление о вещах как о чем-то большем, чем их кажущиеся структуры, и их "полях", дополняющих их полное функционирование и понимание. Вещь не останавливается на своих границах или ограничивающих поверхностях. Это всеобъемлющее действие, оно выходит за свои пределы, и поэтому окружающее его "поле" важно не только для правильной оценки его как вещи, но и для правильного понимания вещей в целом и особенно того, как они влияют друг на друга. В ходе предшествующего обсуждения я неоднократно пытался подчеркнуть огромную важность концепции "полей" не только для физики, но и для биологии и философии.

Второй и более важный вывод - это великий факт и концепция эволюции. ''Внутренний характер Вселенной как Действия выражает себя в действительности как переход, процесс, выход за пределы существующих форм и структур, и, таким образом, открывается путь для эволюции. ''Действительный характер эволюции, конечно, может быть определен только на основании фактов, а не на основе логического вывода, выводимого из природы Вселенной как Действия. Но если сущность вселенной - это активность, то нам легче понять, почему вселенная эволюционна и исторична, а не статична и неизменна. Существует некий переход, процесс, прогресс, но его характер можно определить только путем изучения фактов, описанных в этом переходе. Это может оказаться просто движением комбинаций и группировок; или это может оказаться развертыванием, объяснением и наполнением, эволюцией в более строгом смысле этого слова; или это может оказаться настоящей творческой эволюцией, такой, какой мы ее видели. Реальная эволюция требует других концепций, помимо концепций действия и структуры; и эти концепции могут быть получены только из опыта. Таким образом, фактический творческий характер эволюции является выводом не столько из теории, сколько из эмпирических фактов. И точная природа этого творчества в некоторых отношениях неизвестна и остается проблемой, которую предстоит решить в будущем. 1 Еще более широкий обзор и пристальное изучение фактов приводят к концепции холизма, которая объясняет не только структурные комбинации тел, вещей и событий, но и все прогрессивные серии единств и синтезов, возникших в космическом процессе.

Предполагая, что холизм и природа целостностей во Вселенной были достаточно объяснены в предыдущих главах, я теперь перехожу к сравнению мировоззрения, к которому ведет холизм, с теми, которые напоминают его или соприкасаются с ним в различных аспектах и все же существенно отличаются от него. (336-337)

Рассматривать идеальный или духовный элемент во Вселенной как доминирующий фактор - значит игнорировать тот факт, что Вселенная существовала еще до того, как идеал или духовное появилось на горизонте; что идеальное или духовное - это новое и действительно недавнее творение в порядке вещей во Вселенной, что оно не подразумевалось в истоков и не был достигнут в процессе развития; но что из реального ранее существовавшего порядка вещей он был творчески развит как новый фактор; и что его важность в 4 часа дня не следует ретроспективно относить ко времени, когда мир существовал без него. Где был Дух, когда теплые силурийские моря покрывали поверхность земли, а низшие виды рыб и морских обитателей все еще находились на гребне эволюционной волны? Или, возвращаясь еще дальше в прошлое, где был Дух, когда в докембрийской системе земного шара первые конвульсивные движения подняли древние горы, которые теперь полностью исчезли с лица земли, и когда живые формы, если таковые и существовали, были настолько низкого типа, что ни одна из них не могла быть уничтожена. были ли они уже расшифрованы в геологической летописи? Где был Дух, когда сама Солнечная система была еще рассеянной огненной туманностью? Научные эволюционные факты неоспоримы, и они подтверждают точку зрения о том, что Земля существовала за миллионы лет до возникновения психического или духовного порядка; и то, что верно для земли, может быть точно так же верно для Вселенной в целом. В связи с творческой эволюцией мы должны твердо усвоить тот факт, что, хотя духовный или психический фактор является реальным элементом Вселенной, он сравнительно недавно появился в эволюционном порядке вещей; что Вселенная существовала неисчислимые миллионы лет до его появления; и что идеализм так же ошибочен, отрицая существование мира до появления Духа, как и натурализм, отрицающий Дух, когда он в конце концов появился в мире. (339-340)

Удивительно то, что мыслители нашего времени, которые не только знакомы с идеей творческой эволюции, но и убежденные ее приверженцы, не в состоянии приспособить к ней свои взгляды. Так, покойный профессор Джеймс Уорд, который отстаивал взгляд на эволюцию как на эпигенез, или творческий синтез, и чей плюрализм тесно связан с монадологией, по-видимому, так и не смог осознать, что его взгляд на эволюцию как на творческий процесс противоречил его духовному плюрализму или панпсихизму. Его плюралистическая вселенная также полностью состоит из духовных монад, или сущностей, и это подразумевает наличие духовных или психических свойств не только у высших монад, таких как личности, но и у самых элементарных монад, таких как атомы и химические соединения. Спиноза, который в остальном сильно отличался от Лейбница, также предполагал, что все вещи в определенной степени одушевлены, но у него было оправдание в том, что он, как и Лейбниц, не был знаком с идеей творческой эволюции. Но Уорд, несмотря на свои более полные знания, спокойно следует за Лейбницем и Спинозой в их заблуждении. Очевидным фактом, конечно, является то, что психизм или спиритуализм ни в коем случае не могут быть приписаны простым частицам материи, энергии или физическим сущностям, таким как атомы или химические соединения, без малейшей путаницы. Сама идея творческой эволюции, или эпигенеза, заключается в том, что и жизнь, и разум являются более поздними явлениями в эволюционном ряду и никак не могут предшествовать чисто физическому уровню эволюции. Во Вселенной нет такого великого Сообщества Духов, членами которого были бы Люди и Предметы, Души и Атомы, находящиеся на одном духовном уровне. Когда термин "Духовный" растягивается настолько далеко и размывается настолько широко, он теряет всякую реальную ценность и становится просто пустой фразой. На самом деле, во всей Вселенной нет такого духовного общества, но есть целостный порядок, который является чем-то гораздо большим и простирается от начала до конца, через все ступени и градации целостной самореализации. Холизм, а не спиритуализм, является ключом к пониманию Вселенной. Разум находится не в начале, а в конце, но холизм присутствует везде и все во всем. Если бы Вселенная была великим духовным сообществом, состоящим из низших и высших душ, эволюция как творческая деятельность стала бы бессмысленной; это был бы просто процесс проявления скрытой духовности (если таковая имеется), присущей Вселенной. Таким образом, холистический взгляд не только отрицает далеко идущие духовные предпосылки монадологии или панпсихизма, но и находится в твердом согласии с научными учениями и опытом. На самом деле, он не умаляет ценности или важности Вселенной. Это лишь подчеркивает необходимость того великого урока смирения, который является этическим посланием Эволюции. Это показывает, что ценности не следует путать с истоками и что из истоков могут вырасти самые низкие ценности, которые являются самыми возвышенными и духовными во Вселенной. Великое общество Вселенной оставляет место для самой скромной неодушевленной неорганической структуры не в меньшей степени, чем для венца великой души. Представлять вселенную иначе - значит предаваться антропоморфизму, который может быть приятен нашему тщеславию, но на самом деле умаляет богатство и разнообразие Вселенной. Целостная вселенная охватывает все реальные структуры, от низших до высших, такими, какие они есть, без облачения их в духовные одеяния, чуждые их истинной природе. Этот мир, выражаясь благородным языком Китса, действительно является долиной созидания душ; но этого не могло бы быть, если бы сама долина состояла только из душ. (343-344)

Таким образом, мы говорим об атмосфере идей, о духе класса или о душе народа. Социальные индивиды как таковые остаются неизменными, но социальная среда или поле претерпевает полное изменение. Благодаря этому взаимному проникновению объединенных полей в обществе или группе происходит умножение силы, что создает видимость и большую часть реальности нового организма. Поэтому мы говорим о социальных, групповых или национальных организмах. Но на самом деле нового организма нет; общество или группа органичны, но не являются организмом; целостный, не являющийся целым. Менталитет толпы, отличающийся от числа составляющих ее индивидуумов, является хорошей иллюстрацией измененного и усиленного ментального поля, возникающего в результате встречи многих индивидуумов и слияния и усиления их объединенных полей. И чем более они психически, чем более они находятся под влиянием сильных страстей или увлечены какой-либо заразительной идеей, тем более подавляющим становится общее поле. Сила группового поля вообще несоизмерима с силой идеи или страстей в отдельных единицах, составляющих группу. Групповое поле — это, так сказать, произведение всех индивидуальных полей. Этот предмет относится к сфере изучения социальной психологии и упоминается здесь только в целях иллюстрации. В таких случаях мы имеем органическую ситуацию, но не организм. Группы, семьи, церкви, общества, нации органичны, но не организмы. (348)

Таким образом, когда мы говорим о Природе или Вселенной в целом, мы просто имеем в виду Природу или Вселенную, рассматриваемую как органическую, или в ее органических, или холистических аспектах. Мы не имеем в виду, что они являются реальным целым в том смысле, который определен в этой работе. Мы видели, что творческое Поле Природы, состоящее из всех физических, органических и личностных целостностей в их тесном взаимодействии и взаимовлиянии, само по себе имеет органический или холистический характер. Это Поле является источником великой экологии Вселенной. Это окружающая среда, общество, которое является жизненно важным, дружественным, образовательным, созидательным для всех холосов и всех душ. Это не просто фигура речи или плод воображения, а реальность, оказывающая глубокое влияние на все целые и их судьбу. Это οἶκος, Дом всей семьи вселенной, в атмосфере которого есть что-то глубоко интимное и дружественное. В этом Доме Целостностей и Душ воплощаются творческие задачи холизма. Не идеализируя его чрезмерно, мы все же чувствуем, что он очень близок и дорог нам, и, несмотря на все противоречия и неприятности, в конце концов мы приходим к пониманию того, что это дружественная вселенная. Его глубочайшие тенденции помогают тому лучшему, что есть в нас, и наши самые высокие устремления - это не что иное, как его вдохновение. Таким образом, за нашим стремлением к совершенствованию, в конечном счете, стоит весь вес и импульс, а также сокровенная природа и тенденция Вселенной. (352)

Стенания и страдания Вселенной никогда не бывают бесцельными или безрезультатными. Ее глубокие труды означают новое созидание, медленное, болезненное рождение целостностей, новых и высших целостностей, и медленное, но неуклонное осуществление Блага, к которому смутно стремятся все целостности Вселенной на их различных уровнях. Природа Вселенной такова, что она стремится к тому, чтобы медленно, но во все возрастающей мере достигать целостности, наполненности, блаженства. Настоящим поражением для людей, как и для других слоев Вселенной, было бы облегчение боли прекращением усилий, прекращением стремления к Добру. Целостный нисус<ref name="ftn29">Нисус – восхождение, взлет (лат.)</ref>, бьющий подобно живому фонтану из самых глубин Вселенной, является гарантией того, что неудачи нас не ждут, что идеалы Благополучия, Истины, Красоты и Добродетели прочно укоренены в природе вещей и в конечном итоге не будут подвергнуты опасности или утрачены. Целостность, исцеление, святость - все выражения и идеи, происходящие из одного корня как в языке, так и в опыте, лежат на труднопроходимом восходящем пути Вселенной и могут быть достигнуты частично здесь и сейчас, а со временем - более полно и истинно. Возникновение и самосовершенствование целостностей в Целом - это медленный, но безошибочный процесс и цель этой Целостной вселенной. (353)

Очень интересное замечание, очевидное, но не замечаемое другими учеными. И, если соединение жизни и материи осознавалось как «живая материя» (особый вид материи, подобно «жидкое тело» - «твердое тело», то разум как бы просто жил в этом теле, неведомым образом управляя им (психофизическая проблема).

Смэтс же просто заявил: человек состоит из материи, жизни и разума. То есть, является идеоматериальной системой, в терминах ТИМС.

Использовался текст написанной мной главы из книги «Регион, как социально-экономическая система») <ref name="ftn30">Морозова Т.В., Козырева Г.Б., Сухарев М.В. Регион как социально-экономическая система. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2009. 308 с.</ref>

Я предпочитаю говорить о «системном подходе», а не о «теории систем», поскольку теория систем, как мне кажется, все еще не сложилась, как четкая логическая конструкция, подобно физике, математике или биологии. Даже один из основателей теории систем Анатоль Рапопорт писал: «''Сам термин «General System Theory» также страдает многозначностью. Его многозначность стала очевидной для меня, когда в связи с переводом настоящего доклада меня попросили разъяснить грамматическую структуру выражения «General System Theory». … Я всегда думал о предмете этого доклада как о какой-то совокупности рассуждений, имеющих в основе некоторую ориентацию, а не как о теории в строгом значении этого слова, т. е. не как о совокупности теоретически полученных предложений''» <ref name="ftn31"> Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c.</ref> (стр. 55).

Целую подборку высказываний известных в системном движении исследователей, говоривших о сложности определения понятия «система» приводит В.А. Карташов{{anchor|Ref236540465}} <ref name="ftn32"> Карташев В.А.. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с.</ref>: (стр. 18-19, ссылки на произведения авторов определений см. в цитируемом источнике)

«''Несмотря на широкое распространение понятия «система», до настоящего времени не существует общепринятого его определения. В литературе, особенно философской, можно встретить различные толкования этого понятия, отражающие различные его аспекты. Трудность задачи объясняется в значительной мере фундаментальным, предельным характером того обобщения, которое скрывается за словом «система». Вероятно, лучшим решением была бы хорошо составленная аксиоматика, но математическая теория систем делает только первые шаги''» (М.Г. Гаазе-Рапопорт, Г.Н. Поваров)

«…''любая попытка обобщить все или, по крайней мере, все основные значения термина «система» с неизменностью приводит к тому, что под системой начинают понимать все, что угодно''» (И.В. Блауберг, В.И. Садовский, Э.Г. Юдин)

«… ''при всякой попытке сформулировать само понятие системы, то есть дать принципиальное кредо этому новому интересному направлению, положительно все исследователи попадают в заколдованный круг традиционных понятий. Здесь непрерывно цитируются «целостность», «организменность», «взаимодействия», «организованная сложность», «упорядоченное множество» и другие подобные термины, которые становятся даже центральными критериями понятия системы. Ясно, что все эти термины являются лишь вариациями того же самого понятия целостности. Именно поэтому, не покидая понятийного поля целостности, все эти определения не делают какого-либо существенного скачка как в понимании системы, так и в конкретной разработке ее''». (П.К.Анохин).

В то же время, несмотря на существующие проблемы, в рамках «системного течения» сложилось множество методологических подходов и приемов, которые могут быть продуктивно использованы для анализа социально-экономических систем. Но именно в силу широты и некоторой неопределенности границ того научного направления, которое именуется «системным подходом», требуется несколько уточнить «набор инструментов», который мы будем использовать для исследования региона.

В упомянутой работе А. Рапопорта он выделяет три подхода к построению теории систем – биологический, технический и математический. Для исследования регионов из перечисленных Рапопортом наиболее близок подход, сформулированный Р. Жераром: «''В концептуальной схеме Жерара центральным является понятие живой системы. Живой системе он приписывает три отдельных и вместе с тем взаимно связанных между собой аспекта, а именно: '''структуру, функцию и историю'''. … Структура системы – это совокупность отношений между ее частями. Следовательно, анатомия организма определяется его структурой. Функция (точнее, может быть, функционирование) системы – это совокупность ее реакций на условия внешней и внутренней среды. Понятие функции охватывает, таким образом, физиологические функции и кратковременные акты поведения организма. Характерной чертой таких реакций является некоторая степень обратимости. Например, реакция на стимул, как правило, ведет к восстановлению равновесия, нарушенного стимулом. Наконец, история организма – это длительные, как правило, необратимые изменения. Примеры таких необратимых изменений – рост и развитие, а затем деградация в процессе старения''» <ref name="ftn33">Рапопорт, А. Различные подходы к общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М. Наука, 1969 г. – 203 c. </ref>, с.64-65.

Для уточнения применимости понятия «система» к региону приведем ряд определений, собранных в уже цитированной книге В.А. Карташева<ref name="ftn34">Карташев. В.А. Система систем. Очерки общей теории и методологии. – М. «Прогресс-Академия» 1995. – 325 с. </ref>: * «… все, состоящее из связанных друг с другом частей, мы будем называть системой» (Ст. Бир);
* «Система – это комплекс взаимодействующих компонентов» (Л. Берталанфи)
* «Система – это не просто совокупность единиц… а совокупность отношений между этими единицами» (А. Рапопорт);
* «И хотя понятие системы определяется по-разному, обычно все-таки имеется в виду, что система представляет собой определенное множество взаимосвязанных элементов, образующих устойчивое единство и целостность, обладающее интегральными свойствами и закономерностями» (В.П. Кузьмин);
* «Применяя термин «система», мы выражаем не только сущность, но и наше отношение к сущности объекта, подчеркивая класс свойств, которые представляются интересными, точку зрения…» (В.В Дружинин, Д.С. Конторов);
* «Системой можно назвать только такой комплекс избирательно вовлеченных компонентов, у которых взаимодействие и взаимоотношение приобретают характер взаимосодействия компонентов на получение фокусированного полезного результата» (П.К. Анохин).

Суммируем эти определения. Исходя из них, система это: * Комплекс взаимодействующих элементов
* За счет взаимодействия элементов система образует целостность, имеющую новые (интегральные) свойства и функции, которыми не обладают отдельные части
* Принципиальное значение имеет структура взаимодействий, отношений между элементами; одни и те же элементы, соединенные разным способом, могут образовывать системы с разными свойствами
* Взаимодействие элементов имеет характер взаимоСОдействия (то, что названо сейчас синергией и изучается новой наукой – синергетикой)
* В системном анализе в определенной мере выражаются цели исследователя. Само исследование выделяет некую подсистему из того множества накладывающихся друг на друга систем, которыми является мир.

Еще одно важное различие между многообразными типами существующих в природе систем, позволяющее разделить их на два больших класса, вытекает из термодинамики. Все системы можно условно разделить на два вида – закрытые и открытые. Закрытые системы в термодинамическом смысле изолированы от внешнего мира и не обмениваются с ним веществом и энергией. Открытые системы (в том числе, живые существа и сообщества) постоянно обмениваются с окружающим миром и веществом, и энергией.

Изменение энтропии в таких системах описывается уравнением <ref name="ftn35">''Николис, Г. Пригожин, И.'' Самоорганизация в неравновесных системах. М. «Мир» 1979. 512 с. </ref>:

dS = d<sub>e</sub>S + d<sub>i</sub>S

где d<sub>e</sub>S – поток энтропии, обусловленный обменом с окружающей средой, а d<sub>i</sub>S – производство энтропии внутри системы, обусловленное необратимыми процессами (стр. 33). Общественный холос обменивается (потребляет и выводит) с окружающей природной средой самыми различными видами вещества, потребляет и рассеивает энергию. Холос обменивается не только с природной средой, но и с другими социальными системами вокруг себя, как в рамках государства, к которому принадлежит, так и с регионами других государств.

Холос складывается из разнородных «частей» (элементов). Это поселения, как небольшие (деревни, поселки), так и крупные – города. Это созданная людьми инфраструктура – дороги, линии электропередач, плотины, поля. Все эти элементы объединены разнообразными связями, взаимодействиями.

Важную для системного анализа общественных холосов идею высказал В. Лефевр, а именно, о «системах, нарисованных на системах» <ref name="ftn36">''Лефевр В.А.'' Конфликтующие структуры. Издание второе, переработанное и дополненное. М. “Советское радио”, 1973. 158 с. </ref>, с. 82. Действительно, в реальности мы часто имеем дело с подобными явлениями. Например, картина, нарисованная маслом на холсте. Холст представляет собой совершенно определенную структуру, без которой была бы невозможной целостность картины. Но это еще не все; холст натянут на раму и покрыт грунтом. Эта конструкция целиком представляет собой систему, несущую на себе другую систему – саму картину, сочетание цветов и контуров которой создает образы, которые она удерживает от разрушения и искажений.

Социальные явления и процессы всегда являются результатом суперпозиции, наложения множества относительно самостоятельных систем. Всякое общество является социальной системой, надстроенной над биологической системой – популяцией людей как живых существ. В наше время всепроникающей глобализации ни одна страна, ни один регион не могут быть выделены в замкнутую экономическую систему, поскольку включены в цепи всемирных технологических и торговых циклов.

В еще большей степени отдельные сообщества включены в мировую культурную мегасистему. Ни одна страна, ни один регион (если не считать затерянные в джунглях реликтовые племена) не может сегодня изолироваться от мировой культуры, не использовать созданные на других территориях знания (хотя бы, например, физику и математику), фильмы, книги, музыку.

Но культура является важной частью социально-экономической системы, хотя бы потому, что включает в себя научные и технические знания, на которых основана вся современная экономика, следовательно, и через свою культуру регионы связаны, взаимодействуют со всем миром. Если мы пользуемся электричеством, значит, зависим от знаний, добытых Фарадеем, Кулоном, Эрстедом и так далее.

Регион страны является системой, «нарисованной» на системе большего размера; в нашем случае, регионы России – это зоны, «нарисованные» на большой социально-экономической системе, которой является страна. В принципе, они могли бы быть «нарисованы» существенно иным образом, от чего функционирование системы в целом сильно не изменилось бы. Но, созданное таким, как есть, региональное деление глубоко врезается в социальную структуру и не может быть изменено без значительных усилий и затрат.

Проблему выделения «натуральных» границ у исследуемых систем рассматривает К. Ричардсон <ref name="ftn37">''Richardson, K.A.'' On the Status of Natural Boundaries: A Complex Systems Perspective // Proceedings of the Systems in Management – 7th Annual ANZSYS conference November 27-28, 2001, pp. 229-238. </ref>. Он справедливо доказывает, что Вселенная в целом представляет собой единую систему, и выделение в ней каких либо подсистем, таким образом, условно. Все остальные системы, будь это планета, организм или региональное сообщество, связаны с окружающим миром множеством различных взаимодействий. Поэтому возникает вопрос: почему ряд элементов, связанных друг с другом взаимодействиями, мы включаем в состав исследуемой системы, а другие, взаимодействия с которыми также существуют, не включаем? Например, предприятия, входящие в экономическую подсистему региона, зачастую имеют более тесные связи с поставщиками и потребителями вне региона, нежели внутри него. На каком основании мы выделяем тогда экономику региона из окружающего мира?

Ричардсон считает, что это связано с ограничениями человеческого разума, который вынужден ограничивать область исследования, абстрагируясь от уходящих в бесконечность цепочек взаимодействий и зависимостей. Он указывает на существование двух крайних точек зрения на проблему естественных границ – наивный реализм, предполагающий, что реальность полностью совпадает с нашим представлением о ней, в том числе в том, что касается границ, по которым различные системы выделяются из остального мира, и конструктивизм, полагающий эти границы существующими только в нашем сознании. В отличие от этих крайних позиций, Ричардсон полагает, что с помощью «квазикритического плюрализма» (quasi-critical pluralism) мы в состоянии обоснованно находить границы исследуемых систем, хотя с развитием науки эти границы могут уточняться.

Для анализа социально-экономических систем важна концепция идеоматериальных систем, выдвинутая одним из авторов этой книги <ref name="ftn38">''Сухарев М.В.'' Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. – 2008 – 258 с.</ref>. Идеоматериальными являются системы, часть элементов которых имеет материальную природу, а часть – идеальную. Понятным примером является компьютер. Его работа принципиально связана с теми программами, которые загружены в его память. При абсолютно той же самой материальной основе (hardware, «железо») его поведение будет принципиально разным в зависимости от того, какая операционная система и программы (software, ПО) в него загружены. Без базовых (BIOS) программ персональный компьютер вообще не может работать.

В социальных системах роль идеальных компонентов очень велика. Они образуют целые подсистемы интегральной системы общества. К идеальным подсистемам холоса следует отнести культуру, включая знания, интеллектуальный капитал общества, весь комплекс формальных и неформальных социальных институтов – законы, нормы поведения, обычаи, традиции, навыки населения и организаций, формы социальной организации.

Перейдем к анализу основных структур общественного холоса. Имеется один простой принцип анализа систем: нужно выяснить, без каких элементов система может продолжать существование, не очень изменяя свои качества, и без каких ее качество сильно изменяется. Можно несколько модифицировать этот подход, а именно, представить, что будет, если некий элемент заменить на другой.

Например, автомобиль может ехать, если оторвать молдинги и прочие украшения. Но не может ехать без двигателя, трансмиссии, колес, рулевого управления и кузова (или рамы), на которых все это держится. Без стекол ездить можно, пока хорошая погода; но в мороз или сильный дождь езда становится почти невозможной. Если колеса заменить гусеницами, получится трактор. А если заменить колеса на крылья и винт, получится самолет.

Никому неизвестно, что будет, если заменить русский язык у проживающего в России населения на английский, например. Оставив даже все остальное так, как есть. Но ясно, что, лишенное знания физики и вытекающих из нее инженерных дисциплин, это население уже через несколько дней лишиться электричества, отопления, а далее – всей промышленности и оружия. Скорее всего, эту территорию оккупируют более разумные народы. В то же время, если полностью перекрыть границы и торговый обмен с остальным миром, падение экономики будет очень значительным, но не смертельным. Через несколько лет, пусть ценой огромных усилий, будет восстановлено производство тракторов, электроники и прочего необходимого, что поступало за счет импорта. Часть «украшений» будет конечно, потеряна, но общество, как самовоспроизводящаяся система, продолжит свое существование. Знания – важнейшие элементы социальных систем.

В регионах имеется множество подсистем, работа которых необходима для нормального существования всего региона. В первую очередь, это экономика, сама включающая в себя ряд крупных подсистем, таких, как транспорт и энергетика. Это системы здравоохранения, образования, органов безопасности, судебные, жилищно-коммунальные и так далее. Анализируя эти подсистемы, мы можем заметить, что ряд из них достаточно четко выделен из остальной России, а ряд практически не имеет заметных границ.

Перечислим подсистемы, составляющие регион:

<nowiki>*</nowiki> '''Общество включает:'''

* биологическую популяцию людей
* системы воспроизводства людей, как людей, включающую биологические механизмы и структуры социализации (образование, воспитание)
* культуру
* социальные институты
* структуры регионального и муниципального управления, региональные отделения федеральной администрации
* организованное региональное сообщество в целом
* поселения
* общественные и экономические организации, как социальные системы

Население, как биологическая популяция, не связано механически со своей страной. Люди имеют возможность свободно приезжать и уезжать, вступать в браки с людьми из других регионов и даже стран. То же можно сказать о культуре региона, хотя культура уже имеет некоторые особенности. Хотя культурная база населения Карелии почти не отличается от остальной России (те же школьные программы, круг чтения, кино и так далее), но есть и особенности – например, эпос «Калевала», особенности северного быта, природы.

На территории Карелии действуют общие федеральные законы России, но их дополняют законы республики.

Достаточно четко выделяют регион от государства в целом ''региональные органы управления'', которые полностью имеют локальный тип, включая отделения федеральных структур, структурно отделенных от федеральных, которые имеют выделенные региональные подразделения.

<nowiki>*</nowiki> '''Экономика включает: '''

* производственные организации
* финансовые организации
* транспортную, энергетическую, информационную инфраструктуру, водоснабжение
* капитальные сооружения (строения, сооружения)
* сельское хозяйство с его инфраструктурой (поля, стада и пр.)
* торговые организации

Внутри региона можно также выделить такие подсистемы: * Территорию, как «ограниченную часть твердой поверхности земли, характеризующаяся определенной площадью, географическим положением и другими признаками» <ref name="ftn39">''Тургель И.Д.'' Курс лекций "Региональная экономика и управление". Электронный документ: режим доступа: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/46660 </ref>
* Систему расселения (относительно упорядоченно расположенные на территории региона поселения)
* Транспортную подсистему
* Энергетическую подсистему, объединяющую электрические, тепловые и другие сети
* Информационную подсистему, включающую различные системы связи
* Культурную подсистему, обеспечивающую хранение, передачу, поиск знаний и традиций, обучение людей
* Финансовую подсистему, включающую коммерческие и государственные банки, структуры распределения финансов.

Можно было бы выделить много различных подсистем, взаимопроникающих и накладывающихся друг на друга в целостной социально-экономической системе, образующей движущийся по своей исторической траектории регион. Все невозможно перечислить в тексте ограниченного объема. Это лишний раз подтверждает тезис системного подхода том, что сама гносеологическая, когнитивная природа исследования простых и сверхсложных систем различается. Исследуя простые системы, такие, как атомы, молекулы, несложные механизмы, человеческое познание стремится получить их полное, исчерпывающее описание.

Системное исследование региона должно включать в себя изучение всех компонент СЭС, которые оказывают существенное влияние на будущее устойчивое развитие региона. Таким образом, оно не может ограничиваться рассмотрением только экономических аспектов, но должно учитывать необходимость поддержания численности населения (демографическая политика), сохранения и улучшения качества населения (здоровье и образование), сохранения среды и возобновляемых ресурсов (экология) и других аспектов жизни региона.

В наше время стало общепризнанным представление, что общество существует на своей территории, образуя социально-экономическую систему. Широко известна аналогия, которую Т. Гоббс провел между государством и организмом<ref name="ftn40">''Гоббс Т.'' Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / М.: Мысль, 2001. – 478 с.</ref>. Понимание того, что существенные свойства многих объектов и процессов реального мира определяются их системной природой, было углублено и уточнено в рамках созданной в XX веке '''''теории систем'''''<ref name="ftn41">''Афанасьев В.Г. ''Системность и общество / М.: Политиздат, 1980. – 308 с.</ref>,<ref name="ftn42">''Богданов А.А. ''Тектология. Всеобщая организационная наука. Книга 1 / М.: Экономика, 1989. – 304 с.</ref>,<ref name="ftn43">''Кастлер Г. ''Возникновение биологической организации / М.: Мир, 1967. – 90 с.</ref>.

Система, как мы уже отмечали, это «''множество элементов, объединенных отношениями и связями''»<ref name="ftn44">''Берталанфи Л., фон. ''Общая теория систем – обзор проблем и результатов // Системные исследования. Наука, Москва, 1976 г. – С. 29 – 54.</ref>.<sup> </sup>Для систем характерно иерархическое строение, то есть, определенная последовательность включения систем более низкого уровня в системы более высокого уровня. В сложноорганизованных системах в качестве специфического признака выделяются процессы ''управления'' [там же]. Очевидно, региональная СЭС соответствует всем этим признакам. Люди и организации, жизнедеятельность которых протекает в регионе, взаимодействуют (пусть не всегда напрямую) самыми разнообразными способами. Они взаимодействуют через рынок (или иные системы распределения – например, карточки «военного коммунизма»), обмениваясь товарами и услугами. Они взаимодействуют культурно, обмениваясь сообщениями и идеями. Они взаимодействуют в рамках сетей подчинения различных организаций. Они взаимодействуют в рамках семьи и родственных связей. Все эти взаимодействия в конечном счете оказывают влияние на экономику региона.

Региональные СЭС включают в себя множество различных иерархий – территориального управления, иерархий внутри организаций, культурных и семейных иерархий. Каждый человек включен как объект и как субъект одновременно во множество социально-экономических процессов.

Прослеживая историческую эволюцию территориальных СЭС, мы видим огромный рост '''''сложности''''' этих систем за последние столетия. Рост сложности лидирующих систем вообще можно считать универсальным законом природы<ref name="ftn45">''Сухарев М. В.'' Взрыв сложности // Компьютерра, – 1998. – №. 43, – C. 40 – 43.</ref>,<ref name="ftn46">''Coren R. L.'' Empirical Evidence for a Law of Information Growth // Entropy, – 2001. – V. 3, – P. 259 – 272.</ref>. Если в 17 веке на территории современной Карелии имелось простейшее хозяйство (земледелие, животноводство, охота, рыболовство, ремесла), то в настоящее время существуют десятки крупных производств и технических систем, таких, как машиностроительные и бумагоделательные заводы, железная дорога, магистрали связи, коммунальные сети, сети автомобильных дорог.

Помимо экономических подсистем общества, в нем действуют социальные подсистемы, предназначенные для удовлетворения многочисленных общих, коммунальных проблем. Это образование, здравоохранение, органы общественной безопасности, коммунальные службы.

Почти все эти системы не существовали в Карелии в XVI веке, начали оформляться во второй половине века XIX и достигли современного уровня в конце XX. Их сложность выражается, в первую очередь, в сложности и разнообразии организаций, их составляющих – больниц, школ, университетов, милиции, ЖКХ и так далее. Очевидна связь усложнения органов управления и самого объекта управления.

Оценить сложность объектов, принадлежащих социальной сфере, непросто. Как оценить, например, сложность человека? Сложность завода? Или сложность канцелярии губернатора? Несмотря на то, что данный вопрос малоисследован, вполне возможно сделать оценку сложности СЭС в некотором приближении. Одной из целей данного исследования была задача грубой оценки сложности социальных объектов, с точностью до порядка величины. По сравнению с чисто качественными оценками, которые используются в настоящее время, даже такая полуколичественная оценка является определенным прогрессом.

Ключом к определению сложности систем является определение «алгоритмического количества информации», данное А.И. Колмогоровым<ref name="ftn47">''Колмогоров А.И.'' К логическим основам теории информации и теории вероятностей // Проблемы передачи информации, – 1969. – Т. 5, №. 3, – C. 3 – 7.</ref> . Согласно этому определению, количество информации пропорционально минимальной длине алгоритма, записанного двоичными единицами, позволяющего построить объект X, имея в своем распоряжении объекты Y. «Объекты Y» – это элементы системы, с точки зрения системного подхода – атомы в молекуле, кирпичи в стене дома, люди и машины в организациях.

Использование алгоритмической меры позволяет нам '''''сравнивать''''' сложность объектов, состоящих из элементов с неизвестным информационным содержанием, например, из людей. Предполагая сложность людей примерно одинаковой, мы можем сравнивать друг с другом сложность человеческих организаций, структуры которых нам известны, даже не зная количества информации, содержащейся в отдельном человеке.

Сложность системы равна сумме сложностей всех различных элементов в ней, плюс сложность структуры связей между этими элементами в системе, которая, собственно, и создает систему.

Из теории информации известно, что повторение одинаковых информационных посылок не увеличивает количества информации, содержащейся в сообщении. То есть, принимающий сообщение не узнает больше, прочитав дважды одно и то же предложение. Система из двух крестьянских хозяйств, выращивающих картофель, не является в два раза более сложной, чем одно. Но система (поселение), в котором один крестьянин выращивает картофель, а другой – поросят, будет примерно вдвое сложнее. Добавим кузнеца и строителя – сложность удвоится еще раз. Наибольшей сложностью будут обладать организации, состоящие из людей, сознание которых содержит разную информацию (специалистов), то есть, где разделение труда максимально диверсифицировано.

----
<references/>

Рассуждения об экономике

2024-10-20T17:12:01Z

Wiki-admin:

'''Эта часть собрана из отрывков моих книг, посвященным проблемам экономического развития, особенность которых состоит в том, что экономика рассматривается как часть социохолоса'''

'''1. Из книги «Эволюционное управление социально-экономическими системами» <ref name="ftn1">'''Сухарев М.В. Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2008. 258 с.'''</ref>'''

'''Экономика вообще'''

Экономика любого типа, начиная от «экономики» первобытного племени, экономики древнего Египта и вплоть до экономик США и ЕС, является важной частью тех сложных систем, которые представляют собой человеческие общества. Если отталкиваться от различий между популяциями животных и человеческим обществом, как [[Холизм и системный подход|'''холосом''']], то мы обнаружим, что большая часть этих различий производится именно экономикой. Экономика производит все искусственное, что является частью этого [[Холизм и системный подход|'''холоса''']]: орудия труда, пищу, одежду, жилища, дороги, машины, мосты и так далее.

Производит все, без чего современный человек не может быть «современным», не может быть инженером, программистом, ученым, политиком, финансистом, предпринимателем, строителем или водителем.

В той степени, в которой образование является экономической деятельностью, экономика производит и самого человека, формируя его, как специалиста в одной из многочисленных областей человеческой деятельности.

Но производство любых вещей, включая производство обученного человека, помимо средств производства, основано на некоем предшествующем знании. Чтобы производить каменный топор или станок с компьютерным управлением, надо заранее знать, и что мы хотим произвести, и как это делают. Чтобы произвести из гоминина инженера-схемотехника или врача-окулиста, надо уже заранее обладать суммой знаний и навыков, которые необходимо внедрить в сознание обучаемых людей.

Легко заметить, что «количество знания (идеального)», требующееся для производства вещей, постоянно возрастает с развитием экономики. Но, если количество труда, материалоемкость и энергоемкость производства предметов давно стали объектом внимания экономики, то их информационная емкость все еще остается вне ее поля зрения. В данных экономического развития стран вы, без сомнения, найдете данные о количестве произведенной стали, алюминия и так далее, количестве произведенной электроэнергии, но даже сейчас, в XXI веке, не найдете данных о количестве произведенной информации.

'''Экономика и эволюционная эпистемология '''

Один из известнейших философов XX века Карл Поппер писал в своей книге «[https://ru.wikipedia.org/wiki/Поппер,_Карл Эволюцонная эпистемология]» (эпистемология – наука о возникновении знания) следующее: «''С эволюционной точки зрения теории (как и всякое знание вообще) представляют собой часть наших попыток адаптации, приспособления к окружающей среде. Такие попытки подобны ожиданиям и предвосхищениям. В этом и состоит их функция: биологическая функция всякого знания — попытка предвосхитить, что произойдет в окружающей нас среде. Однако и наши органы чувств, например глаза, тоже такие же средства адаптации. Рассматриваемые с этой точки зрения, они являются теориями: организмы животных изобрели глаза и усовершенствовали их во всех деталях как предвосхищение, или теорию о том, что свет в видимом диапазоне электромагнитных волн будет полезен для извлечения информации из окружающей среды, для высасывания из окружающей среды информации, которую можно интерпретировать как показатель состояния окружающей среды — и долгосрочного, и краткосрочного''». <ref name="ftn6">Поппер К. Эволюционная эпистемология // Эволюционная эпистемология и логика социальных наук. Эдиториал УРСС, М., 2000.</ref> (С. 57 – 74)

Конечно, для большинства, назвать глаз или нос «теорией» есть метафора, и не более того. Под теорией принято понимать некую идею, а не орган. Однако на самом деле, все наши теории не являются какими–то бестелесными сущностями. Научные теории записаны чернилами, напечатаны типографской краской, представлены нервными импульсами и молекулярными состояниями наших нейронов. ''Теории'' экономики в действительности представляют собой сложные или простые машины, сделанные из бумаги, чернил, нервных импульсов в человеческом мозге, электронов в компьютерах. Все живое существо целиком является ''теорией о том, что оно способно существовать и воспроизводить себя в данной окружающей среде''. Каждый из его органов отвечает какой-то части общей ''теории, идеального [[Холизм и системный подход|холоса]], схемы этого существа, записанной в ДНК'' и нужной для извлечения подходящей материи из окружающей среды и переделки этой материи в себя и свое потомство.

Взглянем с этой точки зрения на экономику. И тогда окажется, что ''всякий товар есть теория'' о том, что он способствует существованию и воспроизведению общества, производящего этот товар.

Более того, организация производственных и коммерческих организаций является ''теориями'' об их оптимальном устройстве. Вся организация общества, вместе с его институтами и государственными органами, является комплексом взаимно согласованных теорий (идей), отражающим как рациональные принципы этого общества, так и не основанные на научных знаниях и логике принципы, добытые в процессе исторической эволюции. ''Завод – это идея.'' Почему? Потому что люди приходят и уходят, станки стареют и заменяются новыми, а завод остается тем же. Материя протекает, организованность сохраняется.

Чем сложнее ''организация'' изготавливаемого предмета (сравним, например, каменный топор и микропроцессор), тем большее количество информации должен использовать изготовитель. Эта информация направляет каждое действие в процессе изготовления. Например, чтобы сделать деревянный брусок нужно сделать всего шесть плоских пропилов. Но для создания гравюры требуются прорезать тысячи канавок сложной формы. Эта работа может быть физически легкой (как работа писца-каллиграфа, такого, какие писали старинные книги, где каждая буква – произведение искусства), но требовать большого количества рабочего времени, причем ''общественно-необходимого'', что подтверждается в процессах обмена, в которых некоторые книги реально на вес золота.

Следовательно'', стоимость создается комплексным применением к материи двух элементов – физической работы и сложности'', пропорциональной количеству ''организованности'' (информации), которую необходимо внедрить в продукт труда. Имеется в виду, конечно, общественно-необходимый труд – воспроизводство предметов, необходимых для функционирования социальной системы и с затратами труда, характерными для данного общества. Это ясно видно и на конкретных примерах.

Рабочий, совершающий большую физическую работу (например, грузчик), может получать оплату, равную оплате рабочего, затрачивающего незначительное количество энергии, но создающего сложные изделия (например, ювелирные изделия). Мастер-кузнец, указывающий легким молоточком, куда ударить, оплачивается выше, чем подмастерье, который бьет в указанную точку тяжелым молотом.

Моя гипотеза состоит в том, что потребность любого производства в человеческом труде имеет две компоненты – это потребность в физической силе, в механической работе и ''потребность в организации материи'' с целью ее использования человеческим обществом, с целью ''включения организованной по-новому материи в тело общества''. Чем более сложные преобразования материи в процессе человеческого труда требуется совершить, тем больше организационная компонента в общем количестве труда.

Что происходит с появлением механической энергии, замещающей физическую работу? Естественно, в рыночном обществе падает стоимость соответствующего по количеству физического руда.

Нанимать для подъема кирпичей на небоскреб сотни человек, которым нужно питаться дорогой органической пищей, невозможно, если существуют краны, совершающие ту же работу с помощью дешевого электричества. ''Физический труд вытесняется и перемещается туда, где он связан с одновременным требованием некоторой сложности, недоступной примитивным механизмам''. Например, даже работа грузчика на складе недоступна простым машинам из-за того, что содержит определенный компонент сложности. Нужно взять не какой попало ящик или мешок, а определенный, и переместить его в определенное место зачастую по сложной траектории. Если бы нужно было просто разом переместить все содержимое склада, то с этим справился бы и бульдозер. Хотя умные роботы для складов уже разрабатываются…

В процессе труда человек участвует в воспроизводстве общества в целом. Но органическое строение общества технологического типа постоянно изменяется в сторону роста искусственной части общественно-экономической системы, что выражается и в изменении пропорции материи и энергии, затраченной на воспроизводство артефактов и непосредственно человека. Если холос (целостная система) общества в давние времена почти полностью состояла из людей, даже если принимать во внимание только массу вещества, с небольшой частью искусственных предметов (примитивных орудий, одежды), то ''в настоящее время масса искусственной части социохолоса во много раз превышает массу собственно человеческую''. Пропорционально растут и расходы труда на расширенное воспроизводство этой искусственной части. ''Значительно больше энергии и информации используется сегодня на создание машин, домов, дорог, коммуникаций современной страны, чем непосредственно на поддержание жизни небольшого биологического организма вида homo sapiens''. Сельское же хозяйство в основном ориентировано на удовлетворение биологических потребностей человека (в том числе, и не связанные с питанием – лен, хлопок, кожа и т.д. используются, в основном, для производства одежды и белья); поэтому, ''вместе с сокращением доли людей в социохолосе, сокращается и доля сельского хозяйства в экономике''.

Казалось бы, экономическая эволюция и, тем более, эволюция научных идей следуют иным путем, нежели эволюция животных, путем сознательного конструирования новых товаров, новых форм производственных организаций, новых технологий, способов организации труда, новых теорий и так далее. Но вот в чем дело – все это происходит в условиях очень сложной внешней среды. ''Для того, чтобы безошибочно сконструировать новую организацию фирмы, необходимо предвидеть, как она будет существовать в реальном мире, то есть, предвидеть реакцию внешней среды, которая в значительной степени состоит из других фирм, не менее сложных чем она.'' А руководство фирмы имеет средства предвидения, даже меньшие, чем потенциал всей фирмы в целом, поскольку не может занять планированием весь персонал фирмы, оторвав его от производственного процесса. Р. Коуз назвал это «ограниченной рациональностью», имея в виду, что никто не имеет достаточной информации и достаточных возможностей по ее обработке для того, чтобы принять истинно оптимальное решение на рынке, будь это приобретение телевизора или целой компании.

В сто и тысячу раз хуже обстоит дело со сложными товарами и проектированием организаций. Специалистам известно, что на каждый успешный новый товар создается несколько моделей, которые несут создателям убытки. Где керамический двигатель для автомобиля, где знаменитые в свое время процессоры Zilog и Motorola, которые тоже пытались выйти на рынок 16 и 32-разрядных устройств, где бытовые видеомагнитофоны Betacam, где разрекламированная линия компьютеров Lisa? ''Почему одни конструкции остаются и заполняют рыночное пространство, как осталась система Windows, а другие исчезают, несмотря на вложенные в них огромные средства, как OS/2 фирмы IBM''?

При внимательном изучении истории открытий и изобретений оказывается, что ''так же, как история жизни на Земле изобилует исчезнувшими видами, история науки помнит множество отвергнутых теорий, а история техники – множеством отвергнутых изобретений''. Причем создавали их отнюдь не глупые люди, пользуясь логикой и всем комплексом имеющихся знаний. Например, изобретатели, работавшие в эволюционной линии дирижаблей. Применялись новые сверхлегкие и прочные материалы, негорючий гелий заменил водород, были изобретены экономичные винты большого диаметра – но ничто не помогло этой линии удержаться в соревновании с линией самолетов.

Оказывается, что ''порождение нового в конечном счете принципиально случайно, по той причине, что мир в целом всегда сложнее любого «изобретателя», будь это биологическая мутация, человек или некая организация, даже целое государство''. Изобретатель может продумать конструкцию так, чтобы она была работоспособной, но никакой изобретатель не в состоянии предвидеть судьбу этой конструкции в человеческом обществе, вот почему в эволюционном смысле, как порождение эволюционных линий, творчество человека столь же случайно, как творчество природы в биологической эволюции.

Эволюция – это всегда эволюция идей, конструкций систем, которые возможно создавать из материи. Только живая материя реализует свои конструкции размножением и ростом организмов, а ''общество реализует новые идеи искусственным преобразованием и организацией в нужные системы живой и мертвой материи''. Поскольку никакая сложная конструкция не возникает на пустом месте, всегда имеется некая история этой конструкции, ''история наследования, поиска вариантов и усложнения этой конструкции'', будь это устройство организма, машины или человеческой организации. ''Идей всегда слишком много. На реализацию всех не хватит всей материи во Вселенной, поэтому между идеями всегда идет дарвиновское соревнование за обладание материей''.

Если эволюция в биологии – это изменение организации тела животных, то на уровне общества – это изменение организации общества и его подсистем. Например, новая организация войска, или внедрение конвейера в промышленности. Введение избирательной системы и представительства. Производство двигателей или внедрение земледелия также является изменением организации общества, изменением системы связи людей друг с другом и средствами производства.

Но, в отличие от биологического уровня, модели новых комбинаций создаются сначала в сознании людей. Там же проигрываются предполагаемые сценарии поведения и деятельности новых комбинаций в жизни, во взаимодействии с другими подсистемами общества, окружающей средой и другими обществами. Здесь следует отметить, что в сложных случаях – таких, как проектирование нового крупного предприятия – модель создается в виде распределенной когнитивной модели, в сознании множества людей, специалистов, занимающихся разработкой частей общего проекта, и значительная часть модели хранится во внешних носителях – чертежах, текстах, таблицах, в компьютерных базах и моделях.

Проблема безошибочного проектирования состоит в соотношении сложностей. Для того, чтобы безошибочно выбрать наилучший вариант, необходимо создать точные модели всех возможных сценариев развития (а сколько их? кто знает все возможное?) и «прогнать» их в реальной обстановке, вычислить возможные реакции на такое свое изменение со стороны всех окружающих обществ. Поскольку окружающие общества не проще нашего, ясно, что никаких вычислительных моделирующих ресурсов нашего общества на это не хватит. Их не хватит даже на моделирование вариантов нашего собственного развития, без учета реакции соседей – потому что ''все общество всегда сложнее той своей части, которая пытается его моделировать''.

'''Методы ускорения эволюции'''

Что же делать? Да, безошибочная эволюция невозможна. Но ''возможно добиться того, чтобы вероятность успешного развития была максимальной, большей, чем у конкурирующих обществ''. А для этого необходимо иметь наиболее развитую систему моделирования будущего, ''систему предвидения''. Эта система должна состоять из множества специалистов разных профилей – социологов, политологов, технологов, экономистов, историков, медиков, физиков и химиков – всех не перечислишь – объединенных компьютерной сетью и системой групповой работы.

Дополненная искусственным интеллектом в качестве помощника людям, а также базами данных и знаний, цифровыми двойниками своего объекта управления (предприятия, города, региона, страны).

Это должен быть коллективный субъект, система распределенного мышления.

Каждый ''специалист высокого класса имеет в голове уникальную модель мира'', набор моделей всех объектов, относящихся к его роду деятельности. При обсуждении возможных вариантов развития он может моментально дать обоснованный ответ на сложнейшие вопросы, в то время как кому-то другому потребуются недели и месяцы поисков информации и ее изучения. Для того, чтобы знать, к какому человеку по какой проблеме обращаться, составляются компьютерные «карты знаний».

Конечно, для решения важнейших задач подобные коллективы создавались и создаются, но дело в том, что система взаимодействий в таком коллективе, роли отдельных людей, языки общения разных групп друг с другом, архивы информации, набор полезных математических моделей и пр. создается годами, поэтому для государственного и регионального управления необходимо иметь постоянно действующую систему такого рода.

Эта система представляет собой, по сути, живой организм, который надо «выращивать» и который быстро умирает при прекращении работы; чтобы возобновить работу, приходится его «реанимировать», что не может быть сделано очень быстро. За время промежутка часть людей уедут или не смогут работать по другим причинам, с ними будет потеряна часть общей «нейросети».

Из кибернетики известно, что, чем сложнее управляемая система, тем сложнее должна быть управляющая. [Ляпунов А.А. В чем состоит системный подход к изучению реальных объектов сложной природы? // Системные исследования. Ежегодник. Наука, М., 1972 г., – С. 5 – 17] Простой социальной системой первобытным племенем, например) может управлять один человек, но для управления современным городом или регионом нужна уже группа людей, организованная в управляющую систему.

<nowiki>*********************** </nowiki>

'''2. Из книги «Компаративная экономика и теория модернизации» <ref name="ftn7">'''Сухарев М.В. Компаративная экономика и теория модернизации. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. 104 с.'''</ref>'''

'''Культура и тело общества'''

Большое общество, такое как большое (более 50 млн.) современное государство является очень сложной материальной системой. Холос государства включает его территорию вместе с природными богатствами, народы государства, инфраструктуру: дороги, города и поселения, электростанции и линии передач, поля, шахты, морские и речные порты и многое другое: все не перечислить. Оно включает таже биологические элементы: самих людей, культурных животных и растения, природу (леса, степи, животных и пр.) своей страны.

Это самовоспроизводящаяся система: если природа более или менее воспроизводит себя сама, то все остальное должно воспроизводиться за счет ''организованной деятельности людей''. Но для воспроизведения где-то должны храниться идеи всего воспроизводимого: схемы, принципы устройства, знания, чертежи, рисунки, описания… От устройства глиняного кувшина до реактивного самолета, от выкройки ситцевого платья до плана города, от организации бригады сельских строителей до организации армии государства.

Все вместе это входит в культуру общества, и у каждого общества эта культура своя.

Наиболее сложными системами идей, известными нам, являются на сегодня культуры больших человеческих сообществ (народов). Иногда культуры нескольких народов настолько близки и синергетичны, проникают друг в друга за счет общей религии, литературы, музыки, материальных обменов и прочего, что образуют общую цивилизацию.

Следовательно, ''культуры – это такие идеальные (организационные) системы, отдельные элементы которых «подогнаны» и приспособлены друг к другу в процессе многовековой жизни этих народов''. Например, культура войны связана с моральными установками. Культура ведения сельского хозяйства связана с культурой учета времени. Культура танца связана с культурой музыки, физика связана с математикой и так далее. ''Культура – это органическая система идей: знаний, умений и информации''.

Так же, как в состязании научных идей важнейшую роль играют научные сообщества, в состязании сценариев реконструкции общества важнейшую роль играют коалиции интересов. <ref name="ftn8">Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. М.: Институт экспериментальной социологии.

СПб.: Алетейя, 2005. 576 с.</ref>,<ref name="ftn9">Коалиции для будущего. Стратегии развития России: Коллектив экономистов «СИГМА». – М.: ООО «Издательство «Промышленник России», 2007. 12 с.</ref>

Поэтому конкуренция между комплексами идей имеет, чаще всего, вид ''многоуровневого отбора'', когда отбор форм нижних структурных уровней идет при сохранении форм более высоких уровней.

<div style="text-align:center;">[[Файл:Иерархия уровней.png|центр|безрамки|450x450пкс]]Рис. 1. Иерархия уровней опосредованного отбора
</div>

Соревнование человеческих обществ друг с другом имеет характер, сходный с соревнованием биологических генотипов. Только вместо ДНК у них культура, включающая в себя, кроме многого другого, схемы, устройство, организацию – в общем, идеи всех артефактов и организаций, которые оно должно воспроизводить снова и снова чтобы оставаться собой. Большая часть истории человечества (более двух миллионов лет в сравнении с последними двадцатью-сорока тысячами лет) протекала в условиях очень небольшой заселенности Земли людьми. Это был экстенсивный тип развития, когда люди расселялись по территории Евразии, куда они вышли из Африки.

При этом соревнование племен шло именно за скорейшее овладение территориями охоты и собирательства. По всей видимости, вооруженные конфликты между племенами были достаточно редкими. Конкуренция между ними шла по линии экстенсивного расширения: роста численности племени и захвата пространства. Но этот рост прямо зависит от того, насколько эффективно племя умеет преобразовывать материю окружающей природы в свою собственную, что означает оформление этой материи в соответствии со своей структурой. А эта эффективность от структуры как раз и зависит.

От того, как племя организуется для охоты. От того, какое оружие умеет делать. От того, как умеет сохранять в общественной памяти свои открытия. И как разрешает конфликты внутри племени, как сохраняет своих людей. То есть, зависит от культуры племени.

В результате возникает процесс, которым можно назвать опосредованным многоуровневым отбором идей.

Каждый из уровней является одновременно основой и областью деятельности для высшего. Успешность этой деятельности ведет к тому, что практическая деятельность сохраняет эффективные виды и структуры деятельности, а эти виды поддерживают (или нет) соответствующие теоретические (когнитивные) структуры, благодаря чему и

'''Идеи играют роль'''

Идеи играют колоссальную роль в человеческом обществе. В сущности, вся конструкция общества записана в идеях. Если устройство живого организма, то, какие у него лапы, зубы, скелет, желудок, мозг, какие молекулы белков, как сделаны клеточные мембраны и так далее, записано в ДНК, то устройство человеческого общества (как сделан каменный топор, копье, юрта, лодка, как строят крепости, самолеты, электростанции, как устроена армия, фабрика, университет, парламент) – все это записано в виде идей, хранящихся в человеческих головах или книгах.

Сумма (надбиологических) идей общества – это культура общества. Хотя много справедливого в следующем мнении: «…что такое культура? Вопрос так и остается открытым, если учитывать, что предложены сотни ее определений», я буду придерживаться положения о том, что культура – это органическая система всех идей общества. Если будет утеряна культура (сумма знаний), то есть, стерта память людей и уничтожена информация на искусственных носителях (в книгах и компьютерах), то при полной физической сохранности материальной части социальной системы (людей, строений, машин и т.д.) она перестанет работать. Стада (именно стада, а не толпы) антропоидов будут бродить среди зданий, лишенных тепла, электричества и воды, и стремительно вымирать. Общество без суммы своих знаний подобно компьютеру без операционной системы и прикладных программ, который становится бесполезной железкой.

Конечно же, знания, идеи общества, в физическом смысле (но не с точки зрения науки физики – физика формами и организованностью не занимается ) являются организацией каких-то (не известных в достаточной степени) биохимических элементов в нейронах (перемещением органических молекул, ионов, изменением их состояний) и организацией вещества (например, краски на бумаге, электронов в памяти компьютеров или намагниченных участков на жестких дисках).

Суть дела в том, что эти организованности за счет своего движения в материи могут изменять организацию вещества, почерпнутого из окружающего мира. Так, если в клетках мозга запечатлен образ лука или каменного топора, то этот образ может вызвать организованное движение тела человека с тем, чтобы найти подходящие ветки, жилы, камни, обработать их, придавая им заданную форму, и соединить в виде требуемого орудия. Так же можно рассмотреть и движение организованности от какого-нибудь

чертежа и текстового описания в мозг человека, а затем в организованное действие по управлению машинами. Впрочем, сейчас описание нужных деталей и даже целых узлов может храниться в памяти обрабатывающих центров и автоматических линий, перенося идеи из памяти в материю без участия человека.

В понятие культуры входит и материальная культура, то есть, совокупность искусственных предметов (артефактов), созданных людьми, начиная от произведений искусства, статуй, картин и прочего, и кончая обычными инструментами, от копья до лазера. Во всех этих предметах их идея реализована в материальных формах, в организованности материи, которая от идей в мозгу отличается тем, что не может самостоятельно «оторваться» от своего носителя и приобрести движение.

Но человек, изучив артефакт, может извлечь эту идею, придать ей движение и воспроизвести в новой материи. Если это был артефакт, созданный иной культурой, после изучения и освоения в понятиях воспринимающей культуры (на ее языке), идея этого артефакта входит в воспринимающую культуру. Так русские позаимствовали у сибиряков пельмени, а у Запада – пушки.

Попытаемся понять, за счет каких процессов изменяется и развивается культура. Понимание многих эволюционных процессов упрощается, если рассматривать их в начальные периоды их развития, когда они сравнительно просты. В эти периоды можно «подглядеть» ряд общих принципов и закономерностей, которые трудно увидеть в сложном сплетении взаимодействий и элементов развитых форм. Если посмотреть на историю человечества, то мы обнаружим, что за два с лишним миллиона лет, со времен австралопитеков, предки людей только усовершенствовали обработку нескольких примитивных орудий, не создав принципиально новых. Резкое ускорение развития культуры происходит вместе с переходом от охоты и собирательства к животноводству и земледелию, что происходило практически одновременно, хотя по-разному для разных типов общества. Так, в связи с недостаточным плодородием занимаемых территорий, ряд северных и степных народов или задержался на несколько веков с введением земледелия, или до сих пор им не занимается. Первыми животными, которые одомашненными человеком, были собаки. Это произошло еще до возникновения земледелия; археологи датируют наиболее древние скелеты собак, найденных в местах древних стойбищ, тридцатью тысячами лет. Козы, коровы, овцы, лошади были одомашнены в период от 10 до 3 тысяч лет до нашей эры. Следует заметить, что одомашнивание животных переводило на человека большую часть забот об их пропитании, что синергетически связано с земледелием и умением хранить зерно и другие продукты сельского хозяйства.

Лишь примерно в последние десять тысяч лет (точные даты неизвестны) развитие материальной культуры и соответствующее развитие сферы идей получило большое ускорение. Земледелие потребовало создания целого комплекса новых орудий (лопата, мотыга, соха), создания культуры севооборота, культуры селекции растений, культуры хранения и переработки урожая.

Всего за несколько тысяч лет возникли города и государства. В это же время были открыты металлы и созданы металлические орудия. Была создана письменность, причем, видимо, одновременно в нескольких центрах цивилизации.

В значительной степени процесс культурной эволюции протекает подобно биологической эволюции – в сравнительно случайных отклонениях и запоминании удачных идей. Г. Кастлер писал: «Следует подчеркнуть, что возникновение информации из шума - это совсем не то, что обнаружение информации, замаскированной шумом, например при выявлении ранее не известной закономерности. … ''Запоминание случайного выбора служит механизмом создания информации, и по своей природе этот механизм совершенно отличен от механизма обнаружения информации''. … ''Запоминание случайного выбора'' - это обычный способ возникновения информации» (выделено мной).

Древний человек не рисовал чертежи каменного топора перед тем, как сделать его. Этот процесс именно был, главным образом, именно «запоминанием случайного выбора». Первыми орудиями были любые подходящие палки и камни, которые можно найти повсюду, использование которых наблюдают биологи и у современных обезьян. То есть, использование необработанных камней – это еще не человеческая активность. И лишь затем, когда некому палеоантропу случайно попался камень с острым сколом, он запомнил, что таким камнем удобнее раскалывать кости или орехи. Может быть, этот предок человека некоторое время таскал с собой такой удобный камень. Потом потерял, нашел другой, похожий.

И только гораздо позже он стал специально раскалывать камни. Поскольку камни раскалываются очень случайно, в этом процессе были выработаны и усвоены культурой (не отдельного человека, но племени в целом) различные виды орудий, которые различают археологи – рубила, скребки, топоры. Не просто было и подобрать материал для орудий; наверняка, сначала инструменты делались из любых попавшихся камней, и только опыт (запоминание удачного выбора) привел к закреплению знаний о том, что хорошие инструменты получаются из кремня и обсидиана. Но, будучи открытыми, идеи конструкции орудий и выбора материалов для них, сохранялись в коллективной памяти тысячелетиями. Известны случаи, когда орудия из обсидиана находили за сотни и тысячи километров от ближайших месторождений – так далеко доставляли сырье или готовые орудия наши древние предки. Судя по сходству орудий по всей территории соединяющихся континентов – Африки и Евразии – разные племена охотно заимствовали друг у друга типы орудий и способы обработки. Сравнение своих технологий с технологиями соседнего племени, сравнение организации охоты, организации временных поселений и так далее, были своеобразной «компаративной экономикой» каменного века.

Таким образом, культура прирастала в доисторические времена очень медленно, по крупицам. И только в конце неолита, около десяти тысяч лет назад, произошла «неолитическая революция», когда развитие культуры и человечества значительно ускорилось. За несколько тысяч лет, примерно с 13 до 8 тысяч лет до н.э., что очень недолго в сравнении с миллионами лет эволюции произошли несколько важнейших культурных событий.

Самое главное – люди перешли от т.н. «присваивающей» экономики (собирательства и охоты, когда пища добывается, в основном, во внешней по отношению к обществу природе), к земледелию и животноводству. Такое изменение экономической основы жизни общества привело к необходимости изменить старый, кочевой образ жизни, когда люди переходили с места на место в погоне за природными источниками пищи, на оседлый, который диктовался привязанностью к полям и хранилищам урожая.

Первыми были одомашнены из растений пшеница, горох, оливковое дерево, а из животных – овцы и козы. Это произошло около 8,5 тыс. лет назад в Юго-Западной Азии народами, из которых возникла затем цивилизация шумеров. , Переход к сельскому хозяйству и строительству постоянных поселений немедленно потребовал создания многочисленных новых орудий труда, разнообразие которых в несколько раз превышало необходимое для охоты.

Очень быстро вслед за земледелием возникли первые города. С системной точки зрения, город является системой более высокого уровня, чем отдельное жилище, это не беспорядочное скопление домов, а организованная структура, имеющая улицы, площади, центр и окраину, зачастую огороженное стеной.

Происходила специализация труда, возникли профессии – воины, каменщики, кожевенники, оружейники, пивовары и так далее. Каждая профессия требовала системы специальных знаний. На место племени приходил город-государство, в котором было на порядок больше людей и более сложная социальная иерархия, чем в племени. Культура быстро усложнялась, причем многократно. Вслед за возникновением городов, через одну или две тысячи лет, возникла письменность. Письменность была необходима для усложнившегося общества, где требовался учет имущества, учет обменов между людьми, в котором царь должен посылать приказы удаленным за сотни километров подчиненным.

Но, возникнув, будто бы средство для записи устного языка, письменность стала важнейшим системным элементом культуры, придавшим новый импульс ее развитию. Невозможно представить себе накопление современного культурного багажа человечества без письменности. Без нее невозможны были бы ни литература, ни наука. Все знания об истории строились бы на устных преданиях.

В конечном счете, накопление знаний и информации в обществе с использованием письменности, ведет к такому росту культуры, которое становится основой сначала городских аграрных, а затем промышленных, цивилизаций.

'''Отбор артефактов'''

Я уже писал, что невозможно проектировать (а, значит, и эволюционировать) безошибочно. Почему? Потому что мир сложен, а наши способности к моделированию ограничены. Наверно, можно спроектировать близкий к идеальному чайник или смартфон. Не такие уж это сложные системы для современных суперкомпьютеров. Но дело в том, что эксплуатироваться они будут в условиях намного более сложной и непредсказуемой социальной среды.

Вот пример. Это битва стандартов на видеодиски HD-DVD, основным разработчиком которых выступала Toshiba, и Blu-Ray фирмы Sony. Обе разработки были работоспособны, так что дело не в ошибках изобретателей. На сегодня победил формат Blu-Ray, в основном благодаря тому, что на него сориентировался Голливуд – основной производитель фильмов в мире.

Toshiba потратила более 150 млн. долларов на разработку носителей и считывающих устройств HD-DVD. Конечно, они предполагали вернуть инвестиции за счет реализации дисков, устройств чтения и лицензий на их производство. Но «человек предполагает, а бог располагает».

Лет тридцать ранее совершенно аналогичная битва разразилась между стандартами на видеокассеты VHS и Betamax. Победил VHS компании JVC, хотя Betamax и был более совершенным технически.

Если смотреть на введение новых видеостандартов, как на значительные мутации, мы можем видеть следующее: ''абсолютно рациональные устремления больших команд ученых и инженеров, поддержанных огромными финансовыми ресурсами, и направленные на достижение определенных целей, завершаются их разгромом и поражением''. Тут можно напомнить и знаменитый QWERTY-эффект, состоящий в том, что существует более удобное расположение клавиш на латинской клавиатуре, чем известный стандарт QWERTY. В 1936 г. американский изобретатель Август Дворак изобрел другое расположение букв, основанное на частоте их встречаемости в текстах. Было экспериментально доказано, что машинистки работают на 20-40% быстрее, чем на стандартных клавиатурах, но мир так и не отважился перейти на эти клавиатуры. Так мы видим закрепление в технической традиции неоптимального устройства, схемы, идеи.

Если биологические мутации случайны (думаю, не абсолютно – некоторые мутации, например, окраски, встречаются гораздо чаще, чем, например, изменение количества конечностей, то есть, уже природа чаще экспериментирует в одних направлениях, чем в более важных для жизни; видимо, некоторые важные последовательности ДНК или дублированы, или имеют более прочные молекулярные структуры), то изменения культуры очень сильно направлены. Например, тысячи инженеров пытаются увеличить КПД двигателей и снизить их шум, но никто не работает над снижением КПД или повышением шума. В то время, как в живой природе мутации, снижающие приспособленность, намного чаще, чем повышающие. Эту тенденцию можно изобразить следующим образом (Рис. 2.2), где стрелки изображают направления мутаций (изменчивости) от оригинала (центр). Длина стрелок пропорциональна вероятности мутаций в обозначенном направлении. Если вероятность мутации в любом направлении от исходной конструкции равновероятна, можно говорить о ненаправленной изменчивости. Если вероятность различна, можно говорить о «спектре мутаций».

Сужение спектра мутаций в культурной изменчивости в сравнении с изменчивостью биологической имеет чрезвычайно большое значение. Дело в самих принципах эволюции сложных систем.
[[Файл:Спектры мутаций нов.png|центр|безрамки|498x498пкс|Спектры ненаправленных и направленных мутаций]]
Рис. 2. Спектры ненаправленных и направленных мутаций
Здесь одно из двух. Или мы можем '''''безошибочно''''' сконструировать новую, лучшую в некотором измеримом отношении, систему. Тогда ее можно, скажем так, «пустить в серию» без предварительных проверок и доводки (напоминаю, что эта новая система, в общем случае, может быть новым живым существом, новым изделием или даже новым типом государства). Или можем ее сконструировать, но при этом есть существенная вероятность, что эта система не будет работать так, как предполагалось. Первый случай – это конструирование достаточно простых и хорошо изученных устройств, которые можно рассчитать на компьютере с очень малыми ошибками. Во втором случае невозможность безошибочно рассчитать не означает невозможность изготовить. Тут идут известным, веками проверенным путем – делают опытный образец и испытывают. Дорабатывают неудачные элементы, и снова испытывают. Если процесс нужно ускорить, делают параллельно несколько вариантов.

С точки зрения теории информации, в этих экспериментах мы снижаем неопределенность, которую имеем из-за невозможности точно рассчитать будущую систему. То есть, построить ее идеальную модель. Вместо этого мы строим реальные модели, задавая вопросы Природе. Как если бы мы могли спросить ее по телефону по поводу разных вариантов проектируемой системы, разработанных в виде компьютерных моделей:

* Природа, годится модель «А»?

* Нет
* Модель «Б»?
* Нет
* Модель «С»?
* Да
* Хорошо, значит, делаем модель «С»

В силу эквивалентности (с точки зрения движения [[Идея и идеальное|идеального]]) организованностей материи как в виде структур в памяти компьютера, так и в виде материальной структуры реальных моделей, эксперименты с опытными образцами и с математическими моделями принципиально не отличаются друг от друга, если не считать того важного обстоятельства, что реальные модели взаимодействуют с природой автоматически, а вот обеспечить неискаженное взаимодействие с природой мысленной или компьютерной модели достаточно проблематично. Мысленная модель обычно проверяется на соответствие природе через человеческое и социальное (экономическое) действие. Результат действия является ответом, часто – дорогостоящим (разорение предприятия, гибель государства).

Чем сложнее эволюционирующая система, тем менее достижимо безошибочное конструирование, тем больше возможных вариантов новой конструкции. Я не могу сейчас дать строгое математическое обоснование, но ясно, что количество возможных вариантов связано с количеством элементов системы очень быстро возрастающей функцией, типа факториала или числа перестановок из N по M, где N – общее количество элементов эволюционирующей системы, а N – количество элементов, подвергающихся модернизации (замене или соединению в другом порядке).

Поскольку эти функции очень быстро растут с увеличением количества элементов в системе, так же быстро растет количество необходимых экспериментов для снятия неопределенностей эволюции. В биологической эволюции «эксперимент» - это каждая особь с мутацией генотипа. С точки зрения накопления информации в генотипе эволюционирующей популяции, количество экспериментов и поток поступающей информации пропорционален количеству особей и плодовитости этой популяции.

Здесь имеется определенный парадокс. А именно, чем менее развит биологический вид, тем больше, как правило, его плодовитость. В то же время высокоразвитые животные имеют немногочисленное потомство и, одновременно, большую продолжительность жизни (сравнить, к примеру, лягушек и львов). То есть, количество экспериментов в единицу времени сокращается на несколько порядков. Неизбежно снижение скорости эволюции.

Как же обеспечить дальнейшее развитие? Жизнь нашла свой ответ – ''сужение спектра мутаций'' за счет полового подбора, на роль которого указал Дарвин. С точки зрения развития видов его действие состоит в том, что наиболее сильные и здоровые особи получают преимущество на стадии репродукции.

Этот этап эволюции является переходным к тому, что изображено на рис. 2 справа (эллипс вместо круга). Можно изобразить спектры мутаций в виде двухмерных функций (Рис. 3), где P – вероятность мутации в направлении W, а W – угол вектора в пространстве мутаций (следует иметь в виду, что в действительности это пространство многомерно). На правом рисунке изображен случай, когда вероятности реализации новых систем, идеи (проекты, генотипы) которых имеются, не равны друг другу, а имеются «предпочитаемые» версии.

<div style="text-align:center;">Рис. 3
Широкий и узкий спектры мутаций
</div>

<div style="text-align:center;">Рис. 4
Узконаправленные мутации
</div>

На рисунке 4. показан вариант узконаправленных мутаций, характерный для культурных процессов (проектирование устройств, организаций, законов, идеальных систем, таких, как наука или религия). Видно значительное снижение числа нужных экспериментов (площадь фигур) по сравнению с широким спектром (Рис. 3)

До какой степени вообще возможно сузить спектр мутаций, количество неудачных экспериментальных моделей, товаров, реорганизаций фирм, недействующих законов, бесполезных социальных революций? ''Это зависит от информационных возможностей моделирующей системы.'' От объема памяти и быстродействия, от программного обеспечения. Чем более точные модели проектируемой системы и той среды, где она будет использоваться, мы сможем создать, тем меньше вероятность неуспешности экономического продукта.

Чтобы заранее, до эксперимента, оценить успешность создаваемой системы, необходимо смоделировать не только эту систему, но ее действие в той среде, обстановке, окружении, в которой она должна действовать. Значит, нужно дополнительно иметь модель окружающей среды. Это возможно, если мы имеем достаточно мощную моделирующую систему (имея в виду объем памяти и производительность) и достаточно полную и точную информацию об этой окружающей среде).

Но есть особый случай, когда система должна моделировать свою собственную эволюцию. Прогрессивная эволюция связана с усложнением систем. Высшие животные сложнее, чем появившиеся ранее. Они имеют более развитую нервную систему, терморегуляцию, у них в десятки и сотни раз больше клеток в головном мозге. Современное общество во много раз сложнее средневекового, а то сложнее первобытного.

Поэтому, ''настроенная на прогрессивную эволюцию система должна в качестве своего проектируемого будущего состояния иметь нечто более сложное'', чем в момент проектирования и моделирования. Это особенно сложно для сверхсложных систем, таких, как наше государство-цивилизация. А, поскольку средством моделирования выступает она сама, то в принципе не может смоделировать будущую систему полностью и абсолютно точно. Тем более, у нее не остается возможностей на моделирование внешней среды, которая может быть еще более сложной. В том числе потому, что включает другие конкурирующие системы (фирмы, государства, цивилизации).

Каков выход? Выращивать мощную внутреннюю подсистему проектирования будущего. Включающую, прежде всего, самых разнообразных специалистов самого высокого уровня, начиная от философов, включая историков, политологов, социологов разных направлений, культурологов, ученых естественно-научного профиля (потому что эволюция современного общества – это в первую очередь эволюция сложнейших технологических систем) и других специальностей; все сложно перечислить. Предугадать самые перспективные направления исследований очень трудно (искусственный интеллект? квантовые вычисления? холодный термоядерный синтез? робототехника?) но ошибка может иметь колоссальную цену.

Эти люди не должны быть некой толпой специалистов, им нужно научиться понимать друг друга и синхронизировать свои знания, часто противоречащие друг другу. Одно это является огромной научной проблемой.

Кроме собрания людей, нужно их обеспечить мощной информационной средой. Доступ к библиотекам, книгам, журналам и др. Системы поиска, в том числе, семантического и с использованием ИИ. Системы моделирования (цифровых двойников) для объектов разного типа, от технических до биологических и социальных.

Системы поддержки принятия решений. Системы научной коммуникации, включая поиск онтологий. Должна работать социология знаний, которую нужно продвинуть вперед всей планеты.

Эти технологии нужно разрабатывать и с возможностью масштабирования для управления развитием средних и малых социально-экономических систем: предприятий, поселений, регионов, государственных и общественных организаций.

----
<references/>

Рассуждения об экономике

2024-10-18T21:58:49Z

Wiki-admin: Вставка рисунков

'''Эта часть собрана из отрывков моих книг, посвященным проблемам экономического развития, особенность которых состоит в том, что экономика рассматривается как часть социохолоса'''

'''1. Из книги «Эволюционное управление социально-экономическими системами» <ref name="ftn1">'''Сухарев М.В. Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2008. 258 с.'''</ref>'''

'''Экономика вообще'''

Экономика любого типа, начиная от «экономики» первобытного племени, экономики древнего Египта и вплоть до экономик США и ЕС, является важной частью тех сложных систем, которые представляют собой человеческие общества. Если отталкиваться от различий между популяциями животных и человеческим обществом, как [[Холизм и системный подход|'''холосом''']], то мы обнаружим, что большая часть этих различий производится именно экономикой. Экономика производит все искусственное, что является частью этого [[Холизм и системный подход|'''холоса''']]: орудия труда, пищу, одежду, жилища, дороги, машины, мосты и так далее.

Производит все, без чего современный человек не может быть «современным», не может быть инженером, программистом, ученым, политиком, финансистом, предпринимателем, строителем или водителем.

В той степени, в которой образование является экономической деятельностью, экономика производит и самого человека, формируя его, как специалиста в одной из многочисленных областей человеческой деятельности.

Но производство любых вещей, включая производство обученного человека, помимо средств производства, основано на некоем предшествующем знании. Чтобы производить каменный топор или станок с компьютерным управлением, надо заранее знать, и что мы хотим произвести, и как это делают. Чтобы произвести из гоминина инженера-схемотехника или врача-окулиста, надо уже заранее обладать суммой знаний и навыков, которые необходимо внедрить в сознание обучаемых людей.

Легко заметить, что «количество знания (идеального)», требующееся для производства вещей, постоянно возрастает с развитием экономики. Но, если количество труда, материалоемкость и энергоемкость производства предметов давно стали объектом внимания экономики, то их информационная емкость все еще остается вне ее поля зрения. В данных экономического развития стран вы, без сомнения, найдете данные о количестве произведенной стали, алюминия и так далее, количестве произведенной электроэнергии, но даже сейчас, в XXI веке, не найдете данных о количестве произведенной информации.

'''Экономика и эволюционная эпистемология '''

Один из известнейших философов XX века Карл Поппер писал в своей книге «[https://ru.wikipedia.org/wiki/Поппер,_Карл Эволюцонная эпистемология]» (эпистемология – наука о возникновении знания) следующее: «''С эволюционной точки зрения теории (как и всякое знание вообще) представляют собой часть наших попыток адаптации, приспособления к окружающей среде. Такие попытки подобны ожиданиям и предвосхищениям. В этом и состоит их функция: биологическая функция всякого знания — попытка предвосхитить, что произойдет в окружающей нас среде. Однако и наши органы чувств, например глаза, тоже такие же средства адаптации. Рассматриваемые с этой точки зрения, они являются теориями: организмы животных изобрели глаза и усовершенствовали их во всех деталях как предвосхищение, или теорию о том, что свет в видимом диапазоне электромагнитных волн будет полезен для извлечения информации из окружающей среды, для высасывания из окружающей среды информации, которую можно интерпретировать как показатель состояния окружающей среды — и долгосрочного, и краткосрочного''». <ref name="ftn6">Поппер К. Эволюционная эпистемология // Эволюционная эпистемология и логика социальных наук. Эдиториал УРСС, М., 2000.</ref> (С. 57 – 74)

Конечно, для большинства, назвать глаз или нос «теорией» есть метафора, и не более того. Под теорией принято понимать некую идею, а не орган. Однако на самом деле, все наши теории не являются какими–то бестелесными сущностями. Научные теории записаны чернилами, напечатаны типографской краской, представлены нервными импульсами и молекулярными состояниями наших нейронов. ''Теории'' экономики в действительности представляют собой сложные или простые машины, сделанные из бумаги, чернил, нервных импульсов в человеческом мозге, электронов в компьютерах. Все живое существо целиком является ''теорией о том, что оно способно существовать и воспроизводить себя в данной окружающей среде''. Каждый из его органов отвечает какой-то части общей ''теории, идеального [[Холизм и системный подход|холоса]], схемы этого существа, записанной в ДНК'' и нужной для извлечения подходящей материи из окружающей среды и переделки этой материи в себя и свое потомство.

Взглянем с этой точки зрения на экономику. И тогда окажется, что ''всякий товар есть теория'' о том, что он способствует существованию и воспроизведению общества, производящего этот товар.

Более того, организация производственных и коммерческих организаций является ''теориями'' об их оптимальном устройстве. Вся организация общества, вместе с его институтами и государственными органами, является комплексом взаимно согласованных теорий (идей), отражающим как рациональные принципы этого общества, так и не основанные на научных знаниях и логике принципы, добытые в процессе исторической эволюции. ''Завод – это идея.'' Почему? Потому что люди приходят и уходят, станки стареют и заменяются новыми, а завод остается тем же. Материя протекает, организованность сохраняется.

Чем сложнее ''организация'' изготавливаемого предмета (сравним, например, каменный топор и микропроцессор), тем большее количество информации должен использовать изготовитель. Эта информация направляет каждое действие в процессе изготовления. Например, чтобы сделать деревянный брусок нужно сделать всего шесть плоских пропилов. Но для создания гравюры требуются прорезать тысячи канавок сложной формы. Эта работа может быть физически легкой (как работа писца-каллиграфа, такого, какие писали старинные книги, где каждая буква – произведение искусства), но требовать большого количества рабочего времени, причем ''общественно-необходимого'', что подтверждается в процессах обмена, в которых некоторые книги реально на вес золота.

Следовательно'', стоимость создается комплексным применением к материи двух элементов – физической работы и сложности'', пропорциональной количеству ''организованности'' (информации), которую необходимо внедрить в продукт труда. Имеется в виду, конечно, общественно-необходимый труд – воспроизводство предметов, необходимых для функционирования социальной системы и с затратами труда, характерными для данного общества. Это ясно видно и на конкретных примерах.

Рабочий, совершающий большую физическую работу (например, грузчик), может получать оплату, равную оплате рабочего, затрачивающего незначительное количество энергии, но создающего сложные изделия (например, ювелирные изделия). Мастер-кузнец, указывающий легким молоточком, куда ударить, оплачивается выше, чем подмастерье, который бьет в указанную точку тяжелым молотом.

Моя гипотеза состоит в том, что потребность любого производства в человеческом труде имеет две компоненты – это потребность в физической силе, в механической работе и ''потребность в организации материи'' с целью ее использования человеческим обществом, с целью ''включения организованной по-новому материи в тело общества''. Чем более сложные преобразования материи в процессе человеческого труда требуется совершить, тем больше организационная компонента в общем количестве труда.

Что происходит с появлением механической энергии, замещающей физическую работу? Естественно, в рыночном обществе падает стоимость соответствующего по количеству физического руда.

Нанимать для подъема кирпичей на небоскреб сотни человек, которым нужно питаться дорогой органической пищей, невозможно, если существуют краны, совершающие ту же работу с помощью дешевого электричества. ''Физический труд вытесняется и перемещается туда, где он связан с одновременным требованием некоторой сложности, недоступной примитивным механизмам''. Например, даже работа грузчика на складе недоступна простым машинам из-за того, что содержит определенный компонент сложности. Нужно взять не какой попало ящик или мешок, а определенный, и переместить его в определенное место зачастую по сложной траектории. Если бы нужно было просто разом переместить все содержимое склада, то с этим справился бы и бульдозер. Хотя умные роботы для складов уже разрабатываются…

В процессе труда человек участвует в воспроизводстве общества в целом. Но органическое строение общества технологического типа постоянно изменяется в сторону роста искусственной части общественно-экономической системы, что выражается и в изменении пропорции материи и энергии, затраченной на воспроизводство артефактов и непосредственно человека. Если холос (целостная система) общества в давние времена почти полностью состояла из людей, даже если принимать во внимание только массу вещества, с небольшой частью искусственных предметов (примитивных орудий, одежды), то ''в настоящее время масса искусственной части социохолоса во много раз превышает массу собственно человеческую''. Пропорционально растут и расходы труда на расширенное воспроизводство этой искусственной части. ''Значительно больше энергии и информации используется сегодня на создание машин, домов, дорог, коммуникаций современной страны, чем непосредственно на поддержание жизни небольшого биологического организма вида homo sapiens''. Сельское же хозяйство в основном ориентировано на удовлетворение биологических потребностей человека (в том числе, и не связанные с питанием – лен, хлопок, кожа и т.д. используются, в основном, для производства одежды и белья); поэтому, ''вместе с сокращением доли людей в социохолосе, сокращается и доля сельского хозяйства в экономике''.

Казалось бы, экономическая эволюция и, тем более, эволюция научных идей следуют иным путем, нежели эволюция животных, путем сознательного конструирования новых товаров, новых форм производственных организаций, новых технологий, способов организации труда, новых теорий и так далее. Но вот в чем дело – все это происходит в условиях очень сложной внешней среды. ''Для того, чтобы безошибочно сконструировать новую организацию фирмы, необходимо предвидеть, как она будет существовать в реальном мире, то есть, предвидеть реакцию внешней среды, которая в значительной степени состоит из других фирм, не менее сложных чем она.'' А руководство фирмы имеет средства предвидения, даже меньшие, чем потенциал всей фирмы в целом, поскольку не может занять планированием весь персонал фирмы, оторвав его от производственного процесса. Р. Коуз назвал это «ограниченной рациональностью», имея в виду, что никто не имеет достаточной информации и достаточных возможностей по ее обработке для того, чтобы принять истинно оптимальное решение на рынке, будь это приобретение телевизора или целой компании.

В сто и тысячу раз хуже обстоит дело со сложными товарами и проектированием организаций. Специалистам известно, что на каждый успешный новый товар создается несколько моделей, которые несут создателям убытки. Где керамический двигатель для автомобиля, где знаменитые в свое время процессоры Zilog и Motorola, которые тоже пытались выйти на рынок 16 и 32-разрядных устройств, где бытовые видеомагнитофоны Betacam, где разрекламированная линия компьютеров Lisa? ''Почему одни конструкции остаются и заполняют рыночное пространство, как осталась система Windows, а другие исчезают, несмотря на вложенные в них огромные средства, как OS/2 фирмы IBM''?

При внимательном изучении истории открытий и изобретений оказывается, что ''так же, как история жизни на Земле изобилует исчезнувшими видами, история науки помнит множество отвергнутых теорий, а история техники – множеством отвергнутых изобретений''. Причем создавали их отнюдь не глупые люди, пользуясь логикой и всем комплексом имеющихся знаний. Например, изобретатели, работавшие в эволюционной линии дирижаблей. Применялись новые сверхлегкие и прочные материалы, негорючий гелий заменил водород, были изобретены экономичные винты большого диаметра – но ничто не помогло этой линии удержаться в соревновании с линией самолетов.

Оказывается, что ''порождение нового в конечном счете принципиально случайно, по той причине, что мир в целом всегда сложнее любого «изобретателя», будь это биологическая мутация, человек или некая организация, даже целое государство''. Изобретатель может продумать конструкцию так, чтобы она была работоспособной, но никакой изобретатель не в состоянии предвидеть судьбу этой конструкции в человеческом обществе, вот почему в эволюционном смысле, как порождение эволюционных линий, творчество человека столь же случайно, как творчество природы в биологической эволюции.

Эволюция – это всегда эволюция идей, конструкций систем, которые возможно создавать из материи. Только живая материя реализует свои конструкции размножением и ростом организмов, а ''общество реализует новые идеи искусственным преобразованием и организацией в нужные системы живой и мертвой материи''. Поскольку никакая сложная конструкция не возникает на пустом месте, всегда имеется некая история этой конструкции, ''история наследования, поиска вариантов и усложнения этой конструкции'', будь это устройство организма, машины или человеческой организации. ''Идей всегда слишком много. На реализацию всех не хватит всей материи во Вселенной, поэтому между идеями всегда идет дарвиновское соревнование за обладание материей''.

Если эволюция в биологии – это изменение организации тела животных, то на уровне общества – это изменение организации общества и его подсистем. Например, новая организация войска, или внедрение конвейера в промышленности. Введение избирательной системы и представительства. Производство двигателей или внедрение земледелия также является изменением организации общества, изменением системы связи людей друг с другом и средствами производства.

Но, в отличие от биологического уровня, модели новых комбинаций создаются сначала в сознании людей. Там же проигрываются предполагаемые сценарии поведения и деятельности новых комбинаций в жизни, во взаимодействии с другими подсистемами общества, окружающей средой и другими обществами. Здесь следует отметить, что в сложных случаях – таких, как проектирование нового крупного предприятия – модель создается в виде распределенной когнитивной модели, в сознании множества людей, специалистов, занимающихся разработкой частей общего проекта, и значительная часть модели хранится во внешних носителях – чертежах, текстах, таблицах, в компьютерных базах и моделях.

Проблема безошибочного проектирования состоит в соотношении сложностей. Для того, чтобы безошибочно выбрать наилучший вариант, необходимо создать точные модели всех возможных сценариев развития (а сколько их? кто знает все возможное?) и «прогнать» их в реальной обстановке, вычислить возможные реакции на такое свое изменение со стороны всех окружающих обществ. Поскольку окружающие общества не проще нашего, ясно, что никаких вычислительных моделирующих ресурсов нашего общества на это не хватит. Их не хватит даже на моделирование вариантов нашего собственного развития, без учета реакции соседей – потому что ''все общество всегда сложнее той своей части, которая пытается его моделировать''.

'''Методы ускорения эволюции'''

Что же делать? Да, безошибочная эволюция невозможна. Но ''возможно добиться того, чтобы вероятность успешного развития была максимальной, большей, чем у конкурирующих обществ''. А для этого необходимо иметь наиболее развитую систему моделирования будущего, ''систему предвидения''. Эта система должна состоять из множества специалистов разных профилей – социологов, политологов, технологов, экономистов, историков, медиков, физиков и химиков – всех не перечислишь – объединенных компьютерной сетью и системой групповой работы.

Дополненная искусственным интеллектом в качестве помощника людям, а также базами данных и знаний, цифровыми двойниками своего объекта управления (предприятия, города, региона, страны).

Это должен быть коллективный субъект, система распределенного мышления.

Каждый ''специалист высокого класса имеет в голове уникальную модель мира'', набор моделей всех объектов, относящихся к его роду деятельности. При обсуждении возможных вариантов развития он может моментально дать обоснованный ответ на сложнейшие вопросы, в то время как кому-то другому потребуются недели и месяцы поисков информации и ее изучения. Для того, чтобы знать, к какому человеку по какой проблеме обращаться, составляются компьютерные «карты знаний».

Конечно, для решения важнейших задач подобные коллективы создавались и создаются, но дело в том, что система взаимодействий в таком коллективе, роли отдельных людей, языки общения разных групп друг с другом, архивы информации, набор полезных математических моделей и пр. создается годами, поэтому для государственного и регионального управления необходимо иметь постоянно действующую систему такого рода.

Эта система представляет собой, по сути, живой организм, который надо «выращивать» и который быстро умирает при прекращении работы; чтобы возобновить работу, приходится его «реанимировать», что не может быть сделано очень быстро. За время промежутка часть людей уедут или не смогут работать по другим причинам, с ними будет потеряна часть общей «нейросети».

Из кибернетики известно, что, чем сложнее управляемая система, тем сложнее должна быть управляющая. [Ляпунов А.А. В чем состоит системный подход к изучению реальных объектов сложной природы? // Системные исследования. Ежегодник. Наука, М., 1972 г., – С. 5 – 17] Простой социальной системой первобытным племенем, например) может управлять один человек, но для управления современным городом или регионом нужна уже группа людей, организованная в управляющую систему.

<nowiki>*********************** </nowiki>

'''2. Из книги «Компаративная экономика и теория модернизации» <ref name="ftn7">'''Сухарев М.В. Компаративная экономика и теория модернизации. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. 104 с.'''</ref>'''

'''Культура и тело общества'''

Большое общество, такое как большое (более 50 млн.) современное государство является очень сложной материальной системой. Холос государства включает его территорию вместе с природными богатствами, народы государства, инфраструктуру: дороги, города и поселения, электростанции и линии передач, поля, шахты, морские и речные порты и многое другое: все не перечислить. Оно включает таже биологические элементы: самих людей, культурных животных и растения, природу (леса, степи, животных и пр.) своей страны.

Это самовоспроизводящаяся система: если природа более или менее воспроизводит себя сама, то все остальное должно воспроизводиться за счет ''организованной деятельности людей''. Но для воспроизведения где-то должны храниться идеи всего воспроизводимого: схемы, принципы устройства, знания, чертежи, рисунки, описания… От устройства глиняного кувшина до реактивного самолета, от выкройки ситцевого платья до плана города, от организации бригады сельских строителей до организации армии государства.

Все вместе это входит в культуру общества, и у каждого общества эта культура своя.

Наиболее сложными системами идей, известными нам, являются на сегодня культуры больших человеческих сообществ (народов). Иногда культуры нескольких народов настолько близки и синергетичны, проникают друг в друга за счет общей религии, литературы, музыки, материальных обменов и прочего, что образуют общую цивилизацию.

Следовательно, ''культуры – это такие идеальные (организационные) системы, отдельные элементы которых «подогнаны» и приспособлены друг к другу в процессе многовековой жизни этих народов''. Например, культура войны связана с моральными установками. Культура ведения сельского хозяйства связана с культурой учета времени. Культура танца связана с культурой музыки, физика связана с математикой и так далее. ''Культура – это органическая система идей: знаний, умений и информации''.

Так же, как в состязании научных идей важнейшую роль играют научные сообщества, в состязании сценариев реконструкции общества важнейшую роль играют коалиции интересов. <ref name="ftn8">Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. М.: Институт экспериментальной социологии.

СПб.: Алетейя, 2005. 576 с.</ref>,<ref name="ftn9">Коалиции для будущего. Стратегии развития России: Коллектив экономистов «СИГМА». – М.: ООО «Издательство «Промышленник России», 2007. 12 с.</ref>

Поэтому конкуренция между комплексами идей имеет, чаще всего, вид ''многоуровневого отбора'', когда отбор форм нижних структурных уровней идет при сохранении форм более высоких уровней.

<div style="text-align:center;">[[Файл:Иерархия уровней.png|центр|безрамки|450x450пкс]]Рис. 1. Иерархия уровней опосредованного отбора
</div>

Соревнование человеческих обществ друг с другом имеет характер, сходный с соревнованием биологических генотипов. Только вместо ДНК у них культура, включающая в себя, кроме многого другого, схемы, устройство, организацию – в общем, идеи всех артефактов и организаций, которые оно должно воспроизводить снова и снова чтобы оставаться собой. Большая часть истории человечества (более двух миллионов лет в сравнении с последними двадцатью-сорока тысячами лет) протекала в условиях очень небольшой заселенности Земли людьми. Это был экстенсивный тип развития, когда люди расселялись по территории Евразии, куда они вышли из Африки.

При этом соревнование племен шло именно за скорейшее овладение территориями охоты и собирательства. По всей видимости, вооруженные конфликты между племенами были достаточно редкими. Конкуренция между ними шла по линии экстенсивного расширения: роста численности племени и захвата пространства. Но этот рост прямо зависит от того, насколько эффективно племя умеет преобразовывать материю окружающей природы в свою собственную, что означает оформление этой материи в соответствии со своей структурой. А эта эффективность от структуры как раз и зависит.

От того, как племя организуется для охоты. От того, какое оружие умеет делать. От того, как умеет сохранять в общественной памяти свои открытия. И как разрешает конфликты внутри племени, как сохраняет своих людей. То есть, зависит от культуры племени.

В результате возникает процесс, которым можно назвать опосредованным многоуровневым отбором идей.

Каждый из уровней является одновременно основой и областью деятельности для высшего. Успешность этой деятельности ведет к тому, что практическая деятельность сохраняет эффективные виды и структуры деятельности, а эти виды поддерживают (или нет) соответствующие теоретические (когнитивные) структуры, благодаря чему и

'''Идеи играют роль'''

Идеи играют колоссальную роль в человеческом обществе. В сущности, вся конструкция общества записана в идеях. Если устройство живого организма, то, какие у него лапы, зубы, скелет, желудок, мозг, какие молекулы белков, как сделаны клеточные мембраны и так далее, записано в ДНК, то устройство человеческого общества (как сделан каменный топор, копье, юрта, лодка, как строят крепости, самолеты, электростанции, как устроена армия, фабрика, университет, парламент) – все это записано в виде идей, хранящихся в человеческих головах или книгах.

Сумма (надбиологических) идей общества – это культура общества. Хотя много справедливого в следующем мнении: «…что такое культура? Вопрос так и остается открытым, если учитывать, что предложены сотни ее определений», я буду придерживаться положения о том, что культура – это органическая система всех идей общества. Если будет утеряна культура (сумма знаний), то есть, стерта память людей и уничтожена информация на искусственных носителях (в книгах и компьютерах), то при полной физической сохранности материальной части социальной системы (людей, строений, машин и т.д.) она перестанет работать. Стада (именно стада, а не толпы) антропоидов будут бродить среди зданий, лишенных тепла, электричества и воды, и стремительно вымирать. Общество без суммы своих знаний подобно компьютеру без операционной системы и прикладных программ, который становится бесполезной железкой.

Конечно же, знания, идеи общества, в физическом смысле (но не с точки зрения науки физики – физика формами и организованностью не занимается ) являются организацией каких-то (не известных в достаточной степени) биохимических элементов в нейронах (перемещением органических молекул, ионов, изменением их состояний) и организацией вещества (например, краски на бумаге, электронов в памяти компьютеров или намагниченных участков на жестких дисках).

Суть дела в том, что эти организованности за счет своего движения в материи могут изменять организацию вещества, почерпнутого из окружающего мира. Так, если в клетках мозга запечатлен образ лука или каменного топора, то этот образ может вызвать организованное движение тела человека с тем, чтобы найти подходящие ветки, жилы, камни, обработать их, придавая им заданную форму, и соединить в виде требуемого орудия. Так же можно рассмотреть и движение организованности от какого-нибудь

чертежа и текстового описания в мозг человека, а затем в организованное действие по управлению машинами. Впрочем, сейчас описание нужных деталей и даже целых узлов может храниться в памяти обрабатывающих центров и автоматических линий, перенося идеи из памяти в материю без участия человека.

В понятие культуры входит и материальная культура, то есть, совокупность искусственных предметов (артефактов), созданных людьми, начиная от произведений искусства, статуй, картин и прочего, и кончая обычными инструментами, от копья до лазера. Во всех этих предметах их идея реализована в материальных формах, в организованности материи, которая от идей в мозгу отличается тем, что не может самостоятельно «оторваться» от своего носителя и приобрести движение.

Но человек, изучив артефакт, может извлечь эту идею, придать ей движение и воспроизвести в новой материи. Если это был артефакт, созданный иной культурой, после изучения и освоения в понятиях воспринимающей культуры (на ее языке), идея этого артефакта входит в воспринимающую культуру. Так русские позаимствовали у сибиряков пельмени, а у Запада – пушки.

Попытаемся понять, за счет каких процессов изменяется и развивается культура. Понимание многих эволюционных процессов упрощается, если рассматривать их в начальные периоды их развития, когда они сравнительно просты. В эти периоды можно «подглядеть» ряд общих принципов и закономерностей, которые трудно увидеть в сложном сплетении взаимодействий и элементов развитых форм. Если посмотреть на историю человечества, то мы обнаружим, что за два с лишним миллиона лет, со времен австралопитеков, предки людей только усовершенствовали обработку нескольких примитивных орудий, не создав принципиально новых. Резкое ускорение развития культуры происходит вместе с переходом от охоты и собирательства к животноводству и земледелию, что происходило практически одновременно, хотя по-разному для разных типов общества. Так, в связи с недостаточным плодородием занимаемых территорий, ряд северных и степных народов или задержался на несколько веков с введением земледелия, или до сих пор им не занимается. Первыми животными, которые одомашненными человеком, были собаки. Это произошло еще до возникновения земледелия; археологи датируют наиболее древние скелеты собак, найденных в местах древних стойбищ, тридцатью тысячами лет. Козы, коровы, овцы, лошади были одомашнены в период от 10 до 3 тысяч лет до нашей эры. Следует заметить, что одомашнивание животных переводило на человека большую часть забот об их пропитании, что синергетически связано с земледелием и умением хранить зерно и другие продукты сельского хозяйства.

Лишь примерно в последние десять тысяч лет (точные даты неизвестны) развитие материальной культуры и соответствующее развитие сферы идей получило большое ускорение. Земледелие потребовало создания целого комплекса новых орудий (лопата, мотыга, соха), создания культуры севооборота, культуры селекции растений, культуры хранения и переработки урожая.

Всего за несколько тысяч лет возникли города и государства. В это же время были открыты металлы и созданы металлические орудия. Была создана письменность, причем, видимо, одновременно в нескольких центрах цивилизации.

В значительной степени процесс культурной эволюции протекает подобно биологической эволюции – в сравнительно случайных отклонениях и запоминании удачных идей. Г. Кастлер писал: «Следует подчеркнуть, что возникновение информации из шума - это совсем не то, что обнаружение информации, замаскированной шумом, например при выявлении ранее не известной закономерности. … ''Запоминание случайного выбора служит механизмом создания информации, и по своей природе этот механизм совершенно отличен от механизма обнаружения информации''. … ''Запоминание случайного выбора'' - это обычный способ возникновения информации» (выделено мной).

Древний человек не рисовал чертежи каменного топора перед тем, как сделать его. Этот процесс именно был, главным образом, именно «запоминанием случайного выбора». Первыми орудиями были любые подходящие палки и камни, которые можно найти повсюду, использование которых наблюдают биологи и у современных обезьян. То есть, использование необработанных камней – это еще не человеческая активность. И лишь затем, когда некому палеоантропу случайно попался камень с острым сколом, он запомнил, что таким камнем удобнее раскалывать кости или орехи. Может быть, этот предок человека некоторое время таскал с собой такой удобный камень. Потом потерял, нашел другой, похожий.

И только гораздо позже он стал специально раскалывать камни. Поскольку камни раскалываются очень случайно, в этом процессе были выработаны и усвоены культурой (не отдельного человека, но племени в целом) различные виды орудий, которые различают археологи – рубила, скребки, топоры. Не просто было и подобрать материал для орудий; наверняка, сначала инструменты делались из любых попавшихся камней, и только опыт (запоминание удачного выбора) привел к закреплению знаний о том, что хорошие инструменты получаются из кремня и обсидиана. Но, будучи открытыми, идеи конструкции орудий и выбора материалов для них, сохранялись в коллективной памяти тысячелетиями. Известны случаи, когда орудия из обсидиана находили за сотни и тысячи километров от ближайших месторождений – так далеко доставляли сырье или готовые орудия наши древние предки. Судя по сходству орудий по всей территории соединяющихся континентов – Африки и Евразии – разные племена охотно заимствовали друг у друга типы орудий и способы обработки. Сравнение своих технологий с технологиями соседнего племени, сравнение организации охоты, организации временных поселений и так далее, были своеобразной «компаративной экономикой» каменного века.

Таким образом, культура прирастала в доисторические времена очень медленно, по крупицам. И только в конце неолита, около десяти тысяч лет назад, произошла «неолитическая революция», когда развитие культуры и человечества значительно ускорилось. За несколько тысяч лет, примерно с 13 до 8 тысяч лет до н.э., что очень недолго в сравнении с миллионами лет эволюции произошли несколько важнейших культурных событий.

Самое главное – люди перешли от т.н. «присваивающей» экономики (собирательства и охоты, когда пища добывается, в основном, во внешней по отношению к обществу природе), к земледелию и животноводству. Такое изменение экономической основы жизни общества привело к необходимости изменить старый, кочевой образ жизни, когда люди переходили с места на место в погоне за природными источниками пищи, на оседлый, который диктовался привязанностью к полям и хранилищам урожая.

Первыми были одомашнены из растений пшеница, горох, оливковое дерево, а из животных – овцы и козы. Это произошло около 8,5 тыс. лет назад в Юго-Западной Азии народами, из которых возникла затем цивилизация шумеров. , Переход к сельскому хозяйству и строительству постоянных поселений немедленно потребовал создания многочисленных новых орудий труда, разнообразие которых в несколько раз превышало необходимое для охоты.

Очень быстро вслед за земледелием возникли первые города. С системной точки зрения, город является системой более высокого уровня, чем отдельное жилище, это не беспорядочное скопление домов, а организованная структура, имеющая улицы, площади, центр и окраину, зачастую огороженное стеной.

Происходила специализация труда, возникли профессии – воины, каменщики, кожевенники, оружейники, пивовары и так далее. Каждая профессия требовала системы специальных знаний. На место племени приходил город-государство, в котором было на порядок больше людей и более сложная социальная иерархия, чем в племени. Культура быстро усложнялась, причем многократно. Вслед за возникновением городов, через одну или две тысячи лет, возникла письменность. Письменность была необходима для усложнившегося общества, где требовался учет имущества, учет обменов между людьми, в котором царь должен посылать приказы удаленным за сотни километров подчиненным.

Но, возникнув, будто бы средство для записи устного языка, письменность стала важнейшим системным элементом культуры, придавшим новый импульс ее развитию. Невозможно представить себе накопление современного культурного багажа человечества без письменности. Без нее невозможны были бы ни литература, ни наука. Все знания об истории строились бы на устных преданиях.

В конечном счете, накопление знаний и информации в обществе с использованием письменности, ведет к такому росту культуры, которое становится основой сначала городских аграрных, а затем промышленных, цивилизаций.

'''Отбор артефактов'''

Я уже писал, что невозможно проектировать (а, значит, и эволюционировать) безошибочно. Почему? Потому что мир сложен, а наши способности к моделированию ограничены. Наверно, можно спроектировать близкий к идеальному чайник или смартфон. Не такие уж это сложные системы для современных суперкомпьютеров. Но дело в том, что эксплуатироваться они будут в условиях намного более сложной и непредсказуемой социальной среды.

Вот пример. Это битва стандартов на видеодиски HD-DVD, основным разработчиком которых выступала Toshiba, и Blu-Ray фирмы Sony. Обе разработки были работоспособны, так что дело не в ошибках изобретателей. На сегодня победил формат Blu-Ray, в основном благодаря тому, что на него сориентировался Голливуд – основной производитель фильмов в мире.

Toshiba потратила более 150 млн. долларов на разработку носителей и считывающих устройств HD-DVD. Конечно, они предполагали вернуть инвестиции за счет реализации дисков, устройств чтения и лицензий на их производство. Но «человек предполагает, а бог располагает».

Лет тридцать ранее совершенно аналогичная битва разразилась между стандартами на видеокассеты VHS и Betamax. Победил VHS компании JVC, хотя Betamax и был более совершенным технически.

Если смотреть на введение новых видеостандартов, как на значительные мутации, мы можем видеть следующее: ''абсолютно рациональные устремления больших команд ученых и инженеров, поддержанных огромными финансовыми ресурсами, и направленные на достижение определенных целей, завершаются их разгромом и поражением''. Тут можно напомнить и знаменитый QWERTY-эффект, состоящий в том, что существует более удобное расположение клавиш на латинской клавиатуре, чем известный стандарт QWERTY. В 1936 г. американский изобретатель Август Дворак изобрел другое расположение букв, основанное на частоте их встречаемости в текстах. Было экспериментально доказано, что машинистки работают на 20-40% быстрее, чем на стандартных клавиатурах, но мир так и не отважился перейти на эти клавиатуры. Так мы видим закрепление в технической традиции неоптимального устройства, схемы, идеи.

Если биологические мутации случайны (думаю, не абсолютно – некоторые мутации, например, окраски, встречаются гораздо чаще, чем, например, изменение количества конечностей, то есть, уже природа чаще экспериментирует в одних направлениях, чем в более важных для жизни; видимо, некоторые важные последовательности ДНК или дублированы, или имеют более прочные молекулярные структуры), то изменения культуры очень сильно направлены. Например, тысячи инженеров пытаются увеличить КПД двигателей и снизить их шум, но никто не работает над снижением КПД или повышением шума. В то время, как в живой природе мутации, снижающие приспособленность, намного чаще, чем повышающие. Эту тенденцию можно изобразить следующим образом (Рис. 2.2), где стрелки изображают направления мутаций (изменчивости) от оригинала (центр). Длина стрелок пропорциональна вероятности мутаций в обозначенном направлении. Если вероятность мутации в любом направлении от исходной конструкции равновероятна, можно говорить о ненаправленной изменчивости. Если вероятность различна, можно говорить о «спектре мутаций».

Сужение спектра мутаций в культурной изменчивости в сравнении с изменчивостью биологической имеет чрезвычайно большое значение. Дело в самих принципах эволюции сложных систем.
[[Файл:Спектры мутаций нов.png|центр|безрамки|498x498пкс|Спектры ненаправленных и направленных мутаций]]
Рис. 2. Спектры ненаправленных и направленных мутаций
Здесь одно из двух. Или мы можем '''''безошибочно''''' сконструировать новую, лучшую в некотором измеримом отношении, систему. Тогда ее можно, скажем так, «пустить в серию» без предварительных проверок и доводки (напоминаю, что эта новая система, в общем случае, может быть новым живым существом, новым изделием или даже новым типом государства). Или можем ее сконструировать, но при этом есть существенная вероятность, что эта система не будет работать так, как предполагалось. Первый случай – это конструирование достаточно простых и хорошо изученных устройств, которые можно рассчитать на компьютере с очень малыми ошибками. Во втором случае невозможность безошибочно рассчитать не означает невозможность изготовить. Тут идут известным, веками проверенным путем – делают опытный образец и испытывают. Дорабатывают неудачные элементы, и снова испытывают. Если процесс нужно ускорить, делают параллельно несколько вариантов.

С точки зрения теории информации, в этих экспериментах мы снижаем неопределенность, которую имеем из-за невозможности точно рассчитать будущую систему. То есть, построить ее идеальную модель. Вместо этого мы строим реальные модели, задавая вопросы Природе. Как если бы мы могли спросить ее по телефону по поводу разных вариантов проектируемой системы, разработанных в виде компьютерных моделей:

* Природа, годится модель «А»?

* Нет
* Модель «Б»?
* Нет
* Модель «С»?
* Да
* Хорошо, значит, делаем модель «С»

В силу эквивалентности (с точки зрения движения [[Идея и идеальное|идеального]]) организованностей материи как в виде структур в памяти компьютера, так и в виде материальной структуры реальных моделей, эксперименты с опытными образцами и с математическими моделями принципиально не отличаются друг от друга, если не считать того важного обстоятельства, что реальные модели взаимодействуют с природой автоматически, а вот обеспечить неискаженное взаимодействие с природой мысленной или компьютерной модели достаточно проблематично. Мысленная модель обычно проверяется на соответствие природе через человеческое и социальное (экономическое) действие. Результат действия является ответом, часто – дорогостоящим (разорение предприятия, гибель государства).

Чем сложнее эволюционирующая система, тем менее достижимо безошибочное конструирование, тем больше возможных вариантов новой конструкции. Я не могу сейчас дать строгое математическое обоснование, но ясно, что количество возможных вариантов связано с количеством элементов системы очень быстро возрастающей функцией, типа факториала или числа перестановок из N по M, где N – общее количество элементов эволюционирующей системы, а N – количество элементов, подвергающихся модернизации (замене или соединению в другом порядке).

Поскольку эти функции очень быстро растут с увеличением количества элементов в системе, так же быстро растет количество необходимых экспериментов для снятия неопределенностей эволюции. В биологической эволюции «эксперимент» - это каждая особь с мутацией генотипа. С точки зрения накопления информации в генотипе эволюционирующей популяции, количество экспериментов и поток поступающей информации пропорционален количеству особей и плодовитости этой популяции.

Здесь имеется определенный парадокс. А именно, чем менее развит биологический вид, тем больше, как правило, его плодовитость. В то же время высокоразвитые животные имеют немногочисленное потомство и, одновременно, большую продолжительность жизни (сравнить, к примеру, лягушек и львов). То есть, количество экспериментов в единицу времени сокращается на несколько порядков. Неизбежно снижение скорости эволюции.

Как же обеспечить дальнейшее развитие? Жизнь нашла свой ответ – ''сужение спектра мутаций'' за счет полового подбора, на роль которого указал Дарвин. С точки зрения развития видов его действие состоит в том, что наиболее сильные и здоровые особи получают преимущество на стадии репродукции.

Этот этап эволюции является переходным к тому, что изображено на рис. 2 справа (эллипс вместо круга). Можно изобразить спектры мутаций в виде двухмерных функций (Рис. 3), где P – вероятность мутации в направлении W, а W – угол вектора в пространстве мутаций (следует иметь в виду, что в действительности это пространство многомерно). На правом рисунке изображен случай, когда вероятности реализации новых систем, идеи (проекты, генотипы) которых имеются, не равны друг другу, а имеются «предпочитаемые» версии.

<div style="text-align:center;">[[Файл:Сужение спектра мутаций.png|центр|безрамки|583x583пкс|Широкий и узкий спектры мутаций]]Рис. 3
Широкий и узкий спектры мутаций
[[Файл:Узконаправленные мутации.png|центр|безрамки|564x564пкс|Узконаправленные мутации]]Рис. 4
Узконаправленные мутации
</div>

На рисунке 4. показан вариант узконаправленных мутаций, характерный для культурных процессов (проектирование устройств, организаций, законов, идеальных систем, таких, как наука или религия). Видно значительное снижение числа нужных экспериментов (площадь фигур) по сравнению с широким спектром (Рис. 3)

До какой степени вообще возможно сузить спектр мутаций, количество неудачных экспериментальных моделей, товаров, реорганизаций фирм, недействующих законов, бесполезных социальных революций? ''Это зависит от информационных возможностей моделирующей системы.'' От объема памяти и быстродействия, от программного обеспечения. Чем более точные модели проектируемой системы и той среды, где она будет использоваться, мы сможем создать, тем меньше вероятность неуспешности экономического продукта.

Чтобы заранее, до эксперимента, оценить успешность создаваемой системы, необходимо смоделировать не только эту систему, но ее действие в той среде, обстановке, окружении, в которой она должна действовать. Значит, нужно дополнительно иметь модель окружающей среды. Это возможно, если мы имеем достаточно мощную моделирующую систему (имея в виду объем памяти и производительность) и достаточно полную и точную информацию об этой окружающей среде).

Но есть особый случай, когда система должна моделировать свою собственную эволюцию. Прогрессивная эволюция связана с усложнением систем. Высшие животные сложнее, чем появившиеся ранее. Они имеют более развитую нервную систему, терморегуляцию, у них в десятки и сотни раз больше клеток в головном мозге. Современное общество во много раз сложнее средневекового, а то сложнее первобытного.

Поэтому, ''настроенная на прогрессивную эволюцию система должна в качестве своего проектируемого будущего состояния иметь нечто более сложное'', чем в момент проектирования и моделирования. Это особенно сложно для сверхсложных систем, таких, как наше государство-цивилизация. А, поскольку средством моделирования выступает она сама, то в принципе не может смоделировать будущую систему полностью и абсолютно точно. Тем более, у нее не остается возможностей на моделирование внешней среды, которая может быть еще более сложной. В том числе потому, что включает другие конкурирующие системы (фирмы, государства, цивилизации).

Каков выход? Выращивать мощную внутреннюю подсистему проектирования будущего. Включающую, прежде всего, самых разнообразных специалистов самого высокого уровня, начиная от философов, включая историков, политологов, социологов разных направлений, культурологов, ученых естественно-научного профиля (потому что эволюция современного общества – это в первую очередь эволюция сложнейших технологических систем) и других специальностей; все сложно перечислить. Предугадать самые перспективные направления исследований очень трудно (искусственный интеллект? квантовые вычисления? холодный термоядерный синтез? робототехника?) но ошибка может иметь колоссальную цену.

Эти люди не должны быть некой толпой специалистов, им нужно научиться понимать друг друга и синхронизировать свои знания, часто противоречащие друг другу. Одно это является огромной научной проблемой.

Кроме собрания людей, нужно их обеспечить мощной информационной средой. Доступ к библиотекам, книгам, журналам и др. Системы поиска, в том числе, семантического и с использованием ИИ. Системы моделирования (цифровых двойников) для объектов разного типа, от технических до биологических и социальных.

Системы поддержки принятия решений. Системы научной коммуникации, включая поиск онтологий. Должна работать социология знаний, которую нужно продвинуть вперед всей планеты.

Эти технологии нужно разрабатывать и с возможностью масштабирования для управления развитием средних и малых социально-экономических систем: предприятий, поселений, регионов, государственных и общественных организаций.

----
<references/>

Файл:Сужение спектра мутаций.png

2024-10-18T21:53:48Z

Wiki-admin: Wiki-admin загрузил новую версию Файл:Сужение спектра мутаций.png

Рассуждения об экономике

2024-10-18T21:47:47Z

Wiki-admin:

Файл:Спектры мутаций нов.png

2024-10-18T21:41:11Z

Wiki-admin:

Файл:Узконаправленные мутации.png

2024-10-18T21:33:42Z

Wiki-admin:

Рассуждения об экономике

2024-10-18T21:32:16Z

Wiki-admin:

'''Эта часть собрана из отрывков моих книг, посвященным проблемам экономического развития, особенность которых состоит в том, что экономика рассматривается как часть социохолоса'''

'''1. Из книги «Эволюционное управление социально-экономическими системами» <ref name="ftn1">'''Сухарев М.В. Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2008. 258 с.'''</ref>'''

'''Экономика вообще'''

Экономика любого типа, начиная от «экономики» первобытного племени, экономики древнего Египта и вплоть до экономик США и ЕС, является важной частью тех сложных систем, которые представляют собой человеческие общества. Если отталкиваться от различий между популяциями животных и человеческим обществом, как [[Холизм и системный подход|'''холосом''']], то мы обнаружим, что большая часть этих различий производится именно экономикой. Экономика производит все искусственное, что является частью этого [[Холизм и системный подход|'''холоса''']]: орудия труда, пищу, одежду, жилища, дороги, машины, мосты и так далее.

Производит все, без чего современный человек не может быть «современным», не может быть инженером, программистом, ученым, политиком, финансистом, предпринимателем, строителем или водителем.

В той степени, в которой образование является экономической деятельностью, экономика производит и самого человека, формируя его, как специалиста в одной из многочисленных областей человеческой деятельности.

Но производство любых вещей, включая производство обученного человека, помимо средств производства, основано на некоем предшествующем знании. Чтобы производить каменный топор или станок с компьютерным управлением, надо заранее знать, и что мы хотим произвести, и как это делают. Чтобы произвести из гоминина инженера-схемотехника или врача-окулиста, надо уже заранее обладать суммой знаний и навыков, которые необходимо внедрить в сознание обучаемых людей.

Легко заметить, что «количество знания (идеального)», требующееся для производства вещей, постоянно возрастает с развитием экономики. Но, если количество труда, материалоемкость и энергоемкость производства предметов давно стали объектом внимания экономики, то их информационная емкость все еще остается вне ее поля зрения. В данных экономического развития стран вы, без сомнения, найдете данные о количестве произведенной стали, алюминия и так далее, количестве произведенной электроэнергии, но даже сейчас, в XXI веке, не найдете данных о количестве произведенной информации.

'''Экономика и эволюционная эпистемология '''

Один из известнейших философов XX века Карл Поппер писал в своей книге «[https://ru.wikipedia.org/wiki/Поппер,_Карл Эволюцонная эпистемология]» (эпистемология – наука о возникновении знания) следующее: «''С эволюционной точки зрения теории (как и всякое знание вообще) представляют собой часть наших попыток адаптации, приспособления к окружающей среде. Такие попытки подобны ожиданиям и предвосхищениям. В этом и состоит их функция: биологическая функция всякого знания — попытка предвосхитить, что произойдет в окружающей нас среде. Однако и наши органы чувств, например глаза, тоже такие же средства адаптации. Рассматриваемые с этой точки зрения, они являются теориями: организмы животных изобрели глаза и усовершенствовали их во всех деталях как предвосхищение, или теорию о том, что свет в видимом диапазоне электромагнитных волн будет полезен для извлечения информации из окружающей среды, для высасывания из окружающей среды информации, которую можно интерпретировать как показатель состояния окружающей среды — и долгосрочного, и краткосрочного''». <ref name="ftn6">Поппер К. Эволюционная эпистемология // Эволюционная эпистемология и логика социальных наук. Эдиториал УРСС, М., 2000.</ref> (С. 57 – 74)

Конечно, для большинства, назвать глаз или нос «теорией» есть метафора, и не более того. Под теорией принято понимать некую идею, а не орган. Однако на самом деле, все наши теории не являются какими–то бестелесными сущностями. Научные теории записаны чернилами, напечатаны типографской краской, представлены нервными импульсами и молекулярными состояниями наших нейронов. ''Теории'' экономики в действительности представляют собой сложные или простые машины, сделанные из бумаги, чернил, нервных импульсов в человеческом мозге, электронов в компьютерах. Все живое существо целиком является ''теорией о том, что оно способно существовать и воспроизводить себя в данной окружающей среде''. Каждый из его органов отвечает какой-то части общей ''теории, идеального [[Холизм и системный подход|холоса]], схемы этого существа, записанной в ДНК'' и нужной для извлечения подходящей материи из окружающей среды и переделки этой материи в себя и свое потомство.

Взглянем с этой точки зрения на экономику. И тогда окажется, что ''всякий товар есть теория'' о том, что он способствует существованию и воспроизведению общества, производящего этот товар.

Более того, организация производственных и коммерческих организаций является ''теориями'' об их оптимальном устройстве. Вся организация общества, вместе с его институтами и государственными органами, является комплексом взаимно согласованных теорий (идей), отражающим как рациональные принципы этого общества, так и не основанные на научных знаниях и логике принципы, добытые в процессе исторической эволюции. ''Завод – это идея.'' Почему? Потому что люди приходят и уходят, станки стареют и заменяются новыми, а завод остается тем же. Материя протекает, организованность сохраняется.

Чем сложнее ''организация'' изготавливаемого предмета (сравним, например, каменный топор и микропроцессор), тем большее количество информации должен использовать изготовитель. Эта информация направляет каждое действие в процессе изготовления. Например, чтобы сделать деревянный брусок нужно сделать всего шесть плоских пропилов. Но для создания гравюры требуются прорезать тысячи канавок сложной формы. Эта работа может быть физически легкой (как работа писца-каллиграфа, такого, какие писали старинные книги, где каждая буква – произведение искусства), но требовать большого количества рабочего времени, причем ''общественно-необходимого'', что подтверждается в процессах обмена, в которых некоторые книги реально на вес золота.

Следовательно'', стоимость создается комплексным применением к материи двух элементов – физической работы и сложности'', пропорциональной количеству ''организованности'' (информации), которую необходимо внедрить в продукт труда. Имеется в виду, конечно, общественно-необходимый труд – воспроизводство предметов, необходимых для функционирования социальной системы и с затратами труда, характерными для данного общества. Это ясно видно и на конкретных примерах.

Рабочий, совершающий большую физическую работу (например, грузчик), может получать оплату, равную оплате рабочего, затрачивающего незначительное количество энергии, но создающего сложные изделия (например, ювелирные изделия). Мастер-кузнец, указывающий легким молоточком, куда ударить, оплачивается выше, чем подмастерье, который бьет в указанную точку тяжелым молотом.

Моя гипотеза состоит в том, что потребность любого производства в человеческом труде имеет две компоненты – это потребность в физической силе, в механической работе и ''потребность в организации материи'' с целью ее использования человеческим обществом, с целью ''включения организованной по-новому материи в тело общества''. Чем более сложные преобразования материи в процессе человеческого труда требуется совершить, тем больше организационная компонента в общем количестве труда.

Что происходит с появлением механической энергии, замещающей физическую работу? Естественно, в рыночном обществе падает стоимость соответствующего по количеству физического руда.

Нанимать для подъема кирпичей на небоскреб сотни человек, которым нужно питаться дорогой органической пищей, невозможно, если существуют краны, совершающие ту же работу с помощью дешевого электричества. ''Физический труд вытесняется и перемещается туда, где он связан с одновременным требованием некоторой сложности, недоступной примитивным механизмам''. Например, даже работа грузчика на складе недоступна простым машинам из-за того, что содержит определенный компонент сложности. Нужно взять не какой попало ящик или мешок, а определенный, и переместить его в определенное место зачастую по сложной траектории. Если бы нужно было просто разом переместить все содержимое склада, то с этим справился бы и бульдозер. Хотя умные роботы для складов уже разрабатываются…

В процессе труда человек участвует в воспроизводстве общества в целом. Но органическое строение общества технологического типа постоянно изменяется в сторону роста искусственной части общественно-экономической системы, что выражается и в изменении пропорции материи и энергии, затраченной на воспроизводство артефактов и непосредственно человека. Если холос (целостная система) общества в давние времена почти полностью состояла из людей, даже если принимать во внимание только массу вещества, с небольшой частью искусственных предметов (примитивных орудий, одежды), то ''в настоящее время масса искусственной части социохолоса во много раз превышает массу собственно человеческую''. Пропорционально растут и расходы труда на расширенное воспроизводство этой искусственной части. ''Значительно больше энергии и информации используется сегодня на создание машин, домов, дорог, коммуникаций современной страны, чем непосредственно на поддержание жизни небольшого биологического организма вида homo sapiens''. Сельское же хозяйство в основном ориентировано на удовлетворение биологических потребностей человека (в том числе, и не связанные с питанием – лен, хлопок, кожа и т.д. используются, в основном, для производства одежды и белья); поэтому, ''вместе с сокращением доли людей в социохолосе, сокращается и доля сельского хозяйства в экономике''.

Казалось бы, экономическая эволюция и, тем более, эволюция научных идей следуют иным путем, нежели эволюция животных, путем сознательного конструирования новых товаров, новых форм производственных организаций, новых технологий, способов организации труда, новых теорий и так далее. Но вот в чем дело – все это происходит в условиях очень сложной внешней среды. ''Для того, чтобы безошибочно сконструировать новую организацию фирмы, необходимо предвидеть, как она будет существовать в реальном мире, то есть, предвидеть реакцию внешней среды, которая в значительной степени состоит из других фирм, не менее сложных чем она.'' А руководство фирмы имеет средства предвидения, даже меньшие, чем потенциал всей фирмы в целом, поскольку не может занять планированием весь персонал фирмы, оторвав его от производственного процесса. Р. Коуз назвал это «ограниченной рациональностью», имея в виду, что никто не имеет достаточной информации и достаточных возможностей по ее обработке для того, чтобы принять истинно оптимальное решение на рынке, будь это приобретение телевизора или целой компании.

В сто и тысячу раз хуже обстоит дело со сложными товарами и проектированием организаций. Специалистам известно, что на каждый успешный новый товар создается несколько моделей, которые несут создателям убытки. Где керамический двигатель для автомобиля, где знаменитые в свое время процессоры Zilog и Motorola, которые тоже пытались выйти на рынок 16 и 32-разрядных устройств, где бытовые видеомагнитофоны Betacam, где разрекламированная линия компьютеров Lisa? ''Почему одни конструкции остаются и заполняют рыночное пространство, как осталась система Windows, а другие исчезают, несмотря на вложенные в них огромные средства, как OS/2 фирмы IBM''?

При внимательном изучении истории открытий и изобретений оказывается, что ''так же, как история жизни на Земле изобилует исчезнувшими видами, история науки помнит множество отвергнутых теорий, а история техники – множеством отвергнутых изобретений''. Причем создавали их отнюдь не глупые люди, пользуясь логикой и всем комплексом имеющихся знаний. Например, изобретатели, работавшие в эволюционной линии дирижаблей. Применялись новые сверхлегкие и прочные материалы, негорючий гелий заменил водород, были изобретены экономичные винты большого диаметра – но ничто не помогло этой линии удержаться в соревновании с линией самолетов.

Оказывается, что ''порождение нового в конечном счете принципиально случайно, по той причине, что мир в целом всегда сложнее любого «изобретателя», будь это биологическая мутация, человек или некая организация, даже целое государство''. Изобретатель может продумать конструкцию так, чтобы она была работоспособной, но никакой изобретатель не в состоянии предвидеть судьбу этой конструкции в человеческом обществе, вот почему в эволюционном смысле, как порождение эволюционных линий, творчество человека столь же случайно, как творчество природы в биологической эволюции.

Эволюция – это всегда эволюция идей, конструкций систем, которые возможно создавать из материи. Только живая материя реализует свои конструкции размножением и ростом организмов, а ''общество реализует новые идеи искусственным преобразованием и организацией в нужные системы живой и мертвой материи''. Поскольку никакая сложная конструкция не возникает на пустом месте, всегда имеется некая история этой конструкции, ''история наследования, поиска вариантов и усложнения этой конструкции'', будь это устройство организма, машины или человеческой организации. ''Идей всегда слишком много. На реализацию всех не хватит всей материи во Вселенной, поэтому между идеями всегда идет дарвиновское соревнование за обладание материей''.

Если эволюция в биологии – это изменение организации тела животных, то на уровне общества – это изменение организации общества и его подсистем. Например, новая организация войска, или внедрение конвейера в промышленности. Введение избирательной системы и представительства. Производство двигателей или внедрение земледелия также является изменением организации общества, изменением системы связи людей друг с другом и средствами производства.

Но, в отличие от биологического уровня, модели новых комбинаций создаются сначала в сознании людей. Там же проигрываются предполагаемые сценарии поведения и деятельности новых комбинаций в жизни, во взаимодействии с другими подсистемами общества, окружающей средой и другими обществами. Здесь следует отметить, что в сложных случаях – таких, как проектирование нового крупного предприятия – модель создается в виде распределенной когнитивной модели, в сознании множества людей, специалистов, занимающихся разработкой частей общего проекта, и значительная часть модели хранится во внешних носителях – чертежах, текстах, таблицах, в компьютерных базах и моделях.

Проблема безошибочного проектирования состоит в соотношении сложностей. Для того, чтобы безошибочно выбрать наилучший вариант, необходимо создать точные модели всех возможных сценариев развития (а сколько их? кто знает все возможное?) и «прогнать» их в реальной обстановке, вычислить возможные реакции на такое свое изменение со стороны всех окружающих обществ. Поскольку окружающие общества не проще нашего, ясно, что никаких вычислительных моделирующих ресурсов нашего общества на это не хватит. Их не хватит даже на моделирование вариантов нашего собственного развития, без учета реакции соседей – потому что ''все общество всегда сложнее той своей части, которая пытается его моделировать''.

'''Методы ускорения эволюции'''

Что же делать? Да, безошибочная эволюция невозможна. Но ''возможно добиться того, чтобы вероятность успешного развития была максимальной, большей, чем у конкурирующих обществ''. А для этого необходимо иметь наиболее развитую систему моделирования будущего, ''систему предвидения''. Эта система должна состоять из множества специалистов разных профилей – социологов, политологов, технологов, экономистов, историков, медиков, физиков и химиков – всех не перечислишь – объединенных компьютерной сетью и системой групповой работы.

Дополненная искусственным интеллектом в качестве помощника людям, а также базами данных и знаний, цифровыми двойниками своего объекта управления (предприятия, города, региона, страны).

Это должен быть коллективный субъект, система распределенного мышления.

Каждый ''специалист высокого класса имеет в голове уникальную модель мира'', набор моделей всех объектов, относящихся к его роду деятельности. При обсуждении возможных вариантов развития он может моментально дать обоснованный ответ на сложнейшие вопросы, в то время как кому-то другому потребуются недели и месяцы поисков информации и ее изучения. Для того, чтобы знать, к какому человеку по какой проблеме обращаться, составляются компьютерные «карты знаний».

Конечно, для решения важнейших задач подобные коллективы создавались и создаются, но дело в том, что система взаимодействий в таком коллективе, роли отдельных людей, языки общения разных групп друг с другом, архивы информации, набор полезных математических моделей и пр. создается годами, поэтому для государственного и регионального управления необходимо иметь постоянно действующую систему такого рода.

Эта система представляет собой, по сути, живой организм, который надо «выращивать» и который быстро умирает при прекращении работы; чтобы возобновить работу, приходится его «реанимировать», что не может быть сделано очень быстро. За время промежутка часть людей уедут или не смогут работать по другим причинам, с ними будет потеряна часть общей «нейросети».

Из кибернетики известно, что, чем сложнее управляемая система, тем сложнее должна быть управляющая. [Ляпунов А.А. В чем состоит системный подход к изучению реальных объектов сложной природы? // Системные исследования. Ежегодник. Наука, М., 1972 г., – С. 5 – 17] Простой социальной системой первобытным племенем, например) может управлять один человек, но для управления современным городом или регионом нужна уже группа людей, организованная в управляющую систему.

<nowiki>*********************** </nowiki>

'''2. Из книги «Компаративная экономика и теория модернизации» <ref name="ftn7">'''Сухарев М.В. Компаративная экономика и теория модернизации. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. 104 с.'''</ref>'''

'''Культура и тело общества'''

Большое общество, такое как большое (более 50 млн.) современное государство является очень сложной материальной системой. Холос государства включает его территорию вместе с природными богатствами, народы государства, инфраструктуру: дороги, города и поселения, электростанции и линии передач, поля, шахты, морские и речные порты и многое другое: все не перечислить. Оно включает таже биологические элементы: самих людей, культурных животных и растения, природу (леса, степи, животных и пр.) своей страны.

Это самовоспроизводящаяся система: если природа более или менее воспроизводит себя сама, то все остальное должно воспроизводиться за счет ''организованной деятельности людей''. Но для воспроизведения где-то должны храниться идеи всего воспроизводимого: схемы, принципы устройства, знания, чертежи, рисунки, описания… От устройства глиняного кувшина до реактивного самолета, от выкройки ситцевого платья до плана города, от организации бригады сельских строителей до организации армии государства.

Все вместе это входит в культуру общества, и у каждого общества эта культура своя.

Наиболее сложными системами идей, известными нам, являются на сегодня культуры больших человеческих сообществ (народов). Иногда культуры нескольких народов настолько близки и синергетичны, проникают друг в друга за счет общей религии, литературы, музыки, материальных обменов и прочего, что образуют общую цивилизацию.

Следовательно, ''культуры – это такие идеальные (организационные) системы, отдельные элементы которых «подогнаны» и приспособлены друг к другу в процессе многовековой жизни этих народов''. Например, культура войны связана с моральными установками. Культура ведения сельского хозяйства связана с культурой учета времени. Культура танца связана с культурой музыки, физика связана с математикой и так далее. ''Культура – это органическая система идей: знаний, умений и информации''.

Так же, как в состязании научных идей важнейшую роль играют научные сообщества, в состязании сценариев реконструкции общества важнейшую роль играют коалиции интересов. [<ref name="ftn8">Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. М.: Институт экспериментальной социологии.

СПб.: Алетейя, 2005. 576 с.</ref>,<ref name="ftn9">Коалиции для будущего. Стратегии развития России: Коллектив экономистов «СИГМА». – М.: ООО «Издательство «Промышленник России», 2007. 12 с.</ref>]

Поэтому конкуренция между комплексами идей имеет, чаще всего, вид ''многоуровневого отбора'', когда отбор форм нижних структурных уровней идет при сохранении форм более высоких уровней.

<div style="text-align:center;">[[Файл:Иерархия уровней.png|центр|безрамки|450x450пкс]]Рис. 1. Иерархия уровней опосредованного отбора
</div>

Соревнование человеческих обществ друг с другом имеет характер, сходный с соревнованием биологических генотипов. Только вместо ДНК у них культура, включающая в себя, кроме многого другого, схемы, устройство, организацию – в общем, идеи всех артефактов и организаций, которые оно должно воспроизводить снова и снова чтобы оставаться собой. Большая часть истории человечества (более двух миллионов лет в сравнении с последними двадцатью-сорока тысячами лет) протекала в условиях очень небольшой заселенности Земли людьми. Это был экстенсивный тип развития, когда люди расселялись по территории Евразии, куда они вышли из Африки.

При этом соревнование племен шло именно за скорейшее овладение территориями охоты и собирательства. По всей видимости, вооруженные конфликты между племенами были достаточно редкими. Конкуренция между ними шла по линии экстенсивного расширения: роста численности племени и захвата пространства. Но этот рост прямо зависит от того, насколько эффективно племя умеет преобразовывать материю окружающей природы в свою собственную, что означает оформление этой материи в соответствии со своей структурой. А эта эффективность от структуры как раз и зависит.

От того, как племя организуется для охоты. От того, какое оружие умеет делать. От того, как умеет сохранять в общественной памяти свои открытия. И как разрешает конфликты внутри племени, как сохраняет своих людей. То есть, зависит от культуры племени.

В результате возникает процесс, которым можно назвать опосредованным многоуровневым отбором идей.

Каждый из уровней является одновременно основой и областью деятельности для высшего. Успешность этой деятельности ведет к тому, что практическая деятельность сохраняет эффективные виды и структуры деятельности, а эти виды поддерживают (или нет) соответствующие теоретические (когнитивные) структуры, благодаря чему и

'''Идеи играют роль'''

Идеи играют колоссальную роль в человеческом обществе. В сущности, вся конструкция общества записана в идеях. Если устройство живого организма, то, какие у него лапы, зубы, скелет, желудок, мозг, какие молекулы белков, как сделаны клеточные мембраны и так далее, записано в ДНК, то устройство человеческого общества (как сделан каменный топор, копье, юрта, лодка, как строят крепости, самолеты, электростанции, как устроена армия, фабрика, университет, парламент) – все это записано в виде идей, хранящихся в человеческих головах или книгах.

Сумма (надбиологических) идей общества – это культура общества. Хотя много справедливого в следующем мнении: «…что такое культура? Вопрос так и остается открытым, если учитывать, что предложены сотни ее определений», я буду придерживаться положения о том, что культура – это органическая система всех идей общества. Если будет утеряна культура (сумма знаний), то есть, стерта память людей и уничтожена информация на искусственных носителях (в книгах и компьютерах), то при полной физической сохранности материальной части социальной системы (людей, строений, машин и т.д.) она перестанет работать. Стада (именно стада, а не толпы) антропоидов будут бродить среди зданий, лишенных тепла, электричества и воды, и стремительно вымирать. Общество без суммы своих знаний подобно компьютеру без операционной системы и прикладных программ, который становится бесполезной железкой.

Конечно же, знания, идеи общества, в физическом смысле (но не с точки зрения науки физики – физика формами и организованностью не занимается ) являются организацией каких-то (не известных в достаточной степени) биохимических элементов в нейронах (перемещением органических молекул, ионов, изменением их состояний) и организацией вещества (например, краски на бумаге, электронов в памяти компьютеров или намагниченных участков на жестких дисках).

Суть дела в том, что эти организованности за счет своего движения в материи могут изменять организацию вещества, почерпнутого из окружающего мира. Так, если в клетках мозга запечатлен образ лука или каменного топора, то этот образ может вызвать организованное движение тела человека с тем, чтобы найти подходящие ветки, жилы, камни, обработать их, придавая им заданную форму, и соединить в виде требуемого орудия. Так же можно рассмотреть и движение организованности от какого-нибудь

чертежа и текстового описания в мозг человека, а затем в организованное действие по управлению машинами. Впрочем, сейчас описание нужных деталей и даже целых узлов может храниться в памяти обрабатывающих центров и автоматических линий, перенося идеи из памяти в материю без участия человека.

В понятие культуры входит и материальная культура, то есть, совокупность искусственных предметов (артефактов), созданных людьми, начиная от произведений искусства, статуй, картин и прочего, и кончая обычными инструментами, от копья до лазера. Во всех этих предметах их идея реализована в материальных формах, в организованности материи, которая от идей в мозгу отличается тем, что не может самостоятельно «оторваться» от своего носителя и приобрести движение.

Но человек, изучив артефакт, может извлечь эту идею, придать ей движение и воспроизвести в новой материи. Если это был артефакт, созданный иной культурой, после изучения и освоения в понятиях воспринимающей культуры (на ее языке), идея этого артефакта входит в воспринимающую культуру. Так русские позаимствовали у сибиряков пельмени, а у Запада – пушки.

Попытаемся понять, за счет каких процессов изменяется и развивается культура. Понимание многих эволюционных процессов упрощается, если рассматривать их в начальные периоды их развития, когда они сравнительно просты. В эти периоды можно «подглядеть» ряд общих принципов и закономерностей, которые трудно увидеть в сложном сплетении взаимодействий и элементов развитых форм. Если посмотреть на историю человечества, то мы обнаружим, что за два с лишним миллиона лет, со времен австралопитеков, предки людей только усовершенствовали обработку нескольких примитивных орудий, не создав принципиально новых. Резкое ускорение развития культуры происходит вместе с переходом от охоты и собирательства к животноводству и земледелию, что происходило практически одновременно, хотя по-разному для разных типов общества. Так, в связи с недостаточным плодородием занимаемых территорий, ряд северных и степных народов или задержался на несколько веков с введением земледелия, или до сих пор им не занимается. Первыми животными, которые одомашненными человеком, были собаки. Это произошло еще до возникновения земледелия; археологи датируют наиболее древние скелеты собак, найденных в местах древних стойбищ, тридцатью тысячами лет. Козы, коровы, овцы, лошади были одомашнены в период от 10 до 3 тысяч лет до нашей эры. Следует заметить, что одомашнивание животных переводило на человека большую часть забот об их пропитании, что синергетически связано с земледелием и умением хранить зерно и другие продукты сельского хозяйства.

Лишь примерно в последние десять тысяч лет (точные даты неизвестны) развитие материальной культуры и соответствующее развитие сферы идей получило большое ускорение. Земледелие потребовало создания целого комплекса новых орудий (лопата, мотыга, соха), создания культуры севооборота, культуры селекции растений, культуры хранения и переработки урожая.

Всего за несколько тысяч лет возникли города и государства. В это же время были открыты металлы и созданы металлические орудия. Была создана письменность, причем, видимо, одновременно в нескольких центрах цивилизации.

В значительной степени процесс культурной эволюции протекает подобно биологической эволюции – в сравнительно случайных отклонениях и запоминании удачных идей. Г. Кастлер писал: «Следует подчеркнуть, что возникновение информации из шума - это совсем не то, что обнаружение информации, замаскированной шумом, например при выявлении ранее не известной закономерности. … ''Запоминание случайного выбора служит механизмом создания информации, и по своей природе этот механизм совершенно отличен от механизма обнаружения информации''. … ''Запоминание случайного выбора'' - это обычный способ возникновения информации» (выделено мной).

Древний человек не рисовал чертежи каменного топора перед тем, как сделать его. Этот процесс именно был, главным образом, именно «запоминанием случайного выбора». Первыми орудиями были любые подходящие палки и камни, которые можно найти повсюду, использование которых наблюдают биологи и у современных обезьян. То есть, использование необработанных камней – это еще не человеческая активность. И лишь затем, когда некому палеоантропу случайно попался камень с острым сколом, он запомнил, что таким камнем удобнее раскалывать кости или орехи. Может быть, этот предок человека некоторое время таскал с собой такой удобный камень. Потом потерял, нашел другой, похожий.

И только гораздо позже он стал специально раскалывать камни. Поскольку камни раскалываются очень случайно, в этом процессе были выработаны и усвоены культурой (не отдельного человека, но племени в целом) различные виды орудий, которые различают археологи – рубила, скребки, топоры. Не просто было и подобрать материал для орудий; наверняка, сначала инструменты делались из любых попавшихся камней, и только опыт (запоминание удачного выбора) привел к закреплению знаний о том, что хорошие инструменты получаются из кремня и обсидиана. Но, будучи открытыми, идеи конструкции орудий и выбора материалов для них, сохранялись в коллективной памяти тысячелетиями. Известны случаи, когда орудия из обсидиана находили за сотни и тысячи километров от ближайших месторождений – так далеко доставляли сырье или готовые орудия наши древние предки. Судя по сходству орудий по всей территории соединяющихся континентов – Африки и Евразии – разные племена охотно заимствовали друг у друга типы орудий и способы обработки. Сравнение своих технологий с технологиями соседнего племени, сравнение организации охоты, организации временных поселений и так далее, были своеобразной «компаративной экономикой» каменного века.

Таким образом, культура прирастала в доисторические времена очень медленно, по крупицам. И только в конце неолита, около десяти тысяч лет назад, произошла «неолитическая революция», когда развитие культуры и человечества значительно ускорилось. За несколько тысяч лет, примерно с 13 до 8 тысяч лет до н.э., что очень недолго в сравнении с миллионами лет эволюции произошли несколько важнейших культурных событий.

Самое главное – люди перешли от т.н. «присваивающей» экономики (собирательства и охоты, когда пища добывается, в основном, во внешней по отношению к обществу природе), к земледелию и животноводству. Такое изменение экономической основы жизни общества привело к необходимости изменить старый, кочевой образ жизни, когда люди переходили с места на место в погоне за природными источниками пищи, на оседлый, который диктовался привязанностью к полям и хранилищам урожая.

Первыми были одомашнены из растений пшеница, горох, оливковое дерево, а из животных – овцы и козы. Это произошло около 8,5 тыс. лет назад в Юго-Западной Азии народами, из которых возникла затем цивилизация шумеров. , Переход к сельскому хозяйству и строительству постоянных поселений немедленно потребовал создания многочисленных новых орудий труда, разнообразие которых в несколько раз превышало необходимое для охоты.

Очень быстро вслед за земледелием возникли первые города. С системной точки зрения, город является системой более высокого уровня, чем отдельное жилище, это не беспорядочное скопление домов, а организованная структура, имеющая улицы, площади, центр и окраину, зачастую огороженное стеной.

Происходила специализация труда, возникли профессии – воины, каменщики, кожевенники, оружейники, пивовары и так далее. Каждая профессия требовала системы специальных знаний. На место племени приходил город-государство, в котором было на порядок больше людей и более сложная социальная иерархия, чем в племени. Культура быстро усложнялась, причем многократно. Вслед за возникновением городов, через одну или две тысячи лет, возникла письменность. Письменность была необходима для усложнившегося общества, где требовался учет имущества, учет обменов между людьми, в котором царь должен посылать приказы удаленным за сотни километров подчиненным.

Но, возникнув, будто бы средство для записи устного языка, письменность стала важнейшим системным элементом культуры, придавшим новый импульс ее развитию. Невозможно представить себе накопление современного культурного багажа человечества без письменности. Без нее невозможны были бы ни литература, ни наука. Все знания об истории строились бы на устных преданиях.

В конечном счете, накопление знаний и информации в обществе с использованием письменности, ведет к такому росту культуры, которое становится основой сначала городских аграрных, а затем промышленных, цивилизаций.

'''Отбор артефактов'''

Я уже писал, что невозможно проектировать (а, значит, и эволюционировать) безошибочно. Почему? Потому что мир сложен, а наши способности к моделированию ограничены. Наверно, можно спроектировать близкий к идеальному чайник или смартфон. Не такие уж это сложные системы для современных суперкомпьютеров. Но дело в том, что эксплуатироваться они будут в условиях намного более сложной и непредсказуемой социальной среды.

Вот пример. Это битва стандартов на видеодиски HD-DVD, основным разработчиком которых выступала Toshiba, и Blu-Ray фирмы Sony. Обе разработки были работоспособны, так что дело не в ошибках изобретателей. На сегодня победил формат Blu-Ray, в основном благодаря тому, что на него сориентировался Голливуд – основной производитель фильмов в мире.

Toshiba потратила более 150 млн. долларов на разработку носителей и считывающих устройств HD-DVD. Конечно, они предполагали вернуть инвестиции за счет реализации дисков, устройств чтения и лицензий на их производство. Но «человек предполагает, а бог располагает».

Лет тридцать ранее совершенно аналогичная битва разразилась между стандартами на видеокассеты VHS и Betamax. Победил VHS компании JVC, хотя Betamax и был более совершенным технически.

Если смотреть на введение новых видеостандартов, как на значительные мутации, мы можем видеть следующее: ''абсолютно рациональные устремления больших команд ученых и инженеров, поддержанных огромными финансовыми ресурсами, и направленные на достижение определенных целей, завершаются их разгромом и поражением''. Тут можно напомнить и знаменитый QWERTY-эффект, состоящий в том, что существует более удобное расположение клавиш на латинской клавиатуре, чем известный стандарт QWERTY. В 1936 г. американский изобретатель Август Дворак изобрел другое расположение букв, основанное на частоте их встречаемости в текстах. Было экспериментально доказано, что машинистки работают на 20-40% быстрее, чем на стандартных клавиатурах, но мир так и не отважился перейти на эти клавиатуры. Так мы видим закрепление в технической традиции неоптимального устройства, схемы, идеи.

Если биологические мутации случайны (думаю, не абсолютно – некоторые мутации, например, окраски, встречаются гораздо чаще, чем, например, изменение количества конечностей, то есть, уже природа чаще экспериментирует в одних направлениях, чем в более важных для жизни; видимо, некоторые важные последовательности ДНК или дублированы, или имеют более прочные молекулярные структуры), то изменения культуры очень сильно направлены. Например, тысячи инженеров пытаются увеличить КПД двигателей и снизить их шум, но никто не работает над снижением КПД или повышением шума. В то время, как в живой природе мутации, снижающие приспособленность, намного чаще, чем повышающие. Эту тенденцию можно изобразить следующим образом (Рис. 2.2), где стрелки изображают направления мутаций (изменчивости) от оригинала (центр). Длина стрелок пропорциональна вероятности мутаций в обозначенном направлении. Если вероятность мутации в любом направлении от исходной конструкции равновероятна, можно говорить о ненаправленной изменчивости. Если вероятность различна, можно говорить о «спектре мутаций».

Сужение спектра мутаций в культурной изменчивости в сравнении с изменчивостью биологической имеет чрезвычайно большое значение. Дело в самих принципах эволюции сложных систем.

<div style="text-align:center;">[[Файл:Спектры мутаций.png|центр|безрамки|498x498пкс|Спектры ненаправленных и направленных мутаций]]Рис. 2. Спектры ненаправленных и направленных мутаций
</div>

Здесь одно из двух. Или мы можем '''''безошибочно''''' сконструировать новую, лучшую в некотором измеримом отношении, систему. Тогда ее можно, скажем так, «пустить в серию» без предварительных проверок и доводки (напоминаю, что эта новая система, в общем случае, может быть новым живым существом, новым изделием или даже новым типом государства). Или можем ее сконструировать, но при этом есть существенная вероятность, что эта система не будет работать так, как предполагалось. Первый случай – это конструирование достаточно простых и хорошо изученных устройств, которые можно рассчитать на компьютере с очень малыми ошибками. Во втором случае невозможность безошибочно рассчитать не означает невозможность изготовить. Тут идут известным, веками проверенным путем – делают опытный образец и испытывают. Дорабатывают неудачные элементы, и снова испытывают. Если процесс нужно ускорить, делают параллельно несколько вариантов.

С точки зрения теории информации, в этих экспериментах мы снижаем неопределенность, которую имеем из-за невозможности точно рассчитать будущую систему. То есть, построить ее идеальную модель. Вместо этого мы строим реальные модели, задавая вопросы Природе. Как если бы мы могли спросить ее по телефону по поводу разных вариантов проектируемой системы, разработанных в виде компьютерных моделей:

* Природа, годится модель «А»?

* Нет
* Модель «Б»?
* Нет
* Модель «С»?
* Да
* Хорошо, значит, делаем модель «С»

В силу эквивалентности (с точки зрения движения [[Идея и идеальное|идеального]]) организованностей материи как в виде структур в памяти компьютера, так и в виде материальной структуры реальных моделей, эксперименты с опытными образцами и с математическими моделями принципиально не отличаются друг от друга, если не считать того важного обстоятельства, что реальные модели взаимодействуют с природой автоматически, а вот обеспечить неискаженное взаимодействие с природой мысленной или компьютерной модели достаточно проблематично. Мысленная модель обычно проверяется на соответствие природе через человеческое и социальное (экономическое) действие. Результат действия является ответом, часто – дорогостоящим (разорение предприятия, гибель государства).

Чем сложнее эволюционирующая система, тем менее достижимо безошибочное конструирование, тем больше возможных вариантов новой конструкции. Я не могу сейчас дать строгое математическое обоснование, но ясно, что количество возможных вариантов связано с количеством элементов системы очень быстро возрастающей функцией, типа факториала или числа перестановок из N по M, где N – общее количество элементов эволюционирующей системы, а N – количество элементов, подвергающихся модернизации (замене или соединению в другом порядке).

Поскольку эти функции очень быстро растут с увеличением количества элементов в системе, так же быстро растет количество необходимых экспериментов для снятия неопределенностей эволюции. В биологической эволюции «эксперимент» - это каждая особь с мутацией генотипа. С точки зрения накопления информации в генотипе эволюционирующей популяции, количество экспериментов и поток поступающей информации пропорционален количеству особей и плодовитости этой популяции.

Здесь имеется определенный парадокс. А именно, чем менее развит биологический вид, тем больше, как правило, его плодовитость. В то же время высокоразвитые животные имеют немногочисленное потомство и, одновременно, большую продолжительность жизни (сравнить, к примеру, лягушек и львов). То есть, количество экспериментов в единицу времени сокращается на несколько порядков. Неизбежно снижение скорости эволюции.

Как же обеспечить дальнейшее развитие? Жизнь нашла свой ответ – ''сужение спектра мутаций'' за счет полового подбора, на роль которого указал Дарвин. С точки зрения развития видов его действие состоит в том, что наиболее сильные и здоровые особи получают преимущество на стадии репродукции.

Этот этап эволюции является переходным к тому, что изображено на рис. 2 справа (эллипс вместо круга). Можно изобразить спектры мутаций в виде двухмерных функций (Рис. 3), где P – вероятность мутации в направлении W, а W – угол вектора в пространстве мутаций (следует иметь в виду, что в действительности это пространство многомерно). На правом рисунке изображен случай, когда вероятности реализации новых систем, идеи (проекты, генотипы) которых имеются, не равны друг другу, а имеются «предпочитаемые» версии.

<div style="text-align:center;">Рис. 3
Широкий и узкий спектры мутаций
</div>

<div style="text-align:center;">Рис. 4
Узконаправленные мутации
</div>

На рисунке 4. показан вариант узконаправленных мутаций, характерный для культурных процессов (проектирование устройств, организаций, законов, идеальных систем, таких, как наука или религия). Видно значительное снижение числа нужных экспериментов (площадь фигур) по сравнению с широким спектром (Рис. 3)

До какой степени вообще возможно сузить спектр мутаций, количество неудачных экспериментальных моделей, товаров, реорганизаций фирм, недействующих законов, бесполезных социальных революций? ''Это зависит от информационных возможностей моделирующей системы.'' От объема памяти и быстродействия, от программного обеспечения. Чем более точные модели проектируемой системы и той среды, где она будет использоваться, мы сможем создать, тем меньше вероятность неуспешности экономического продукта.

Чтобы заранее, до эксперимента, оценить успешность создаваемой системы, необходимо смоделировать не только эту систему, но ее действие в той среде, обстановке, окружении, в которой она должна действовать. Значит, нужно дополнительно иметь модель окружающей среды. Это возможно, если мы имеем достаточно мощную моделирующую систему (имея в виду объем памяти и производительность) и достаточно полную и точную информацию об этой окружающей среде).

Но есть особый случай, когда система должна моделировать свою собственную эволюцию. Прогрессивная эволюция связана с усложнением систем. Высшие животные сложнее, чем появившиеся ранее. Они имеют более развитую нервную систему, терморегуляцию, у них в десятки и сотни раз больше клеток в головном мозге. Современное общество во много раз сложнее средневекового, а то сложнее первобытного.

Поэтому, ''настроенная на прогрессивную эволюцию система должна в качестве своего проектируемого будущего состояния иметь нечто более сложное'', чем в момент проектирования и моделирования. Это особенно сложно для сверхсложных систем, таких, как наше государство-цивилизация. А, поскольку средством моделирования выступает она сама, то в принципе не может смоделировать будущую систему полностью и абсолютно точно. Тем более, у нее не остается возможностей на моделирование внешней среды, которая может быть еще более сложной. В том числе потому, что включает другие конкурирующие системы (фирмы, государства, цивилизации).

Каков выход? Выращивать мощную внутреннюю подсистему проектирования будущего. Включающую, прежде всего, самых разнообразных специалистов самого высокого уровня, начиная от философов, включая историков, политологов, социологов разных направлений, культурологов, ученых естественно-научного профиля (потому что эволюция современного общества – это в первую очередь эволюция сложнейших технологических систем) и других специальностей; все сложно перечислить. Предугадать самые перспективные направления исследований очень трудно (искусственный интеллект? квантовые вычисления? холодный термоядерный синтез? робототехника?) но ошибка может иметь колоссальную цену.

Эти люди не должны быть некой толпой специалистов, им нужно научиться понимать друг друга и синхронизировать свои знания, часто противоречащие друг другу. Одно это является огромной научной проблемой.

Кроме собрания людей, нужно их обеспечить мощной информационной средой. Доступ к библиотекам, книгам, журналам и др. Системы поиска, в том числе, семантического и с использованием ИИ. Системы моделирования (цифровых двойников) для объектов разного типа, от технических до биологических и социальных.

Системы поддержки принятия решений. Системы научной коммуникации, включая поиск онтологий. Должна работать социология знаний, которую нужно продвинуть вперед всей планеты.

Эти технологии нужно разрабатывать и с возможностью масштабирования для управления развитием средних и малых социально-экономических систем: предприятий, поселений, регионов, государственных и общественных организаций.

----
<references/>

Рассуждения об экономике

2024-10-18T21:15:07Z

Wiki-admin:

'''Эта часть собрана из отрывков моих книг, посвященным проблемам экономического развития, особенность которых состоит в том, что экономика рассматривается как часть социохолоса'''

'''1. Из книги «Эволюционное управление социально-экономическими системами» <ref name="ftn1">'''Сухарев М.В. Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2008. 258 с.'''</ref>'''

'''Экономика вообще'''

Экономика любого типа, начиная от «экономики» первобытного племени, экономики древнего Египта и вплоть до экономик США и ЕС, является важной частью тех сложных систем, которые представляют собой человеческие общества. Если отталкиваться от различий между популяциями животных и человеческим обществом, как [[Холизм и системный подход|'''холосом''']], то мы обнаружим, что большая часть этих различий производится именно экономикой. Экономика производит все искусственное, что является частью этого [[Холизм и системный подход|'''холоса''']]: орудия труда, пищу, одежду, жилища, дороги, машины, мосты и так далее.

Производит все, без чего современный человек не может быть «современным», не может быть инженером, программистом, ученым, политиком, финансистом, предпринимателем, строителем или водителем.

В той степени, в которой образование является экономической деятельностью, экономика производит и самого человека, формируя его, как специалиста в одной из многочисленных областей человеческой деятельности.

Но производство любых вещей, включая производство обученного человека, помимо средств производства, основано на некоем предшествующем знании. Чтобы производить каменный топор или станок с компьютерным управлением, надо заранее знать, и что мы хотим произвести, и как это делают. Чтобы произвести из гоминина инженера-схемотехника или врача-окулиста, надо уже заранее обладать суммой знаний и навыков, которые необходимо внедрить в сознание обучаемых людей.

Легко заметить, что «количество знания (идеального)», требующееся для производства вещей, постоянно возрастает с развитием экономики. Но, если количество труда, материалоемкость и энергоемкость производства предметов давно стали объектом внимания экономики, то их информационная емкость все еще остается вне ее поля зрения. В данных экономического развития стран вы, без сомнения, найдете данные о количестве произведенной стали, алюминия и так далее, количестве произведенной электроэнергии, но даже сейчас, в XXI веке, не найдете данных о количестве произведенной информации.

'''Экономика и эволюционная эпистемология '''

Один из известнейших философов XX века Карл Поппер писал в своей книге «[https://ru.wikipedia.org/wiki/Поппер,_Карл Эволюцонная эпистемология]» (эпистемология – наука о возникновении знания) следующее: «''С эволюционной точки зрения теории (как и всякое знание вообще) представляют собой часть наших попыток адаптации, приспособления к окружающей среде. Такие попытки подобны ожиданиям и предвосхищениям. В этом и состоит их функция: биологическая функция всякого знания — попытка предвосхитить, что произойдет в окружающей нас среде. Однако и наши органы чувств, например глаза, тоже такие же средства адаптации. Рассматриваемые с этой точки зрения, они являются теориями: организмы животных изобрели глаза и усовершенствовали их во всех деталях как предвосхищение, или теорию о том, что свет в видимом диапазоне электромагнитных волн будет полезен для извлечения информации из окружающей среды, для высасывания из окружающей среды информации, которую можно интерпретировать как показатель состояния окружающей среды — и долгосрочного, и краткосрочного''». <ref name="ftn6">Поппер К. Эволюционная эпистемология // Эволюционная эпистемология и логика социальных наук. Эдиториал УРСС, М., 2000.</ref> (С. 57 – 74)

Конечно, для большинства, назвать глаз или нос «теорией» есть метафора, и не более того. Под теорией принято понимать некую идею, а не орган. Однако на самом деле, все наши теории не являются какими–то бестелесными сущностями. Научные теории записаны чернилами, напечатаны типографской краской, представлены нервными импульсами и молекулярными состояниями наших нейронов. ''Теории'' экономики в действительности представляют собой сложные или простые машины, сделанные из бумаги, чернил, нервных импульсов в человеческом мозге, электронов в компьютерах. Все живое существо целиком является ''теорией о том, что оно способно существовать и воспроизводить себя в данной окружающей среде''. Каждый из его органов отвечает какой-то части общей ''теории, идеального [[Холизм и системный подход|холоса]], схемы этого существа, записанной в ДНК'' и нужной для извлечения подходящей материи из окружающей среды и переделки этой материи в себя и свое потомство.

Взглянем с этой точки зрения на экономику. И тогда окажется, что ''всякий товар есть теория'' о том, что он способствует существованию и воспроизведению общества, производящего этот товар.

Более того, организация производственных и коммерческих организаций является ''теориями'' об их оптимальном устройстве. Вся организация общества, вместе с его институтами и государственными органами, является комплексом взаимно согласованных теорий (идей), отражающим как рациональные принципы этого общества, так и не основанные на научных знаниях и логике принципы, добытые в процессе исторической эволюции. ''Завод – это идея.'' Почему? Потому что люди приходят и уходят, станки стареют и заменяются новыми, а завод остается тем же. Материя протекает, организованность сохраняется.

Чем сложнее ''организация'' изготавливаемого предмета (сравним, например, каменный топор и микропроцессор), тем большее количество информации должен использовать изготовитель. Эта информация направляет каждое действие в процессе изготовления. Например, чтобы сделать деревянный брусок нужно сделать всего шесть плоских пропилов. Но для создания гравюры требуются прорезать тысячи канавок сложной формы. Эта работа может быть физически легкой (как работа писца-каллиграфа, такого, какие писали старинные книги, где каждая буква – произведение искусства), но требовать большого количества рабочего времени, причем ''общественно-необходимого'', что подтверждается в процессах обмена, в которых некоторые книги реально на вес золота.

Следовательно'', стоимость создается комплексным применением к материи двух элементов – физической работы и сложности'', пропорциональной количеству ''организованности'' (информации), которую необходимо внедрить в продукт труда. Имеется в виду, конечно, общественно-необходимый труд – воспроизводство предметов, необходимых для функционирования социальной системы и с затратами труда, характерными для данного общества. Это ясно видно и на конкретных примерах.

Рабочий, совершающий большую физическую работу (например, грузчик), может получать оплату, равную оплате рабочего, затрачивающего незначительное количество энергии, но создающего сложные изделия (например, ювелирные изделия). Мастер-кузнец, указывающий легким молоточком, куда ударить, оплачивается выше, чем подмастерье, который бьет в указанную точку тяжелым молотом.

Моя гипотеза состоит в том, что потребность любого производства в человеческом труде имеет две компоненты – это потребность в физической силе, в механической работе и ''потребность в организации материи'' с целью ее использования человеческим обществом, с целью ''включения организованной по-новому материи в тело общества''. Чем более сложные преобразования материи в процессе человеческого труда требуется совершить, тем больше организационная компонента в общем количестве труда.

Что происходит с появлением механической энергии, замещающей физическую работу? Естественно, в рыночном обществе падает стоимость соответствующего по количеству физического руда.

Нанимать для подъема кирпичей на небоскреб сотни человек, которым нужно питаться дорогой органической пищей, невозможно, если существуют краны, совершающие ту же работу с помощью дешевого электричества. ''Физический труд вытесняется и перемещается туда, где он связан с одновременным требованием некоторой сложности, недоступной примитивным механизмам''. Например, даже работа грузчика на складе недоступна простым машинам из-за того, что содержит определенный компонент сложности. Нужно взять не какой попало ящик или мешок, а определенный, и переместить его в определенное место зачастую по сложной траектории. Если бы нужно было просто разом переместить все содержимое склада, то с этим справился бы и бульдозер. Хотя умные роботы для складов уже разрабатываются…

В процессе труда человек участвует в воспроизводстве общества в целом. Но органическое строение общества технологического типа постоянно изменяется в сторону роста искусственной части общественно-экономической системы, что выражается и в изменении пропорции материи и энергии, затраченной на воспроизводство артефактов и непосредственно человека. Если холос (целостная система) общества в давние времена почти полностью состояла из людей, даже если принимать во внимание только массу вещества, с небольшой частью искусственных предметов (примитивных орудий, одежды), то ''в настоящее время масса искусственной части социохолоса во много раз превышает массу собственно человеческую''. Пропорционально растут и расходы труда на расширенное воспроизводство этой искусственной части. ''Значительно больше энергии и информации используется сегодня на создание машин, домов, дорог, коммуникаций современной страны, чем непосредственно на поддержание жизни небольшого биологического организма вида homo sapiens''. Сельское же хозяйство в основном ориентировано на удовлетворение биологических потребностей человека (в том числе, и не связанные с питанием – лен, хлопок, кожа и т.д. используются, в основном, для производства одежды и белья); поэтому, ''вместе с сокращением доли людей в социохолосе, сокращается и доля сельского хозяйства в экономике''.

Казалось бы, экономическая эволюция и, тем более, эволюция научных идей следуют иным путем, нежели эволюция животных, путем сознательного конструирования новых товаров, новых форм производственных организаций, новых технологий, способов организации труда, новых теорий и так далее. Но вот в чем дело – все это происходит в условиях очень сложной внешней среды. ''Для того, чтобы безошибочно сконструировать новую организацию фирмы, необходимо предвидеть, как она будет существовать в реальном мире, то есть, предвидеть реакцию внешней среды, которая в значительной степени состоит из других фирм, не менее сложных чем она.'' А руководство фирмы имеет средства предвидения, даже меньшие, чем потенциал всей фирмы в целом, поскольку не может занять планированием весь персонал фирмы, оторвав его от производственного процесса. Р. Коуз назвал это «ограниченной рациональностью», имея в виду, что никто не имеет достаточной информации и достаточных возможностей по ее обработке для того, чтобы принять истинно оптимальное решение на рынке, будь это приобретение телевизора или целой компании.

В сто и тысячу раз хуже обстоит дело со сложными товарами и проектированием организаций. Специалистам известно, что на каждый успешный новый товар создается несколько моделей, которые несут создателям убытки. Где керамический двигатель для автомобиля, где знаменитые в свое время процессоры Zilog и Motorola, которые тоже пытались выйти на рынок 16 и 32-разрядных устройств, где бытовые видеомагнитофоны Betacam, где разрекламированная линия компьютеров Lisa? ''Почему одни конструкции остаются и заполняют рыночное пространство, как осталась система Windows, а другие исчезают, несмотря на вложенные в них огромные средства, как OS/2 фирмы IBM''?

При внимательном изучении истории открытий и изобретений оказывается, что ''так же, как история жизни на Земле изобилует исчезнувшими видами, история науки помнит множество отвергнутых теорий, а история техники – множеством отвергнутых изобретений''. Причем создавали их отнюдь не глупые люди, пользуясь логикой и всем комплексом имеющихся знаний. Например, изобретатели, работавшие в эволюционной линии дирижаблей. Применялись новые сверхлегкие и прочные материалы, негорючий гелий заменил водород, были изобретены экономичные винты большого диаметра – но ничто не помогло этой линии удержаться в соревновании с линией самолетов.

Оказывается, что ''порождение нового в конечном счете принципиально случайно, по той причине, что мир в целом всегда сложнее любого «изобретателя», будь это биологическая мутация, человек или некая организация, даже целое государство''. Изобретатель может продумать конструкцию так, чтобы она была работоспособной, но никакой изобретатель не в состоянии предвидеть судьбу этой конструкции в человеческом обществе, вот почему в эволюционном смысле, как порождение эволюционных линий, творчество человека столь же случайно, как творчество природы в биологической эволюции.

Эволюция – это всегда эволюция идей, конструкций систем, которые возможно создавать из материи. Только живая материя реализует свои конструкции размножением и ростом организмов, а ''общество реализует новые идеи искусственным преобразованием и организацией в нужные системы живой и мертвой материи''. Поскольку никакая сложная конструкция не возникает на пустом месте, всегда имеется некая история этой конструкции, ''история наследования, поиска вариантов и усложнения этой конструкции'', будь это устройство организма, машины или человеческой организации. ''Идей всегда слишком много. На реализацию всех не хватит всей материи во Вселенной, поэтому между идеями всегда идет дарвиновское соревнование за обладание материей''.

Если эволюция в биологии – это изменение организации тела животных, то на уровне общества – это изменение организации общества и его подсистем. Например, новая организация войска, или внедрение конвейера в промышленности. Введение избирательной системы и представительства. Производство двигателей или внедрение земледелия также является изменением организации общества, изменением системы связи людей друг с другом и средствами производства.

Но, в отличие от биологического уровня, модели новых комбинаций создаются сначала в сознании людей. Там же проигрываются предполагаемые сценарии поведения и деятельности новых комбинаций в жизни, во взаимодействии с другими подсистемами общества, окружающей средой и другими обществами. Здесь следует отметить, что в сложных случаях – таких, как проектирование нового крупного предприятия – модель создается в виде распределенной когнитивной модели, в сознании множества людей, специалистов, занимающихся разработкой частей общего проекта, и значительная часть модели хранится во внешних носителях – чертежах, текстах, таблицах, в компьютерных базах и моделях.

Проблема безошибочного проектирования состоит в соотношении сложностей. Для того, чтобы безошибочно выбрать наилучший вариант, необходимо создать точные модели всех возможных сценариев развития (а сколько их? кто знает все возможное?) и «прогнать» их в реальной обстановке, вычислить возможные реакции на такое свое изменение со стороны всех окружающих обществ. Поскольку окружающие общества не проще нашего, ясно, что никаких вычислительных моделирующих ресурсов нашего общества на это не хватит. Их не хватит даже на моделирование вариантов нашего собственного развития, без учета реакции соседей – потому что ''все общество всегда сложнее той своей части, которая пытается его моделировать''.

'''Методы ускорения эволюции'''

Что же делать? Да, безошибочная эволюция невозможна. Но ''возможно добиться того, чтобы вероятность успешного развития была максимальной, большей, чем у конкурирующих обществ''. А для этого необходимо иметь наиболее развитую систему моделирования будущего, ''систему предвидения''. Эта система должна состоять из множества специалистов разных профилей – социологов, политологов, технологов, экономистов, историков, медиков, физиков и химиков – всех не перечислишь – объединенных компьютерной сетью и системой групповой работы.

Дополненная искусственным интеллектом в качестве помощника людям, а также базами данных и знаний, цифровыми двойниками своего объекта управления (предприятия, города, региона, страны).

Это должен быть коллективный субъект, система распределенного мышления.

Каждый ''специалист высокого класса имеет в голове уникальную модель мира'', набор моделей всех объектов, относящихся к его роду деятельности. При обсуждении возможных вариантов развития он может моментально дать обоснованный ответ на сложнейшие вопросы, в то время как кому-то другому потребуются недели и месяцы поисков информации и ее изучения. Для того, чтобы знать, к какому человеку по какой проблеме обращаться, составляются компьютерные «карты знаний».

Конечно, для решения важнейших задач подобные коллективы создавались и создаются, но дело в том, что система взаимодействий в таком коллективе, роли отдельных людей, языки общения разных групп друг с другом, архивы информации, набор полезных математических моделей и пр. создается годами, поэтому для государственного и регионального управления необходимо иметь постоянно действующую систему такого рода.

Эта система представляет собой, по сути, живой организм, который надо «выращивать» и который быстро умирает при прекращении работы; чтобы возобновить работу, приходится его «реанимировать», что не может быть сделано очень быстро. За время промежутка часть людей уедут или не смогут работать по другим причинам, с ними будет потеряна часть общей «нейросети».

Из кибернетики известно, что, чем сложнее управляемая система, тем сложнее должна быть управляющая. [Ляпунов А.А. В чем состоит системный подход к изучению реальных объектов сложной природы? // Системные исследования. Ежегодник. Наука, М., 1972 г., – С. 5 – 17] Простой социальной системой первобытным племенем, например) может управлять один человек, но для управления современным городом или регионом нужна уже группа людей, организованная в управляющую систему.

<nowiki>*********************** </nowiki>

'''2. Из книги «Компаративная экономика и теория модернизации» <ref name="ftn7">'''Сухарев М.В. Компаративная экономика и теория модернизации. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. 104 с.'''</ref>'''

'''Культура и тело общества'''

Большое общество, такое как большое (более 50 млн.) современное государство является очень сложной материальной системой. Холос государства включает его территорию вместе с природными богатствами, народы государства, инфраструктуру: дороги, города и поселения, электростанции и линии передач, поля, шахты, морские и речные порты и многое другое: все не перечислить. Оно включает таже биологические элементы: самих людей, культурных животных и растения, природу (леса, степи, животных и пр.) своей страны.

Это самовоспроизводящаяся система: если природа более или менее воспроизводит себя сама, то все остальное должно воспроизводиться за счет ''организованной деятельности людей''. Но для воспроизведения где-то должны храниться идеи всего воспроизводимого: схемы, принципы устройства, знания, чертежи, рисунки, описания… От устройства глиняного кувшина до реактивного самолета, от выкройки ситцевого платья до плана города, от организации бригады сельских строителей до организации армии государства.

Все вместе это входит в культуру общества, и у каждого общества эта культура своя.

Наиболее сложными системами идей, известными нам, являются на сегодня культуры больших человеческих сообществ (народов). Иногда культуры нескольких народов настолько близки и синергетичны, проникают друг в друга за счет общей религии, литературы, музыки, материальных обменов и прочего, что образуют общую цивилизацию.

Следовательно, ''культуры – это такие идеальные (организационные) системы, отдельные элементы которых «подогнаны» и приспособлены друг к другу в процессе многовековой жизни этих народов''. Например, культура войны связана с моральными установками. Культура ведения сельского хозяйства связана с культурой учета времени. Культура танца связана с культурой музыки, физика связана с математикой и так далее. ''Культура – это органическая система идей: знаний, умений и информации''.

Так же, как в состязании научных идей важнейшую роль играют научные сообщества, в состязании сценариев реконструкции общества важнейшую роль играют коалиции интересов. [<ref name="ftn8">Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. М.: Институт экспериментальной социологии.

СПб.: Алетейя, 2005. 576 с.</ref>,<ref name="ftn9">Коалиции для будущего. Стратегии развития России: Коллектив экономистов «СИГМА». – М.: ООО «Издательство «Промышленник России», 2007. 12 с.</ref>]

Поэтому конкуренция между комплексами идей имеет, чаще всего, вид ''многоуровневого отбора'', когда отбор форм нижних структурных уровней идет при сохранении форм более высоких уровней.

<div style="text-align:center;">[[Файл:Иерархия уровней.png|центр|безрамки|450x450пкс]]Рис. 1. Иерархия уровней опосредованного отбора
</div>

Соревнование человеческих обществ друг с другом имеет характер, сходный с соревнованием биологических генотипов. Только вместо ДНК у них культура, включающая в себя, кроме многого другого, схемы, устройство, организацию – в общем, идеи всех артефактов и организаций, которые оно должно воспроизводить снова и снова чтобы оставаться собой. Большая часть истории человечества (более двух миллионов лет в сравнении с последними двадцатью-сорока тысячами лет) протекала в условиях очень небольшой заселенности Земли людьми. Это был экстенсивный тип развития, когда люди расселялись по территории Евразии, куда они вышли из Африки.

При этом соревнование племен шло именно за скорейшее овладение территориями охоты и собирательства. По всей видимости, вооруженные конфликты между племенами были достаточно редкими. Конкуренция между ними шла по линии экстенсивного расширения: роста численности племени и захвата пространства. Но этот рост прямо зависит от того, насколько эффективно племя умеет преобразовывать материю окружающей природы в свою собственную, что означает оформление этой материи в соответствии со своей структурой. А эта эффективность от структуры как раз и зависит.

От того, как племя организуется для охоты. От того, какое оружие умеет делать. От того, как умеет сохранять в общественной памяти свои открытия. И как разрешает конфликты внутри племени, как сохраняет своих людей. То есть, зависит от культуры племени.

В результате возникает процесс, которым можно назвать опосредованным многоуровневым отбором идей.

Каждый из уровней является одновременно основой и областью деятельности для высшего. Успешность этой деятельности ведет к тому, что практическая деятельность сохраняет эффективные виды и структуры деятельности, а эти виды поддерживают (или нет) соответствующие теоретические (когнитивные) структуры, благодаря чему и

'''Идеи играют роль'''

Идеи играют колоссальную роль в человеческом обществе. В сущности, вся конструкция общества записана в идеях. Если устройство живого организма, то, какие у него лапы, зубы, скелет, желудок, мозг, какие молекулы белков, как сделаны клеточные мембраны и так далее, записано в ДНК, то устройство человеческого общества (как сделан каменный топор, копье, юрта, лодка, как строят крепости, самолеты, электростанции, как устроена армия, фабрика, университет, парламент) – все это записано в виде идей, хранящихся в человеческих головах или книгах.

Сумма (надбиологических) идей общества – это культура общества. Хотя много справедливого в следующем мнении: «…что такое культура? Вопрос так и остается открытым, если учитывать, что предложены сотни ее определений», я буду придерживаться положения о том, что культура – это органическая система всех идей общества. Если будет утеряна культура (сумма знаний), то есть, стерта память людей и уничтожена информация на искусственных носителях (в книгах и компьютерах), то при полной физической сохранности материальной части социальной системы (людей, строений, машин и т.д.) она перестанет работать. Стада (именно стада, а не толпы) антропоидов будут бродить среди зданий, лишенных тепла, электричества и воды, и стремительно вымирать. Общество без суммы своих знаний подобно компьютеру без операционной системы и прикладных программ, который становится бесполезной железкой.

Конечно же, знания, идеи общества, в физическом смысле (но не с точки зрения науки физики – физика формами и организованностью не занимается ) являются организацией каких-то (не известных в достаточной степени) биохимических элементов в нейронах (перемещением органических молекул, ионов, изменением их состояний) и организацией вещества (например, краски на бумаге, электронов в памяти компьютеров или намагниченных участков на жестких дисках).

Суть дела в том, что эти организованности за счет своего движения в материи могут изменять организацию вещества, почерпнутого из окружающего мира. Так, если в клетках мозга запечатлен образ лука или каменного топора, то этот образ может вызвать организованное движение тела человека с тем, чтобы найти подходящие ветки, жилы, камни, обработать их, придавая им заданную форму, и соединить в виде требуемого орудия. Так же можно рассмотреть и движение организованности от какого-нибудь

чертежа и текстового описания в мозг человека, а затем в организованное действие по управлению машинами. Впрочем, сейчас описание нужных деталей и даже целых узлов может храниться в памяти обрабатывающих центров и автоматических линий, перенося идеи из памяти в материю без участия человека.

В понятие культуры входит и материальная культура, то есть, совокупность искусственных предметов (артефактов), созданных людьми, начиная от произведений искусства, статуй, картин и прочего, и кончая обычными инструментами, от копья до лазера. Во всех этих предметах их идея реализована в материальных формах, в организованности материи, которая от идей в мозгу отличается тем, что не может самостоятельно «оторваться» от своего носителя и приобрести движение.

Но человек, изучив артефакт, может извлечь эту идею, придать ей движение и воспроизвести в новой материи. Если это был артефакт, созданный иной культурой, после изучения и освоения в понятиях воспринимающей культуры (на ее языке), идея этого артефакта входит в воспринимающую культуру. Так русские позаимствовали у сибиряков пельмени, а у Запада – пушки.

Попытаемся понять, за счет каких процессов изменяется и развивается культура. Понимание многих эволюционных процессов упрощается, если рассматривать их в начальные периоды их развития, когда они сравнительно просты. В эти периоды можно «подглядеть» ряд общих принципов и закономерностей, которые трудно увидеть в сложном сплетении взаимодействий и элементов развитых форм. Если посмотреть на историю человечества, то мы обнаружим, что за два с лишним миллиона лет, со времен австралопитеков, предки людей только усовершенствовали обработку нескольких примитивных орудий, не создав принципиально новых. Резкое ускорение развития культуры происходит вместе с переходом от охоты и собирательства к животноводству и земледелию, что происходило практически одновременно, хотя по-разному для разных типов общества. Так, в связи с недостаточным плодородием занимаемых территорий, ряд северных и степных народов или задержался на несколько веков с введением земледелия, или до сих пор им не занимается. Первыми животными, которые одомашненными человеком, были собаки. Это произошло еще до возникновения земледелия; археологи датируют наиболее древние скелеты собак, найденных в местах древних стойбищ, тридцатью тысячами лет. Козы, коровы, овцы, лошади были одомашнены в период от 10 до 3 тысяч лет до нашей эры. Следует заметить, что одомашнивание животных переводило на человека большую часть забот об их пропитании, что синергетически связано с земледелием и умением хранить зерно и другие продукты сельского хозяйства.

Лишь примерно в последние десять тысяч лет (точные даты неизвестны) развитие материальной культуры и соответствующее развитие сферы идей получило большое ускорение. Земледелие потребовало создания целого комплекса новых орудий (лопата, мотыга, соха), создания культуры севооборота, культуры селекции растений, культуры хранения и переработки урожая.

Всего за несколько тысяч лет возникли города и государства. В это же время были открыты металлы и созданы металлические орудия. Была создана письменность, причем, видимо, одновременно в нескольких центрах цивилизации.

В значительной степени процесс культурной эволюции протекает подобно биологической эволюции – в сравнительно случайных отклонениях и запоминании удачных идей. Г. Кастлер писал: «Следует подчеркнуть, что возникновение информации из шума - это совсем не то, что обнаружение информации, замаскированной шумом, например при выявлении ранее не известной закономерности. … ''Запоминание случайного выбора служит механизмом создания информации, и по своей природе этот механизм совершенно отличен от механизма обнаружения информации''. … ''Запоминание случайного выбора'' - это обычный способ возникновения информации» (выделено мной).

Древний человек не рисовал чертежи каменного топора перед тем, как сделать его. Этот процесс именно был, главным образом, именно «запоминанием случайного выбора». Первыми орудиями были любые подходящие палки и камни, которые можно найти повсюду, использование которых наблюдают биологи и у современных обезьян. То есть, использование необработанных камней – это еще не человеческая активность. И лишь затем, когда некому палеоантропу случайно попался камень с острым сколом, он запомнил, что таким камнем удобнее раскалывать кости или орехи. Может быть, этот предок человека некоторое время таскал с собой такой удобный камень. Потом потерял, нашел другой, похожий.

И только гораздо позже он стал специально раскалывать камни. Поскольку камни раскалываются очень случайно, в этом процессе были выработаны и усвоены культурой (не отдельного человека, но племени в целом) различные виды орудий, которые различают археологи – рубила, скребки, топоры. Не просто было и подобрать материал для орудий; наверняка, сначала инструменты делались из любых попавшихся камней, и только опыт (запоминание удачного выбора) привел к закреплению знаний о том, что хорошие инструменты получаются из кремня и обсидиана. Но, будучи открытыми, идеи конструкции орудий и выбора материалов для них, сохранялись в коллективной памяти тысячелетиями. Известны случаи, когда орудия из обсидиана находили за сотни и тысячи километров от ближайших месторождений – так далеко доставляли сырье или готовые орудия наши древние предки. Судя по сходству орудий по всей территории соединяющихся континентов – Африки и Евразии – разные племена охотно заимствовали друг у друга типы орудий и способы обработки. Сравнение своих технологий с технологиями соседнего племени, сравнение организации охоты, организации временных поселений и так далее, были своеобразной «компаративной экономикой» каменного века.

Таким образом, культура прирастала в доисторические времена очень медленно, по крупицам. И только в конце неолита, около десяти тысяч лет назад, произошла «неолитическая революция», когда развитие культуры и человечества значительно ускорилось. За несколько тысяч лет, примерно с 13 до 8 тысяч лет до н.э., что очень недолго в сравнении с миллионами лет эволюции произошли несколько важнейших культурных событий.

Самое главное – люди перешли от т.н. «присваивающей» экономики (собирательства и охоты, когда пища добывается, в основном, во внешней по отношению к обществу природе), к земледелию и животноводству. Такое изменение экономической основы жизни общества привело к необходимости изменить старый, кочевой образ жизни, когда люди переходили с места на место в погоне за природными источниками пищи, на оседлый, который диктовался привязанностью к полям и хранилищам урожая.

Первыми были одомашнены из растений пшеница, горох, оливковое дерево, а из животных – овцы и козы. Это произошло около 8,5 тыс. лет назад в Юго-Западной Азии народами, из которых возникла затем цивилизация шумеров. , Переход к сельскому хозяйству и строительству постоянных поселений немедленно потребовал создания многочисленных новых орудий труда, разнообразие которых в несколько раз превышало необходимое для охоты.

Очень быстро вслед за земледелием возникли первые города. С системной точки зрения, город является системой более высокого уровня, чем отдельное жилище, это не беспорядочное скопление домов, а организованная структура, имеющая улицы, площади, центр и окраину, зачастую огороженное стеной.

Происходила специализация труда, возникли профессии – воины, каменщики, кожевенники, оружейники, пивовары и так далее. Каждая профессия требовала системы специальных знаний. На место племени приходил город-государство, в котором было на порядок больше людей и более сложная социальная иерархия, чем в племени. Культура быстро усложнялась, причем многократно. Вслед за возникновением городов, через одну или две тысячи лет, возникла письменность. Письменность была необходима для усложнившегося общества, где требовался учет имущества, учет обменов между людьми, в котором царь должен посылать приказы удаленным за сотни километров подчиненным.

Но, возникнув, будто бы средство для записи устного языка, письменность стала важнейшим системным элементом культуры, придавшим новый импульс ее развитию. Невозможно представить себе накопление современного культурного багажа человечества без письменности. Без нее невозможны были бы ни литература, ни наука. Все знания об истории строились бы на устных преданиях.

В конечном счете, накопление знаний и информации в обществе с использованием письменности, ведет к такому росту культуры, которое становится основой сначала городских аграрных, а затем промышленных, цивилизаций.

'''Отбор артефактов'''

Я уже писал, что невозможно проектировать (а, значит, и эволюционировать) безошибочно. Почему? Потому что мир сложен, а наши способности к моделированию ограничены. Наверно, можно спроектировать близкий к идеальному чайник или смартфон. Не такие уж это сложные системы для современных суперкомпьютеров. Но дело в том, что эксплуатироваться они будут в условиях намного более сложной и непредсказуемой социальной среды.

Вот пример. Это битва стандартов на видеодиски HD-DVD, основным разработчиком которых выступала Toshiba, и Blu-Ray фирмы Sony. Обе разработки были работоспособны, так что дело не в ошибках изобретателей. На сегодня победил формат Blu-Ray, в основном благодаря тому, что на него сориентировался Голливуд – основной производитель фильмов в мире.

Toshiba потратила более 150 млн. долларов на разработку носителей и считывающих устройств HD-DVD. Конечно, они предполагали вернуть инвестиции за счет реализации дисков, устройств чтения и лицензий на их производство. Но «человек предполагает, а бог располагает».

Лет тридцать ранее совершенно аналогичная битва разразилась между стандартами на видеокассеты VHS и Betamax. Победил VHS компании JVC, хотя Betamax и был более совершенным технически.

Если смотреть на введение новых видеостандартов, как на значительные мутации, мы можем видеть следующее: ''абсолютно рациональные устремления больших команд ученых и инженеров, поддержанных огромными финансовыми ресурсами, и направленные на достижение определенных целей, завершаются их разгромом и поражением''. Тут можно напомнить и знаменитый QWERTY-эффект, состоящий в том, что существует более удобное расположение клавиш на латинской клавиатуре, чем известный стандарт QWERTY. В 1936 г. американский изобретатель Август Дворак изобрел другое расположение букв, основанное на частоте их встречаемости в текстах. Было экспериментально доказано, что машинистки работают на 20-40% быстрее, чем на стандартных клавиатурах, но мир так и не отважился перейти на эти клавиатуры. Так мы видим закрепление в технической традиции неоптимального устройства, схемы, идеи.

Если биологические мутации случайны (думаю, не абсолютно – некоторые мутации, например, окраски, встречаются гораздо чаще, чем, например, изменение количества конечностей, то есть, уже природа чаще экспериментирует в одних направлениях, чем в более важных для жизни; видимо, некоторые важные последовательности ДНК или дублированы, или имеют более прочные молекулярные структуры), то изменения культуры очень сильно направлены. Например, тысячи инженеров пытаются увеличить КПД двигателей и снизить их шум, но никто не работает над снижением КПД или повышением шума. В то время, как в живой природе мутации, снижающие приспособленность, намного чаще, чем повышающие. Эту тенденцию можно изобразить следующим образом (Рис. 2.2), где стрелки изображают направления мутаций (изменчивости) от оригинала (центр). Длина стрелок пропорциональна вероятности мутаций в обозначенном направлении. Если вероятность мутации в любом направлении от исходной конструкции равновероятна, можно говорить о ненаправленной изменчивости. Если вероятность различна, можно говорить о «спектре мутаций».

Сужение спектра мутаций в культурной изменчивости в сравнении с изменчивостью биологической имеет чрезвычайно большое значение. Дело в самих принципах эволюции сложных систем.

[[Файл:Спектры мутаций.png|альт=Ненаправленные и направленные мутации|граница|центр|безрамки|589x589пкс|Спектры ненаправленных и направленных мутаций]]

<div style="text-align:center;"></div>

Здесь одно из двух. Или мы можем '''''безошибочно''''' сконструировать новую, лучшую в некотором измеримом отношении, систему. Тогда ее можно, скажем так, «пустить в серию» без предварительных проверок и доводки (напоминаю, что эта новая система, в общем случае, может быть новым живым существом, новым изделием или даже новым типом государства). Или можем ее сконструировать, но при этом есть существенная вероятность, что эта система не будет работать так, как предполагалось. Первый случай – это конструирование достаточно простых и хорошо изученных устройств, которые можно рассчитать на компьютере с очень малыми ошибками. Во втором случае невозможность безошибочно рассчитать не означает невозможность изготовить. Тут идут известным, веками проверенным путем – делают опытный образец и испытывают. Дорабатывают неудачные элементы, и снова испытывают. Если процесс нужно ускорить, делают параллельно несколько вариантов.

С точки зрения теории информации, в этих экспериментах мы снижаем неопределенность, которую имеем из-за невозможности точно рассчитать будущую систему. То есть, построить ее идеальную модель. Вместо этого мы строим реальные модели, задавая вопросы Природе. Как если бы мы могли спросить ее по телефону по поводу разных вариантов проектируемой системы, разработанных в виде компьютерных моделей: * Природа, годится модель «А»?
* Нет
* Модель «Б»?
* Нет
* Модель «С»?
* Да
* Хорошо, значит, делаем модель «С»

В силу эквивалентности организованностей материи как в виде структур в памяти компьютера, так и в виде материальной структуры реальных моделей, с точки зрения движения идей, эксперименты с опытными образцами и с математическими моделями принципиально не отличаются друг от друга, если не считать того важного обстоятельства, что реальные модели взаимодействуют с природой автоматически, а вот обеспечить неискаженное взаимодействие с природой мысленной или компьютерной модели достаточно проблематично. Мысленная модель обычно проверяется на соответствие природе через человеческое и социальное (экономическое) действие. Результат действия является ответом, часто – дорогостоящим (разорение предприятия, гибель государства).

Чем сложнее эволюционирующая система, тем менее достижимо безошибочное конструирование, тем больше возможных вариантов новой конструкции. Я не могу сейчас дать строгое математическое обоснование, но ясно, что количество возможных вариантов связано с количеством элементов системы очень быстро возрастающей функцией, типа факториала или числа перестановок из N по M, где N – общее количество элементов эволюционирующей системы, а N – количество элементов, подвергающихся модернизации (замене или соединению в другом порядке).

Поскольку эти функции очень быстро растут с увеличением количества элементов в системе, так же быстро растет количество необходимых экспериментов для снятия неопределенностей эволюции. В биологической эволюции «эксперимент» - это каждая особь с мутацией генотипа. С точки зрения накопления информации в генотипе эволюционирующей популяции, количество экспериментов и поток поступающей информации пропорционален количеству особей и плодовитости этой популяции.

Здесь имеется определенный парадокс. А именно, чем менее развит биологический вид, тем больше, как правило, его плодовитость. В то же время высокоразвитые животные имеют немногочисленное потомство и, одновременно, большую продолжительность жизни (сравнить, к примеру, лягушек и львов). То есть, количество экспериментов в единицу времени сокращается на несколько порядков. Неизбежно снижение скорости эволюции.

Как же обеспечить дальнейшее развитие? Жизнь нашла свой ответ – ''сужение спектра мутаций'' за счет полового подбора, на роль которого указал Дарвин. С точки зрения развития видов его действие состоит в том, что наиболее сильные и здоровые особи получают преимущество на стадии репродукции.

Этот этап эволюции является переходным к тому, что изображено на рис. 2 справа (эллипс вместо круга). Можно изобразить спектры мутаций в виде двухмерных функций (Рис. 3), где P – вероятность мутации в направлении W, а W – угол вектора в пространстве мутаций (следует иметь в виду, что в действительности это пространство многомерно). На правом рисунке изображен случай, когда вероятности реализации новых систем, идеи (проекты, генотипы) которых имеются, не равны друг другу, а имеются «предпочитаемые» версии.

<div style="text-align:center;">Рис. 3</div>

<div style="text-align:center;">Широкий и узкий спектры мутаций </div>

<div style="text-align:center;">Рис. 4</div>

<div style="text-align:center;">Узконаправленные мутации</div>

На рисунке 4. показан вариант узконаправленных мутаций, характерный для культурных процессов (проектирование устройств, организаций, законов, идеальных систем, таких, как наука или религия). Видно значительное снижение числа нужных экспериментов (площадь фигур) по сравнению с широким спектром (Рис. 3)

До какой степени вообще возможно сузить спектр мутаций, количество неудачных экспериментальных моделей, товаров, реорганизаций фирм, недействующих законов, бесполезных социальных революций? ''Это зависит от информационных возможностей моделирующей системы.'' От объема памяти и быстродействия, от программного обеспечения. Чем более точные модели проектируемой системы и той среды, где она будет использоваться, мы сможем создать, тем меньше вероятность неуспешности экономического продукта.

Чтобы заранее, до эксперимента, оценить успешность создаваемой системы, необходимо смоделировать не только эту систему, но ее действие в той среде, обстановке, окружении, в которой она должна действовать. Значит, нужно дополнительно иметь модель окружающей среды. Это возможно, если мы имеем достаточно мощную моделирующую систему (имея в виду объем памяти и производительность) и достаточно полную и точную информацию об этой окружающей среде).

Но есть особый случай, когда система должна моделировать свою собственную эволюцию. Прогрессивная эволюция связана с усложнением систем. Высшие животные сложнее, чем появившиеся ранее. Они имеют более развитую нервную систему, терморегуляцию, у них в десятки и сотни раз больше клеток в головном мозге. Современное общество во много раз сложнее средневекового, а то сложнее первобытного.

Поэтому, ''настроенная на прогрессивную эволюцию система должна в качестве своего проектируемого будущего состояния иметь нечто более сложное'', чем в момент проектирования и моделирования. Это особенно сложно для сверхсложных систем, таких, как наше государство-цивилизация. А, поскольку средством моделирования выступает она сама, то в принципе не может смоделировать будущую систему полностью и абсолютно точно. Тем более, у нее не остается возможностей на моделирование внешней среды, которая может быть еще более сложной. В том числе потому, что включает другие конкурирующие системы (фирмы, государства, цивилизации).

Каков выход? Выращивать мощную внутреннюю подсистему проектирования будущего. Включающую, прежде всего, самых разнообразных специалистов самого высокого уровня, начиная от философов, включая историков, политологов, социологов разных направлений, культурологов, ученых естественно-научного профиля (потому что эволюция современного общества – это в первую очередь эволюция сложнейших технологических систем) и других специальностей; все сложно перечислить. Предугадать самые перспективные направления исследований очень трудно (искусственный интеллект? квантовые вычисления? холодный термоядерный синтез? робототехника?) но ошибка может иметь колоссальную цену.

Эти люди не должны быть некой толпой специалистов, им нужно научиться понимать друг друга и синхронизировать свои знания, часто противоречащие друг другу. Одно это является огромной научной проблемой.

Кроме собрания людей, нужно их обеспечить мощной информационной средой. Доступ к библиотекам, книгам, журналам и др. Системы поиска, в том числе, семантического и с использованием ИИ. Системы моделирования (цифровых двойников) для объектов разного типа, от технических до биологических и социальных.

Системы поддержки принятия решений. Системы научной коммуникации, включая поиск онтологий. Должна работать социология знаний, которую нужно продвинуть вперед всей планеты.

Эти технологии нужно разрабатывать и с возможностью масштабирования для управления развитием средних и малых социально-экономических систем: предприятий, поселений, регионов, государственных и общественных организаций.

----
<references/>

Рассуждения об экономике

2024-10-17T16:20:57Z

Wiki-admin: Вставка рисунка

'''Эта часть собрана из отрывков моих книг, посвященным проблемам экономического развития, особенность которых состоит в том, что экономика рассматривается как часть социохолоса'''

'''1. Из книги «Эволюционное управление социально-экономическими системами» <ref name="ftn1">'''Сухарев М.В. Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2008. 258 с.'''</ref>'''

'''Экономика вообще'''

Экономика любого типа, начиная от «экономики» первобытного племени, экономики древнего Египта и вплоть до экономик США и ЕС, является важной частью тех сложных систем, которые представляют собой человеческие общества. Если отталкиваться от различий между популяциями животных и человеческим обществом, как [[Холизм и системный подход|'''холосом''']], то мы обнаружим, что большая часть этих различий производится именно экономикой. Экономика производит все искусственное, что является частью этого [[Холизм и системный подход|'''холоса''']]: орудия труда, пищу, одежду, жилища, дороги, машины, мосты и так далее.

Производит все, без чего современный человек не может быть «современным», не может быть инженером, программистом, ученым, политиком, финансистом, предпринимателем, строителем или водителем.

В той степени, в которой образование является экономической деятельностью, экономика производит и самого человека, формируя его, как специалиста в одной из многочисленных областей человеческой деятельности.

Но производство любых вещей, включая производство обученного человека, помимо средств производства, основано на некоем предшествующем знании. Чтобы производить каменный топор или станок с компьютерным управлением, надо заранее знать, и что мы хотим произвести, и как это делают. Чтобы произвести из гоминина инженера-схемотехника или врача-окулиста, надо уже заранее обладать суммой знаний и навыков, которые необходимо внедрить в сознание обучаемых людей.

Легко заметить, что «количество знания (идеального)», требующееся для производства вещей, постоянно возрастает с развитием экономики. Но, если количество труда, материалоемкость и энергоемкость производства предметов давно стали объектом внимания экономики, то их информационная емкость все еще остается вне ее поля зрения. В данных экономического развития стран вы, без сомнения, найдете данные о количестве произведенной стали, алюминия и так далее, количестве произведенной электроэнергии, но даже сейчас, в XXI веке, не найдете данных о количестве произведенной информации.

'''Экономика и эволюционная эпистемология '''

Один из известнейших философов XX века Карл Поппер писал в своей книге «[https://ru.wikipedia.org/wiki/Поппер,_Карл Эволюцонная эпистемология]» (эпистемология – наука о возникновении знания) следующее: «''С эволюционной точки зрения теории (как и всякое знание вообще) представляют собой часть наших попыток адаптации, приспособления к окружающей среде. Такие попытки подобны ожиданиям и предвосхищениям. В этом и состоит их функция: биологическая функция всякого знания — попытка предвосхитить, что произойдет в окружающей нас среде. Однако и наши органы чувств, например глаза, тоже такие же средства адаптации. Рассматриваемые с этой точки зрения, они являются теориями: организмы животных изобрели глаза и усовершенствовали их во всех деталях как предвосхищение, или теорию о том, что свет в видимом диапазоне электромагнитных волн будет полезен для извлечения информации из окружающей среды, для высасывания из окружающей среды информации, которую можно интерпретировать как показатель состояния окружающей среды — и долгосрочного, и краткосрочного''». <ref name="ftn6">Поппер К. Эволюционная эпистемология // Эволюционная эпистемология и логика социальных наук. Эдиториал УРСС, М., 2000.</ref> (С. 57 – 74)

Конечно, для большинства, назвать глаз или нос «теорией» есть метафора, и не более того. Под теорией принято понимать некую идею, а не орган. Однако на самом деле, все наши теории не являются какими–то бестелесными сущностями. Научные теории записаны чернилами, напечатаны типографской краской, представлены нервными импульсами и молекулярными состояниями наших нейронов. ''Теории'' экономики в действительности представляют собой сложные или простые машины, сделанные из бумаги, чернил, нервных импульсов в человеческом мозге, электронов в компьютерах. Все живое существо целиком является ''теорией о том, что оно способно существовать и воспроизводить себя в данной окружающей среде''. Каждый из его органов отвечает какой-то части общей ''теории, идеального [[Холизм и системный подход|холоса]], схемы этого существа, записанной в ДНК'' и нужной для извлечения подходящей материи из окружающей среды и переделки этой материи в себя и свое потомство.

Взглянем с этой точки зрения на экономику. И тогда окажется, что ''всякий товар есть теория'' о том, что он способствует существованию и воспроизведению общества, производящего этот товар.

Более того, организация производственных и коммерческих организаций является ''теориями'' об их оптимальном устройстве. Вся организация общества, вместе с его институтами и государственными органами, является комплексом взаимно согласованных теорий (идей), отражающим как рациональные принципы этого общества, так и не основанные на научных знаниях и логике принципы, добытые в процессе исторической эволюции. ''Завод – это идея.'' Почему? Потому что люди приходят и уходят, станки стареют и заменяются новыми, а завод остается тем же. Материя протекает, организованность сохраняется.

Чем сложнее ''организация'' изготавливаемого предмета (сравним, например, каменный топор и микропроцессор), тем большее количество информации должен использовать изготовитель. Эта информация направляет каждое действие в процессе изготовления. Например, чтобы сделать деревянный брусок нужно сделать всего шесть плоских пропилов. Но для создания гравюры требуются прорезать тысячи канавок сложной формы. Эта работа может быть физически легкой (как работа писца-каллиграфа, такого, какие писали старинные книги, где каждая буква – произведение искусства), но требовать большого количества рабочего времени, причем ''общественно-необходимого'', что подтверждается в процессах обмена, в которых некоторые книги реально на вес золота.

Следовательно'', стоимость создается комплексным применением к материи двух элементов – физической работы и сложности'', пропорциональной количеству ''организованности'' (информации), которую необходимо внедрить в продукт труда. Имеется в виду, конечно, общественно-необходимый труд – воспроизводство предметов, необходимых для функционирования социальной системы и с затратами труда, характерными для данного общества. Это ясно видно и на конкретных примерах.

Рабочий, совершающий большую физическую работу (например, грузчик), может получать оплату, равную оплате рабочего, затрачивающего незначительное количество энергии, но создающего сложные изделия (например, ювелирные изделия). Мастер-кузнец, указывающий легким молоточком, куда ударить, оплачивается выше, чем подмастерье, который бьет в указанную точку тяжелым молотом.

Моя гипотеза состоит в том, что потребность любого производства в человеческом труде имеет две компоненты – это потребность в физической силе, в механической работе и ''потребность в организации материи'' с целью ее использования человеческим обществом, с целью ''включения организованной по-новому материи в тело общества''. Чем более сложные преобразования материи в процессе человеческого труда требуется совершить, тем больше организационная компонента в общем количестве труда.

Что происходит с появлением механической энергии, замещающей физическую работу? Естественно, в рыночном обществе падает стоимость соответствующего по количеству физического руда.

Нанимать для подъема кирпичей на небоскреб сотни человек, которым нужно питаться дорогой органической пищей, невозможно, если существуют краны, совершающие ту же работу с помощью дешевого электричества. ''Физический труд вытесняется и перемещается туда, где он связан с одновременным требованием некоторой сложности, недоступной примитивным механизмам''. Например, даже работа грузчика на складе недоступна простым машинам из-за того, что содержит определенный компонент сложности. Нужно взять не какой попало ящик или мешок, а определенный, и переместить его в определенное место зачастую по сложной траектории. Если бы нужно было просто разом переместить все содержимое склада, то с этим справился бы и бульдозер. Хотя умные роботы для складов уже разрабатываются…

В процессе труда человек участвует в воспроизводстве общества в целом. Но органическое строение общества технологического типа постоянно изменяется в сторону роста искусственной части общественно-экономической системы, что выражается и в изменении пропорции материи и энергии, затраченной на воспроизводство артефактов и непосредственно человека. Если холос (целостная система) общества в давние времена почти полностью состояла из людей, даже если принимать во внимание только массу вещества, с небольшой частью искусственных предметов (примитивных орудий, одежды), то ''в настоящее время масса искусственной части социохолоса во много раз превышает массу собственно человеческую''. Пропорционально растут и расходы труда на расширенное воспроизводство этой искусственной части. ''Значительно больше энергии и информации используется сегодня на создание машин, домов, дорог, коммуникаций современной страны, чем непосредственно на поддержание жизни небольшого биологического организма вида homo sapiens''. Сельское же хозяйство в основном ориентировано на удовлетворение биологических потребностей человека (в том числе, и не связанные с питанием – лен, хлопок, кожа и т.д. используются, в основном, для производства одежды и белья); поэтому, ''вместе с сокращением доли людей в социохолосе, сокращается и доля сельского хозяйства в экономике''.

Казалось бы, экономическая эволюция и, тем более, эволюция научных идей следуют иным путем, нежели эволюция животных, путем сознательного конструирования новых товаров, новых форм производственных организаций, новых технологий, способов организации труда, новых теорий и так далее. Но вот в чем дело – все это происходит в условиях очень сложной внешней среды. ''Для того, чтобы безошибочно сконструировать новую организацию фирмы, необходимо предвидеть, как она будет существовать в реальном мире, то есть, предвидеть реакцию внешней среды, которая в значительной степени состоит из других фирм, не менее сложных чем она.'' А руководство фирмы имеет средства предвидения, даже меньшие, чем потенциал всей фирмы в целом, поскольку не может занять планированием весь персонал фирмы, оторвав его от производственного процесса. Р. Коуз назвал это «ограниченной рациональностью», имея в виду, что никто не имеет достаточной информации и достаточных возможностей по ее обработке для того, чтобы принять истинно оптимальное решение на рынке, будь это приобретение телевизора или целой компании.

В сто и тысячу раз хуже обстоит дело со сложными товарами и проектированием организаций. Специалистам известно, что на каждый успешный новый товар создается несколько моделей, которые несут создателям убытки. Где керамический двигатель для автомобиля, где знаменитые в свое время процессоры Zilog и Motorola, которые тоже пытались выйти на рынок 16 и 32-разрядных устройств, где бытовые видеомагнитофоны Betacam, где разрекламированная линия компьютеров Lisa? ''Почему одни конструкции остаются и заполняют рыночное пространство, как осталась система Windows, а другие исчезают, несмотря на вложенные в них огромные средства, как OS/2 фирмы IBM''?

При внимательном изучении истории открытий и изобретений оказывается, что ''так же, как история жизни на Земле изобилует исчезнувшими видами, история науки помнит множество отвергнутых теорий, а история техники – множеством отвергнутых изобретений''. Причем создавали их отнюдь не глупые люди, пользуясь логикой и всем комплексом имеющихся знаний. Например, изобретатели, работавшие в эволюционной линии дирижаблей. Применялись новые сверхлегкие и прочные материалы, негорючий гелий заменил водород, были изобретены экономичные винты большого диаметра – но ничто не помогло этой линии удержаться в соревновании с линией самолетов.

Оказывается, что ''порождение нового в конечном счете принципиально случайно, по той причине, что мир в целом всегда сложнее любого «изобретателя», будь это биологическая мутация, человек или некая организация, даже целое государство''. Изобретатель может продумать конструкцию так, чтобы она была работоспособной, но никакой изобретатель не в состоянии предвидеть судьбу этой конструкции в человеческом обществе, вот почему в эволюционном смысле, как порождение эволюционных линий, творчество человека столь же случайно, как творчество природы в биологической эволюции.

Эволюция – это всегда эволюция идей, конструкций систем, которые возможно создавать из материи. Только живая материя реализует свои конструкции размножением и ростом организмов, а ''общество реализует новые идеи искусственным преобразованием и организацией в нужные системы живой и мертвой материи''. Поскольку никакая сложная конструкция не возникает на пустом месте, всегда имеется некая история этой конструкции, ''история наследования, поиска вариантов и усложнения этой конструкции'', будь это устройство организма, машины или человеческой организации. ''Идей всегда слишком много. На реализацию всех не хватит всей материи во Вселенной, поэтому между идеями всегда идет дарвиновское соревнование за обладание материей''.

Если эволюция в биологии – это изменение организации тела животных, то на уровне общества – это изменение организации общества и его подсистем. Например, новая организация войска, или внедрение конвейера в промышленности. Введение избирательной системы и представительства. Производство двигателей или внедрение земледелия также является изменением организации общества, изменением системы связи людей друг с другом и средствами производства.

Но, в отличие от биологического уровня, модели новых комбинаций создаются сначала в сознании людей. Там же проигрываются предполагаемые сценарии поведения и деятельности новых комбинаций в жизни, во взаимодействии с другими подсистемами общества, окружающей средой и другими обществами. Здесь следует отметить, что в сложных случаях – таких, как проектирование нового крупного предприятия – модель создается в виде распределенной когнитивной модели, в сознании множества людей, специалистов, занимающихся разработкой частей общего проекта, и значительная часть модели хранится во внешних носителях – чертежах, текстах, таблицах, в компьютерных базах и моделях.

Проблема безошибочного проектирования состоит в соотношении сложностей. Для того, чтобы безошибочно выбрать наилучший вариант, необходимо создать точные модели всех возможных сценариев развития (а сколько их? кто знает все возможное?) и «прогнать» их в реальной обстановке, вычислить возможные реакции на такое свое изменение со стороны всех окружающих обществ. Поскольку окружающие общества не проще нашего, ясно, что никаких вычислительных моделирующих ресурсов нашего общества на это не хватит. Их не хватит даже на моделирование вариантов нашего собственного развития, без учета реакции соседей – потому что ''все общество всегда сложнее той своей части, которая пытается его моделировать''.

'''Методы ускорения эволюции'''

Что же делать? Да, безошибочная эволюция невозможна. Но ''возможно добиться того, чтобы вероятность успешного развития была максимальной, большей, чем у конкурирующих обществ''. А для этого необходимо иметь наиболее развитую систему моделирования будущего, ''систему предвидения''. Эта система должна состоять из множества специалистов разных профилей – социологов, политологов, технологов, экономистов, историков, медиков, физиков и химиков – всех не перечислишь – объединенных компьютерной сетью и системой групповой работы.

Дополненная искусственным интеллектом в качестве помощника людям, а также базами данных и знаний, цифровыми двойниками своего объекта управления (предприятия, города, региона, страны).

Это должен быть коллективный субъект, система распределенного мышления.

Каждый ''специалист высокого класса имеет в голове уникальную модель мира'', набор моделей всех объектов, относящихся к его роду деятельности. При обсуждении возможных вариантов развития он может моментально дать обоснованный ответ на сложнейшие вопросы, в то время как кому-то другому потребуются недели и месяцы поисков информации и ее изучения. Для того, чтобы знать, к какому человеку по какой проблеме обращаться, составляются компьютерные «карты знаний».

Конечно, для решения важнейших задач подобные коллективы создавались и создаются, но дело в том, что система взаимодействий в таком коллективе, роли отдельных людей, языки общения разных групп друг с другом, архивы информации, набор полезных математических моделей и пр. создается годами, поэтому для государственного и регионального управления необходимо иметь постоянно действующую систему такого рода.

Эта система представляет собой, по сути, живой организм, который надо «выращивать» и который быстро умирает при прекращении работы; чтобы возобновить работу, приходится его «реанимировать», что не может быть сделано очень быстро. За время промежутка часть людей уедут или не смогут работать по другим причинам, с ними будет потеряна часть общей «нейросети».

Из кибернетики известно, что, чем сложнее управляемая система, тем сложнее должна быть управляющая. [Ляпунов А.А. В чем состоит системный подход к изучению реальных объектов сложной природы? // Системные исследования. Ежегодник. Наука, М., 1972 г., – С. 5 – 17] Простой социальной системой первобытным племенем, например) может управлять один человек, но для управления современным городом или регионом нужна уже группа людей, организованная в управляющую систему.

<nowiki>*********************** </nowiki>

'''2. Из книги «Компаративная экономика и теория модернизации» <ref name="ftn7">'''Сухарев М.В. Компаративная экономика и теория модернизации. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. 104 с.'''</ref>'''

'''Культура и тело общества'''

Большое общество, такое как большое (более 50 млн.) современное государство является очень сложной материальной системой. Холос государства включает его территорию вместе с природными богатствами, народы государства, инфраструктуру: дороги, города и поселения, электростанции и линии передач, поля, шахты, морские и речные порты и многое другое: все не перечислить. Оно включает таже биологические элементы: самих людей, культурных животных и растения, природу (леса, степи, животных и пр.) своей страны.

Это самовоспроизводящаяся система: если природа более или менее воспроизводит себя сама, то все остальное должно воспроизводиться за счет ''организованной деятельности людей''. Но для воспроизведения где-то должны храниться идеи всего воспроизводимого: схемы, принципы устройства, знания, чертежи, рисунки, описания… От устройства глиняного кувшина до реактивного самолета, от выкройки ситцевого платья до плана города, от организации бригады сельских строителей до организации армии государства.

Все вместе это входит в культуру общества, и у каждого общества эта культура своя.

Наиболее сложными системами идей, известными нам, являются на сегодня культуры больших человеческих сообществ (народов). Иногда культуры нескольких народов настолько близки и синергетичны, проникают друг в друга за счет общей религии, литературы, музыки, материальных обменов и прочего, что образуют общую цивилизацию.

Следовательно, ''культуры – это такие идеальные (организационные) системы, отдельные элементы которых «подогнаны» и приспособлены друг к другу в процессе многовековой жизни этих народов''. Например, культура войны связана с моральными установками. Культура ведения сельского хозяйства связана с культурой учета времени. Культура танца связана с культурой музыки, физика связана с математикой и так далее. ''Культура – это органическая система идей: знаний, умений и информации''.

Так же, как в состязании научных идей важнейшую роль играют научные сообщества, в состязании сценариев реконструкции общества важнейшую роль играют коалиции интересов. [<ref name="ftn8">Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. М.: Институт экспериментальной социологии.

СПб.: Алетейя, 2005. 576 с.</ref>,<ref name="ftn9">Коалиции для будущего. Стратегии развития России: Коллектив экономистов «СИГМА». – М.: ООО «Издательство «Промышленник России», 2007. 12 с.</ref>]

Поэтому конкуренция между комплексами идей имеет, чаще всего, вид ''многоуровневого отбора'', когда отбор форм нижних структурных уровней идет при сохранении форм более высоких уровней.

<div style="text-align:center;">[[Файл:Иерархия уровней.png|центр|безрамки|450x450пкс]]Рис. 1. Иерархия уровней опосредованного отбора
</div>

Соревнование человеческих обществ друг с другом имеет характер, сходный с соревнованием биологических генотипов. Только вместо ДНК у них культура, включающая в себя, кроме многого другого, схемы, устройство, организацию – в общем, идеи всех артефактов и организаций, которые оно должно воспроизводить снова и снова чтобы оставаться собой. Большая часть истории человечества (более двух миллионов лет в сравнении с последними двадцатью-сорока тысячами лет) протекала в условиях очень небольшой заселенности Земли людьми. Это был экстенсивный тип развития, когда люди расселялись по территории Евразии, куда они вышли из Африки.

При этом соревнование племен шло именно за скорейшее овладение территориями охоты и собирательства. По всей видимости, вооруженные конфликты между племенами были достаточно редкими. Конкуренция между ними шла по линии экстенсивного расширения: роста численности племени и захвата пространства. Но этот рост прямо зависит от того, насколько эффективно племя умеет преобразовывать материю окружающей природы в свою собственную, что означает оформление этой материи в соответствии со своей структурой. А эта эффективность от структуры как раз и зависит.

От того, как племя организуется для охоты. От того, какое оружие умеет делать. От того, как умеет сохранять в общественной памяти свои открытия. И как разрешает конфликты внутри племени, как сохраняет своих людей. То есть, зависит от культуры племени.

В результате возникает процесс, которым можно назвать опосредованным многоуровневым отбором идей.

Каждый из уровней является одновременно основой и областью деятельности для высшего. Успешность этой деятельности ведет к тому, что практическая деятельность сохраняет эффективные виды и структуры деятельности, а эти виды поддерживают (или нет) соответствующие теоретические (когнитивные) структуры, благодаря чему и

'''Идеи играют роль'''

Идеи играют колоссальную роль в человеческом обществе. В сущности, вся конструкция общества записана в идеях. Если устройство живого организма, то, какие у него лапы, зубы, скелет, желудок, мозг, какие молекулы белков, как сделаны клеточные мембраны и так далее, записано в ДНК, то устройство человеческого общества (как сделан каменный топор, копье, юрта, лодка, как строят крепости, самолеты, электростанции, как устроена армия, фабрика, университет, парламент) – все это записано в виде идей, хранящихся в человеческих головах или книгах.

Сумма (надбиологических) идей общества – это культура общества. Хотя много справедливого в следующем мнении: «…что такое культура? Вопрос так и остается открытым, если учитывать, что предложены сотни ее определений», я буду придерживаться положения о том, что культура – это органическая система всех идей общества. Если будет утеряна культура (сумма знаний), то есть, стерта память людей и уничтожена информация на искусственных носителях (в книгах и компьютерах), то при полной физической сохранности материальной части социальной системы (людей, строений, машин и т.д.) она перестанет работать. Стада (именно стада, а не толпы) антропоидов будут бродить среди зданий, лишенных тепла, электричества и воды, и стремительно вымирать. Общество без суммы своих знаний подобно компьютеру без операционной системы и прикладных программ, который становится бесполезной железкой.

Конечно же, знания, идеи общества, в физическом смысле (но не с точки зрения науки физики – физика формами и организованностью не занимается ) являются организацией каких-то (не известных в достаточной степени) биохимических элементов в нейронах (перемещением органических молекул, ионов, изменением их состояний) и организацией вещества (например, краски на бумаге, электронов в памяти компьютеров или намагниченных участков на жестких дисках).

Суть дела в том, что эти организованности за счет своего движения в материи могут изменять организацию вещества, почерпнутого из окружающего мира. Так, если в клетках мозга запечатлен образ лука или каменного топора, то этот образ может вызвать организованное движение тела человека с тем, чтобы найти подходящие ветки, жилы, камни, обработать их, придавая им заданную форму, и соединить в виде требуемого орудия. Так же можно рассмотреть и движение организованности от какого-нибудь

чертежа и текстового описания в мозг человека, а затем в организованное действие по управлению машинами. Впрочем, сейчас описание нужных деталей и даже целых узлов может храниться в памяти обрабатывающих центров и автоматических линий, перенося идеи из памяти в материю без участия человека.

В понятие культуры входит и материальная культура, то есть, совокупность искусственных предметов (артефактов), созданных людьми, начиная от произведений искусства, статуй, картин и прочего, и кончая обычными инструментами, от копья до лазера. Во всех этих предметах их идея реализована в материальных формах, в организованности материи, которая от идей в мозгу отличается тем, что не может самостоятельно «оторваться» от своего носителя и приобрести движение.

Но человек, изучив артефакт, может извлечь эту идею, придать ей движение и воспроизвести в новой материи. Если это был артефакт, созданный иной культурой, после изучения и освоения в понятиях воспринимающей культуры (на ее языке), идея этого артефакта входит в воспринимающую культуру. Так русские позаимствовали у сибиряков пельмени, а у Запада – пушки.

Попытаемся понять, за счет каких процессов изменяется и развивается культура. Понимание многих эволюционных процессов упрощается, если рассматривать их в начальные периоды их развития, когда они сравнительно просты. В эти периоды можно «подглядеть» ряд общих принципов и закономерностей, которые трудно увидеть в сложном сплетении взаимодействий и элементов развитых форм. Если посмотреть на историю человечества, то мы обнаружим, что за два с лишним миллиона лет, со времен австралопитеков, предки людей только усовершенствовали обработку нескольких примитивных орудий, не создав принципиально новых. Резкое ускорение развития культуры происходит вместе с переходом от охоты и собирательства к животноводству и земледелию, что происходило практически одновременно, хотя по-разному для разных типов общества. Так, в связи с недостаточным плодородием занимаемых территорий, ряд северных и степных народов или задержался на несколько веков с введением земледелия, или до сих пор им не занимается. Первыми животными, которые одомашненными человеком, были собаки. Это произошло еще до возникновения земледелия; археологи датируют наиболее древние скелеты собак, найденных в местах древних стойбищ, тридцатью тысячами лет. Козы, коровы, овцы, лошади были одомашнены в период от 10 до 3 тысяч лет до нашей эры. Следует заметить, что одомашнивание животных переводило на человека большую часть забот об их пропитании, что синергетически связано с земледелием и умением хранить зерно и другие продукты сельского хозяйства.

Лишь примерно в последние десять тысяч лет (точные даты неизвестны) развитие материальной культуры и соответствующее развитие сферы идей получило большое ускорение. Земледелие потребовало создания целого комплекса новых орудий (лопата, мотыга, соха), создания культуры севооборота, культуры селекции растений, культуры хранения и переработки урожая.

Всего за несколько тысяч лет возникли города и государства. В это же время были открыты металлы и созданы металлические орудия. Была создана письменность, причем, видимо, одновременно в нескольких центрах цивилизации.

В значительной степени процесс культурной эволюции протекает подобно биологической эволюции – в сравнительно случайных отклонениях и запоминании удачных идей. Г. Кастлер писал: «Следует подчеркнуть, что возникновение информации из шума - это совсем не то, что обнаружение информации, замаскированной шумом, например при выявлении ранее не известной закономерности. … ''Запоминание случайного выбора служит механизмом создания информации, и по своей природе этот механизм совершенно отличен от механизма обнаружения информации''. … ''Запоминание случайного выбора'' - это обычный способ возникновения информации» (выделено мной).

Древний человек не рисовал чертежи каменного топора перед тем, как сделать его. Этот процесс именно был, главным образом, именно «запоминанием случайного выбора». Первыми орудиями были любые подходящие палки и камни, которые можно найти повсюду, использование которых наблюдают биологи и у современных обезьян. То есть, использование необработанных камней – это еще не человеческая активность. И лишь затем, когда некому палеоантропу случайно попался камень с острым сколом, он запомнил, что таким камнем удобнее раскалывать кости или орехи. Может быть, этот предок человека некоторое время таскал с собой такой удобный камень. Потом потерял, нашел другой, похожий.

И только гораздо позже он стал специально раскалывать камни. Поскольку камни раскалываются очень случайно, в этом процессе были выработаны и усвоены культурой (не отдельного человека, но племени в целом) различные виды орудий, которые различают археологи – рубила, скребки, топоры. Не просто было и подобрать материал для орудий; наверняка, сначала инструменты делались из любых попавшихся камней, и только опыт (запоминание удачного выбора) привел к закреплению знаний о том, что хорошие инструменты получаются из кремня и обсидиана. Но, будучи открытыми, идеи конструкции орудий и выбора материалов для них, сохранялись в коллективной памяти тысячелетиями. Известны случаи, когда орудия из обсидиана находили за сотни и тысячи километров от ближайших месторождений – так далеко доставляли сырье или готовые орудия наши древние предки. Судя по сходству орудий по всей территории соединяющихся континентов – Африки и Евразии – разные племена охотно заимствовали друг у друга типы орудий и способы обработки. Сравнение своих технологий с технологиями соседнего племени, сравнение организации охоты, организации временных поселений и так далее, были своеобразной «компаративной экономикой» каменного века.

Таким образом, культура прирастала в доисторические времена очень медленно, по крупицам. И только в конце неолита, около десяти тысяч лет назад, произошла «неолитическая революция», когда развитие культуры и человечества значительно ускорилось. За несколько тысяч лет, примерно с 13 до 8 тысяч лет до н.э., что очень недолго в сравнении с миллионами лет эволюции произошли несколько важнейших культурных событий.

Самое главное – люди перешли от т.н. «присваивающей» экономики (собирательства и охоты, когда пища добывается, в основном, во внешней по отношению к обществу природе), к земледелию и животноводству. Такое изменение экономической основы жизни общества привело к необходимости изменить старый, кочевой образ жизни, когда люди переходили с места на место в погоне за природными источниками пищи, на оседлый, который диктовался привязанностью к полям и хранилищам урожая.

Первыми были одомашнены из растений пшеница, горох, оливковое дерево, а из животных – овцы и козы. Это произошло около 8,5 тыс. лет назад в Юго-Западной Азии народами, из которых возникла затем цивилизация шумеров. , Переход к сельскому хозяйству и строительству постоянных поселений немедленно потребовал создания многочисленных новых орудий труда, разнообразие которых в несколько раз превышало необходимое для охоты.

Очень быстро вслед за земледелием возникли первые города. С системной точки зрения, город является системой более высокого уровня, чем отдельное жилище, это не беспорядочное скопление домов, а организованная структура, имеющая улицы, площади, центр и окраину, зачастую огороженное стеной.

Происходила специализация труда, возникли профессии – воины, каменщики, кожевенники, оружейники, пивовары и так далее. Каждая профессия требовала системы специальных знаний. На место племени приходил город-государство, в котором было на порядок больше людей и более сложная социальная иерархия, чем в племени. Культура быстро усложнялась, причем многократно. Вслед за возникновением городов, через одну или две тысячи лет, возникла письменность. Письменность была необходима для усложнившегося общества, где требовался учет имущества, учет обменов между людьми, в котором царь должен посылать приказы удаленным за сотни километров подчиненным.

Но, возникнув, будто бы средство для записи устного языка, письменность стала важнейшим системным элементом культуры, придавшим новый импульс ее развитию. Невозможно представить себе накопление современного культурного багажа человечества без письменности. Без нее невозможны были бы ни литература, ни наука. Все знания об истории строились бы на устных преданиях.

В конечном счете, накопление знаний и информации в обществе с использованием письменности, ведет к такому росту культуры, которое становится основой сначала городских аграрных, а затем промышленных, цивилизаций.

'''Отбор артефактов'''

Я уже писал, что невозможно проектировать (а, значит, и эволюционировать) безошибочно. Почему? Потому что мир сложен, а наши способности к моделированию ограничены. Наверно, можно спроектировать близкий к идеальному чайник или смартфон. Не такие уж это сложные системы для современных суперкомпьютеров. Но дело в том, что эксплуатироваться они будут в условиях намного более сложной и непредсказуемой социальной среды.

Вот пример. Это битва стандартов на видеодиски HD-DVD, основным разработчиком которых выступала Toshiba, и Blu-Ray фирмы Sony. Обе разработки были работоспособны, так что дело не в ошибках изобретателей. На сегодня победил формат Blu-Ray, в основном благодаря тому, что на него сориентировался Голливуд – основной производитель фильмов в мире.

Toshiba потратила более 150 млн. долларов на разработку носителей и считывающих устройств HD-DVD. Конечно, они предполагали вернуть инвестиции за счет реализации дисков, устройств чтения и лицензий на их производство. Но «человек предполагает, а бог располагает».

Лет тридцать ранее совершенно аналогичная битва разразилась между стандартами на видеокассеты VHS и Betamax. Победил VHS компании JVC, хотя Betamax и был более совершенным технически.

Если смотреть на введение новых видеостандартов, как на значительные мутации, мы можем видеть следующее: ''абсолютно рациональные устремления больших команд ученых и инженеров, поддержанных огромными финансовыми ресурсами, и направленные на достижение определенных целей, завершаются их разгромом и поражением''. Тут можно напомнить и знаменитый QWERTY-эффект, состоящий в том, что существует более удобное расположение клавиш на латинской клавиатуре, чем известный стандарт QWERTY. В 1936 г. американский изобретатель Август Дворак изобрел другое расположение букв, основанное на частоте их встречаемости в текстах. Было экспериментально доказано, что машинистки работают на 20-40% быстрее, чем на стандартных клавиатурах, но мир так и не отважился перейти на эти клавиатуры. Так мы видим закрепление в технической традиции неоптимального устройства, схемы, идеи.

Если биологические мутации случайны (думаю, не абсолютно – некоторые мутации, например, окраски, встречаются гораздо чаще, чем, например, изменение количества конечностей, то есть, уже природа чаще экспериментирует в одних направлениях, чем в более важных для жизни; видимо, некоторые важные последовательности ДНК или дублированы, или имеют более прочные молекулярные структуры), то изменения культуры очень сильно направлены. Например, тысячи инженеров пытаются увеличить КПД двигателей и снизить их шум, но никто не работает над снижением КПД или повышением шума. В то время, как в живой природе мутации, снижающие приспособленность, намного чаще, чем повышающие. Эту тенденцию можно изобразить следующим образом (Рис. 2.2), где стрелки изображают направления мутаций (изменчивости) от оригинала (центр). Длина стрелок пропорциональна вероятности мутаций в обозначенном направлении. Если вероятность мутации в любом направлении от исходной конструкции равновероятна, можно говорить о ненаправленной изменчивости. Если вероятность различна, можно говорить о «спектре мутаций».

Сужение спектра мутаций в культурной изменчивости в сравнении с изменчивостью биологической имеет чрезвычайно большое значение. Дело в самих принципах эволюции сложных систем.

<div style="text-align:center;">Рис. 2</div>

<div style="text-align:center;">Ненаправленные биологические мутации и направленные культурные мутации</div>

Здесь одно из двух. Или мы можем '''''безошибочно''''' сконструировать новую, лучшую в некотором измеримом отношении, систему. Тогда ее можно, скажем так, «пустить в серию» без предварительных проверок и доводки (напоминаю, что эта новая система, в общем случае, может быть новым живым существом, новым изделием или даже новым типом государства). Или можем ее сконструировать, но при этом есть существенная вероятность, что эта система не будет работать так, как предполагалось. Первый случай – это конструирование достаточно простых и хорошо изученных устройств, которые можно рассчитать на компьютере с очень малыми ошибками. Во втором случае невозможность безошибочно рассчитать не означает невозможность изготовить. Тут идут известным, веками проверенным путем – делают опытный образец и испытывают. Дорабатывают неудачные элементы, и снова испытывают. Если процесс нужно ускорить, делают параллельно несколько вариантов.

С точки зрения теории информации, в этих экспериментах мы снижаем неопределенность, которую имеем из-за невозможности точно рассчитать будущую систему. То есть, построить ее идеальную модель. Вместо этого мы строим реальные модели, задавая вопросы Природе. Как если бы мы могли спросить ее по телефону по поводу разных вариантов проектируемой системы, разработанных в виде компьютерных моделей: * Природа, годится модель «А»?
* Нет
* Модель «Б»?
* Нет
* Модель «С»?
* Да
* Хорошо, значит, делаем модель «С»

В силу эквивалентности организованностей материи как в виде структур в памяти компьютера, так и в виде материальной структуры реальных моделей, с точки зрения движения идей, эксперименты с опытными образцами и с математическими моделями принципиально не отличаются друг от друга, если не считать того важного обстоятельства, что реальные модели взаимодействуют с природой автоматически, а вот обеспечить неискаженное взаимодействие с природой мысленной или компьютерной модели достаточно проблематично. Мысленная модель обычно проверяется на соответствие природе через человеческое и социальное (экономическое) действие. Результат действия является ответом, часто – дорогостоящим (разорение предприятия, гибель государства).

Чем сложнее эволюционирующая система, тем менее достижимо безошибочное конструирование, тем больше возможных вариантов новой конструкции. Я не могу сейчас дать строгое математическое обоснование, но ясно, что количество возможных вариантов связано с количеством элементов системы очень быстро возрастающей функцией, типа факториала или числа перестановок из N по M, где N – общее количество элементов эволюционирующей системы, а N – количество элементов, подвергающихся модернизации (замене или соединению в другом порядке).

Поскольку эти функции очень быстро растут с увеличением количества элементов в системе, так же быстро растет количество необходимых экспериментов для снятия неопределенностей эволюции. В биологической эволюции «эксперимент» - это каждая особь с мутацией генотипа. С точки зрения накопления информации в генотипе эволюционирующей популяции, количество экспериментов и поток поступающей информации пропорционален количеству особей и плодовитости этой популяции.

Здесь имеется определенный парадокс. А именно, чем менее развит биологический вид, тем больше, как правило, его плодовитость. В то же время высокоразвитые животные имеют немногочисленное потомство и, одновременно, большую продолжительность жизни (сравнить, к примеру, лягушек и львов). То есть, количество экспериментов в единицу времени сокращается на несколько порядков. Неизбежно снижение скорости эволюции.

Как же обеспечить дальнейшее развитие? Жизнь нашла свой ответ – ''сужение спектра мутаций'' за счет полового подбора, на роль которого указал Дарвин. С точки зрения развития видов его действие состоит в том, что наиболее сильные и здоровые особи получают преимущество на стадии репродукции.

Этот этап эволюции является переходным к тому, что изображено на рис. 2 справа (эллипс вместо круга). Можно изобразить спектры мутаций в виде двухмерных функций (Рис. 3), где P – вероятность мутации в направлении W, а W – угол вектора в пространстве мутаций (следует иметь в виду, что в действительности это пространство многомерно). На правом рисунке изображен случай, когда вероятности реализации новых систем, идеи (проекты, генотипы) которых имеются, не равны друг другу, а имеются «предпочитаемые» версии.

<div style="text-align:center;">Рис. 3</div>

<div style="text-align:center;">Широкий и узкий спектры мутаций </div>

<div style="text-align:center;">Рис. 4</div>

<div style="text-align:center;">Узконаправленные мутации</div>

На рисунке 4. показан вариант узконаправленных мутаций, характерный для культурных процессов (проектирование устройств, организаций, законов, идеальных систем, таких, как наука или религия). Видно значительное снижение числа нужных экспериментов (площадь фигур) по сравнению с широким спектром (Рис. 3)

До какой степени вообще возможно сузить спектр мутаций, количество неудачных экспериментальных моделей, товаров, реорганизаций фирм, недействующих законов, бесполезных социальных революций? ''Это зависит от информационных возможностей моделирующей системы.'' От объема памяти и быстродействия, от программного обеспечения. Чем более точные модели проектируемой системы и той среды, где она будет использоваться, мы сможем создать, тем меньше вероятность неуспешности экономического продукта.

Чтобы заранее, до эксперимента, оценить успешность создаваемой системы, необходимо смоделировать не только эту систему, но ее действие в той среде, обстановке, окружении, в которой она должна действовать. Значит, нужно дополнительно иметь модель окружающей среды. Это возможно, если мы имеем достаточно мощную моделирующую систему (имея в виду объем памяти и производительность) и достаточно полную и точную информацию об этой окружающей среде).

Но есть особый случай, когда система должна моделировать свою собственную эволюцию. Прогрессивная эволюция связана с усложнением систем. Высшие животные сложнее, чем появившиеся ранее. Они имеют более развитую нервную систему, терморегуляцию, у них в десятки и сотни раз больше клеток в головном мозге. Современное общество во много раз сложнее средневекового, а то сложнее первобытного.

Поэтому, ''настроенная на прогрессивную эволюцию система должна в качестве своего проектируемого будущего состояния иметь нечто более сложное'', чем в момент проектирования и моделирования. Это особенно сложно для сверхсложных систем, таких, как наше государство-цивилизация. А, поскольку средством моделирования выступает она сама, то в принципе не может смоделировать будущую систему полностью и абсолютно точно. Тем более, у нее не остается возможностей на моделирование внешней среды, которая может быть еще более сложной. В том числе потому, что включает другие конкурирующие системы (фирмы, государства, цивилизации).

Каков выход? Выращивать мощную внутреннюю подсистему проектирования будущего. Включающую, прежде всего, самых разнообразных специалистов самого высокого уровня, начиная от философов, включая историков, политологов, социологов разных направлений, культурологов, ученых естественно-научного профиля (потому что эволюция современного общества – это в первую очередь эволюция сложнейших технологических систем) и других специальностей; все сложно перечислить. Предугадать самые перспективные направления исследований очень трудно (искусственный интеллект? квантовые вычисления? холодный термоядерный синтез? робототехника?) но ошибка может иметь колоссальную цену.

Эти люди не должны быть некой толпой специалистов, им нужно научиться понимать друг друга и синхронизировать свои знания, часто противоречащие друг другу. Одно это является огромной научной проблемой.

Кроме собрания людей, нужно их обеспечить мощной информационной средой. Доступ к библиотекам, книгам, журналам и др. Системы поиска, в том числе, семантического и с использованием ИИ. Системы моделирования (цифровых двойников) для объектов разного типа, от технических до биологических и социальных.

Системы поддержки принятия решений. Системы научной коммуникации, включая поиск онтологий. Должна работать социология знаний, которую нужно продвинуть вперед всей планеты.

Эти технологии нужно разрабатывать и с возможностью масштабирования для управления развитием средних и малых социально-экономических систем: предприятий, поселений, регионов, государственных и общественных организаций.

----
<references/>

Файл:Сужение спектра мутаций.png

2024-10-17T16:12:01Z

Wiki-admin:

Файл:Иерархия уровней.png

2024-10-17T16:11:04Z

Wiki-admin:

Рассуждения об экономике

2024-10-17T16:09:39Z

Wiki-admin:

'''Эта часть собрана из отрывков моих книг, посвященным проблемам экономического развития, особенность которых состоит в том, что экономика рассматривается как часть социохолоса'''

'''1. Из книги «Эволюционное управление социально-экономическими системами» <ref name="ftn1">'''Сухарев М.В. Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2008. 258 с.'''</ref>'''

'''Экономика вообще'''

Экономика любого типа, начиная от «экономики» первобытного племени, экономики древнего Египта и вплоть до экономик США и ЕС, является важной частью тех сложных систем, которые представляют собой человеческие общества. Если отталкиваться от различий между популяциями животных и человеческим обществом, как [[Холизм и системный подход|'''холосом''']], то мы обнаружим, что большая часть этих различий производится именно экономикой. Экономика производит все искусственное, что является частью этого [[Холизм и системный подход|'''холоса''']]: орудия труда, пищу, одежду, жилища, дороги, машины, мосты и так далее.

Производит все, без чего современный человек не может быть «современным», не может быть инженером, программистом, ученым, политиком, финансистом, предпринимателем, строителем или водителем.

В той степени, в которой образование является экономической деятельностью, экономика производит и самого человека, формируя его, как специалиста в одной из многочисленных областей человеческой деятельности.

Но производство любых вещей, включая производство обученного человека, помимо средств производства, основано на некоем предшествующем знании. Чтобы производить каменный топор или станок с компьютерным управлением, надо заранее знать, и что мы хотим произвести, и как это делают. Чтобы произвести из гоминина инженера-схемотехника или врача-окулиста, надо уже заранее обладать суммой знаний и навыков, которые необходимо внедрить в сознание обучаемых людей.

Легко заметить, что «количество знания (идеального)», требующееся для производства вещей, постоянно возрастает с развитием экономики. Но, если количество труда, материалоемкость и энергоемкость производства предметов давно стали объектом внимания экономики, то их информационная емкость все еще остается вне ее поля зрения. В данных экономического развития стран вы, без сомнения, найдете данные о количестве произведенной стали, алюминия и так далее, количестве произведенной электроэнергии, но даже сейчас, в XXI веке, не найдете данных о количестве произведенной информации.

'''Экономика и эволюционная эпистемология '''

Один из известнейших философов XX века Карл Поппер писал в своей книге «[https://ru.wikipedia.org/wiki/Поппер,_Карл Эволюцонная эпистемология]» (эпистемология – наука о возникновении знания) следующее: «''С эволюционной точки зрения теории (как и всякое знание вообще) представляют собой часть наших попыток адаптации, приспособления к окружающей среде. Такие попытки подобны ожиданиям и предвосхищениям. В этом и состоит их функция: биологическая функция всякого знания — попытка предвосхитить, что произойдет в окружающей нас среде. Однако и наши органы чувств, например глаза, тоже такие же средства адаптации. Рассматриваемые с этой точки зрения, они являются теориями: организмы животных изобрели глаза и усовершенствовали их во всех деталях как предвосхищение, или теорию о том, что свет в видимом диапазоне электромагнитных волн будет полезен для извлечения информации из окружающей среды, для высасывания из окружающей среды информации, которую можно интерпретировать как показатель состояния окружающей среды — и долгосрочного, и краткосрочного''». <ref name="ftn6">Поппер К. Эволюционная эпистемология // Эволюционная эпистемология и логика социальных наук. Эдиториал УРСС, М., 2000.</ref> (С. 57 – 74)

Конечно, для большинства, назвать глаз или нос «теорией» есть метафора, и не более того. Под теорией принято понимать некую идею, а не орган. Однако на самом деле, все наши теории не являются какими–то бестелесными сущностями. Научные теории записаны чернилами, напечатаны типографской краской, представлены нервными импульсами и молекулярными состояниями наших нейронов. ''Теории'' экономики в действительности представляют собой сложные или простые машины, сделанные из бумаги, чернил, нервных импульсов в человеческом мозге, электронов в компьютерах. Все живое существо целиком является ''теорией о том, что оно способно существовать и воспроизводить себя в данной окружающей среде''. Каждый из его органов отвечает какой-то части общей ''теории, идеального [[Холизм и системный подход|холоса]], схемы этого существа, записанной в ДНК'' и нужной для извлечения подходящей материи из окружающей среды и переделки этой материи в себя и свое потомство.

Взглянем с этой точки зрения на экономику. И тогда окажется, что ''всякий товар есть теория'' о том, что он способствует существованию и воспроизведению общества, производящего этот товар.

Более того, организация производственных и коммерческих организаций является ''теориями'' об их оптимальном устройстве. Вся организация общества, вместе с его институтами и государственными органами, является комплексом взаимно согласованных теорий (идей), отражающим как рациональные принципы этого общества, так и не основанные на научных знаниях и логике принципы, добытые в процессе исторической эволюции. ''Завод – это идея.'' Почему? Потому что люди приходят и уходят, станки стареют и заменяются новыми, а завод остается тем же. Материя протекает, организованность сохраняется.

Чем сложнее ''организация'' изготавливаемого предмета (сравним, например, каменный топор и микропроцессор), тем большее количество информации должен использовать изготовитель. Эта информация направляет каждое действие в процессе изготовления. Например, чтобы сделать деревянный брусок нужно сделать всего шесть плоских пропилов. Но для создания гравюры требуются прорезать тысячи канавок сложной формы. Эта работа может быть физически легкой (как работа писца-каллиграфа, такого, какие писали старинные книги, где каждая буква – произведение искусства), но требовать большого количества рабочего времени, причем ''общественно-необходимого'', что подтверждается в процессах обмена, в которых некоторые книги реально на вес золота.

Следовательно'', стоимость создается комплексным применением к материи двух элементов – физической работы и сложности'', пропорциональной количеству ''организованности'' (информации), которую необходимо внедрить в продукт труда. Имеется в виду, конечно, общественно-необходимый труд – воспроизводство предметов, необходимых для функционирования социальной системы и с затратами труда, характерными для данного общества. Это ясно видно и на конкретных примерах.

Рабочий, совершающий большую физическую работу (например, грузчик), может получать оплату, равную оплате рабочего, затрачивающего незначительное количество энергии, но создающего сложные изделия (например, ювелирные изделия). Мастер-кузнец, указывающий легким молоточком, куда ударить, оплачивается выше, чем подмастерье, который бьет в указанную точку тяжелым молотом.

Моя гипотеза состоит в том, что потребность любого производства в человеческом труде имеет две компоненты – это потребность в физической силе, в механической работе и ''потребность в организации материи'' с целью ее использования человеческим обществом, с целью ''включения организованной по-новому материи в тело общества''. Чем более сложные преобразования материи в процессе человеческого труда требуется совершить, тем больше организационная компонента в общем количестве труда.

Что происходит с появлением механической энергии, замещающей физическую работу? Естественно, в рыночном обществе падает стоимость соответствующего по количеству физического руда.

Нанимать для подъема кирпичей на небоскреб сотни человек, которым нужно питаться дорогой органической пищей, невозможно, если существуют краны, совершающие ту же работу с помощью дешевого электричества. ''Физический труд вытесняется и перемещается туда, где он связан с одновременным требованием некоторой сложности, недоступной примитивным механизмам''. Например, даже работа грузчика на складе недоступна простым машинам из-за того, что содержит определенный компонент сложности. Нужно взять не какой попало ящик или мешок, а определенный, и переместить его в определенное место зачастую по сложной траектории. Если бы нужно было просто разом переместить все содержимое склада, то с этим справился бы и бульдозер. Хотя умные роботы для складов уже разрабатываются…

В процессе труда человек участвует в воспроизводстве общества в целом. Но органическое строение общества технологического типа постоянно изменяется в сторону роста искусственной части общественно-экономической системы, что выражается и в изменении пропорции материи и энергии, затраченной на воспроизводство артефактов и непосредственно человека. Если холос (целостная система) общества в давние времена почти полностью состояла из людей, даже если принимать во внимание только массу вещества, с небольшой частью искусственных предметов (примитивных орудий, одежды), то ''в настоящее время масса искусственной части социохолоса во много раз превышает массу собственно человеческую''. Пропорционально растут и расходы труда на расширенное воспроизводство этой искусственной части. ''Значительно больше энергии и информации используется сегодня на создание машин, домов, дорог, коммуникаций современной страны, чем непосредственно на поддержание жизни небольшого биологического организма вида homo sapiens''. Сельское же хозяйство в основном ориентировано на удовлетворение биологических потребностей человека (в том числе, и не связанные с питанием – лен, хлопок, кожа и т.д. используются, в основном, для производства одежды и белья); поэтому, ''вместе с сокращением доли людей в социохолосе, сокращается и доля сельского хозяйства в экономике''.

Казалось бы, экономическая эволюция и, тем более, эволюция научных идей следуют иным путем, нежели эволюция животных, путем сознательного конструирования новых товаров, новых форм производственных организаций, новых технологий, способов организации труда, новых теорий и так далее. Но вот в чем дело – все это происходит в условиях очень сложной внешней среды. ''Для того, чтобы безошибочно сконструировать новую организацию фирмы, необходимо предвидеть, как она будет существовать в реальном мире, то есть, предвидеть реакцию внешней среды, которая в значительной степени состоит из других фирм, не менее сложных чем она.'' А руководство фирмы имеет средства предвидения, даже меньшие, чем потенциал всей фирмы в целом, поскольку не может занять планированием весь персонал фирмы, оторвав его от производственного процесса. Р. Коуз назвал это «ограниченной рациональностью», имея в виду, что никто не имеет достаточной информации и достаточных возможностей по ее обработке для того, чтобы принять истинно оптимальное решение на рынке, будь это приобретение телевизора или целой компании.

В сто и тысячу раз хуже обстоит дело со сложными товарами и проектированием организаций. Специалистам известно, что на каждый успешный новый товар создается несколько моделей, которые несут создателям убытки. Где керамический двигатель для автомобиля, где знаменитые в свое время процессоры Zilog и Motorola, которые тоже пытались выйти на рынок 16 и 32-разрядных устройств, где бытовые видеомагнитофоны Betacam, где разрекламированная линия компьютеров Lisa? ''Почему одни конструкции остаются и заполняют рыночное пространство, как осталась система Windows, а другие исчезают, несмотря на вложенные в них огромные средства, как OS/2 фирмы IBM''?

При внимательном изучении истории открытий и изобретений оказывается, что ''так же, как история жизни на Земле изобилует исчезнувшими видами, история науки помнит множество отвергнутых теорий, а история техники – множеством отвергнутых изобретений''. Причем создавали их отнюдь не глупые люди, пользуясь логикой и всем комплексом имеющихся знаний. Например, изобретатели, работавшие в эволюционной линии дирижаблей. Применялись новые сверхлегкие и прочные материалы, негорючий гелий заменил водород, были изобретены экономичные винты большого диаметра – но ничто не помогло этой линии удержаться в соревновании с линией самолетов.

Оказывается, что ''порождение нового в конечном счете принципиально случайно, по той причине, что мир в целом всегда сложнее любого «изобретателя», будь это биологическая мутация, человек или некая организация, даже целое государство''. Изобретатель может продумать конструкцию так, чтобы она была работоспособной, но никакой изобретатель не в состоянии предвидеть судьбу этой конструкции в человеческом обществе, вот почему в эволюционном смысле, как порождение эволюционных линий, творчество человека столь же случайно, как творчество природы в биологической эволюции.

Эволюция – это всегда эволюция идей, конструкций систем, которые возможно создавать из материи. Только живая материя реализует свои конструкции размножением и ростом организмов, а ''общество реализует новые идеи искусственным преобразованием и организацией в нужные системы живой и мертвой материи''. Поскольку никакая сложная конструкция не возникает на пустом месте, всегда имеется некая история этой конструкции, ''история наследования, поиска вариантов и усложнения этой конструкции'', будь это устройство организма, машины или человеческой организации. ''Идей всегда слишком много. На реализацию всех не хватит всей материи во Вселенной, поэтому между идеями всегда идет дарвиновское соревнование за обладание материей''.

Если эволюция в биологии – это изменение организации тела животных, то на уровне общества – это изменение организации общества и его подсистем. Например, новая организация войска, или внедрение конвейера в промышленности. Введение избирательной системы и представительства. Производство двигателей или внедрение земледелия также является изменением организации общества, изменением системы связи людей друг с другом и средствами производства.

Но, в отличие от биологического уровня, модели новых комбинаций создаются сначала в сознании людей. Там же проигрываются предполагаемые сценарии поведения и деятельности новых комбинаций в жизни, во взаимодействии с другими подсистемами общества, окружающей средой и другими обществами. Здесь следует отметить, что в сложных случаях – таких, как проектирование нового крупного предприятия – модель создается в виде распределенной когнитивной модели, в сознании множества людей, специалистов, занимающихся разработкой частей общего проекта, и значительная часть модели хранится во внешних носителях – чертежах, текстах, таблицах, в компьютерных базах и моделях.

Проблема безошибочного проектирования состоит в соотношении сложностей. Для того, чтобы безошибочно выбрать наилучший вариант, необходимо создать точные модели всех возможных сценариев развития (а сколько их? кто знает все возможное?) и «прогнать» их в реальной обстановке, вычислить возможные реакции на такое свое изменение со стороны всех окружающих обществ. Поскольку окружающие общества не проще нашего, ясно, что никаких вычислительных моделирующих ресурсов нашего общества на это не хватит. Их не хватит даже на моделирование вариантов нашего собственного развития, без учета реакции соседей – потому что ''все общество всегда сложнее той своей части, которая пытается его моделировать''.

'''Методы ускорения эволюции'''

Что же делать? Да, безошибочная эволюция невозможна. Но ''возможно добиться того, чтобы вероятность успешного развития была максимальной, большей, чем у конкурирующих обществ''. А для этого необходимо иметь наиболее развитую систему моделирования будущего, ''систему предвидения''. Эта система должна состоять из множества специалистов разных профилей – социологов, политологов, технологов, экономистов, историков, медиков, физиков и химиков – всех не перечислишь – объединенных компьютерной сетью и системой групповой работы.

Дополненная искусственным интеллектом в качестве помощника людям, а также базами данных и знаний, цифровыми двойниками своего объекта управления (предприятия, города, региона, страны).

Это должен быть коллективный субъект, система распределенного мышления.

Каждый ''специалист высокого класса имеет в голове уникальную модель мира'', набор моделей всех объектов, относящихся к его роду деятельности. При обсуждении возможных вариантов развития он может моментально дать обоснованный ответ на сложнейшие вопросы, в то время как кому-то другому потребуются недели и месяцы поисков информации и ее изучения. Для того, чтобы знать, к какому человеку по какой проблеме обращаться, составляются компьютерные «карты знаний».

Конечно, для решения важнейших задач подобные коллективы создавались и создаются, но дело в том, что система взаимодействий в таком коллективе, роли отдельных людей, языки общения разных групп друг с другом, архивы информации, набор полезных математических моделей и пр. создается годами, поэтому для государственного и регионального управления необходимо иметь постоянно действующую систему такого рода.

Эта система представляет собой, по сути, живой организм, который надо «выращивать» и который быстро умирает при прекращении работы; чтобы возобновить работу, приходится его «реанимировать», что не может быть сделано очень быстро. За время промежутка часть людей уедут или не смогут работать по другим причинам, с ними будет потеряна часть общей «нейросети».

Из кибернетики известно, что, чем сложнее управляемая система, тем сложнее должна быть управляющая. [Ляпунов А.А. В чем состоит системный подход к изучению реальных объектов сложной природы? // Системные исследования. Ежегодник. Наука, М., 1972 г., – С. 5 – 17] Простой социальной системой первобытным племенем, например) может управлять один человек, но для управления современным городом или регионом нужна уже группа людей, организованная в управляющую систему.

<nowiki>*********************** </nowiki>

'''2. Из книги «Компаративная экономика и теория модернизации» <ref name="ftn7">'''Сухарев М.В. Компаративная экономика и теория модернизации. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. 104 с.'''</ref>'''

'''Культура и тело общества'''

Большое общество, такое как большое (более 50 млн.) современное государство является очень сложной материальной системой. Холос государства включает его территорию вместе с природными богатствами, народы государства, инфраструктуру: дороги, города и поселения, электростанции и линии передач, поля, шахты, морские и речные порты и многое другое: все не перечислить. Оно включает таже биологические элементы: самих людей, культурных животных и растения, природу (леса, степи, животных и пр.) своей страны.

Это самовоспроизводящаяся система: если природа более или менее воспроизводит себя сама, то все остальное должно воспроизводиться за счет ''организованной деятельности людей''. Но для воспроизведения где-то должны храниться идеи всего воспроизводимого: схемы, принципы устройства, знания, чертежи, рисунки, описания… От устройства глиняного кувшина до реактивного самолета, от выкройки ситцевого платья до плана города, от организации бригады сельских строителей до организации армии государства.

Все вместе это входит в культуру общества, и у каждого общества эта культура своя.

Наиболее сложными системами идей, известными нам, являются на сегодня культуры больших человеческих сообществ (народов). Иногда культуры нескольких народов настолько близки и синергетичны, проникают друг в друга за счет общей религии, литературы, музыки, материальных обменов и прочего, что образуют общую цивилизацию.

Следовательно, ''культуры – это такие идеальные (организационные) системы, отдельные элементы которых «подогнаны» и приспособлены друг к другу в процессе многовековой жизни этих народов''. Например, культура войны связана с моральными установками. Культура ведения сельского хозяйства связана с культурой учета времени. Культура танца связана с культурой музыки, физика связана с математикой и так далее. ''Культура – это органическая система идей: знаний, умений и информации''.

Так же, как в состязании научных идей важнейшую роль играют научные сообщества, в состязании сценариев реконструкции общества важнейшую роль играют коалиции интересов. [<ref name="ftn8">Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. М.: Институт экспериментальной социологии.

СПб.: Алетейя, 2005. 576 с.</ref>,<ref name="ftn9">Коалиции для будущего. Стратегии развития России: Коллектив экономистов «СИГМА». – М.: ООО «Издательство «Промышленник России», 2007. 12 с.</ref>]

Поэтому конкуренция между комплексами идей имеет, чаще всего, вид ''многоуровневого отбора'', когда отбор форм нижних структурных уровней идет при сохранении форм более высоких уровней.

<div style="text-align:center;">Рис. 1. Иерархия уровней опосредованного отбора
</div>

Соревнование человеческих обществ друг с другом имеет характер, сходный с соревнованием биологических генотипов. Только вместо ДНК у них культура, включающая в себя, кроме многого другого, схемы, устройство, организацию – в общем, идеи всех артефактов и организаций, которые оно должно воспроизводить снова и снова чтобы оставаться собой. Большая часть истории человечества (более двух миллионов лет в сравнении с последними двадцатью-сорока тысячами лет) протекала в условиях очень небольшой заселенности Земли людьми. Это был экстенсивный тип развития, когда люди расселялись по территории Евразии, куда они вышли из Африки.

При этом соревнование племен шло именно за скорейшее овладение территориями охоты и собирательства. По всей видимости, вооруженные конфликты между племенами были достаточно редкими. Конкуренция между ними шла по линии экстенсивного расширения: роста численности племени и захвата пространства. Но этот рост прямо зависит от того, насколько эффективно племя умеет преобразовывать материю окружающей природы в свою собственную, что означает оформление этой материи в соответствии со своей структурой. А эта эффективность от структуры как раз и зависит.

От того, как племя организуется для охоты. От того, какое оружие умеет делать. От того, как умеет сохранять в общественной памяти свои открытия. И как разрешает конфликты внутри племени, как сохраняет своих людей. То есть, зависит от культуры племени.

В результате возникает процесс, которым можно назвать опосредованным многоуровневым отбором идей.

Каждый из уровней является одновременно основой и областью деятельности для высшего. Успешность этой деятельности ведет к тому, что практическая деятельность сохраняет эффективные виды и структуры деятельности, а эти виды поддерживают (или нет) соответствующие теоретические (когнитивные) структуры, благодаря чему и

'''Идеи играют роль'''

Идеи играют колоссальную роль в человеческом обществе. В сущности, вся конструкция общества записана в идеях. Если устройство живого организма, то, какие у него лапы, зубы, скелет, желудок, мозг, какие молекулы белков, как сделаны клеточные мембраны и так далее, записано в ДНК, то устройство человеческого общества (как сделан каменный топор, копье, юрта, лодка, как строят крепости, самолеты, электростанции, как устроена армия, фабрика, университет, парламент) – все это записано в виде идей, хранящихся в человеческих головах или книгах.

Сумма (надбиологических) идей общества – это культура общества. Хотя много справедливого в следующем мнении: «…что такое культура? Вопрос так и остается открытым, если учитывать, что предложены сотни ее определений», я буду придерживаться положения о том, что культура – это органическая система всех идей общества. Если будет утеряна культура (сумма знаний), то есть, стерта память людей и уничтожена информация на искусственных носителях (в книгах и компьютерах), то при полной физической сохранности материальной части социальной системы (людей, строений, машин и т.д.) она перестанет работать. Стада (именно стада, а не толпы) антропоидов будут бродить среди зданий, лишенных тепла, электричества и воды, и стремительно вымирать. Общество без суммы своих знаний подобно компьютеру без операционной системы и прикладных программ, который становится бесполезной железкой.

Конечно же, знания, идеи общества, в физическом смысле (но не с точки зрения науки физики – физика формами и организованностью не занимается ) являются организацией каких-то (не известных в достаточной степени) биохимических элементов в нейронах (перемещением органических молекул, ионов, изменением их состояний) и организацией вещества (например, краски на бумаге, электронов в памяти компьютеров или намагниченных участков на жестких дисках).

Суть дела в том, что эти организованности за счет своего движения в материи могут изменять организацию вещества, почерпнутого из окружающего мира. Так, если в клетках мозга запечатлен образ лука или каменного топора, то этот образ может вызвать организованное движение тела человека с тем, чтобы найти подходящие ветки, жилы, камни, обработать их, придавая им заданную форму, и соединить в виде требуемого орудия. Так же можно рассмотреть и движение организованности от какого-нибудь

чертежа и текстового описания в мозг человека, а затем в организованное действие по управлению машинами. Впрочем, сейчас описание нужных деталей и даже целых узлов может храниться в памяти обрабатывающих центров и автоматических линий, перенося идеи из памяти в материю без участия человека.

В понятие культуры входит и материальная культура, то есть, совокупность искусственных предметов (артефактов), созданных людьми, начиная от произведений искусства, статуй, картин и прочего, и кончая обычными инструментами, от копья до лазера. Во всех этих предметах их идея реализована в материальных формах, в организованности материи, которая от идей в мозгу отличается тем, что не может самостоятельно «оторваться» от своего носителя и приобрести движение.

Но человек, изучив артефакт, может извлечь эту идею, придать ей движение и воспроизвести в новой материи. Если это был артефакт, созданный иной культурой, после изучения и освоения в понятиях воспринимающей культуры (на ее языке), идея этого артефакта входит в воспринимающую культуру. Так русские позаимствовали у сибиряков пельмени, а у Запада – пушки.

Попытаемся понять, за счет каких процессов изменяется и развивается культура. Понимание многих эволюционных процессов упрощается, если рассматривать их в начальные периоды их развития, когда они сравнительно просты. В эти периоды можно «подглядеть» ряд общих принципов и закономерностей, которые трудно увидеть в сложном сплетении взаимодействий и элементов развитых форм. Если посмотреть на историю человечества, то мы обнаружим, что за два с лишним миллиона лет, со времен австралопитеков, предки людей только усовершенствовали обработку нескольких примитивных орудий, не создав принципиально новых. Резкое ускорение развития культуры происходит вместе с переходом от охоты и собирательства к животноводству и земледелию, что происходило практически одновременно, хотя по-разному для разных типов общества. Так, в связи с недостаточным плодородием занимаемых территорий, ряд северных и степных народов или задержался на несколько веков с введением земледелия, или до сих пор им не занимается. Первыми животными, которые одомашненными человеком, были собаки. Это произошло еще до возникновения земледелия; археологи датируют наиболее древние скелеты собак, найденных в местах древних стойбищ, тридцатью тысячами лет. Козы, коровы, овцы, лошади были одомашнены в период от 10 до 3 тысяч лет до нашей эры. Следует заметить, что одомашнивание животных переводило на человека большую часть забот об их пропитании, что синергетически связано с земледелием и умением хранить зерно и другие продукты сельского хозяйства.

Лишь примерно в последние десять тысяч лет (точные даты неизвестны) развитие материальной культуры и соответствующее развитие сферы идей получило большое ускорение. Земледелие потребовало создания целого комплекса новых орудий (лопата, мотыга, соха), создания культуры севооборота, культуры селекции растений, культуры хранения и переработки урожая.

Всего за несколько тысяч лет возникли города и государства. В это же время были открыты металлы и созданы металлические орудия. Была создана письменность, причем, видимо, одновременно в нескольких центрах цивилизации.

В значительной степени процесс культурной эволюции протекает подобно биологической эволюции – в сравнительно случайных отклонениях и запоминании удачных идей. Г. Кастлер писал: «Следует подчеркнуть, что возникновение информации из шума - это совсем не то, что обнаружение информации, замаскированной шумом, например при выявлении ранее не известной закономерности. … ''Запоминание случайного выбора служит механизмом создания информации, и по своей природе этот механизм совершенно отличен от механизма обнаружения информации''. … ''Запоминание случайного выбора'' - это обычный способ возникновения информации» (выделено мной).

Древний человек не рисовал чертежи каменного топора перед тем, как сделать его. Этот процесс именно был, главным образом, именно «запоминанием случайного выбора». Первыми орудиями были любые подходящие палки и камни, которые можно найти повсюду, использование которых наблюдают биологи и у современных обезьян. То есть, использование необработанных камней – это еще не человеческая активность. И лишь затем, когда некому палеоантропу случайно попался камень с острым сколом, он запомнил, что таким камнем удобнее раскалывать кости или орехи. Может быть, этот предок человека некоторое время таскал с собой такой удобный камень. Потом потерял, нашел другой, похожий.

И только гораздо позже он стал специально раскалывать камни. Поскольку камни раскалываются очень случайно, в этом процессе были выработаны и усвоены культурой (не отдельного человека, но племени в целом) различные виды орудий, которые различают археологи – рубила, скребки, топоры. Не просто было и подобрать материал для орудий; наверняка, сначала инструменты делались из любых попавшихся камней, и только опыт (запоминание удачного выбора) привел к закреплению знаний о том, что хорошие инструменты получаются из кремня и обсидиана. Но, будучи открытыми, идеи конструкции орудий и выбора материалов для них, сохранялись в коллективной памяти тысячелетиями. Известны случаи, когда орудия из обсидиана находили за сотни и тысячи километров от ближайших месторождений – так далеко доставляли сырье или готовые орудия наши древние предки. Судя по сходству орудий по всей территории соединяющихся континентов – Африки и Евразии – разные племена охотно заимствовали друг у друга типы орудий и способы обработки. Сравнение своих технологий с технологиями соседнего племени, сравнение организации охоты, организации временных поселений и так далее, были своеобразной «компаративной экономикой» каменного века.

Таким образом, культура прирастала в доисторические времена очень медленно, по крупицам. И только в конце неолита, около десяти тысяч лет назад, произошла «неолитическая революция», когда развитие культуры и человечества значительно ускорилось. За несколько тысяч лет, примерно с 13 до 8 тысяч лет до н.э., что очень недолго в сравнении с миллионами лет эволюции произошли несколько важнейших культурных событий.

Самое главное – люди перешли от т.н. «присваивающей» экономики (собирательства и охоты, когда пища добывается, в основном, во внешней по отношению к обществу природе), к земледелию и животноводству. Такое изменение экономической основы жизни общества привело к необходимости изменить старый, кочевой образ жизни, когда люди переходили с места на место в погоне за природными источниками пищи, на оседлый, который диктовался привязанностью к полям и хранилищам урожая.

Первыми были одомашнены из растений пшеница, горох, оливковое дерево, а из животных – овцы и козы. Это произошло около 8,5 тыс. лет назад в Юго-Западной Азии народами, из которых возникла затем цивилизация шумеров. , Переход к сельскому хозяйству и строительству постоянных поселений немедленно потребовал создания многочисленных новых орудий труда, разнообразие которых в несколько раз превышало необходимое для охоты.

Очень быстро вслед за земледелием возникли первые города. С системной точки зрения, город является системой более высокого уровня, чем отдельное жилище, это не беспорядочное скопление домов, а организованная структура, имеющая улицы, площади, центр и окраину, зачастую огороженное стеной.

Происходила специализация труда, возникли профессии – воины, каменщики, кожевенники, оружейники, пивовары и так далее. Каждая профессия требовала системы специальных знаний. На место племени приходил город-государство, в котором было на порядок больше людей и более сложная социальная иерархия, чем в племени. Культура быстро усложнялась, причем многократно. Вслед за возникновением городов, через одну или две тысячи лет, возникла письменность. Письменность была необходима для усложнившегося общества, где требовался учет имущества, учет обменов между людьми, в котором царь должен посылать приказы удаленным за сотни километров подчиненным.

Но, возникнув, будто бы средство для записи устного языка, письменность стала важнейшим системным элементом культуры, придавшим новый импульс ее развитию. Невозможно представить себе накопление современного культурного багажа человечества без письменности. Без нее невозможны были бы ни литература, ни наука. Все знания об истории строились бы на устных преданиях.

В конечном счете, накопление знаний и информации в обществе с использованием письменности, ведет к такому росту культуры, которое становится основой сначала городских аграрных, а затем промышленных, цивилизаций.

'''Отбор артефактов'''

Я уже писал, что невозможно проектировать (а, значит, и эволюционировать) безошибочно. Почему? Потому что мир сложен, а наши способности к моделированию ограничены. Наверно, можно спроектировать близкий к идеальному чайник или смартфон. Не такие уж это сложные системы для современных суперкомпьютеров. Но дело в том, что эксплуатироваться они будут в условиях намного более сложной и непредсказуемой социальной среды.

Вот пример. Это битва стандартов на видеодиски HD-DVD, основным разработчиком которых выступала Toshiba, и Blu-Ray фирмы Sony. Обе разработки были работоспособны, так что дело не в ошибках изобретателей. На сегодня победил формат Blu-Ray, в основном благодаря тому, что на него сориентировался Голливуд – основной производитель фильмов в мире.

Toshiba потратила более 150 млн. долларов на разработку носителей и считывающих устройств HD-DVD. Конечно, они предполагали вернуть инвестиции за счет реализации дисков, устройств чтения и лицензий на их производство. Но «человек предполагает, а бог располагает».

Лет тридцать ранее совершенно аналогичная битва разразилась между стандартами на видеокассеты VHS и Betamax. Победил VHS компании JVC, хотя Betamax и был более совершенным технически.

Если смотреть на введение новых видеостандартов, как на значительные мутации, мы можем видеть следующее: ''абсолютно рациональные устремления больших команд ученых и инженеров, поддержанных огромными финансовыми ресурсами, и направленные на достижение определенных целей, завершаются их разгромом и поражением''. Тут можно напомнить и знаменитый QWERTY-эффект, состоящий в том, что существует более удобное расположение клавиш на латинской клавиатуре, чем известный стандарт QWERTY. В 1936 г. американский изобретатель Август Дворак изобрел другое расположение букв, основанное на частоте их встречаемости в текстах. Было экспериментально доказано, что машинистки работают на 20-40% быстрее, чем на стандартных клавиатурах, но мир так и не отважился перейти на эти клавиатуры. Так мы видим закрепление в технической традиции неоптимального устройства, схемы, идеи.

Если биологические мутации случайны (думаю, не абсолютно – некоторые мутации, например, окраски, встречаются гораздо чаще, чем, например, изменение количества конечностей, то есть, уже природа чаще экспериментирует в одних направлениях, чем в более важных для жизни; видимо, некоторые важные последовательности ДНК или дублированы, или имеют более прочные молекулярные структуры), то изменения культуры очень сильно направлены. Например, тысячи инженеров пытаются увеличить КПД двигателей и снизить их шум, но никто не работает над снижением КПД или повышением шума. В то время, как в живой природе мутации, снижающие приспособленность, намного чаще, чем повышающие. Эту тенденцию можно изобразить следующим образом (Рис. 2.2), где стрелки изображают направления мутаций (изменчивости) от оригинала (центр). Длина стрелок пропорциональна вероятности мутаций в обозначенном направлении. Если вероятность мутации в любом направлении от исходной конструкции равновероятна, можно говорить о ненаправленной изменчивости. Если вероятность различна, можно говорить о «спектре мутаций».

Сужение спектра мутаций в культурной изменчивости в сравнении с изменчивостью биологической имеет чрезвычайно большое значение. Дело в самих принципах эволюции сложных систем.

<div style="text-align:center;">Рис. 2</div>

<div style="text-align:center;">Ненаправленные биологические мутации и направленные культурные мутации</div>

Здесь одно из двух. Или мы можем '''''безошибочно''''' сконструировать новую, лучшую в некотором измеримом отношении, систему. Тогда ее можно, скажем так, «пустить в серию» без предварительных проверок и доводки (напоминаю, что эта новая система, в общем случае, может быть новым живым существом, новым изделием или даже новым типом государства). Или можем ее сконструировать, но при этом есть существенная вероятность, что эта система не будет работать так, как предполагалось. Первый случай – это конструирование достаточно простых и хорошо изученных устройств, которые можно рассчитать на компьютере с очень малыми ошибками. Во втором случае невозможность безошибочно рассчитать не означает невозможность изготовить. Тут идут известным, веками проверенным путем – делают опытный образец и испытывают. Дорабатывают неудачные элементы, и снова испытывают. Если процесс нужно ускорить, делают параллельно несколько вариантов.

С точки зрения теории информации, в этих экспериментах мы снижаем неопределенность, которую имеем из-за невозможности точно рассчитать будущую систему. То есть, построить ее идеальную модель. Вместо этого мы строим реальные модели, задавая вопросы Природе. Как если бы мы могли спросить ее по телефону по поводу разных вариантов проектируемой системы, разработанных в виде компьютерных моделей: * Природа, годится модель «А»?
* Нет
* Модель «Б»?
* Нет
* Модель «С»?
* Да
* Хорошо, значит, делаем модель «С»

В силу эквивалентности организованностей материи как в виде структур в памяти компьютера, так и в виде материальной структуры реальных моделей, с точки зрения движения идей, эксперименты с опытными образцами и с математическими моделями принципиально не отличаются друг от друга, если не считать того важного обстоятельства, что реальные модели взаимодействуют с природой автоматически, а вот обеспечить неискаженное взаимодействие с природой мысленной или компьютерной модели достаточно проблематично. Мысленная модель обычно проверяется на соответствие природе через человеческое и социальное (экономическое) действие. Результат действия является ответом, часто – дорогостоящим (разорение предприятия, гибель государства).

Чем сложнее эволюционирующая система, тем менее достижимо безошибочное конструирование, тем больше возможных вариантов новой конструкции. Я не могу сейчас дать строгое математическое обоснование, но ясно, что количество возможных вариантов связано с количеством элементов системы очень быстро возрастающей функцией, типа факториала или числа перестановок из N по M, где N – общее количество элементов эволюционирующей системы, а N – количество элементов, подвергающихся модернизации (замене или соединению в другом порядке).

Поскольку эти функции очень быстро растут с увеличением количества элементов в системе, так же быстро растет количество необходимых экспериментов для снятия неопределенностей эволюции. В биологической эволюции «эксперимент» - это каждая особь с мутацией генотипа. С точки зрения накопления информации в генотипе эволюционирующей популяции, количество экспериментов и поток поступающей информации пропорционален количеству особей и плодовитости этой популяции.

Здесь имеется определенный парадокс. А именно, чем менее развит биологический вид, тем больше, как правило, его плодовитость. В то же время высокоразвитые животные имеют немногочисленное потомство и, одновременно, большую продолжительность жизни (сравнить, к примеру, лягушек и львов). То есть, количество экспериментов в единицу времени сокращается на несколько порядков. Неизбежно снижение скорости эволюции.

Как же обеспечить дальнейшее развитие? Жизнь нашла свой ответ – ''сужение спектра мутаций'' за счет полового подбора, на роль которого указал Дарвин. С точки зрения развития видов его действие состоит в том, что наиболее сильные и здоровые особи получают преимущество на стадии репродукции.

Этот этап эволюции является переходным к тому, что изображено на рис. 2 справа (эллипс вместо круга). Можно изобразить спектры мутаций в виде двухмерных функций (Рис. 3), где P – вероятность мутации в направлении W, а W – угол вектора в пространстве мутаций (следует иметь в виду, что в действительности это пространство многомерно). На правом рисунке изображен случай, когда вероятности реализации новых систем, идеи (проекты, генотипы) которых имеются, не равны друг другу, а имеются «предпочитаемые» версии.

<div style="text-align:center;">Рис. 3</div>

<div style="text-align:center;">Широкий и узкий спектры мутаций </div>

<div style="text-align:center;">Рис. 4</div>

<div style="text-align:center;">Узконаправленные мутации</div>

На рисунке 4. показан вариант узконаправленных мутаций, характерный для культурных процессов (проектирование устройств, организаций, законов, идеальных систем, таких, как наука или религия). Видно значительное снижение числа нужных экспериментов (площадь фигур) по сравнению с широким спектром (Рис. 3)

До какой степени вообще возможно сузить спектр мутаций, количество неудачных экспериментальных моделей, товаров, реорганизаций фирм, недействующих законов, бесполезных социальных революций? ''Это зависит от информационных возможностей моделирующей системы.'' От объема памяти и быстродействия, от программного обеспечения. Чем более точные модели проектируемой системы и той среды, где она будет использоваться, мы сможем создать, тем меньше вероятность неуспешности экономического продукта.

Чтобы заранее, до эксперимента, оценить успешность создаваемой системы, необходимо смоделировать не только эту систему, но ее действие в той среде, обстановке, окружении, в которой она должна действовать. Значит, нужно дополнительно иметь модель окружающей среды. Это возможно, если мы имеем достаточно мощную моделирующую систему (имея в виду объем памяти и производительность) и достаточно полную и точную информацию об этой окружающей среде).

Но есть особый случай, когда система должна моделировать свою собственную эволюцию. Прогрессивная эволюция связана с усложнением систем. Высшие животные сложнее, чем появившиеся ранее. Они имеют более развитую нервную систему, терморегуляцию, у них в десятки и сотни раз больше клеток в головном мозге. Современное общество во много раз сложнее средневекового, а то сложнее первобытного.

Поэтому, ''настроенная на прогрессивную эволюцию система должна в качестве своего проектируемого будущего состояния иметь нечто более сложное'', чем в момент проектирования и моделирования. Это особенно сложно для сверхсложных систем, таких, как наше государство-цивилизация. А, поскольку средством моделирования выступает она сама, то в принципе не может смоделировать будущую систему полностью и абсолютно точно. Тем более, у нее не остается возможностей на моделирование внешней среды, которая может быть еще более сложной. В том числе потому, что включает другие конкурирующие системы (фирмы, государства, цивилизации).

Каков выход? Выращивать мощную внутреннюю подсистему проектирования будущего. Включающую, прежде всего, самых разнообразных специалистов самого высокого уровня, начиная от философов, включая историков, политологов, социологов разных направлений, культурологов, ученых естественно-научного профиля (потому что эволюция современного общества – это в первую очередь эволюция сложнейших технологических систем) и других специальностей; все сложно перечислить. Предугадать самые перспективные направления исследований очень трудно (искусственный интеллект? квантовые вычисления? холодный термоядерный синтез? робототехника?) но ошибка может иметь колоссальную цену.

Эти люди не должны быть некой толпой специалистов, им нужно научиться понимать друг друга и синхронизировать свои знания, часто противоречащие друг другу. Одно это является огромной научной проблемой.

Кроме собрания людей, нужно их обеспечить мощной информационной средой. Доступ к библиотекам, книгам, журналам и др. Системы поиска, в том числе, семантического и с использованием ИИ. Системы моделирования (цифровых двойников) для объектов разного типа, от технических до биологических и социальных.

Системы поддержки принятия решений. Системы научной коммуникации, включая поиск онтологий. Должна работать социология знаний, которую нужно продвинуть вперед всей планеты.

Эти технологии нужно разрабатывать и с возможностью масштабирования для управления развитием средних и малых социально-экономических систем: предприятий, поселений, регионов, государственных и общественных организаций.

----
<references/>

Рассуждения об экономике

2024-10-17T15:55:19Z

Wiki-admin: Создание страницы

'''Эта часть собрана из отрывков моих книг, посвященным проблемам экономического развития, особенность которых состоит в том, что экономика рассматривается как часть социохолоса'''

'''1. Из книги «Эволюционное управление социально-экономическими системами» [<ref name="ftn1">'''Сухарев М.В. Эволюционное управление социально-экономическими системами. Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2008. 258 с.'''</ref>]'''

'''Экономика вообще'''

Экономика любого типа, начиная от «экономики» первобытного племени, экономики древнего Египта и вплоть до экономик США и ЕС, является важной частью тех сложных систем, которые представляют собой человеческие общества. Если отталкиваться от различий между популяциями животных и человеческим обществом, как холосом, то мы обнаружим, что большая часть этих различий производится именно экономикой. Экономика производит все искусственное, что является частью этого холоса: орудия труда, пищу, одежду, жилища, дороги, машины, мосты и так далее.

Производит все, без чего современный человек не может быть «современным», не может быть инженером, программистом, ученым, политиком, финансистом, предпринимателем, строителем или водителем.

В той степени, в которой образование является экономической деятельностью, экономика производит и самого человека, формируя его, как специалиста в одной из многочисленных областей человеческой деятельности.

Но производство любых вещей, включая производство обученного человека, помимо средств производства, основано на некоем предшествующем знании. Чтобы производить каменный топор или станок с компьютерным управлением, надо заранее знать, и что мы хотим произвести, и как это делают. Чтобы произвести из гоминина инженера-схемотехника или врача-окулиста, надо уже заранее обладать суммой знаний и навыков, которые необходимо внедрить в сознание обучаемых людей.

Легко заметить, что «количество знания (идеального)», требующееся для производства вещей, постоянно возрастает с развитием экономики. Но, если количество труда, материалоемкость и энергоемкость производства предметов давно стали объектом внимания экономики, то их информационная емкость все еще остается вне ее поля зрения. В данных экономического развития стран вы, без сомнения, найдете данные о количестве произведенной стали, алюминия и так далее, количестве произведенной электроэнергии, но даже сейчас, в XXI веке, не найдете данных о количестве произведенной информации.

'''Экономика и эволюционная эпистемология '''

Один из известнейших философов XX века Карл Поппер писал в своей книге «Эволюцонная эпистемология» (эпистемология – наука о возникновении знания) следующее: «''С эволюционной точки зрения теории (как и всякое знание вообще) представляют собой часть наших попыток адаптации, приспособления к окружающей среде. Такие попытки подобны ожиданиям и предвосхищениям. В этом и состоит их функция: биологическая функция всякого знания — попытка предвосхитить, что произойдет в окружающей нас среде. Однако и наши органы чувств, например глаза, тоже такие же средства адаптации. Рассматриваемые с этой точки зрения, они являются теориями: организмы животных изобрели глаза и усовершенствовали их во всех деталях как предвосхищение, или теорию о том, что свет в видимом диапазоне электромагнитных волн будет полезен для извлечения информации из окружающей среды, для высасывания из окружающей среды информации, которую можно интерпретировать как показатель состояния окружающей среды — и долгосрочного, и краткосрочного''». [<ref name="ftn6">Поппер К. Эволюционная эпистемология // Эволюционная эпистемология и логика социальных наук. Эдиториал УРСС, М., 2000.</ref>, С. 57 – 74]

Конечно, для большинства, назвать глаз или нос «теорией» есть метафора, и не более того. Под теорией принято понимать некую идею, а не орган. Однако на самом деле, все наши теории не являются какими–то бестелесными сущностями. Научные теории записаны чернилами, напечатаны типографской краской, представлены нервными импульсами и молекулярными состояниями наших нейронов. ''Теории'' экономики в действительности представляют собой сложные или простые машины, сделанные из бумаги, чернил, нервных импульсов в человеческом мозге, электронов в компьютерах. Все живое существо целиком является ''теорией о том, что оно способно существовать и воспроизводить себя в данной окружающей среде''. Каждый из его органов отвечает какой-то части общей ''теории, идеального холоса, схемы этого существа, записанной в ДНК'' и нужной для извлечения подходящей материи из окружающей среды и переделки этой материи в себя и свое потомство.

Взглянем с этой точки зрения на экономику. И тогда окажется, что ''всякий товар есть теория'' о том, что он способствует существованию и воспроизведению общества, производящего этот товар.

Более того, организация производственных и коммерческих организаций является ''теориями'' об их оптимальном устройстве. Вся организация общества, вместе с его институтами и государственными органами, является комплексом взаимно согласованных теорий (идей), отражающим как рациональные принципы этого общества, так и не основанные на научных знаниях и логике принципы, добытые в процессе исторической эволюции. ''Завод – это идея.'' Почему? Потому что люди приходят и уходят, станки стареют и заменяются новыми, а завод остается тем же. Материя протекает, организованность сохраняется.

Чем сложнее ''организация'' изготавливаемого предмета (сравним, например, каменный топор и микропроцессор), тем большее количество информации должен использовать изготовитель. Эта информация направляет каждое действие в процессе изготовления. Например, чтобы сделать деревянный брусок нужно сделать всего шесть плоских пропилов. Но для создания гравюры требуются прорезать тысячи канавок сложной формы. Эта работа может быть физически легкой (как работа писца-каллиграфа, такого, какие писали старинные книги, где каждая буква – произведение искусства), но требовать большого количества рабочего времени, причем ''общественно-необходимого'', что подтверждается в процессах обмена, в которых некоторые книги реально на вес золота.

Следовательно'', стоимость создается комплексным применением к материи двух элементов – физической работы и сложности'', пропорциональной количеству ''организованности'' (информации), которую необходимо внедрить в продукт труда. Имеется в виду, конечно, общественно-необходимый труд – воспроизводство предметов, необходимых для функционирования социальной системы и с затратами труда, характерными для данного общества. Это ясно видно и на конкретных примерах.

Рабочий, совершающий большую физическую работу (например, грузчик), может получать оплату, равную оплате рабочего, затрачивающего незначительное количество энергии, но создающего сложные изделия (например, ювелирные изделия). Мастер-кузнец, указывающий легким молоточком, куда ударить, оплачивается выше, чем подмастерье, который бьет в указанную точку тяжелым молотом.

Моя гипотеза состоит в том, что потребность любого производства в человеческом труде имеет две компоненты – это потребность в физической силе, в механической работе и ''потребность в организации материи'' с целью ее использования человеческим обществом, с целью ''включения организованной по-новому материи в тело общества''. Чем более сложные преобразования материи в процессе человеческого труда требуется совершить, тем больше организационная компонента в общем количестве труда.

Что происходит с появлением механической энергии, замещающей физическую работу? Естественно, в рыночном обществе падает стоимость соответствующего по количеству физического руда.

Нанимать для подъема кирпичей на небоскреб сотни человек, которым нужно питаться дорогой органической пищей, невозможно, если существуют краны, совершающие ту же работу с помощью дешевого электричества. ''Физический труд вытесняется и перемещается туда, где он связан с одновременным требованием некоторой сложности, недоступной примитивным механизмам''. Например, даже работа грузчика на складе недоступна простым машинам из-за того, что содержит определенный компонент сложности. Нужно взять не какой попало ящик или мешок, а определенный, и переместить его в определенное место зачастую по сложной траектории. Если бы нужно было просто разом переместить все содержимое склада, то с этим справился бы и бульдозер. Хотя умные роботы для складов уже разрабатываются…

В процессе труда человек участвует в воспроизводстве общества в целом. Но органическое строение общества технологического типа постоянно изменяется в сторону роста искусственной части общественно-экономической системы, что выражается и в изменении пропорции материи и энергии, затраченной на воспроизводство артефактов и непосредственно человека. Если холос (целостная система) общества в давние времена почти полностью состояла из людей, даже если принимать во внимание только массу вещества, с небольшой частью искусственных предметов (примитивных орудий, одежды), то ''в настоящее время масса искусственной части социохолоса во много раз превышает массу собственно человеческую''. Пропорционально растут и расходы труда на расширенное воспроизводство этой искусственной части. ''Значительно больше энергии и информации используется сегодня на создание машин, домов, дорог, коммуникаций современной страны, чем непосредственно на поддержание жизни небольшого биологического организма вида homo sapiens''. Сельское же хозяйство в основном ориентировано на удовлетворение биологических потребностей человека (в том числе, и не связанные с питанием – лен, хлопок, кожа и т.д. используются, в основном, для производства одежды и белья); поэтому, ''вместе с сокращением доли людей в социохолосе, сокращается и доля сельского хозяйства в экономике''.

Казалось бы, экономическая эволюция и, тем более, эволюция научных идей следуют иным путем, нежели эволюция животных, путем сознательного конструирования новых товаров, новых форм производственных организаций, новых технологий, способов организации труда, новых теорий и так далее. Но вот в чем дело – все это происходит в условиях очень сложной внешней среды. ''Для того, чтобы безошибочно сконструировать новую организацию фирмы, необходимо предвидеть, как она будет существовать в реальном мире, то есть, предвидеть реакцию внешней среды, которая в значительной степени состоит из других фирм, не менее сложных чем она.'' А руководство фирмы имеет средства предвидения, даже меньшие, чем потенциал всей фирмы в целом, поскольку не может занять планированием весь персонал фирмы, оторвав его от производственного процесса. Р. Коуз назвал это «ограниченной рациональностью», имея в виду, что никто не имеет достаточной информации и достаточных возможностей по ее обработке для того, чтобы принять истинно оптимальное решение на рынке, будь это приобретение телевизора или целой компании.

В сто и тысячу раз хуже обстоит дело со сложными товарами и проектированием организаций. Специалистам известно, что на каждый успешный новый товар создается несколько моделей, которые несут создателям убытки. Где керамический двигатель для автомобиля, где знаменитые в свое время процессоры Zilog и Motorola, которые тоже пытались выйти на рынок 16 и 32-разрядных устройств, где бытовые видеомагнитофоны Betacam, где разрекламированная линия компьютеров Lisa? ''Почему одни конструкции остаются и заполняют рыночное пространство, как осталась система Windows, а другие исчезают, несмотря на вложенные в них огромные средства, как OS/2 фирмы IBM''?

При внимательном изучении истории открытий и изобретений оказывается, что ''так же, как история жизни на Земле изобилует исчезнувшими видами, история науки помнит множество отвергнутых теорий, а история техники – множеством отвергнутых изобретений''. Причем создавали их отнюдь не глупые люди, пользуясь логикой и всем комплексом имеющихся знаний. Например, изобретатели, работавшие в эволюционной линии дирижаблей. Применялись новые сверхлегкие и прочные материалы, негорючий гелий заменил водород, были изобретены экономичные винты большого диаметра – но ничто не помогло этой линии удержаться в соревновании с линией самолетов.

Оказывается, что ''порождение нового в конечном счете принципиально случайно, по той причине, что мир в целом всегда сложнее любого «изобретателя», будь это биологическая мутация, человек или некая организация, даже целое государство''. Изобретатель может продумать конструкцию так, чтобы она была работоспособной, но никакой изобретатель не в состоянии предвидеть судьбу этой конструкции в человеческом обществе, вот почему в эволюционном смысле, как порождение эволюционных линий, творчество человека столь же случайно, как творчество природы в биологической эволюции.

Эволюция – это всегда эволюция идей, конструкций систем, которые возможно создавать из материи. Только живая материя реализует свои конструкции размножением и ростом организмов, а ''общество реализует новые идеи искусственным преобразованием и организацией в нужные системы живой и мертвой материи''. Поскольку никакая сложная конструкция не возникает на пустом месте, всегда имеется некая история этой конструкции, ''история наследования, поиска вариантов и усложнения этой конструкции'', будь это устройство организма, машины или человеческой организации. ''Идей всегда слишком много. На реализацию всех не хватит всей материи во Вселенной, поэтому между идеями всегда идет дарвиновское соревнование за обладание материей''.

Если эволюция в биологии – это изменение организации тела животных, то на уровне общества – это изменение организации общества и его подсистем. Например, новая организация войска, или внедрение конвейера в промышленности. Введение избирательной системы и представительства. Производство двигателей или внедрение земледелия также является изменением организации общества, изменением системы связи людей друг с другом и средствами производства.

Но, в отличие от биологического уровня, модели новых комбинаций создаются сначала в сознании людей. Там же проигрываются предполагаемые сценарии поведения и деятельности новых комбинаций в жизни, во взаимодействии с другими подсистемами общества, окружающей средой и другими обществами. Здесь следует отметить, что в сложных случаях – таких, как проектирование нового крупного предприятия – модель создается в виде распределенной когнитивной модели, в сознании множества людей, специалистов, занимающихся разработкой частей общего проекта, и значительная часть модели хранится во внешних носителях – чертежах, текстах, таблицах, в компьютерных базах и моделях.

Проблема безошибочного проектирования состоит в соотношении сложностей. Для того, чтобы безошибочно выбрать наилучший вариант, необходимо создать точные модели всех возможных сценариев развития (а сколько их? кто знает все возможное?) и «прогнать» их в реальной обстановке, вычислить возможные реакции на такое свое изменение со стороны всех окружающих обществ. Поскольку окружающие общества не проще нашего, ясно, что никаких вычислительных моделирующих ресурсов нашего общества на это не хватит. Их не хватит даже на моделирование вариантов нашего собственного развития, без учета реакции соседей – потому что ''все общество всегда сложнее той своей части, которая пытается его моделировать''.

'''Методы ускорения эволюции'''

Что же делать? Да, безошибочная эволюция невозможна. Но ''возможно добиться того, чтобы вероятность успешного развития была максимальной, большей, чем у конкурирующих обществ''. А для этого необходимо иметь наиболее развитую систему моделирования будущего, ''систему предвидения''. Эта система должна состоять из множества специалистов разных профилей – социологов, политологов, технологов, экономистов, историков, медиков, физиков и химиков – всех не перечислишь – объединенных компьютерной сетью и системой групповой работы.

Дополненная искусственным интеллектом в качестве помощника людям, а также базами данных и знаний, цифровыми двойниками своего объекта управления (предприятия, города, региона, страны).

Это должен быть коллективный субъект, система распределенного мышления.

Каждый ''специалист высокого класса имеет в голове уникальную модель мира'', набор моделей всех объектов, относящихся к его роду деятельности. При обсуждении возможных вариантов развития он может моментально дать обоснованный ответ на сложнейшие вопросы, в то время как кому-то другому потребуются недели и месяцы поисков информации и ее изучения. Для того, чтобы знать, к какому человеку по какой проблеме обращаться, составляются компьютерные «карты знаний».

Конечно, для решения важнейших задач подобные коллективы создавались и создаются, но дело в том, что система взаимодействий в таком коллективе, роли отдельных людей, языки общения разных групп друг с другом, архивы информации, набор полезных математических моделей и пр. создается годами, поэтому для государственного и регионального управления необходимо иметь постоянно действующую систему такого рода.

Эта система представляет собой, по сути, живой организм, который надо «выращивать» и который быстро умирает при прекращении работы; чтобы возобновить работу, приходится его «реанимировать», что не может быть сделано очень быстро. За время промежутка часть людей уедут или не смогут работать по другим причинам, с ними будет потеряна часть общей «нейросети».

Из кибернетики известно, что, чем сложнее управляемая система, тем сложнее должна быть управляющая. [Ляпунов А.А. В чем состоит системный подход к изучению реальных объектов сложной природы? // Системные исследования. Ежегодник. Наука, М., 1972 г., – С. 5 – 17] Простой социальной системой первобытным племенем, например) может управлять один человек, но для управления современным городом или регионом нужна уже группа людей, организованная в управляющую систему.

<nowiki>*********************** </nowiki>

'''2. Из книги «Компаративная экономика и теория модернизации» [<ref name="ftn7">'''Сухарев М.В. Компаративная экономика и теория модернизации. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. 104 с.'''</ref>]'''

'''Культура и тело общества'''

Большое общество, такое как большое (более 50 млн.) современное государство является очень сложной материальной системой. Холос государства включает его территорию вместе с природными богатствами, народы государства, инфраструктуру: дороги, города и поселения, электростанции и линии передач, поля, шахты, морские и речные порты и многое другое: все не перечислить. Оно включает таже биологические элементы: самих людей, культурных животных и растения, природу (леса, степи, животных и пр.) своей страны.

Это самовоспроизводящаяся система: если природа более или менее воспроизводит себя сама, то все остальное должно воспроизводиться за счет ''организованной деятельности людей''. Но для воспроизведения где-то должны храниться идеи всего воспроизводимого: схемы, принципы устройства, знания, чертежи, рисунки, описания… От устройства глиняного кувшина до реактивного самолета, от выкройки ситцевого платья до плана города, от организации бригады сельских строителей до организации армии государства.

Все вместе это входит в культуру общества, и у каждого общества эта культура своя.

Наиболее сложными системами идей, известными нам, являются на сегодня культуры больших человеческих сообществ (народов). Иногда культуры нескольких народов настолько близки и синергетичны, проникают друг в друга за счет общей религии, литературы, музыки, материальных обменов и прочего, что образуют общую цивилизацию.

Следовательно, ''культуры – это такие идеальные (организационные) системы, отдельные элементы которых «подогнаны» и приспособлены друг к другу в процессе многовековой жизни этих народов''. Например, культура войны связана с моральными установками. Культура ведения сельского хозяйства связана с культурой учета времени. Культура танца связана с культурой музыки, физика связана с математикой и так далее. ''Культура – это органическая система идей: знаний, умений и информации''.

Так же, как в состязании научных идей важнейшую роль играют научные сообщества, в состязании сценариев реконструкции общества важнейшую роль играют коалиции интересов. [<ref name="ftn8">Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. М.: Институт экспериментальной социологии.

СПб.: Алетейя, 2005. 576 с.</ref>,<ref name="ftn9">Коалиции для будущего. Стратегии развития России: Коллектив экономистов «СИГМА». – М.: ООО «Издательство «Промышленник России», 2007. 12 с.</ref>]

Поэтому конкуренция между комплексами идей имеет, чаще всего, вид ''многоуровневого отбора'', когда отбор форм нижних структурных уровней идет при сохранении форм более высоких уровней.

<div style="text-align:center;">Рис. 1. Иерархия уровней опосредованного отбора</div>

Соревнование человеческих обществ друг с другом имеет характер, сходный с соревнованием биологических генотипов. Только вместо ДНК у них культура, включающая в себя, кроме многого другого, схемы, устройство, организацию – в общем, идеи всех артефактов и организаций, которые оно должно воспроизводить снова и снова чтобы оставаться собой. Большая часть истории человечества (более двух миллионов лет в сравнении с последними двадцатью-сорока тысячами лет) протекала в условиях очень небольшой заселенности Земли людьми. Это был экстенсивный тип развития, когда люди расселялись по территории Евразии, куда они вышли из Африки.

При этом соревнование племен шло именно за скорейшее овладение территориями охоты и собирательства. По всей видимости, вооруженные конфликты между племенами были достаточно редкими. Конкуренция между ними шла по линии экстенсивного расширения: роста численности племени и захвата пространства. Но этот рост прямо зависит от того, насколько эффективно племя умеет преобразовывать материю окружающей природы в свою собственную, что означает оформление этой материи в соответствии со своей структурой. А эта эффективность от структуры как раз и зависит.

От того, как племя организуется для охоты. От того, какое оружие умеет делать. От того, как умеет сохранять в общественной памяти свои открытия. И как разрешает конфликты внутри племени, как сохраняет своих людей. То есть, зависит от культуры племени.

В результате возникает процесс, которым можно назвать опосредованным многоуровневым отбором идей.

Каждый из уровней является одновременно основой и областью деятельности для высшего. Успешность этой деятельности ведет к тому, что практическая деятельность сохраняет эффективные виды и структуры деятельности, а эти виды поддерживают (или нет) соответствующие теоретические (когнитивные) структуры, благодаря чему и

'''Идеи играют роль'''

Идеи играют колоссальную роль в человеческом обществе. В сущности, вся конструкция общества записана в идеях. Если устройство живого организма, то, какие у него лапы, зубы, скелет, желудок, мозг, какие молекулы белков, как сделаны клеточные мембраны и так далее, записано в ДНК, то устройство человеческого общества (как сделан каменный топор, копье, юрта, лодка, как строят крепости, самолеты, электростанции, как устроена армия, фабрика, университет, парламент) – все это записано в виде идей, хранящихся в человеческих головах или книгах.

Сумма (надбиологических) идей общества – это культура общества. Хотя много справедливого в следующем мнении: «…что такое культура? Вопрос так и остается открытым, если учитывать, что предложены сотни ее определений», я буду придерживаться положения о том, что культура – это органическая система всех идей общества. Если будет утеряна культура (сумма знаний), то есть, стерта память людей и уничтожена информация на искусственных носителях (в книгах и компьютерах), то при полной физической сохранности материальной части социальной системы (людей, строений, машин и т.д.) она перестанет работать. Стада (именно стада, а не толпы) антропоидов будут бродить среди зданий, лишенных тепла, электричества и воды, и стремительно вымирать. Общество без суммы своих знаний подобно компьютеру без операционной системы и прикладных программ, который становится бесполезной железкой.

Конечно же, знания, идеи общества, в физическом смысле (но не с точки зрения науки физики – физика формами и организованностью не занимается ) являются организацией каких-то (не известных в достаточной степени) биохимических элементов в нейронах (перемещением органических молекул, ионов, изменением их состояний) и организацией вещества (например, краски на бумаге, электронов в памяти компьютеров или намагниченных участков на жестких дисках).

Суть дела в том, что эти организованности за счет своего движения в материи могут изменять организацию вещества, почерпнутого из окружающего мира. Так, если в клетках мозга запечатлен образ лука или каменного топора, то этот образ может вызвать организованное движение тела человека с тем, чтобы найти подходящие ветки, жилы, камни, обработать их, придавая им заданную форму, и соединить в виде требуемого орудия. Так же можно рассмотреть и движение организованности от какого-нибудь

чертежа и текстового описания в мозг человека, а затем в организованное действие по управлению машинами. Впрочем, сейчас описание нужных деталей и даже целых узлов может храниться в памяти обрабатывающих центров и автоматических линий, перенося идеи из памяти в материю без участия человека.

В понятие культуры входит и материальная культура, то есть, совокупность искусственных предметов (артефактов), созданных людьми, начиная от произведений искусства, статуй, картин и прочего, и кончая обычными инструментами, от копья до лазера. Во всех этих предметах их идея реализована в материальных формах, в организованности материи, которая от идей в мозгу отличается тем, что не может самостоятельно «оторваться» от своего носителя и приобрести движение.

Но человек, изучив артефакт, может извлечь эту идею, придать ей движение и воспроизвести в новой материи. Если это был артефакт, созданный иной культурой, после изучения и освоения в понятиях воспринимающей культуры (на ее языке), идея этого артефакта входит в воспринимающую культуру. Так русские позаимствовали у сибиряков пельмени, а у Запада – пушки.

Попытаемся понять, за счет каких процессов изменяется и развивается культура. Понимание многих эволюционных процессов упрощается, если рассматривать их в начальные периоды их развития, когда они сравнительно просты. В эти периоды можно «подглядеть» ряд общих принципов и закономерностей, которые трудно увидеть в сложном сплетении взаимодействий и элементов развитых форм. Если посмотреть на историю человечества, то мы обнаружим, что за два с лишним миллиона лет, со времен австралопитеков, предки людей только усовершенствовали обработку нескольких примитивных орудий, не создав принципиально новых. Резкое ускорение развития культуры происходит вместе с переходом от охоты и собирательства к животноводству и земледелию, что происходило практически одновременно, хотя по-разному для разных типов общества. Так, в связи с недостаточным плодородием занимаемых территорий, ряд северных и степных народов или задержался на несколько веков с введением земледелия, или до сих пор им не занимается. Первыми животными, которые одомашненными человеком, были собаки. Это произошло еще до возникновения земледелия; археологи датируют наиболее древние скелеты собак, найденных в местах древних стойбищ, тридцатью тысячами лет. Козы, коровы, овцы, лошади были одомашнены в период от 10 до 3 тысяч лет до нашей эры. Следует заметить, что одомашнивание животных переводило на человека большую часть забот об их пропитании, что синергетически связано с земледелием и умением хранить зерно и другие продукты сельского хозяйства.

Лишь примерно в последние десять тысяч лет (точные даты неизвестны) развитие материальной культуры и соответствующее развитие сферы идей получило большое ускорение. Земледелие потребовало создания целого комплекса новых орудий (лопата, мотыга, соха), создания культуры севооборота, культуры селекции растений, культуры хранения и переработки урожая.

Всего за несколько тысяч лет возникли города и государства. В это же время были открыты металлы и созданы металлические орудия. Была создана письменность, причем, видимо, одновременно в нескольких центрах цивилизации.

В значительной степени процесс культурной эволюции протекает подобно биологической эволюции – в сравнительно случайных отклонениях и запоминании удачных идей. Г. Кастлер писал: «Следует подчеркнуть, что возникновение информации из шума - это совсем не то, что обнаружение информации, замаскированной шумом, например при выявлении ранее не известной закономерности. … ''Запоминание случайного выбора служит механизмом создания информации, и по своей природе этот механизм совершенно отличен от механизма обнаружения информации''. … ''Запоминание случайного выбора'' - это обычный способ возникновения информации» (выделено мной).

Древний человек не рисовал чертежи каменного топора перед тем, как сделать его. Этот процесс именно был, главным образом, именно «запоминанием случайного выбора». Первыми орудиями были любые подходящие палки и камни, которые можно найти повсюду, использование которых наблюдают биологи и у современных обезьян. То есть, использование необработанных камней – это еще не человеческая активность. И лишь затем, когда некому палеоантропу случайно попался камень с острым сколом, он запомнил, что таким камнем удобнее раскалывать кости или орехи. Может быть, этот предок человека некоторое время таскал с собой такой удобный камень. Потом потерял, нашел другой, похожий.

И только гораздо позже он стал специально раскалывать камни. Поскольку камни раскалываются очень случайно, в этом процессе были выработаны и усвоены культурой (не отдельного человека, но племени в целом) различные виды орудий, которые различают археологи – рубила, скребки, топоры. Не просто было и подобрать материал для орудий; наверняка, сначала инструменты делались из любых попавшихся камней, и только опыт (запоминание удачного выбора) привел к закреплению знаний о том, что хорошие инструменты получаются из кремня и обсидиана. Но, будучи открытыми, идеи конструкции орудий и выбора материалов для них, сохранялись в коллективной памяти тысячелетиями. Известны случаи, когда орудия из обсидиана находили за сотни и тысячи километров от ближайших месторождений – так далеко доставляли сырье или готовые орудия наши древние предки. Судя по сходству орудий по всей территории соединяющихся континентов – Африки и Евразии – разные племена охотно заимствовали друг у друга типы орудий и способы обработки. Сравнение своих технологий с технологиями соседнего племени, сравнение организации охоты, организации временных поселений и так далее, были своеобразной «компаративной экономикой» каменного века.

Таким образом, культура прирастала в доисторические времена очень медленно, по крупицам. И только в конце неолита, около десяти тысяч лет назад, произошла «неолитическая революция», когда развитие культуры и человечества значительно ускорилось. За несколько тысяч лет, примерно с 13 до 8 тысяч лет до н.э., что очень недолго в сравнении с миллионами лет эволюции произошли несколько важнейших культурных событий.

Самое главное – люди перешли от т.н. «присваивающей» экономики (собирательства и охоты, когда пища добывается, в основном, во внешней по отношению к обществу природе), к земледелию и животноводству. Такое изменение экономической основы жизни общества привело к необходимости изменить старый, кочевой образ жизни, когда люди переходили с места на место в погоне за природными источниками пищи, на оседлый, который диктовался привязанностью к полям и хранилищам урожая.

Первыми были одомашнены из растений пшеница, горох, оливковое дерево, а из животных – овцы и козы. Это произошло около 8,5 тыс. лет назад в Юго-Западной Азии народами, из которых возникла затем цивилизация шумеров. , Переход к сельскому хозяйству и строительству постоянных поселений немедленно потребовал создания многочисленных новых орудий труда, разнообразие которых в несколько раз превышало необходимое для охоты.

Очень быстро вслед за земледелием возникли первые города. С системной точки зрения, город является системой более высокого уровня, чем отдельное жилище, это не беспорядочное скопление домов, а организованная структура, имеющая улицы, площади, центр и окраину, зачастую огороженное стеной.

Происходила специализация труда, возникли профессии – воины, каменщики, кожевенники, оружейники, пивовары и так далее. Каждая профессия требовала системы специальных знаний. На место племени приходил город-государство, в котором было на порядок больше людей и более сложная социальная иерархия, чем в племени. Культура быстро усложнялась, причем многократно. Вслед за возникновением городов, через одну или две тысячи лет, возникла письменность. Письменность была необходима для усложнившегося общества, где требовался учет имущества, учет обменов между людьми, в котором царь должен посылать приказы удаленным за сотни километров подчиненным.

Но, возникнув, будто бы средство для записи устного языка, письменность стала важнейшим системным элементом культуры, придавшим новый импульс ее развитию. Невозможно представить себе накопление современного культурного багажа человечества без письменности. Без нее невозможны были бы ни литература, ни наука. Все знания об истории строились бы на устных преданиях.

В конечном счете, накопление знаний и информации в обществе с использованием письменности, ведет к такому росту культуры, которое становится основой сначала городских аграрных, а затем промышленных, цивилизаций.

'''Отбор артефактов'''

Я уже писал, что невозможно проектировать (а, значит, и эволюционировать) безошибочно. Почему? Потому что мир сложен, а наши способности к моделированию ограничены. Наверно, можно спроектировать близкий к идеальному чайник или смартфон. Не такие уж это сложные системы для современных суперкомпьютеров. Но дело в том, что эксплуатироваться они будут в условиях намного более сложной и непредсказуемой социальной среды.

Вот пример. Это битва стандартов на видеодиски HD-DVD, основным разработчиком которых выступала Toshiba, и Blu-Ray фирмы Sony. Обе разработки были работоспособны, так что дело не в ошибках изобретателей. На сегодня победил формат Blu-Ray, в основном благодаря тому, что на него сориентировался Голливуд – основной производитель фильмов в мире.

Toshiba потратила более 150 млн. долларов на разработку носителей и считывающих устройств HD-DVD. Конечно, они предполагали вернуть инвестиции за счет реализации дисков, устройств чтения и лицензий на их производство. Но «человек предполагает, а бог располагает».

Лет тридцать ранее совершенно аналогичная битва разразилась между стандартами на видеокассеты VHS и Betamax. Победил VHS компании JVC, хотя Betamax и был более совершенным технически.

Если смотреть на введение новых видеостандартов, как на значительные мутации, мы можем видеть следующее: ''абсолютно рациональные устремления больших команд ученых и инженеров, поддержанных огромными финансовыми ресурсами, и направленные на достижение определенных целей, завершаются их разгромом и поражением''. Тут можно напомнить и знаменитый QWERTY-эффект, состоящий в том, что существует более удобное расположение клавиш на латинской клавиатуре, чем известный стандарт QWERTY. В 1936 г. американский изобретатель Август Дворак изобрел другое расположение букв, основанное на частоте их встречаемости в текстах. Было экспериментально доказано, что машинистки работают на 20-40% быстрее, чем на стандартных клавиатурах, но мир так и не отважился перейти на эти клавиатуры. Так мы видим закрепление в технической традиции неоптимального устройства, схемы, идеи.

Если биологические мутации случайны (думаю, не абсолютно – некоторые мутации, например, окраски, встречаются гораздо чаще, чем, например, изменение количества конечностей, то есть, уже природа чаще экспериментирует в одних направлениях, чем в более важных для жизни; видимо, некоторые важные последовательности ДНК или дублированы, или имеют более прочные молекулярные структуры), то изменения культуры очень сильно направлены. Например, тысячи инженеров пытаются увеличить КПД двигателей и снизить их шум, но никто не работает над снижением КПД или повышением шума. В то время, как в живой природе мутации, снижающие приспособленность, намного чаще, чем повышающие. Эту тенденцию можно изобразить следующим образом (Рис. 2.2), где стрелки изображают направления мутаций (изменчивости) от оригинала (центр). Длина стрелок пропорциональна вероятности мутаций в обозначенном направлении. Если вероятность мутации в любом направлении от исходной конструкции равновероятна, можно говорить о ненаправленной изменчивости. Если вероятность различна, можно говорить о «спектре мутаций».

Сужение спектра мутаций в культурной изменчивости в сравнении с изменчивостью биологической имеет чрезвычайно большое значение. Дело в самих принципах эволюции сложных систем.

<div style="text-align:center;">Рис. 2</div>

<div style="text-align:center;">Ненаправленные биологические мутации и направленные культурные мутации</div>

Здесь одно из двух. Или мы можем '''''безошибочно''''' сконструировать новую, лучшую в некотором измеримом отношении, систему. Тогда ее можно, скажем так, «пустить в серию» без предварительных проверок и доводки (напоминаю, что эта новая система, в общем случае, может быть новым живым существом, новым изделием или даже новым типом государства). Или можем ее сконструировать, но при этом есть существенная вероятность, что эта система не будет работать так, как предполагалось. Первый случай – это конструирование достаточно простых и хорошо изученных устройств, которые можно рассчитать на компьютере с очень малыми ошибками. Во втором случае невозможность безошибочно рассчитать не означает невозможность изготовить. Тут идут известным, веками проверенным путем – делают опытный образец и испытывают. Дорабатывают неудачные элементы, и снова испытывают. Если процесс нужно ускорить, делают параллельно несколько вариантов.

С точки зрения теории информации, в этих экспериментах мы снижаем неопределенность, которую имеем из-за невозможности точно рассчитать будущую систему. То есть, построить ее идеальную модель. Вместо этого мы строим реальные модели, задавая вопросы Природе. Как если бы мы могли спросить ее по телефону по поводу разных вариантов проектируемой системы, разработанных в виде компьютерных моделей: * Природа, годится модель «А»?
* Нет
* Модель «Б»?
* Нет
* Модель «С»?
* Да
* Хорошо, значит, делаем модель «С»

В силу эквивалентности организованностей материи как в виде структур в памяти компьютера, так и в виде материальной структуры реальных моделей, с точки зрения движения идей, эксперименты с опытными образцами и с математическими моделями принципиально не отличаются друг от друга, если не считать того важного обстоятельства, что реальные модели взаимодействуют с природой автоматически, а вот обеспечить неискаженное взаимодействие с природой мысленной или компьютерной модели достаточно проблематично. Мысленная модель обычно проверяется на соответствие природе через человеческое и социальное (экономическое) действие. Результат действия является ответом, часто – дорогостоящим (разорение предприятия, гибель государства).

Чем сложнее эволюционирующая система, тем менее достижимо безошибочное конструирование, тем больше возможных вариантов новой конструкции. Я не могу сейчас дать строгое математическое обоснование, но ясно, что количество возможных вариантов связано с количеством элементов системы очень быстро возрастающей функцией, типа факториала или числа перестановок из N по M, где N – общее количество элементов эволюционирующей системы, а N – количество элементов, подвергающихся модернизации (замене или соединению в другом порядке).

Поскольку эти функции очень быстро растут с увеличением количества элементов в системе, так же быстро растет количество необходимых экспериментов для снятия неопределенностей эволюции. В биологической эволюции «эксперимент» - это каждая особь с мутацией генотипа. С точки зрения накопления информации в генотипе эволюционирующей популяции, количество экспериментов и поток поступающей информации пропорционален количеству особей и плодовитости этой популяции.

Здесь имеется определенный парадокс. А именно, чем менее развит биологический вид, тем больше, как правило, его плодовитость. В то же время высокоразвитые животные имеют немногочисленное потомство и, одновременно, большую продолжительность жизни (сравнить, к примеру, лягушек и львов). То есть, количество экспериментов в единицу времени сокращается на несколько порядков. Неизбежно снижение скорости эволюции.

Как же обеспечить дальнейшее развитие? Жизнь нашла свой ответ – ''сужение спектра мутаций'' за счет полового подбора, на роль которого указал Дарвин. С точки зрения развития видов его действие состоит в том, что наиболее сильные и здоровые особи получают преимущество на стадии репродукции.

Этот этап эволюции является переходным к тому, что изображено на рис. 2 справа (эллипс вместо круга). Можно изобразить спектры мутаций в виде двухмерных функций (Рис. 3), где P – вероятность мутации в направлении W, а W – угол вектора в пространстве мутаций (следует иметь в виду, что в действительности это пространство многомерно). На правом рисунке изображен случай, когда вероятности реализации новых систем, идеи (проекты, генотипы) которых имеются, не равны друг другу, а имеются «предпочитаемые» версии.

<div style="text-align:center;">Рис. 3</div>

<div style="text-align:center;">Широкий и узкий спектры мутаций </div>

<div style="text-align:center;">Рис. 4</div>

<div style="text-align:center;">Узконаправленные мутации</div>

На рисунке 4. показан вариант узконаправленных мутаций, характерный для культурных процессов (проектирование устройств, организаций, законов, идеальных систем, таких, как наука или религия). Видно значительное снижение числа нужных экспериментов (площадь фигур) по сравнению с широким спектром (Рис. 3)

До какой степени вообще возможно сузить спектр мутаций, количество неудачных экспериментальных моделей, товаров, реорганизаций фирм, недействующих законов, бесполезных социальных революций? ''Это зависит от информационных возможностей моделирующей системы.'' От объема памяти и быстродействия, от программного обеспечения. Чем более точные модели проектируемой системы и той среды, где она будет использоваться, мы сможем создать, тем меньше вероятность неуспешности экономического продукта.

Чтобы заранее, до эксперимента, оценить успешность создаваемой системы, необходимо смоделировать не только эту систему, но ее действие в той среде, обстановке, окружении, в которой она должна действовать. Значит, нужно дополнительно иметь модель окружающей среды. Это возможно, если мы имеем достаточно мощную моделирующую систему (имея в виду объем памяти и производительность) и достаточно полную и точную информацию об этой окружающей среде).

Но есть особый случай, когда система должна моделировать свою собственную эволюцию. Прогрессивная эволюция связана с усложнением систем. Высшие животные сложнее, чем появившиеся ранее. Они имеют более развитую нервную систему, терморегуляцию, у них в десятки и сотни раз больше клеток в головном мозге. Современное общество во много раз сложнее средневекового, а то сложнее первобытного.

Поэтому, ''настроенная на прогрессивную эволюцию система должна в качестве своего проектируемого будущего состояния иметь нечто более сложное'', чем в момент проектирования и моделирования. Это особенно сложно для сверхсложных систем, таких, как наше государство-цивилизация. А, поскольку средством моделирования выступает она сама, то в принципе не может смоделировать будущую систему полностью и абсолютно точно. Тем более, у нее не остается возможностей на моделирование внешней среды, которая может быть еще более сложной. В том числе потому, что включает другие конкурирующие системы (фирмы, государства, цивилизации).

Каков выход? Выращивать мощную внутреннюю подсистему проектирования будущего. Включающую, прежде всего, самых разнообразных специалистов самого высокого уровня, начиная от философов, включая историков, политологов, социологов разных направлений, культурологов, ученых естественно-научного профиля (потому что эволюция современного общества – это в первую очередь эволюция сложнейших технологических систем) и других специальностей; все сложно перечислить. Предугадать самые перспективные направления исследований очень трудно (искусственный интеллект? квантовые вычисления? холодный термоядерный синтез? робототехника?) но ошибка может иметь колоссальную цену.

Эти люди не должны быть некой толпой специалистов, им нужно научиться понимать друг друга и синхронизировать свои знания, часто противоречащие друг другу. Одно это является огромной научной проблемой.

Кроме собрания людей, нужно их обеспечить мощной информационной средой. Доступ к библиотекам, книгам, журналам и др. Системы поиска, в том числе, семантического и с использованием ИИ. Системы моделирования (цифровых двойников) для объектов разного типа, от технических до биологических и социальных.

Системы поддержки принятия решений. Системы научной коммуникации, включая поиск онтологий. Должна работать социология знаний, которую нужно продвинуть вперед всей планеты.

Эти технологии нужно разрабатывать и с возможностью масштабирования для управления развитием средних и малых социально-экономических систем: предприятий, поселений, регионов, государственных и общественных организаций.

----
<references/>